Ален Лекс 
Третий глаз дракона

Пророчество Сиринити – 3

://www.fenzin.org
«Третий глаз дракона»: «Издательство АЛЬФА-КНИГА»; М.; 2008
ISBN 978-5-9922-0159-8
Аннотация

Прошло двенадцать лет. Древнее пророчество неумолимо близится к своему завершению. Уже две звезды горят алым огнем в созвездии Дракона, и только последний из Изначальных богов – бог Огня не успел еще прорваться в этот мир. Но люди забыли – когда-то этого бога называли богом Коварства. И избранная пророчеством магичка Красной Лиги леди Керриалина попадает в расставленные им сети. Ну разве можно сказать «нет», когда на кону стоит жизнь того, кто дорог?!

Ален Лекс
Третий глаз дракона

ГЛАВА 1

Едкий зеленый дым проникал сквозь неплотно прикрытые ставни. Каверилл поморщился и перевернулся на другой бок, чихнув пару раз. Едучесть дыма ничуть не уменьшилась. Бормоча себе под нос нечто малоприличное, наставник седьмого курса академии Высокой Магии наконец разлепил глаза и попытался обозреть происходящее. Голова слабо гудела, напоминая о неплохо проведенном вечере. Рядом заворочалась белокурая дива – магичка Бьянка.
– Еще только рассвело же… – сонно пробормотала она. – Ой, а что за дрянью здесь пахнет?
Дрянью не «пахло», а уже конкретно воняло. Каверилл дополз до окна и распахнул его настежь. Это оказалось ошибкой. В мгновение ока зеленый дым заполнил комнату, заставив мага ощутить себя подсобным рабочим в городских сортирах. Лихорадочно размахивая руками перед собой, он по пояс высунулся в окно. Снаружи видимость была получше, но это лишь исторгло из груди наставника горестный стон. Центральный шпиль белого сектора академии, каковой должен был украшать сверкающее на солнце белое знамя, почернел и обуглился. Сверху на шпиле сидело нечто, отдаленно напоминавшее гибрид гигантского паука и бешеной лошади, и увлеченно жевало остатки опаленной материи, время от времени сплевывая вниз едучие комки слюны размером с кочан капусты.
Каверилл застонал еще раз и задал риторический вопрос:
– Какое сегодня число?
– Пятнадцатое, – любезно проинформировала его Бьянка, подходя сзади и также высовываясь в окно – скорее для того, чтобы прочистить легкие от едучего дыма, чем для ознакомления с пейзажем. Но, разумеется, монстр на опаленном шпиле не остался ею незамеченным.
– Э… на нас напали черные? – неуверенно спросила девушка.
– Хуже, – уже абсолютно несчастным голосом ответил Каверилл. – Нет, просто сегодня начались каникулы.
– И что? – недоуменно поинтересовалась Бьянка. Она была назначена в преподавательский состав совсем недавно, не прошло еще и пары месяцев. И, естественно, еще не имела счастья ознакомиться с местным стихийным бедствием.
Дверь спальни Каверилла с грохотом распахнулась, пропуская еще одного из преподавателей – Леаста. Белый маг был взъерошен, мантия не застегнута, а только перевязана на талии какой-то бечевкой, не скрывавшей синие кальсоны в желтый цветочек. Изучив кальсоны, Бьянка хихикнула. Белый маг не удостоил ее вниманием, жалобно уставившись на Каверилла.
– Ты уже знаешь, что Винс Арриера приехал? – печально вопросил Леаст.
Каверилл покосился на заоконный пейзаж. У твари на шпиле появилась компания – два ярко-желтых павлина, летающих восьмерками. Разумеется, магическая блокада по-прежнему не срабатывала.
– Уже да, – ответил он не менее несчастным голосом, пытаясь одновременно завернуться в мантию и нацепить обувь. Из обуви почему-то нашлись только тапочки.
Бьянка слушала их с возрастающим недоумением.
– Это моя, – отобрала она белую ткань у Каверилла. – Да что с вами такое? Кто это такой? И почему он приехал? На каникулы же, наоборот, по домам разъезжаются…
– Он к брату приехал, – автоматически пояснил Каверилл. Ботинки упорно не желали находиться. Значит, придется бегать в тапочках.
– Скоро сама все увидишь, – все так же печально пообещал Леаст. – Нужно успеть поймать их, пока они не натворили еще чего-нибудь. Похуже.
Путаясь в перекошенных мантиях, преподаватели вылетели в коридор. Бьянка едва успела выскочить следом: мужчины неслись, будто им подпалили пятки.
Пролетая по центральному залу, украшенному фресками батальных сражений с Пресвятым Орденом, Каверилл уже почти ожидаемо констатировал некоторые видоизменения сюжета, в основном выраженные в дополнении рисунков внеплановым количеством конечностей, рогов и усов. В одном месте лорду Арриера пририсовали хвост от дракона. На «усовершенствования», внесенные в изображения черных магов, кое-где смотреть было даже несколько неприлично. Если ректор это увидит!..

Взбудораженная реакцией коллег, Бьянка ожидала увидеть что-то жуткое. Возмутители спокойствия, общим количеством трое живых душ, найденные во дворе академии, жуткими явно не были. Обычные дети.
Двое эльфийских и один человеческий ребенок. Эльфы выглядели лет на одиннадцать-двенадцать по человеческому счету – а значит, фактически были как минимум на пять лет старше. Оба светловолосые: у одного пепельно-русая грива, у второго – золотисто-льняная. У обоих классически правильные, утонченные лица, светлая кожа, едва тронутая загаром. «Пепельный» обладал ярко-зелеными глазами и упрямо вздернутым подбородком. «Льняной» на первый взгляд казался поспокойнее, но голубые глаза его хитровато бегали.
Человеческий ребенок на их фоне смотрелся, как обугленная головешка: смолисто-черные волосы, торчащие во все стороны непослушной паклей, карие глаза, загорелая почти до абсолютной черноты кожа. Опаленная и перемазанная в саже одежда довольно органично дополняла этот «темный образ». Если бы Бьянка не видела, что у него определенно человеческие уши, она бы рискнула засомневаться – не из исчезающего ли рода темных эльфов этот ребенок. На всем лице было только три светлых пятна: белки глаз и ослепительная улыбка, которой он приветствовал преподавателей. Внешне он выглядел сверстником своих друзей.

– Ну и кто даст мне объяснения по поводу всего этого? – хмуро поинтересовался Каверилл, обращаясь к подросткам. Уточняя вопрос, рука его ткнула в опаленный шпиль.
«Пепельный» эльф шагнул вперед.
– Учитель Каверилл, но вы же знаете, что это я сделал. Больше ведь некому. – Зеленые глаза явно смеялись. Никакой тени раскаяния на лице даже отдаленно не наблюдалось.
– И, конечно, именно ты все это придумал, Грей?
– Нет, придумал он. – Пальцы обоих эльфов абсолютно синхронно ткнули в стоявшего чуть впереди черноволосого. Отработанность жеста вызвала у Бьянки подозрения в частом его выполнении.
– Угу. Желаешь что-нибудь добавить, Винс?
Услышав вопрос Каверилла, обращенный к черноволосому, Бьянка слегка удивилась. Она-то полагала, что братьями являются эльфы. Не говоря уже о том, что сам лорд Арриера – стопроцентный эльф. Нет, конечно, иллюстрации в учебниках до сих пор оставляли желать лучшего, но смуглый мальчишка даже отдаленно не был похож на героя последней битвы за Белую Башню.
Винс непринужденно почесал за ухом и улыбнулся еще шире.
– Ну мы хотели сделать дракона. Но у нас не совсем получилось. В следующий раз мы будем стараться лучше.
Каверилл возвел очи к небу, все еще местами окутанному зеленоватым дымом. Он очень надеялся, что «в следующий раз» ректор уже утвердит наконец его отставку, и расхлебывать все это счастье придется кому-то еще.
Визиты Винса были страшнейшей головной болью всей академии, но Белой Лиге традиционно доставалось больше. Сначала белые обрадовались, что юный Грей Арриера, с прямо-таки огромным потенциалом сил, на испытании определился именно как белый маг. Сам по себе Грей, несмотря на свои возможности, особенной проблемой не был. Стандартная магическая блокада, призванная рассеивать шалости адептов, прекрасно действовала и на него.
Из Винса мага не получилось. Несмотря на собственное горячее желание им быть, все тесты, включая и углубленные, проведенные после настойчивых просьб лорда Арриера, показывали строго отрицательный результат. Винс злился, пытался что-то доказать, но результаты не сдвигались с нулевой точки. То есть не просто низкий потенциал, а полное его отсутствие. С такими результатами в академию не принимали: это было бессмысленно.
Чуть позже выяснилось, что Винс не только сам не может колдовать, но и любые заклинания, направленные на его персону, неизменно рассеиваются. А спустя неполный год маги узнали, что при его участии можно деактивировать практически любое заклинание. Чем, собственно, подростки только что и воспользовались, сняв магическую блокировку на академии.
Наверное, если бы визиты к учащимся были разрешены не только в период каникул, академию уже не раз пришлось бы реставрировать.
Конечно, «нерадивых» учеников наказывали, но хватало этого ненадолго. Максимум на пару дней. Каверилл был абсолютно уверен, что попытку создать дракона они повторят еще до конца недели.
Будь на месте Грея кто-то другой, он уже давно с треском вылетел бы из академии. Но отчислять сына лорда Арриера было как-то… неудобно. К тому же Грея в перспективе пророчили на место Главы Белой Лиги, а маги, выброшенные из академии, зачастую начинали мстить своим обидчикам. Адепта такой силы было неразумно настраивать против Ордена.

Размышления Каверилла прервало появление ректора собственной персоной. Щеки ректора нервно подергивались. Мантия его, долженствовавшая иметь белый цвет, почему-то была украшена некоторым количеством крестиков и кружочков – словно кто-то из учеников использовал ее вместо бумаги.
– Что это такое?! – Ректор застыл напротив троицы детей и гневно ткнул пальцем себе в грудь, показывая на ряд из трех крестиков, перечеркнутых сплошной линией.
– Кто-то выиграл? – невинно поинтересовался Винс.
– Я запрещу тебе вход на территорию школы! – прошипел ректор, проглатывая ненормативные выражения, которыми ему очень хотелось дополнить свою фразу.
Каверилл тактично кашлянул, привлекая к себе внимание.
– Ну что еще? – Ректор резко повернулся в сторону преподавателя.
– Вы уже  запрещали ему приходить.
– Тогда почему он здесь?! Кто его пустил?!
Винс почесал чуть шелушащийся от солнца нос.
– Никто не пускал. Я залез через стену. Заодно и потренировался. Ну нас как раз недавно учили, как проходить через такие препятствия.
Чтобы отвлечь Винса от постоянных сожалений на тему отсутствия у него магических способностей, мальчика отдали обучаться военным искусствам. Помогло это не сильно, а новоприобретенные знания Винс использовал на что угодно, только не на общественное благо.

Каверилл опять слишком отвлекся на размышления и не сразу заметил, как редеющая шевелюра ректора вспыхнула мелкими огоньками пламени и начала тлеть. Наставник поспешно щелкнул пальцами, и на голову главы академии перевернулось небольшое ведерце воды. Ректор замер на середине обличительной речи, со свистом втягивая воздух.
Золотоволосый эльфенок хихикнул. Неелерк тоже был той еще головной болью. Способности у него были средние, а вот наглость запредельная. Дружба с Греем открывала для него огромное поле для реализации собственных пакостей.
Формально Неелерк считался единственным сыном советника правителя Абадосса по финансам. Фактически профиль эльфенка до мелочей напоминал изображения, гравируемые на монетах. С учетом того, что законного наследника у Ксорта до сих пор не было, применять более-менее серьезные воспитательные меры к Неелерку опасались.

Ректор устало вытер остатки воды с опаленных волос. И почему все проблемы имеют свойство наваливаться сразу? В кабинете у ректора, до которого он не успел дойти, рассмотрев нововведения в окраску своей одежды, дожидалась вторая проблема: бесталаннейший из учеников выпускного курса, черный «маг» Галлик.
Способности Галлика едва-едва позволили положительно пройти тест при поступлении, трижды его оставляли на повторное прохождение очередного курса. Шансов успешно закончить академию у него, по мнению ректора, не было. Откровенно говоря, у него вообще не было шансов ее закончить. С курса на курс Галлика двигало только его собственное ослиное упрямство и нежелание понимать, что никем, кроме преподавателя начальных классов либо колдуна в отдаленной деревушке, ему быть ну никак не светит. Так нет, мальчишка мечтал о великой славе некроманта!
Ректор устало потер мокрый лоб. Хотя бы с Галликом пора все-таки заканчивать. Либо он доказывает свои способности, либо надо его отчислять.

За спиной Каверилла раздался легкий хлопок, и в воздухе снова распространился крайне неприятный запах. Еще не оборачиваясь, он логично предположил, что шпиль черного сектора повторил судьбу белого. Каникулы начинались традиционно.
– Грей!!!

ГЛАВА 2

Винс надеялся проскользнуть незамеченным, но уже во дворе дома наткнулся на явно поджидавшего его Ралернана.
– Мы же вроде договаривались, что ты никуда не исчезаешь? – полюбопытствовал эльф.
– Ну… я ходил проведать Грея, – слегка смущенно ответил Винс. Предполагалось, что визит в академию он нанесет вместе с родителями. Но разве вместе с ними получится поколдовать! Взрослые иногда такие зануды…
– Со мной уже связался его наставник и рассказал о твоем посещении. – Ралернан едва заметно вздохнул. Конечно, оставлять Грея в академии на каникулы тоже было не самой хорошей идеей, но преподаватели явно лучше справлялись с устранением последствий внештатного колдовства, чем он сам. Ралернан пытался терпеть выходки Грея около пяти лет, но когда тот в очередной раз «случайно» превратил первый этаж замка Арриера в огромный аквариум, Ралернан решил, что его сыну безопаснее оставаться в академии до окончания срока обучения.
Сам Ралернан так и не стал хорошим магом. Сила, которой наделила его богиня Света, отнюдь не сопровождалась знаниями по ее применению. Ралернану пришлось потратить несколько лет, обучаясь управлению своими возможностями, но до конца он их еще до сих пор не освоил. Формально Ралернан даже не числился в составе Белой Лиги.
– Ну пап… Мы же совсем чуть-чуть поколдовали. – Винс усиленно изучал пыль под ногами. Впрочем, он чувствовал, что на него не сердятся. Вероятно, Грею достанется больше. Хорошо еще, сам Грей абсолютно спокойно относился к тому, что большая часть упреков выливается на его голову.
– Каверилл был весьма огорчен. – Рука Ралернана взъерошила черные волосы Винса. – Знаешь, мне бы хотелось увидеть академию на том же месте, когда мы будем уезжать.
Винс сверкнул белозубой улыбкой:
– Там хорошие стены! Я  абсолютно уверен, что здание выдержит.
– Винс!

Керри задумчиво наблюдала за ними из окна. Винс оживленно жестикулировал, рассказывая о деталях своего посещения академии. Ралернан делал притворно-суровое лицо, но глаза у эльфа были теплые.
Двенадцать лет назад она бы ни за что не поверила в это…

Разговор об аборте Ралернан завел почти сразу после своего возвращения. Керри это показалось странным – с учетом той лояльности, что эльф проявлял всего несколькими днями раньше. И с учетом того кошмара, что приснился ей в день сражения за Белую Башню. А еще спустя всего пару часов Ралернан проговорился, что убил Л'эрта.
Она не поверила. Не хотела верить. Не могла. Но тот сон… был слишком живым.
И потом, если вампир действительно мертв, его магия должна перестать работать! Она должна воспринимать его исключительно как монстра. Но… не воспринимала же!
Ей нужна была отсрочка. Для вида она согласилась с Ралернаном, но попросила «на всякий случай» проконсультироваться с хорошими лекарями – чтобы не было проблем со следующими детьми. Ралернан согласился. Они поехали в столицу. Керри всю дорогу изображала, как ей плохо. С учетом того, что раньше она стремилась изображать прямо противоположное, эльф крайне обеспокоился. Разумеется, он не стал возражать, когда она сказала, что хочет отдохнуть после тяжелого пути и немного побыть одна.
Портал построился неожиданно легко. Никогда раньше у нее не получалось с первого раза создать именно то, что надо. Но в этот раз магия слушалась ее практически идеально.
Сама Керри не знала никого из магов, но память вампира хранила довольно много имен – куда больше, чем ей было нужно. На свое счастье, она начала с не очень сильных представителей Ордена – и ей без труда удавалось устанавливать ментальный контроль над их разумом. Третий по счету невольный собеседник дал ей детальное описание битвы в Башне. Этот маг был уверен, что Л'эрт мертв. Керри по-прежнему в это не верила.
У следующего мага она узнала, что тело вампира забрал некий Глонк. Воспоминания Л'эрта предполагали четыре возможных места его постоянного проживания. Керри наткнулась на Глонка в первом же.

Портал был золотисто-красным, как мерцающий сгусток огня. Глонк не успел даже как следует ни удивиться, ни испугаться, когда портал развернулся, устанавливая связь. Построивший его настолько силен, что для него ничего не значит защитное поле? Глонку это казалось малореальным. Но портал не исчезал. Когда сполохи на его поверхности успокоились, в комнату из портала спрыгнула молоденькая девчонка, почти совсем еще ребенок. Глонк навскидку дал бы ей не больше семнадцати лет. А то и меньше.
– Чем обязан? – поинтересовался он, продолжая изучать гостью. Гостья не стала тратить время на приветствия и представление.
– Мне сказали, что ты забрал тело Л'эрта. Где он?
Глаза Глонка продолжали оставаться нейтральными. Очередная любовница Л'эрта? Но как она вышла на него? О его текущем местонахождении знал только Карвен.
– Я спросила: где он? – Шартрезовые глаза полыхнули огнем. Зрачки сузились, превращаясь в вертикальные полосы.
Глонку не понравились ее глаза. У человека таких глаз не бывает. А если она вампир, то ему положено бы знать об этом.
– Зачем тебе?
– Это тебя не касается.
Он чуть нахмурился:
– Не хами, девочка. Ты не знаешь, с кем говоришь. – Глонк бросил в нее стандартный аркан подчинения. Заклинание рассыпалось, словно разбившись о невидимую стену.
– Знаю. Мне нужен только ответ. – Она вздохнула и потерла маленькие ладошки, словно ей было холодно.
Глонк пожал плечами. В конце концов, тайной это не было, а разбираться с одуревшей от любви девчонкой ему не хотелось. Особенно с учетом того, что девчонка, кажется, не так чтобы уступала ему по уровню силы.
– В Орионе.
– Спасибо. – Неожиданно вежливо она кивнула головой и снова провалилась в портал. Дороги не спросила.

Замок Ориона казался заброшенным. Причем заброшенным давно. Темная громада почти растворялась на фоне ночного неба. Лунный свет призрачными бликами играл на каменных стенах, местами все еще отполированных, а местами выщербленных. В оконах ни огонька. Стояла странная тишина, стих даже порывистый осенний ветер.
В этой тишине скрежет цепей опускающегося подвесного моста показался Керри особенно жутким. Она непроизвольно сделала шаг назад, убеждая себя, что бояться нечего. Мост вполне мог опускаться из-за действия аркана, который уловил ее присутствие снаружи. Убедить себя ей так и не удалось, но, сделав еще пару шагов назад, она все-таки остановилась.
С глухим стуком мост встал в пазы, закрепляющие его в горизонтальном положении. Бессознательно Керри отметила, что цепи моста, в отличие от всего остального, кажутся довольно новыми. Недавняя починка?
Деревянные доски тихо скрипели под ее ногами, но больше ничего не нарушало тишину ночи. Она почти дошла до другой стороны моста, когда прямо ей под ноги выкатился большой рыжий клубок шерсти, издающий громкое мяуканье. Жутковатая атмосфера замка тут же затрещала по швам. Керри опустилась на колени и облегченно погладила кота. Он еще пару раз мявкнул, тщательно обнюхал ее сапоги и отбежал чуть в сторону, интенсивно помахивая хвостом.
Керри шагнула в его сторону, он сдвинулся еще дальше. Ей показалось, что кот хочет ей что-то показать. Впрочем, чего еще ждать от обитателя замка черного мага. За котом она не пошла, предпочтя исследовать замок самостоятельно. Начала она с верхних комнат. Кое-где ей удалось обнаружить следы чьего-то недавнего присутствия, но, кроме этих следов, ничего не было. И никого. Она методично обшаривала замок, коря себя за то, что не уточнила у Глонка место более конкретно.
Прошло почти два часа, пока она добралась до подвалов. Она уже привыкла к тяжеловатой, словно пропитанной смертью, атмосфере замка, но здесь, под землей, было еще более неуютно.
Двери по пути приходилось открывать самостоятельно. Они почему-то были заперты только на обычные замки, никакой магии. Странно: в воспоминаниях Л'эрта точно фигурировала магическая защита, крайне тщательно наложенная на замок. А пока магии она нигде не видела. Даже мост, как выяснилось, опускался механически: вероятно, встретивший ее на пороге кот прыгнул на соответствующий рычаг.
Последняя дверь также не стала исключением. Здесь даже не оказалось замка. Просто две тяжелые дубовые створки, окованные по краям толстыми металлическими пластинами. Дверь открылась легко: петли явно недавно смазывали.
Высокие, в четыре человеческих роста, каменные колонны подпирали каменный же свод. Окон не было: помещение находилось на несколько десятков метров ниже уровня земли. Вероятно, где-то была устроена вентиляция: полагающейся сырости Керри не ощутила. Воздух был прохладный и довольно сухой.
Как и в предыдущих подземельях, здесь было темно, но Керри это не мешало. Она все так же прекрасно видела в темноте. Открывшийся ее взгляду зал был прямоугольной формы, по центру пролегала мягкая ковровая дорожка. А слева и справа от дорожки стояли гробы. С призывно откинутыми крышками.
Она неуверенно сделала шаг вперед, по щиколотку утопая в мягком ворсе ковра. Ближайший к ней гроб оказался пустым. Изнутри он был обит мягкой тканью и снабжен подушками.
В воспоминаниях Л'эрта это помещение фигурировало весьма смутно. Кажется, оно служило чем-то вроде… гостевой комнаты? Керри не поняла точно, но времени копаться в чужой памяти у нее сейчас не было. Может, Глонк принес Л'эрта сюда? Чтобы тот смог вылечиться? Насколько она помнила, свет не оказывал негативное влияние только на вампира в здоровом состоянии.
Она еще раз окинула взглядом зал, более тщательно изучая гробы. Всего их оказалось двенадцать. Два самых дальних были закрыты.
Керри медленно двинулась по ковровой дорожке, заглядывая по пути в открытые гробы. Все они были пусты. И все выглядели как убранная постель, ожидающая уставшего с дороги гостя. Когда она дошла до конца зала, коленки у нее немного дрожали. Слишком уж чуждое это было место.
Закрытые гробы были абсолютно одинаковы: каменные саркофаги, украшенные гравировкой из цветов, листьев, каких-то щитов, мечей… На одном из них Керри заметила длинную пространную вязь Верхней Речи, выбитую на крышке. Она честно попыталась ее прочитать – но ее владение наречием эльфов не выходило за рамки требуемого при составлении заклинаний. Надгробную эпитафию – если это была действительно она – Керри перевести не смогла. С некоторым беспокойством ее рука потянулась к защелкам, удерживающим крышку. Защелки были тщательно замаскированы под выгравированными виноградными кистями: вероятно, чтобы отдыхающих не тревожили незваные гости. «Секрет» крышек был одним из немногих сведений, что всплыл в памяти относительно данного места.
Крышка откинулась без малейшего звука. И в нос Керри ударил смрадный запах гниющего мяса. Она не заорала только по одной причине: голос ее не слушался. Невидящими глазами Керри уставилась на разложившийся труп, аккуратно уложенный в саркофаг. Мягкие ткани почти полностью сгнили: сквозь истлевшую кожу проглядывали белые кости черепа, оскаленного в жутковатой гримасе. Кое-где на теле шевелились черви, поедающие остатки гнилого мяса. Тление не тронуло только роскошные черные волосы, пышной волной спускавшиеся до лодыжек.
Керри глубоко вдохнула воздух, уже не воспринимая трупной вони. Перед глазами закружились темные пятна. И только спустя несколько редких ударов сердца до нее дошло: этот труп никак не мог быть Л'эртом. В гробу перед ней лежала женщина. То есть то, что когда-то было женщиной. Керри еще пару мгновений всматривалась в кремовое платье усопшей, сохранившееся значительно лучше самого тела, а потом резко опустила крышку вниз и осела на ковер подле гроба. Ноги ее не держали.
Оставался еще один гроб. Она почти час собиралась с духом поднять его крышку. Но не может же она уйти отсюда, не проверив…
Наконец она решилась, тронула защелки – и тут же крепко зажмурилась, не в силах преодолеть паническую волну страха. На сей раз гнилью не пахло. Даже чуть-чуть. Она выждала пару минут, чтобы окончательно в этом убедиться, и медленно открыла глаза.
Он казался спящим. Черные локоны пушистым облаком разметались по уложенным в саркофаг подушкам, глаза закрыты, на лице спокойное и умиротворенное выражение.
Керри сглотнула. Он же спит! Только спит! Ведь правда же?
– Л'эрт! – прошептала она. – Л'эрт, ты меня слышишь?
Он не ответил.
Керри наконец оторвалась взглядом от его лица и заметила осколок лезвия, торчащий в груди вампира. Кровь на ране казалась запекшейся.
Но это просто рана! Она же видела, как он ходил, утыканный такими обломками – и ничего! Его не может убить какой-то ножик!
Керри нерешительно дотронулась пальцами до его лица, потрясла за плечо. Руки ощущали ледяной холод – но ведь он всегда холодный! Это его нормальное состояние! Ее начала колотить дрожь. Может, надо просто вытащить осколки? Конечно же он просто без сознания и не может восстановиться: мешает это проклятое лезвие.
Почти не соображая, Керри схватилась руками за обломок меча и потянула на себя. Она не почувствовала, как острые кромки прорезали ее ладони почти до костей, омывая рану вампира свежей кровью. Несколько капель попало на разрубленный медальон в форме солнечного диска. По краю медальона метнулось несколько искр – и тут же погасло, но Керри не заметила этого.
Отбросив обломок, она отерла порезанные руки о края своей куртки, не заботясь о том, как потом будет объяснять свой вид.
– Л'эрт! Ну пожалуйста, очнись! – Керри осторожно взяла его за руку. Голос ее срывался. – Л'эрт!!
Тело вампира по-прежнему было неподвижно. Кровь на рубашке вокруг раны казалась черной. Почему-то Керри ожидала, что рана начнет заживать – но ничего не происходило.
Он просто потерял слишком много крови, только и всего. Ему надо помочь… Она сосредоточилась, призывая магию исцеления. На кончиках ее пальцев затанцевали серебристые искры. Но вместо того чтобы окутать пораженное место, искры разлетались в пустоту и гасли. Она попробовала еще три раза, пока не вспомнила: такая реакция характерна, если объект излечения… мертв.
Керри опустила руки. В голове метнулось еще одно непрошеное воспоминание. На Орион была наброшена достаточно мощная магическая сетка. Она должна была воспрепятствовать любому магу, кроме установившего блокаду, накладывать какие-либо чары. А ее заклинание ничто не блокировало. Оно просто не нашло цели.
Ни один из арканов, наложенных хозяином, не работал. Ни один из огромного количества арканов, что должны были сработать. Они больше не существовали. Потому что создавший их маг был мертв.
Керри стояла у тела Л'эрта еще несколько часов, кроша пальцами каменную кромку саркофага и вглядываясь в его безмятежное лицо, словно пытаясь навсегда запомнить. Только когда рассвет лизнул шпили замка, она вызвала портал в свою комнату на постоялом дворе Керхалана. Ей даже не пришлось выходить из склепа – теперь это было просто обычное помещение. Сосредоточиться было трудно, с необходимым уровнем силы она слегка переборщила: при закрытии портала по склепу ударила волна спрессованного воздуха, опрокинувшая крышки на распахнутых гробах и перекосившая входную дверь. Керри этого уже не увидела.
Слезы пришли только на следующую ночь. Ралернану она сказала, что ей приснился кошмар.

Когда Ралернану показалось, что Керри окончательно пришла в себя после «тяжелой» дороги, он пригласил нескольких наиболее известных медицинских светил, традиционно практикующих в столице..
Первых трех Керри просто загипнотизировала, подчинив волю взглядом. Послушные ее приказам, они тупо повторили Ралернану, что прерывать беременность его жены крайне опасно для ее здоровья и лучше бы этого не делать.
Четвертый лекарь оказался иммунен к чарам вампира. Сухощавый невысокий старик с длинной, чуть ли не подметающей пол бородой, обладал, как оказалось, весьма цепким умом.
– Девочка, а ты ведь не человек, – выдал он после полуторачасового обследования.
– А кто же? – как можно более нейтрально поинтересовалась она.
Ралернан считал, что Акерене удалось вернуть Керри человеческую сущность. Керри не стала его разочаровывать. В конце концов, если для его счастья достаточно наблюдать, как она ест то же, что и он, – что ж, вмешательство Акерены дало ей эту возможность. Кровь животных и раньше не нравилась ей на вкус, но была необходима. Теперь эта необходимость отпала. Зеркала перестали прятать ее отражение.
Вот только человек не может остановить биение сердца, не может перестать дышать. Не может перекинуться в летучую мышь и подчинять взглядом. Она могла.
Возможно, она и перестала быть вампиром, но во что тогда она превратилась, она и сама не понимала.
– Не знаю. – Лекарь подергал себя за бороду, вырвал несколько волосков, но не обратил на это внимание. – Крайне любопытный, уникальный феномен. М-да. Но, конечно, тщательно в этом разобраться можно только путем эксгумирования трупа, а это несколько преждевременно. – Он поймал ошалелый взгляд девушки и поспешил вернуться к проблемам более насущным. – Это ведь у тебя третья беременность?
– Вторая, – холодно возразила Керри.
– Нет, третья. Твой муж сказал мне, что вы хотите прервать ее?
– Он хочет.
Лекарь задумчиво изучал ее своими темными глазами.
– Я слышал его разговор с моим предыдущим коллегой. Диагноз, который выставил коллега, показался мне странным. Скажи, ты сама ведь хочешь родить этого ребенка?
– И что? Это преступление?
– Нет. Но твой организм может этого не выдержать. Развитие плода на текущий момент складывается не самым удачным образом. Роды могут тебя значительно травмировать. Я обязан об этом предупредить.
– Он подкупил вас, чтобы вы меня запугали?
Лекарь покачал головой:
– Ты еще так молода. Стоит ли рисковать?
– Не ваше дело, – зло отрезала Керри. Ну что ей делать с этим типом? Ментальной атаке он не поддается. Пригрозить ему оружием? Как-то глупо…
Лекарь тем временем собрал свои инструменты и направился к двери.
– Постойте! – окликнула его девушка. – Что вы скажете Ралернану?
– Повторю диагноз моего коллеги.
Керри опешила:
– Но почему?
Лекарь огладил свою длинную бороду.
– Меня учили, что конечный выбор в данном вопросе всегда за женщиной. Я буду польщен, если ты захочешь прибегнуть к моей помощи через полгода. Удачи.

Странный лекарь оказался очень уважаемым и известным медикусом. «Диагноз» свой он расписал довольно пространно и в таких красках, что вызвал у Ралернана нервный тик. Больше разговоров об аборте эльф не заводил.

Если бы кто-нибудь сказал Керри двенадцать лет назад, что Винс станет для Ралернана любимым ребенком, она бы не поверила. Впрочем, она и сейчас до конца в это не верила. Но Ралернан не притворялся. Он действительно привязался к мальчишке, причем почему-то даже больше, чем к своему родному сыну. Не сразу: первые несколько месяцев после рождения Винса он подходил к 'ребенку, только чтобы лишний раз проверить, что у того не растут клыки. Но однажды в процессе такой проверки Винс схватил его ручонками за палец, проворковал «папа» и не пожелал отпускать. За какую струну души это задело эльфа, Керри так и не поняла. Но с того дня Ралернан навсегда перестал называть ребенка «проклятым отродьем».

ГЛАВА 3

День был теплым и солнечным. Глаакх, Глава Черной Лиги, откинул капюшон, подставляя лицо легкому летнему ветерку, напоенному ароматами цветов. Квадраату пришлось сделать над собой некоторое усилие, чтобы не дать проявиться эмоциям. Облик черного мага, значительно пострадавший во время первой битвы с Пресвятым Орденом, был довольно неприятным. Вся правая сторона тела Глаакха представляла собой мешанину толстых красновато-розовых рубцов. Несмотря на то что прошло уже много лет, они так и не зажили до конца. Правая бровь была выжжена, глаз казался вечно прищуренным и косящим из-за перетянутой кожи.
Глава Белой Лиги не понимал своего собеседника. Глаакх упорно не желал пользоваться наложением иллюзии, хотя в среде черных магов это был очень распространенный прием. Хотел он вызывать ужас своим обликом или же сочувствие – для Квадраата оставалось загадкой. Хотя какое сочувствие… За годы, прошедшие с момента столь неожиданного – и столь удачного – падения Пресвятого Ордена, Черная Лига уже довольно значительно восстановила свои силы. Но, конечно, не до конца. Потери, вызванные падением Черной Башни и схваткой за Белую, сильно проредили ряды черных магов. Глаакх все еще оставался в довольно невыгодном положении: в воспрянувшем Ордене Высокой Магии порядки задавали белые.
Квадраату было известно, что Черная Лига все-таки восстановила свою Башню. Но где расположен новый оплот черных – и насколько он уязвимее (а в том, что новая Башня уязвимее старой, Квадраат не сомневался), никто не знал. Разумеется, сам Квадраат также поспешил в кратчайшие сроки перенести Белую Башню в новое место – по его мнению, даже более удачное, чем предыдущее. Схватка с Пресвятым Орденом, на время объединившая интересы Черной и Белой Лиги, не могла обеспечить их дальнейшее мирное сосуществование. Как только общий враг исчез, старые склоки снова были вытащены на поверхность. Пока все еще оставалось на уровне косых взглядов и уколов исподтишка – белые маги тоже были несколько ослаблены случившимся противостоянием с церковниками, но Квадраат не сомневался, что пройдет менее столетия – и точечные уколы вполне могут перерасти в открытое столкновение. Но пока, пока все еще выглядело относительно мирно.
Орден заново отстроил разрушенную академию в Гринатаире – и даже добавил к привычным двум секторам новый, красный. Как выяснилось, дети с предрасположенностью к магии равновесия все еще встречались. Было принято решение попытаться восстановить Красную Лигу, хотя в отсутствие преподавателей и учебных пособий это было не самым простым начинанием. А единственный неизвестно кем обученный красный маг… Квадраат поморщился, возвращаясь к насущным проблемам.
– Итак, темнейший… Чем все-таки я обязан твоему приглашению? – обратился он к Глаакху.
Глава Черной Лиги еще несколько мгновений полюбовался ясным небом, после чего соизволил перейти к разговору.
– Пророчество. Или ты хочешь сказать, что забыл про него?
– Забыл?! В то время, как мы прилагаем титанические усилия, чтобы сгладить последствия прорыва богинь в наш мир?! Темнейший, ты издеваешься?
– Да при чем тут твои усилия… – Глаакх поморщился.
– Если бы не наше вмешательство, все живое уже давно было бы стерто с лица земли!
Квадраат несколько преувеличивал. Последствия призыва богинь оказались куда более мягкими, чем могли опасаться маги. Да, Клиастро успела разрушить несколько крупных торговых городов, спровоцировав длительные землетрясения. Кроме того, Квадраат полагал, что именно ей они обязаны многочисленными вспышками эпидемий странных болезней, не поддающихся никакому лечению и выкосивших немало людей. Общее количество жертв, конечно, было весьма значительно, но тотального уничтожения удавалось избежать. На публике Квадраат приписывал это активному участию магов Белой Лиги, тратящих свои силы на спасение жизней простых смертных, но сам он понимал, что его хвастливые выпады несколько не соответствуют реальности. По какой-то причине Клиастро медлила, не стремясь развивать бурную активность. Со стороны Акерены вообще пока не наблюдалось активных действий – то ли она довольствовалась тем, что мешала в некоторых из особенно крупных начинаний Клиастро, то ли ее планы были несколько иными.
Возникшее положение все больше и больше казалось Квадраату затишьем перед бурей. Вот только он не понимал, как эту бурю предотвратить. Но о решении призвать на помощь силы богинь он не жалел. Глава Белой Лиги полагал, что победа церковников не принесла бы этому миру спокойствия – и спасения.
Глаакх терпеливо выслушал пространный монолог Квадраата о том, какие героические усилия предпринимает Белая Лига для спасения мира, дождавшись, пока поток самовосхваления сойдет на нет.
– Тренируешься, светлейший? У тебя неплохо получается, – сухо вставил он в образовавшейся паузе. – Но давай все же сначала обсудим более насущные вопросы. Надеюсь, ты не позабыл те документы, что нам представилось изучить, захватив архивы Пресвятого Ордена?
– Нет. – Квадраат привычно сплел толстые пальцы на животе. Он прекрасно понимал, о каких манускриптах ведет речь черный маг. У Пресвятого Ордена оказалась очень и очень неплохая библиотека. После поражения церковников в сражении у Белой Башни захватить эту библиотеку было только делом времени. Формально Пресвятой Орден остался. Остатки его адептов, «милостиво» отпущенные в мир, время от времени таинственным образом исчезали, чтобы найтись через некоторое время в какой-нибудь канаве с перерезанным горлом – или не найтись вовсе. Но схема уничтожения выживших церковников была построена столь тщательно, что никому из непосвященных и в голову не могло прийти связать эти исчезновения с Орденом Высокой Магии. Единственным разочарованием оставалось то, что так и не удалось разыскать Главу Пресвятого Ордена – Кхенеранна. И тот артефакт, что церковник использовал для призыва магических сил. Кхенеранн будто провалился сквозь землю. Самые тщательные поиски не дали и намека на его местопребывание. Это было единственным, что отравляло сладость победы над Пресвятым Орденом.
– И? – нетерпеливо прервал воспоминания белого мага Глаакх.
– И ничего. Ты знаешь, как я отношусь к этим документам. Мы даже не в состоянии выяснить, не подделка ли это!
– Я бы предпочел перестраховаться. В этом конкретном случае, – возразил Глаакх. – Даты, указанные в данном документе, в отношении произошедших событий оказались слишком близки к реальности.
– Близки, но не идеально точны! Вероятно, и эта, так беспокоящая тебя дата является просто ориентировочной. Скорее всего, в этом году ничего не случится. Никакие из других косвенных признаков не указывают на увеличение активности сил равновесия.
– Даже если и так, это лишний раз говорит о том, что нам необходимо поторопиться!
– Поторопиться! Ну и поторопись! Что тебе мешает это сделать? Или тебе больше нравится делиться со мной своими опасениями? – Квадраат индифферентно отвернулся. Он был не прав, но показывать глубину своих собственных страхов полагал излишним. Кто знает, на что захочет использовать его слабость черный маг. После случая с неожиданным появлением кровососущих упырей в ходе последней битвы с церковниками Квадраат стал несколько опасаться Глаакха. Даже несмотря на то, что Черная Лига была слабее. В конце концов, лишняя осторожность никому еще не вредила.
– Ты же прекрасно знаешь, что одному мне не справиться. В свое время Риффир уже пытался в одиночку уничтожить эту девчонку и потерпел неудачу. К сожалению, тут нужны наши объединенные силы.
– Дело не в силах. – Квадраату было жарко под прямыми солнечными лучами. Растягивать разговор становилось довольно неприятным делом. – Для того чтобы ее уничтожить, ее надо заполучить на Круг, используемый для поединков.
– Или в одну из наших башен.
– Ты же сам понимаешь, башни – не тот вариант, что мы можем применить. Мы не настолько доверяем друг другу, а тратить силы на необходимый последующий перенос башни слишком уж расточительно. – Белый маг передвинулся, стараясь встать так, чтобы на него падала хотя бы легкая тень. – Но все это неважно. У нас нет возможности заполучить леди Арриера. Она даже отказалась от нашего предложения возглавить Красную Лигу…
– Можно подумать, ты полагал, что она согласится! Вздорная девчонка, и ничего более. Ойенг выбрал для себя весьма странного проводника.
– Если бы она согласилась, у нас был бы прекрасный шанс очень просто выманить ее на Круг. Просто притвориться, что это очередное место прохождения Совета. Ее знаний наверняка было бы недостаточно, чтобы разобраться в реальной ситуации.
– Что толку обсуждать провалившийся вариант! Она не согласилась – и я сомневаюсь, что когда-либо согласится. Она, вообще, на мой взгляд, с излишней подозрительностью относится к общению с нами. Можно подумать, ей известно про пророчество и ее собственную роль.
– Нет, это абсолютно невозможно. Доступ к этим документам более чем ограничен.
– Хотелось бы надеяться, светлейший. Но у тебя странный подход к безопасности. Ты даже согласился обучать лорда Арриера! Как знать, не пошерстил ли он в твоей библиотеке?
– Мы обучили его только самым азам. Это было необходимо для всеобщей же безопасности. Обладание такой мощью вкупе с неумением ее хоть как-то контролировать слишком опасно.
– Все равно я считаю, что его обучение было ошибкой.
– Просто тебе неприятно знать о существовании в составе Белой Лиги столь сильного мага, – пожал плечами Квадраат. В целом он был согласен с доводами своего собеседника, но лорд Арриера проявил завидное упорство, настаивая на обучении. Хорошо еще, удалось ограничиться общими знаниями.
Несмотря на то, что сила Арриера была чисто-белой, Квадраат не считал целесообразным развивать его способности. Все дело было в том, что лорд Арриера новоприобретенные знания использовал по большей части для обеспечения безопасности своей супруги. Квадраату он пояснял это тем, что опасается интриг со стороны царствующего монарха. Главе Белой Лиги такое объяснение казалось притянутым за уши. Насколько ему было известно, Ксорта почти не отреагировал на триумфальное возвращение опального лорда Арриера в роли спасителя Ордена Высокой Магии. И уж точно не устраивал никаких покушений на его супругу. Но доказать это Квадраат не мог, и ему приходилось мириться с теми объяснениями, что представлял Арриера. Периодически у Главы Белой Лиги возникало неприятное ощущение, что тот знает несколько больше, чем говорит, – но что толку с этих ощущений!
– В любом случае мы не можем незаметно похитить леди Арриера, – подытожил свои рассуждения Квадраат. – А открытое столкновение с ее мужем я не хотел бы устраивать.
– Ты просто боишься ему проиграть, – неприятно усмехнулся Глаакх. – Акерена наделила его огромной силой.
– Я не боюсь, но не полагаю это разумным. – На самом деле Глаакх не ошибся: Квадраат не хотел рисковать своей жизнью, ввязавшись в драку с помощником богини Света. Но признаваться своему собеседнику Глава Белой Лиги не собирался. – Нам необходимо как-то ее выманить. Так, чтобы лорд Арриера не смог этому воспрепятствовать.
– Усыпить или отравить, – предложил Глаакх. – Кстати, я уже работаю в этом направлении. Главное, чтобы в этот момент внимание ее мужа было отвлечено. О чем как раз можешь позаботиться ты.
– Даже если я отвлеку его непосредственное внимание, он все равно не оставит ее без охраны.
Глаакх тонко улыбнулся.
– Светлейший, ты поглупел за последние годы. Охрану можно подкупить.
– Ты что, действительно считаешь меня настолько идиотом?! Мы неоднократно пытались это сделать, но неизменно терпели крах! Арриера неплохо платит своим людям.
– Платит? При чем тут деньги? Надо просто узнать слабости ее охранников. У каждого человека есть свои слабости. Надавить на нужное место – и человек твой.
– У меня не сложилось впечатление, что это возможно. Его люди слишком ему верны.
– Но ведь совершенно необязательно, чтобы они его предавали. Конечно, нельзя требовать, чтобы они просто отвернулись и смотрели, как наши люди будут ее похищать – или убивать. Но вот допустить небольшое отклонение от своих обязанностей…
– Настолько небольшое, что оно позволит нам вмешаться? – Квадраат нахмурился. От иносказаний Глаакха у него уже голова шла кругом. Да и солнце поднималось все выше, припекая его лысоватую макушку и не способствуя улучшению настроения.
– Настолько небольшое, что охранник и не подумает, что мы сможем им хоть как-то воспользоваться. Наверняка он будет считать, что действует исключительно в своих интересах. А когда поймет, как помог нашим планам, будет уже поздно.
– Ты задумал нечто конкретное? – уточнил белый маг.
– Да. Но, как я и говорил, мне нужна твоя помощь. Я не смогу отвлечь лорда Арриера на достаточно долгое время. Так что этим придется заняться тебе.
– И в чем твой план?
– Я его еще корректирую. Мне надо закончить обработку телохранителей, а это требует времени. Не хочу рассчитывать на кого-то одного. Нужно предусмотреть несколько вариантов.
Квадраат пожевал нижнюю губу.
– Ты хоть понимаешь, что леди Арриера сама по себе – не беспомощный котенок? Я так и не смог точно оценить ее уровень силы.
– Это неважно.
– Неважно?! – Брови белого мага полезли на лоб. – Что за козырь ты прячешь в рукаве?
– Никаких козырей. Достаточно всего лишь оглушить ее, и вся ее сила ничем ей не поможет. А переправить ее на Круг будет уже просто делом техники.
– Глаакх, ты себя хорошо чувствуешь? Тебя послушать, так все наши проблемы можно решить, незаметно подойдя к ней на улице и тюкнув по виску!
– Все так. Именно незаметно. Я просто добьюсь того, что в момент нападения она будет сильно занята другими вещами. Настолько сильно, что переключиться на моих людей у нее просто не получится.
– Ты не хочешь хоть немного пояснить все эти туманные высказывания?
– Нет, не хочу. Иногда лишние уши появляются в самых неожиданных местах… Наберись терпения, светлейший. И будь готов отвлечь Арриера по моему знаку.

ГЛАВА 4

Ящер стремительно спикировал вниз из-за слоя облаков, прижав к спине огромные кожистые крылья. Когти его привычно подцепили отбившегося от стада козла. Несчастное животное успело только пару раз жалобно проблеять, прежде чем чешуйчатая лапа свернула ему шею.
Ящеру очень хотелось незамедлительно полакомиться своей добычей, но многолетняя привычка заставила его снова взмыть вверх и направиться к своему убежищу, затерянному среди горных хребтов. Тащить козла было неудобно. Кроме того, запах свежей крови слишком дразнил обоняние голодного ящера. Но вот еще несколько минут изнурительного полета – и впереди показались почти отвесные горные пики, куда не смог бы добраться ни один смертный. Убежище.
На площадку, где располагалось его логово, ящер приземлился только со второй попытки. И тут же с некоторым облегчением выпустил когти из неудобной ноши – только для того, чтобы вонзиться в добычу зубами. Когда-то ему претило есть сырое мясо. Когда-то давно. Сейчас ящеру казались смешными те привычки. Быстрыми, хотя и немного неаккуратными движениями он разорвал тушку на куски. Кровь обильно окрасила камни площадки и его пасть. Ящер облизнулся. Он был доволен сегодняшним днем.
Вскоре от козла остались только кости и ошметки шкуры. Небрежным движением сильной лапы ящер спихнул остатки своей трапезы вниз, следя взглядом за их падением. Вскоре кости достигли слоя тумана, скрывающего подножие гор, – и исчезли.
Ящер слегка потянулся, разминая мышцы, и свернулся кольцом. Солнце ярко сверкало на его золотых чешуях.
– Я настойчиво прошу тебя соблюдать осторожность, сын мой. –  Раздавшийся в голове настойчивый голос прервал сладкую дрему ящера. Он приподнял голову, неосознанно раздувая кожистые брыжи по ее бокам. Нет, гость не представлял никакой опасности для ящера, даже напротив. Но часть животных рефлексов не поддавалась контролю разума. Ящер повернулся в сторону черного проема, ведущего в глубь его логова. Сияющий силуэт казался особенно ярким на фоне темноты.
– Я соблюдаю… осторожность… – медленно проговорил ящер. Говорить было трудно: пасть животного не приспособлена для человеческой речи. К тому же сказывалась весьма редкая практика.
Ящер смотрел на своего собеседника неподвижными янтарными глазами, лишенными всяческого выражения. Он еще помнил, как падал ниц перед этим богом. Но то, что было важным для человека, становилось все менее и менее важным для дракона.
– Я просил тебя выбирать для охоты более отдаленные места. И уничтожать следы своих трапез. Гора костей, которую ты создаешь внизу, рано или поздно привлечет чье-либо внимание. И блеск твоих чешуй слишком далеко заметен, когда ты лежишь здесь на солнце. 
– Мне тяжело… далеко охотиться… Твоя магия… не настолько… совершенна… чтобы научить… хорошо летать… того, кто не родился… с крыльями… – Ящер облизнул пасть Длинным раздвоенным языком. Разговор утомлял его. – Даже если… меня и найдут… Что с того? Люди не посмеют… напасть на меня…
– Крестьяне – да. Но поползут слухи, и однажды ты увидишь у входа в свое жилище уже не крестьян, а воинов. 
– Охотников за нечистью… – продолжил его мысль ящер. – Ты не находишь… это несколько… забавным? – Он склонил голову набок и слегка прищурился.
– Ты – не нечисть! Ты избранный! 
– Это ты… так говоришь… Я слышал… разговоры людей… Белая Лига… теперь… обучает… охотников… А уж за чьими скальпами… они отправляются…
– Белая Лига только стремится уничтожить кровососущих тварей, выпущенных в мир черными магами. Их боевые маги нацелены именно на это. 
– Но все же… это именно… боевые маги… Неплохо для белых… которые предпочитали… отсиживаться в обороне… Мир меняется…
– Это прямое следствие прорыва стихий. Но это мелочи, от них допустимо абстрагироваться. Не допустить полного и истинного прорыва стихийных сущностей – вот наша основная задача. 
– Наисвятейший?
– Да, сын мой? 
– Я пока еще… помню… основную задачу… Мой мозг… деградирует… не настолько… быстро… Но говорить… мне тяжело…
– Сын мой, скрепи свое сердце. Тебе осталось ждать совсем немного. Пойми, твоя миссия более чем важна. Артефакт, который я даровал тебе, не должен попасть в руки стихийных сил. 
Артефакт… Ящер непроизвольно пошевелился, вспоминая о дополнительном кожном наросте на спине – как раз между крыльями. Двенадцать лет назад это казалось ему прекрасной идеей. С каким энтузиазмом он поддержал предложение своего бога! Его даже не смутило то, что для извлечения артефакта обратно придется уничтожить его физическое тело. Разве можно колебаться, когда речь идет о спасении мира?
А сейчас он именно колебался. Сил Наисвятейшего было недостаточно, чтобы просто способствовать изменению его человеческой формы. Пришлось осуществить слияние с животной сущностью. Тогда он был так удивлен своим будущим обликом, что даже особенно не задумывался, в какой глуши Наисвятейшему удалось отыскать этот вымирающий вид. Вот только они не учли, что человеческий разум не предназначен для существования в черепной коробке дракона. Сначала изменения были незначительны и касались скорее восприятия внешних раздражителей. Сейчас они начали затрагивать логические цепи. Наверное, необходимо было более активно предупредить об этом Наисвятейшего, но ящеру происходящие изменения не казались чем-то значительным. А говорить… говорить было вся тяжелее и тяжелее.
– Мне неприятно… его присутствие… – сказал ящер, когда пауза слишком уж затянулась. – Он жжет мне… спину…
– Сын мой, это всего лишь мелкое физическое неудобство. Но без силы, дарованной тебе этим предметом, ты не смог бы контролировать тело, которым обладаешь сегодня. Именно он позволяет тебе удерживаться в воздухе. 
– Я помню… Ты пришел… только чтобы… напоминать?
– Время последней схватки близится. Ты должен быть готов к ней. Уже совсем скоро я призову тебя. 
– Ты так говорил… уже несколько раз… Но ты ошибался… Смешно… Когда-то я считал… что боги… никогда не ошибаются…
– На сей раз нет никакой ошибки. Пройдет меньше года, и твои страдания закончатся. Душа твоя обретет заслуженный покой. 
Ящер слегка встопорщил костяные наросты, идущие вдоль позвонков от головы до кончика хвоста. Покой… Ему не хотелось покоя. Ему просто хотелось жить. Пусть даже так, как сейчас, с огненным комком между основанием крыльев. Человеческая часть сознания вяло шевельнулась, несогласная с этой точкой зрения. Пока еще она имела на него влияние.
– Что-то не так, сын мой? – Сияющий силуэт приблизился к его голове. Ящер ощутил тепло, волнами исходящее от бога. Тепло и уверенность в правильности выбранного пути.
– Все… в порядке… Просто… устал ждать…
– Уже скоро. –  Бесплотная рука коснулась его шеи. В душе ящера всколыхнулась благодарность к этому божественному существу, давшему ему возможность послужить на благо людей. В присутствии Наисвятейшего было так уютно… Ящер изогнулся, как огромная кошка, приласканная хозяйкой. – Уже совсем скоро, сын мой. Потерпи. 

ГЛАВА 5

Летнее солнце весело сияло на безоблачном небе, распространяя волны жаркого тепла. Деревня казалась вымершей, лишь где-то вдалеке лениво брехали собаки да мычала одинокая корова. Деревня стояла на отшибе от основных дорог, и посторонние сюда забредали редко.
Появление странного путника, долго изучавшего деревянную табличку с названием деревни, невольно привлекло всеобщее внимание. Молодой человек, на первый взгляд не старше двадцати лет, был невысок ростом и чрезмерно худ. Светлые волосы его были подстрижены несколько неровно и перехвачены на лбу узкой кожаной полоской. Одет путник был в мантию, бывшую, вероятно, изначально черной, но сейчас пестревшую пятнами грязи и пыли. Пожалуй, грязной ткани было куда больше, чем чистой. На левом плече красовалась вышитая алыми нитками буква «А». На боку путника висела объемистая сумка едва ли не в половину его самого.
Путник не казался особенно опасным, но вот мантия… Магов крестьяне не жаловали. Если бы он был белым, то еще куда ни шло, но мантия была черной. Черных магов в последние годы стали бояться гораздо сильнее. Ведь именно черные выпустили в мир этих проклятых упырей! Кто знает, что нужно здесь этому типу? На вышивку на рукаве, означавшую принадлежность к обучающимся в академии, крестьяне не обратили внимания.
Староста деревни терпеливо ждал, надеясь, что маг наконец даст понять о своих намерениях, но тот по-прежнему не двигался с места, продолжая детальное изучение ничем не примечательной таблички. Наконец староста не выдержал и подошел к нему.
– Господин маг, вы по делу тут или проездом?
Путник вздрогнул и резко повернулся.
– Ой. Я вас не услышал. – Голос у него был тихий, ломкий и совсем не внушительный. – А тут кладбище есть?
Староста опешил.
– Ясное дело, есть. – Он автоматически махнул рукой в направлении искомого объекта и только мгновением позже спохватился. – А зачем оно вам?
Путник слегка замялся:
– Мне нужен практический материал…
– Чего?
– Ну… мне нужно позаниматься…
– На кладбище?! Это место упокоения наших предков! Чем вы там собираетесь заниматься?!
Путник застенчиво улыбнулся:
– Понимаете… мне непременно нужно сделать зомби.
– Что-о?! – Рука старосты сжалась в кулак. Староста был еще далеко не старым мужчиной, ему едва перевалило за сорок, сложением его природа наградила плотным и крепким. Путник покосился на его руки и весьма заметно побледнел.
– Если, конечно, вы не будете против, – поспешно добавил он.
– Да как ты смеешь! – От возмущения крестьянин потерял всяческий пиетет. – Ты что же, думаешь, что раз в эту тряпку завернулся, так тебе позволено наших предков позорить?! Да мы тебя сейчас!..
Путник не стал дожидаться конца фразы. Подобрав полы своей пыльной одежды, он припустил прочь.
Если бы жители деревни проследили за ним, они бы заметили, что маг убежал совсем недалеко. Как только деревня скрылась из виду, он поспешил спрятаться в первых попавшихся кустах, где и просидел до наступления темноты.
Но как только наступила ночь, путник вернулся, стараясь производить как можно меньше шума.

Стук лопаты о неожиданно попавшийся в мягкой земле камень заставил Галлика нервно дернуться и застыть в довольно неудобной позе. Несколько минут он выжидал, настороженно вслушиваясь в ночные шорохи. Нет, вроде ничего подозрительного. Можно продолжить работу. Ах, если бы магия давалась ему хоть немного легче! Но у него не хватало способностей самостоятельно сформировать даже такое простое заклинание, как шатер безмолвия. А как было бы удобно! Поставил себе – и работай, не затрудняясь необходимостью соблюдать тишину! Может, ректор прав? Нет, конечно же нет. Галлик не мог смириться с тем, что маг он никудышный. Он докажет всем этим напыщенным господам из экзаменационной комиссии, что по праву претендует на звание черного мага! Хотя бы один удачный опыт, и высокая оценка на выпускном экзамене не заставит себя ждать.
Галлик встряхнул головой, не желая задумываться о весьма вероятных сложностях с продолжением образования, но незваные мысли все равно настырно крутились в его голове. Академия представляла собой только первый этап обучения магов – тот этап, что был открыт для глаз простых смертных. Второй этап обучения, включающий возможные человеческие жертвы, проводился непосредственно в Башнях Ордена Высокой Магии. Маг, не завершивший второй этап, так и не становился полноценным членом Лиги.
Чтобы найти нужную могилу, у Галлика ушла почти половина ночи, и теперь молодой адепт академии разрывался между желанием скорее завершить начатое и опасением, что его могут обнаружить.
Лопата снова стукнула, но звук получился более глухой – на этот раз ей встретилась не каменная, а деревянная преграда. Галлик стремительными движениями расчистил крышку гроба от остатков земли. Захоронение было неглубоким и наиболее свежим из всех, найденных им на деревенском кладбище. Остается надеяться, что труп еще пригоден для его целей.
Крышка была забита явно наспех, без особого тщания. Галлику потребовалось только несколько минут работы небольшим ломиком, чтобы сорвать ее. В летнем воздухе тут же разлилась смрадная вонь. Правду сказать, запах гнили проникал и сквозь крышку, но теперь он стал почти что невыносим. Галлик давно уже привык к таким запахам, они его не беспокоили. Прокашлявшись и подождав, пока легкий ветерок слегка развеет вонь, он склонился над открытым гробом, изучая покойника.
Труп был захоронен сравнительно недавно, и ткани тела не успели еще полностью сгнить. Но, увы и ах, труп был калекой: одной ноги у тела не было. Причем, судя по всему, ее отняли задолго до смерти.
Галлик огорченно вздохнул. Ну как же ему сделать зомби из такого покойника? На чем тот ходить будет? С другой стороны, еще одну могилу он раскопать не успеет. Адепт еще раз беззвучно посетовал на судьбу и полез в свою объемистую сумку. В любом случае, раз уж он здесь, необходимо хотя бы попробовать.
Разумеется, мешочек с необходимыми ингредиентами завалился на самое дно. Рядом с кучами свежевскопанной земли образовалась ничуть не меньшая куча из различных совершенно необходимых для потенциального черного мага вещей, вытащенных из сумки, – начиная от учебника истории и заканчивая четками из сушеных майских жуков, пойманных в полнолуние.
Магическая фигура вычерчивалась с трудом. В учебном классе ему казалось, что все это весьма просто и обыденно, но сейчас руки дрожали, и Галлику то и дело приходилось подправлять линию. Наконец круг замкнулся. Адепт оттер обильно выступивший на лбу пот и нараспев начал произносить ключевые строки заклинания. Он настолько погрузился в таинство магии, что совершенно забыл о необходимости максимально соблюдать тишину. Последние слова аркана он почти что прокричал.
По краю магической фигуры вспыхнули слабые алые огоньки, метнулись в центр – и тут же начали угасать. Галлик досадливо сплюнул. Ну надо же! Неужели он плохо сконцентрировался?
Он уже почти приготовился повторить попытку, когда в отдалении заметались сполохи факелов и послышались возмущенные голоса. Галлик поспешно вскочил, наскоро заметая начерченный на земле многогранник. Чтобы сложить обратно все вещи в сумку, у него ушло слишком много времени: руки слегка дрожали, что не ускоряло процесса. Огоньки факелов двигались уже у соседнего захоронения, когда он закончил собирать последние предметы и метнулся прочь. К несчастью, Галлик ухитрился споткнуться о позабытую лопату, каковая с громким шумом грохнулась в разоренную могилу, сообщая о его местонахождении.
– Вот он! Здесь! Лови проклятого колдуна! На вилы его! – Громкие голоса перебивали друг друга, но обладатели их отнюдь не стремились перейти к рукопашной. Галлик этого не понял. Испуганный до полусмерти, он побежал прочь, не разбирая дороги. Какое-то время он слышал за собой топот ног и проклинающие выкрики.
Постепенно преследующие отстали, но Галлик не останавливался до тех пор, пока в боку не закололо, а ноги не стали подкашиваться. Он не знал, что крестьяне боялись его едва ли не больше, чем он их.

Наконец отдышавшись, он попытался осмотреться и понять, куда попал. Места были незнакомые. Удирая от своих преследователей, он практически не смотрел по сторонам. Кажется, он пересек какое-то поле и небольшой, но довольно глухой подлесок. Сейчас Галлик обнаружил, что стоит на заброшенной дороге. Где-то за спиной осталась недружелюбная деревня с неудачно откопанным покойником. А в нескольких полетах стрелы впереди на фоне ночного неба вырисовывался силуэт какого-то замка.
Галлик немного приободрился. Замок – а значит, там наверняка есть кто-то более или менее просвещенный. Быть может, они с пониманием отнесутся к его рассказу и даже позволят переночевать в человеческих условиях? Весь последний месяц Галлик обретался на задворках различных мелких селений и спал по большей части прямо на земле. Адепт решительно поправил сбившуюся мантию и направился к замку.
Однако по мере приближения энтузиазм Галлика начал иссякать. При более тщательном рассмотрении замок казался брошенным – слишком уж тихой и темной была его громада. Правда, Галлик ощущал постоянное усиление остаточного магического фона. Хозяин или хозяева замка явно не чужды были магии. У любого нормального человека этот фон вызвал бы волну мурашек по коже и желание убраться как можно дальше. Но Галлик привык к аналогичным всплескам во время некоторых из курсов. Гнетущей атмосферой его было не испугать.
Подвесной мост, перекинутый через все еще глубокий и вполне функциональный ров, был гостеприимно опущен. Может, хозяева все же есть и просто спят? С другой стороны – а где же тогда охрана? Мало ли кто тут шастает по дорогам. Галлик вошел внутрь и попытался осмотреться. В общем, ничего нового он не увидел – те же старые и местами поросшие мхом камни, что и снаружи. И все та же тишина. Словно кто-то набросил на замок долговременный шатер безмолвия, о котором недавно так мечтал адепт.
Ощущение постороннего присутствия возникло внезапно, застав Галлика врасплох. И шло оно почему-то снизу, от земли. Галлик прищурился, стараясь разобраться. Было слишком темно, и ничего, кроме не вполне аккуратно выполненной отмостки дворика, он не увидел. Камни – камни и есть. Ощущение пропало – и возникло снова, на сей раз более четкое и явное. Галлик поспешно опустился на колени, собираясь исследовать старые камни. Загадка начала его интриговать.
Он как раз с великим тщанием заканчивал выцарапывать один из камней, когда прямо перед его лицом возникло небольшое светящееся облако. Галлик вздрогнул и пребольно прижал пальцы уроненным камнем. Облако немного поколебалось из стороны в сторону и замерло точно напротив его глаз. Посасывая ушибленные пальцы, Галлик задумчиво уставился на непонятный ему феномен. Чем дольше он смотрел, тем больше ему казалось, что облако приобретает очертания животного. Кота или кошки. Призрачный зверь широко раскрыл пасть, издавая беззвучное мяуканье, и активно помахал прозрачным хвостом. Галлик заинтересованно протянул в его сторону руку, собираясь потрогать, но призрак тут же прыгнул в сторону – и снова замер, чего-то выжидая.
Адепт сосредоточенно почесал нос. Призраки. Странно, призраки животных – тема, конечно, еще малоизученная, но вроде они не должны быть разумны. А этот ведет себя необычно и на удивление неагрессивен. Во всяком случае, пока. Вот бы забрать его отсюда в лабораторию академии! Галлик мысленно прикинул перечень заклинаний, которые могли бы помочь ему удержать облачного зверя, и с неудовольствием отметил, что ни одним из них он еще ни разу не пользовался. Ну надо же когда-то начинать! Галлик выпрямился и попытался сконцентрироваться на самом простом из вспомнившихся арканов.
К его сожалению, призрак не стал ожидать окончания концентрации адепта, а проворно сдвинулся еще на несколько шагов. Галлик нахмурился. Если бы тот стоял, ему было бы куда проще накладывать заклинание. Призрак снова издал беззвучное мяуканье и пошел прочь, переступая прозрачными лапами по обросшим мхом камням. Галлик только моргнул, а кот был уже на другой стороне внутреннего двора замка – почти что у входа в само здание.
– Эй! Постой! – Галлик поспешно двинулся за призраком. – Постой, я не сделаю тебе ничего дурного! – Его слова породили множественное и жутковатое эхо, но адепт не обратил на него никакого внимания. Подумаешь, эхо. Вот необычный призрак – это да. Надо его непременно поймать.
Призрак любезно подождал, пока адепт приблизится к нему почти вплотную, после чего скользнул в щель приоткрытой двери. Галлик ругнулся и дернул дверь на себя. Тяжелые створки поддались с трудом: их явно давно не смазывали. Физическая форма Галлика была весьма далека от совершенной, и с дверью он провозился довольно долго. К его удивлению, призрак никуда не исчез – он сидел внутри, словно поджидая. Но как только Галлик прополз через частично приоткрытую дверь и протащил через нее свою объемную сумку, призрак снова двинулся прочь, помахивая хвостом и время от времени оборачиваясь и проверяя, следует ли адепт за ним.
Галлик восхитился. Похоже, это не просто призрак, а дух, снабженный поисковым либо направляющим заклинанием. Как интересно! Да, хозяева замка однозначно не чужды магии. Адепт уже не пытался поймать кота, а с любопытством следовал за ним. О том, что животное может завести незваного гостя в ловушку, он даже не подумал.
Призрак привел его к длинной винтовой лестнице, уходящей вниз, и проворно запрыгал по осклизлым от влаги ступеням. Галлик не обладал такой легкостью и то и дело оскальзывался, поспешно хватаясь за перила, чтобы не слететь вниз. Насколько ему было видно, лестница была довольно длинной, а ломать кости в намерения адепта не входило.
Он уже начал уставать от однообразного и монотонного спуска – и снова начал выстраивать в уме заклинание по поимке призрака, когда лестница неожиданно кончилась. Галлик понял это только по тому, что не нащупал ногой следующей ступеньки. Под ногами был уже не каменный, а земляной пол. Вокруг было темно, хоть глаз выколи. Смазанное пятно призрака скорее усиливало, чем разгоняло тьму – и уж никак не могло служить осветительным прибором. Галлик попытался наколдовать себе освещение, но, как всегда, вышла у него только миниатюрная копия желаемого: повисший над правым плечом огненный шарик был всего с ладонь в диаметре, а света давал ничуть не больше чадящей свечи. Впрочем, это было лучше, чем ничего.
Призрак снова раскрыл пасть, словно призывая адепта поторопиться. Подвал Галлику не понравился. Темно, грязно, сыро. И главное – никаких таинственных помещений с результатами каких-нибудь магических опытов или, на худой конец, тайной библиотекой. Только стены, стены, стены, по которым текла вода. Странно, что не было крыс – местечко как раз подходящее. Пару раз адепт поскальзывался на слое слизи, местами обильно покрывавшей пол. Черная мантия украсилась некоторым количеством мокрых и неприятно пахнущих пятен.
Призрак привел его к тяжелым двустворчатым дверям, окованным металлическими пластинами – и исчез. Галлик издал возмущенный вопль, но призрак не пожелал появиться. Может, он опять внутри? Адепт перевел взгляд на двери, подергал за ручку. Впрочем, он и так видел, что створки слишком сильно перекошены, чтобы поддаться так просто. Возиться с заклинившей дверью не хотелось. С другой стороны, он и так уже, одни боги знают, сколько времени гуляет по этому замку. Надо хоть проверить, куда же его привели.
Попытка расшатать дверь ни к чему не привела. Галлик провозился больше часа, пока не понял, что его сил тут явно недостаточно. Но уходить теперь было еще более глупо. И он вызвал заклинание тления, направив его на несговорчивую дверь. Заклинание должно было превратить дерево двери в труху, но, как всегда, сработало оно не в полном объеме. Доски приобрели подгнивший вид, и на этом все закончилось. И, конечно, тут же погас огненный шар: адепту не хватило сил на одновременное поддерживание двух заклинаний.
Галлик досадливо пнул дверь ногой, естественно, чуть не отбив при этом указанную конечность. Но то ли пинок дополнил заклинание, то ли сказались предыдущие усилия – створка скрипнула и прогнулась, образовывая щель, достаточную для того, чтобы худенький адепт пролез внутрь.
Внутри было темно, но воздух казался значительно более сухим и прохладным. Галлик поспешно наколдовал себе новый огненный шарик. Призрак, таинственно исчезнувший перед дверью, тут же выкатился чуть ли не под ноги. Но Галлик был слишком поражен помещением, в котором он оказался, чтобы уделить возвращению призрака должное внимание. Склеп! Кот привел его в самый настоящий склеп! Сколько хватало глаз, на постаментах слева и справа располагались гробы. Галлик склонился над ближайшим, изучая изысканную гравировку на крышке. Да, это вам не сельское кладбище. Адепт сглотнул. А вдруг… Вдруг здесь еще есть хотя бы один недавний труп? Склеп хорошо проветривается, может, он найдет здесь тело в более-менее пригодном состоянии? А раз хозяев нет, то его никто не прогонит, не так ли?
Галлик восторженно потер ладони, примериваясь к ближайшему гробу. Гробы явно были сделаны не из дерева – скорее всего, какой-то камень. Чем бы подцепить крышку?
Яростное мельтешение призрака под ногами отвлекло адепта. Кот казался недовольным задержкой и по-прежнему рвался куда-то вести. Галлик задумчиво посмотрел на приглянувшийся ему гроб, но все-таки последовал за призраком. Все равно он будет возвращаться этой дорогой.
Впрочем, насчет возвращения Галлик несколько погорячился. Призрак увел его совсем недалеко – на противоположный конец склепа. Кот прыгнул на крышку одного из гробов, на несколько мгновений застыл в неподвижной позе – и снова исчез.
Галлик почесал нос. Странно все это. Может, заклинание, наложенное на дух, сработало не до конца? А может, животное пыталось помочь ему и показало нужный гроб? Почему бы и нет? Вполне возможно, призрак настроен на восприятие мозговой деятельности посетителя. Галлик вздохнул. Нет, это животное совершенно необходимо поймать! Оно куда любопытнее, чем может показаться.
Гробы в этом конце склепа, по результатам беглого осмотра, ничем не отличались от всех прочих. Соответственно ничто не мешает ему начать именно отсюда.
Галлик подергал крышку гроба. Крышка, выполненная из камня, поддаваться не собиралась. Между ней и нижней частью угадывалась едва заметная щель, но сам механизм крепления оставался для Галлика загадкой. Может, она просто положена сверху? При таком весе даже и забивать гроб вовсе необязательно.
Адепт покрутил головой вокруг, выискивая что-нибудь, что можно было бы использовать вместо рычага. В его собственных пожитках ничего похожего, к сожалению, не было. Впрочем, откуда в склепе лишний мусор?
Но мусор в склепе все-таки был. Галлик заметил, как в свете созданного им огонька сверкнул какой-то металлический обломок на полу. Адепт поспешно поднял его, чуть не порезавшись. Обломок, видимо, когда-то был частью лезвия. Галлик с сомнением повертел его в руках: особенно прочной находка не выглядела, но все же ткнул лезвием в тонкую щель между крышкой и основанием гроба.
Лезвие жалобно хрустнуло и переломилось надвое. Но вот крышка гроба почему-то шевельнулась – и, к немалому удивлению Галлика, плавно и беззвучно откинулась вверх.
Изучение механизма движения крышки Галлик оставил на потом, с восторженным энтузиазмом изучая содержимое гроба. Призрачный кот не подвел! Труп был совсем свежим! К своему удивлению, Галлик даже не чувствовал запаха разложения. Ну совсем запаха не быть не могло – наверное, он просто уже привык.
Труп принадлежал мужчине лет тридцати, довольно высокому, но весьма и весьма отощавшему. Галлик сначала решил, что покойный умер из-за голода – лицо его было сильно заострившимся, кожа туго обтягивала кости, придавая телу сходство с мумией. Но в результате более пристального осмотра в центре груди обнаружилось пятно запекшейся крови, прикрывавшее сквозную рану в сердце. Чуть повыше раны на теле лежал какой-то странный медальон в форме солнечного диска, расколотый глубокой трещиной. Галлик покрутил медальон в руках и соединил части. По краю диска тут же метнулись крошечные сполохи, и адепт поспешно выронил опасную игрушку. Трещина на медальоне странным образом исчезла, будто срослась. Диск сверкнул еще пару раз и потух. Только в центре все еще осталась тлеть слабая, незаметная для глаз Галлика искорка. Впрочем, медальон мало интересовал адепта.
Галлик потрогал тело. Оно было мягким. Трупное окоченение либо еще не наступило – либо уже прошло. Скорее второе – навряд ли покойник умер меньше суток назад.
Адепт восторженно потер ладони и мысленно вознес благодарность таинственному призраку. Прекрасно! Абсолютно идеальный экземпляр! Возможно, его мозг даже не полностью уничтожен! Галлик поспешно вытащил из сумки необходимые принадлежности и начал вычерчивать круг вокруг гроба. Вынимать тело он пока не стал – склеп был достаточно просторным, но разместить магическую фигуру в проходе между гробами было бы сложновато. А тащить тело наверх – слишком долго и муторно.
На этот раз Галлика никто не отвлекал, необходимости соблюдать тишину не было, и фигура получилась хотя и не совсем идеальная, но куда ровнее, чем на сельском кладбище.
Галлик немного подумал и решил усилить аркан магией крови. Вообще-то ее рекомендовалось использовать в любом случае, но в прошлый раз он слишком волновался, и пропустил этот момент подготовки. Галлик сделал небольшой надрез на руке и прошел вдоль начерченной фигуры, окропляя ее алым. Наконец все было закончено. Адепт еще раз проверил углы сопряжения, встал в центр фигуры рядом с гробом и закрыл глаза, сосредоточиваясь на призыве сил. Сила текла к нему тоненькими, едва заметными ручейками, которые то и дело пытались иссякнуть. В этом не было вины конкретного места или неумения самого мага – просто не так уж много способностей было дано ему от природы.
Галлик забормотал под нос слова заклинания. Более опытные маги воспользовались бы просто ментальным приказом, но он этого еще не умел – и старательно произносил малопонятные фразы на Верхней Речи.
Но вот последняя фраза была произнесена – и Галлик неуверенно приоткрыл глаза, оценивая результаты своей волшбы. Начерченный им круг уверенно полыхал холодным огнем. Язычки призрачного пламени поднимались до колен и были наполнены силой. Но вот только тело в гробу почему-то так и не пошевелилось.
У Галлика вырвался досадливый возглас. Ну почему же так? Он ведь все сделал правильно! Адепт склонился над гробом, все еще надеясь увидеть хотя бы легкое шевеление. Труп лежал абсолютно неподвижно.
Галлик раздраженно схватил тело за плечи и встряхнул.
– Ну оживай же! Почему ты не оживаешь?
Несмотря на кажущуюся худобу, труп оказался неожиданно тяжелым. Галлик почти тут же отпустил его. Поцарапанная рука, откуда адепт брал кровь для аркана, отозвалась болью.
Галлик скосил глаза на все еще пылающий круг. Но ведь заклинание работает! Он слишком отвлекся, выискивая ошибки в нарисованной фигуре, и не обратил внимание, как тело в гробу пошевелилось. Холодные пальцы трупа резко схватили кисть раненой руки адепта и дернули его на себя. Галлик едва не упал вовнутрь гроба – с такой силой был сделан рывок. Глаза трупа были распахнуты, но взгляд их был невидящим. Странные глаза. Светло-светло-голубые, как толстый слой льда, и подернутые какой-то беловатой сеточкой, словно изморозью.
Галлик настолько погрузился в изучение необычных глаз, что до него не сразу дошло, что труп притянул его руку к своему рту и явно пытался пить его кровь. Адепт резко дернулся, желая вырваться, но хватка мертвеца оказалась неожиданно крепкой. По спине Галлика побежали мурашки. Он дернулся еще раз, и опять с нулевым результатом. Неужели он что-то напутал? Зомби не может восстать против своего создателя. За исключением тех редких случаев, когда нарушен контроль и зомби впадает в безумие. Ох боги, только не это! А ведь так хорошо начиналось! Галлика слегка замутило, незаметно подкралась волна слабости. Он снова попытался высвободиться, но уже не столь активно. Руки почему-то дрожали. Неужели этот поднятый монстр просто-напросто убьет его, высосав всю кровь? Галлик едва не плакал от отчаяния. Вечно у него что-нибудь да не так. Ну где же он мог ошибиться?
– Отпусти меня! Ну пожалуйста! – Галлик знал, что если контроль над зомби утрачен, восстановить его практически невозможно – до момента окончательного уничтожения тела они превращаются в безумную машину убийства. Но паника перемешала все мысли адепта. – Отпусти! Мне же больно!
Холодные пальцы неожиданно разжались – как раз во время очередной попытки адепта вырваться. Галлик не смог сохранить равновесие и опрокинулся на спину, с размаху ударяясь о пол.

ГЛАВА 6

Каменный свод потолка покрывал слой пыли, местами бережно спрятанный под паутиной. Потолок. Так, следовательно, он лежит на спине, и… И, собственно, что? Зачем он это делает и почему выбрал для отдыха столь грязное место? Хотя потолок однозначно был знакомым. Уже лучше. Ну и где же тогда он находится? Попытка порыться в памяти отозвалась сильнейшей головной болью. Одновременно пришло неуютное осознание того, что не помнит он, кажется, вообще ничего. Включая и информацию о собственной персоне. Мм… Не очень хорошо. При этом почему именно нехорошо – тоже неясно. Повторная попытка самоопределиться не принесла ничего, кроме усиления головной боли. Память любезно показала кукиш и отказалась от дальнейшего сотрудничества. Оставалось лежать и изучать потолок. Вот только за исключением смутного чувства спокойствия из-за нахождения в условно знакомом месте, детальное изучение каменной кладки больше ничего не дало.
Через пару минут в пустую голову пришла гениальная мысль – встать и осмотреть остальные части помещения. Встать получилось только с третьей попытки, да и то не до конца. В смысле, получилось сесть. Любопытно, а какой идиот придумал такие высокие бортики для кровати? Да еще и каменные… Он потер слегка ушибленную кисть. Так, ладно, боги с этой кроватью, но надо же наконец из нее вылезти. Странно, но почему все-таки тело так паршиво слушается? Или так и должно? Память согласилась уведомить, что нет, должно быть намного лучше, после чего опять сосредоточилась на составлении кукишей.
Всякое упорство, однако же, приносит свои плоды, и через каких-то несколько минут, сопровождаемых беззвучными, хотя и весьма выразительными ругательствами, ему удалось перебросить ноги через непонятный каменный бортик – и шлепнуться вниз. Что хорошо – шлепнулся он на что-то мягкое и даже теплое. Что плохо – с такой координацией далеко не убежишь. Правда, непонятно было, зачем ему куда-то бежать, но инстинкты настойчиво требовали срочно восстановить двигательные функции в полном объеме.
Он как раз попытался над этим задуматься, когда «что-то мягкое», на что он приземлился, издало возмущенный возглас и попыталось вылезти из-под его задницы. Не то чтобы он был против – сидеть на шевелящейся куче не вполне удобно, – но зачем же при этом пинаться?
– Стой, где стоишь! – громко выдала шевелящаяся куча. – Не двигайся!
Он отметил, что указания были взаимоисключающими по той простой причине, что он вообще-то сидел. Ну почти – пинки недовольного собеседника перевели его тело в полулежачее положение. Тем не менее какая-то сила, не имеющая ничего общего с его собственными желаниями, заставила его замереть в данной не очень удобной позе.
Более детальное изучение говорящего объекта проинформировало его о том, что перед ним находится живое существо, скорее всего относящееся к человеческому подвиду. Существо было совсем молодым и, кажется, чем-то напуганным. Гм. С учетом того, что никого другого вблизи не наблюдалось, выходит, напугал существо именно он. А чем? Инстинкты уверяли, что это правильно – напуганная пища меньше сопротивляется. Стоп. Какая еще пища? Он что, должен есть вот этот верещащий комок?! Да в нем же костей больше, чем мяса. Хотя есть действительно хотелось. Память отвлеклась от кукишей и выдала несколько картинок-воспоминаний, мигом перебивших аппетит.
– Чтоб меня сожрали демоны.:. – произнес он вслух. – Что же тут творится такое?
Живое существо недоуменно уставилось на него, после чего испуг на его лице сменился восторгом.
– Ты можешь говорить? – спросило существо.
– Да? – не менее недоуменно поинтересовался он. – А надо?
Существо радостно потерло верхние конечности и исполнило ряд малопонятных движений нижними. Кажется, это называется «танец». Память издевательски напомнила ему, что место для танцулек слегка неподходящее, после чего опять самоустранилась.
Тем временем существо перестало метаться взад и вперед и замерло на месте, максимально вытянувшись вверх. Звуки, издаваемые существом, перестали быть понятными. Почему? Существо сошло с ума? Но с чего бы? Или с ума сошел он? Второе казалось более вероятным. Жаль, он только начал разбираться в происходящем. Память сжалилась и разрешила осознать, что странные звуки – не что иное, как обычное заклинание. Эй, стоп. А зачем… Додумать он не успел. Существо снова перешло на понятную речь:
– Повелеваю тебе назвать свое полное истинное имя!
Он не понял, в чем суть вопроса, но губы уже шевелились, выполняя полученный приказ.
– Герцог Лаэрт Саранциа, – послушно произнес он. И тут же в голове взорвался фейерверк каких-то смутных образов и воспоминаний, словно в одночасье прорвало огромную плотину. Он заорал от разрывающей череп адской боли, и орал до тех пор, пока воспоминания не сменились уютной и безопасной темнотой, затопившей все вокруг.

Галлику уже начало казаться, что он оглохнет от крика зомби, когда тот неожиданно замолк и кулем свалился на пол. Адепт склонился над ним, избегая, однако, дотрагиваться – рука все еще болела. Зомби не шевелился, только медальон на его шее горел мягким голубым огнем. Галлик осторожно пнул неподвижное тело носком ботинка и тут же отскочил в сторону. Отскакивал он совершенно напрасно – никакого воздействия его пинок не оказал.
Адепт испытал очередной укол расстройства. Неужели все? Его сил хватило только на несколько минут? А может, попробовать еще раз? Может, в следующий раз получится лучше? Он уже начал прикидывать, какие поправки имеет смысл внести в заклинание, когда труп беззвучно принял полусидячее выражением. Медальон начал медленно гаснуть, пока сияние не свернулось в крошечную точку в его центре. Труп несколько раз мигнул и потер пальцами виски.
– Проклятье, как же голова болит. – Странные льдистые глаза уставились в лицо Галлика. Тот невольно почувствовал себя кем-то средним между лабораторной крысой и загоняемой дичью. – А ты кто вообще, а? И что тут делаешь? – наконец вполне осмысленно поинтересовался зомби.
– Г-ггг-галлик, – с трудом выдавил адепт. Бред какой! Он что, правда разговаривает с зомби?! Или у него уже крыша поехала от перенапряжения? Они же неразумны!
– Любопытное имя. Папа был заикой? – некультурно поинтересовался Л'эрт. Сказать, что он не понимал, что происходит, – почти ничего не сказать. Последнее, что он помнил – драку с Арриера. Кажется, о чем-то они еще в процессе спорили, но вот о чем? Вспомнить не удавалось. Зато прекрасно помнился удар серебряным лезвием в сердце, после которого… Так. Но он же вроде бы умер? Или нет?
– Нет, не был. – Адепт в конце концов разобрался со своим речевым аппаратом. – Галлик меня зовут. Студент последнего курса академии.
– Ага. – Л'эрт как раз закончил осматривать свое тело. Рана в груди присутствовала – соответственно драка с Ралернаном сном не была. Непонятно. – Но все-таки что ты тут делаешь?
– Лабораторную. – Галлику внезапно очень захотелось изучить пол под ногами.
– Ага, – повторился Л'эрт. Так, хорошо. А он действительно в Орионе или ему кажется? Может, его сделали живым экспонатом для студентов? Стоп. Для каких студентов?! – А разве академия не разрушена? – вслух поинтересовался он.
– Разрушена?! – На лице Галлика отразился панический ужас. – Когда?!
Л'эрт назвал дату. Галлик посмотрел на него, как на умалишенного.
– Все ясно. Мозг все-таки испортился, – заключил адепт.
– Чей? – уточнил его собеседник.
– Твой! – безапелляционно заявил Галлик. Странный зомби начал его несколько раздражать. – И не спорь. Ты вообще мертвый.
– А то я без тебя не знаю! – фыркнул Л'эрт. Очень хотелось добавить «уже несколько столетий», но он сдержался. Ну его, этого странного адепта.
Челюсть Галлика упала вниз.
– В каком смысле знаешь? То есть как? То есть я же делаю всё неправильно, но откуда ты это знаешь, я же еще ничего не рассказал?
– Так расскажи уже! Пока я окончательно не спятил от собственных догадок!
– Ну… тебя убили.
– Причем, кажется, аж два раза, – тихо пробормотал Л'эрт. Галлик его не расслышал.
– Тебя убили… и, наверное, ты умер. Во всяком случае, я так думаю.
– Ну убили меня, хорошо. И что дальше-то? Безутешные родственники послали тебя поплакать на моей могиле?
– Нет, я сам пришел.
– Поплакать на моей могиле?! – Л'эрт ощутил острое желание схватиться за голову.
– Ну… в общем, мне надо было сделать что-нибудь достаточно впечатляющее… А то у меня оценки очень низкие… Ну и я решил сделать зомби.
– И как, получилось? – отстраненно поинтересовался Л'эрт.
– Я как раз над этим думаю.
До Л'эрта наконец дошло.
– Прости, ты из меня, что ли, пытался сделать зомби?
– Ну да. – Румянцу на щеках адепта позавидовала бы любая юная леди.
– Э… – Л'эрт почувствовал себя очень и очень неуютно. Да нет, бред какой. Зомби – это же просто мешок гнилых костей, приводимых в движение волей и силой некроманта. Но думать-то они не могут!
– Только я не уверен, что у меня примут этот опыт. Ты какой-то странный. Слишком связно разговариваешь. Наверное, это из-за того, что ты совсем недавно умер. – Кажется, сомнения Галлика имели аналогичный характер.
Л'эрт задумчиво взъерошил волосы. Ему все больше и больше начинало казаться, что он спит и видит сон. Причем довольно идиотский.
– А какое сегодня число?
Галлик ответил. Л'эрт впал в еще большую задумчивость и медленно протянул:
– Тогда не сходится. Двенадцать лет под «недавно умер» притянуть сложновато.
– Какие еще двенадцать лет?! Да ты еще разлагаться не начал! Ох, как жалко. Говоришь ты временами разумно, но с головой у тебя серьезные проблемы.
– А может, меня забальзамировали? – отрешенно спросил Л'эрт. Голова у него решительно отказывалась воспринимать происходящее.
– Тогда ты точно не смог бы говорить. Без мозга. К тому же тогда твою рану бы наверняка зашили. Ну там и кровь вытерли. Чтоб красиво было.
– Угу. – Рука Л'эрта дернулась к упомянутой ране. Рана по-прежнему никуда не делась. При желании через нее можно было поизучать часть внутренностей. Ну хорошо, сердце естественно, не бьется, но ведь он и до этой дурацкой драки умел его останавливать. А еще по-прежнему сохранялась странная легкость в голове. Он не чувствовал вокруг никаких колебаний силовых потоков, хотя вообще-то должен был. Л'эрт попробовал сотворить простенькое заклинание. К его удивлению, оно не сработало. Вообще. Как будто он снова был ребенком, начисто лишенным магического дара. Да уж лучше некуда. Как это понимать? Временная утрата способностей? Или постоянная?
Неужели этот студентик прав, и он теперь действительно зомби? Л'эрта слегка затрясло. Наплевав на конспирацию, он попытался перекинуться в форму летучей мыши, но это тоже не получилось, как он ни старался.
– Какой кошмар, – заключил он вслух.
– Да не волнуйся ты так. – Галлик хотел похлопать созданного зомби по плечу, но не решился, отдернув уже занесенную руку. А ну как снова начнет кровь пить? – Я тебя быстренько покажу ректору, а потом освобожу от своего контроля, и ты снова станешь обычным трупом.
– Крайне радужная перспектива. Я прямо дрожу от восторга.
– Пойми меня правильно, я ничего против тебя не имею. Но когда ты начнешь пахнуть, ты будешь пугать людей.
– А что, мне теперь еще и мыться нельзя? – покосился на него Л'эрт.
– Мыться? Интересная мысль. – Галлик задумался, на несколько минут выпав из разговора. – Нет, думаю, ничего не получится. От воды ты начнешь разлагаться еще быстрее.
– Весело. – Тон Л'эрта был весьма далеко от оптимистичного. – А может, я все-таки не буду разлагаться?
Галлик вздохнул. Этот странный зомби упорно считает себя живым.
– Я не могу остановить этот процесс. В любом случае твой мозг погибнет самое позднее через несколько дней, и тебя это уже не станет беспокоить.
Л'эрт резко поднялся. Тело послушалось, но двигаться было тяжело. Руки и ноги казались чужими и ненормально тяжелыми. Л'эрт зло выругался и двинулся к выходу. Ладно, хрен со всем этим. С сумасшедшими студентами, с его потерянными способностями и вообще со всем. Но какого… он обязан сидеть и слушать разглагольствования этого чудика на предмет скорости своего разложения?
Галлик поспешно сделал несколько шагов в сторону, только сейчас оценив, что результату своего «опыта» он приходится едва выше плеча. Но ведь если этот зомби все-таки не безумен, он должен его слушаться, разве нет?
– Эй, герцог, ты куда это?
Л'эрт замер:
– Как ты меня назвал?
– Ну ты же сам сказал, что ты герцог. Как там бишь… Лаэрт Саранциа.
– Я этого не помню.
Галлик вздохнул. Мозг зомби разрушался слишком уж быстро.
– Я приказал тебе сказать свое имя, и ты сказал. Потом ты спросил у меня мое. Потом ты сказал, что академия…
– Стоп! – Л'эрт вскинул руку вверх. – Остальное я помню, спасибо. – Он возобновил медленное продвижение к двери.
– Вот и хорошо. Но ты все равно не сможешь уйти отсюда.
– Поче… – Л'эрт не закончил вопроса, ткнувшись носом в невидимую, но тем не менее весьма ощутимую преграду. Преграда на ощупь казалась каменной стенкой, но от ударов рукой и ногой лишь пружинила, не собираясь поддаваться. – Это еще что за дрянь?
Галлик облегченно вздохнул. Если быть честным, он опасался, что круг повиновения может и не сработать.
– Ну ты не можешь отходить от меня дальше, чем на тридцать шагов. Я заложил это в аркан, когда поднимал тебя.
– Вот дерьмо! – Л'эрт сел на пол около невидимой стенки.
Убедившись, что созданный им зомби не выказывает никаких признаков буйства, Галлик рискнул повернуться к нему спиной и начал стаскивать раскрытый фоб с постамента. Шум, сопровождавший данный процесс, заставил Л'эрта повернуть голову.
– И зачем тебе гроб?
– Не мне. – Пыхтя, Галлик отер со лба пот и покосился на каменную громаду. Гроб практически не сдвинулся. – Тебе. Гринатаир отсюда довольно далеко, нам придется долго добираться. А солнце тебя сожжет. Буду тебя днем прятать.
Сначала Л'эрт хотел возразить, но воспоминания о неудачных попытках призвать магию и перекинуться заставили его прикусить язык. Проверить, конечно, не помешает, но где гарантия, что его способности к сопротивлению солнечным лучам сохранились?
– Тебе помочь?
– Нет, не надо. У тебя мышцы атрофированы. Еще оторвешь руку или ногу.
– А двигаюсь я тогда как?
– Не знаю. – Галлик задумался. – Наверное, благодаря моей магии.
– Кстати. А почему ты не применишь заклинание левитации? Тогда тебе не пришлось бы так мучиться.
– Я… – Адепт покраснел. – Ну у меня не все заклинания получаются. У меня… не очень высокий потенциал.
– Весело. Я пленник мага-недоучки, который толком ничего не умеет.
Л'эрт воспользовался тем, что Галлик снова завозился с открытым гробом, и попытался приподнять один из пустых гробов, около которых он стоял. Он хотел проверить, пропала ли вместе с остальными способностями и его физическая сила. Морально Л'эрт был уже почти готов к тому, что гроб окажется неподъемной махиной, но пессимистические ожидания не подтвердились. Поднять тяжеленный камень по-прежнему не составляло для него труда.
Когда Галлик сделал очередной перерыв, чтобы передохнуть, он с изумлением увидел, как зомби вертит гроб одной рукой. И при этом у него явно ничего не отваливалось.
– Э… так, ладно, забирай лучше уж тот, который твой, и пойдем отсюда. – Галлик двинулся к выходу из склепа. В некоторых источниках говорилось, что зомби могут обладать значительной силой, но вроде он же ничего такого в свой аркан не вплетал. Опять он что-то напутал, не иначе.
Л'эрт вздохнул. Интересно, есть ли шанс обмануть этот проклятый аркан, привязавший его к адепту академии, как собаку на цепь? Или, разорвав заклинание, он автоматически превратится в неподвижный труп?

ГЛАВА 7

Гроб все-таки пришлось искать другой. Каменный саркофаг, вытащенный из Ориона, был слишком тяжел для замученной жизнью лошадки, позаимствованной Галликом в одной из ближайших деревень. В соседней адепт стащил пустой деревянный гроб прямо из лавки гробовщика, когда стемнело.
– Слушай, давай заключим сделку? – Л'эрт лежал на спине, не чувствуя уткнувшихся в спину неструганых досок, и задумчиво изучал ночное небо. Он уже успел попробовать вылезти под солнечные лучи, и попытка эта не была успешной: правая рука мгновенно обгорела до мяса. Самое мерзкое, что даже больно не было. Словно тело и сознание существовали по отдельности.
– Какую еще сделку? – Галлик старался поменьше разговаривать с ненормальным зомби, но вопрос задавался уже в четвертый раз. Адепт подумывал, можно ли добавить к действующему заклинанию голосовую блокировку, но опасался разрушить все остальное. Приказать  зомби заткнуться ему просто не пришло в голову: Галлик все еще слишком сильно нервничал.
– Ты рассказываешь мне, что произошло в мире за последние двенадцать лет, а я буду вести себя прилично, когда мы доберемся до твоей академии.
– Зачем это тебе? – нахмурился Галлик. – Ты все равно сразу же все забудешь. Твоя память не функциональна и с каждым часом разрушается все больше и больше.
– Вот и проверим, насколько быстро разрушается моя память. А то пока что это исключительно твои умозрительные предположения.
– Не собираюсь я ничего проверять! И это не умозрительные предположения, а общеизвестная истина! В любом учебнике это написано.
– А что, по истории твои оценки тоже оставляют желать лучшего?
– Я не хочу с тобой разговаривать.
– Ладно, я поговорю еще с кем-нибудь.
– Ч-ч-чего? – Галлик испугался. Реакцию людей на говорящего зомби предсказать он не мог. Да, он старался ночью держаться подальше от селений, но вот только они были не единственными путниками на этой дороге. Правда, пока зомби вполне сохранял человеческий облик и, если не присматриваться к сквозной ране на груди, мог сойти за живого, но все-таки Галлику не хотелось расширять круг его общения. – Нет, это плохая идея.
– Тогда расскажи ты. Все равно ничем полезным не занят.
Галлик хотел возразить, что он размышляет над составлением заклинания, но передумал. Во-первых, это было неправдой: после поднятия зомби он размышлял исключительно о нем, непрерывно переходя от состояния восторга в состояние отчаяния. Во-вторых, ему надоели однообразные вопросы этой ходячей горы костей. Может, его память действительно удержит хоть что-то и избавит его на некоторое время от этого занудства. К тому же чем боги не шутят: мало ли, вдруг зомби и вправду начнет спрашивать других проезжающих. Тогда уж точно хлопот не оберешься.
– Ну хорошо, хорошо. Что ты хочешь услышать?
– Чем кончилась драка за Белую Башню?
Галлик вздохнул. Зомби не помнил даже общеизвестные вещи.
– Орден Высокой Магии одержал блистательную…
– Эй! Я догадываюсь, что он не оказался в заднице, потому как действует академия, да и ты свой костюмчик от людей не скрываешь. Но вот можно без этого пафоса и поконкретнее?
– Слушай, меня там не было! Я же еще ребенком был. Откуда я тебе возьму конкретику? Не нравится – могу не рассказывать.
– Уффф… – Л'эрт вздохнул. – Ты прав, извини. Я слушаю.
– Орден Высокой Магии одержал победу над превосходящими силами коварного противника. Маги призвали Изначальных богов, и те снизошли на их зов. Проклятый Пресвятой Орден был уничтожен, но члены его не были казнены, а милостиво отпущены в мир. Им запрещено было творить магию. Впрочем, они и не могли этого делать: вмешательство Изначальных богов лишило их силы. – Галлик явно цитировал по памяти какой-то талмуд. – Орден Магии восстановил разрушенную ранее академию и возобновил обучение одаренных детей. Была предпринята попытка возродить уничтоженную много веков назад Красную Лигу. Проводимые при принятии в Орден тесты показали, что некоторые из детей имеют предрасположенность к магии равновесия. Поскольку леди Арриера отказалась войти в состав Лиги, ограничившись участием в написании пособий, обучением адептов занимаются совместно представители двух других Лиг.
– Она жива? – перебил Л'эрт.
– Кто? – не понял Галлик.
– О, боги. Леди Арриера.
– Конечно. – Адепт посмотрел на своего зомби, как на умалишенного. – Она же маг, к тому же один из сильнейших. Говорят, на самом деле ей триста лет.
– Ну-ну. Триста лет, говоришь?
– А чего она тебя заинтересовала?
– Да так. – Л'эрт усиленно изучал звездное небо. – Я до смерти встречал ее пару раз. Вот и решил узнать, на каком она свете.
– Я ее тоже встречал пару раз, когда она своего сына в академии навещала, – поделился Галлик. – Жалко, что она все время носит эту дурацкую вуаль. Неужели она настолько страшная?
– Бррр… Какую еще вуаль?
– Черную. И совершенно непрозрачную. Один из наших как-то попытался сорвать ее, но она оказалась словно приклеена к голове. Только несколько суток карцера заработал.
– Любопытно, – заметил Л'эрт. Кажется, за время его сна… э-э-э… в смысле, смерти, мир окончательно сошел с ума. Зачем Керри прячет лицо? Она что, оспой переболела? Да нет, бред какой. Или не бред? Ралернан ведь собирался сделать ее человеком.
– А, это всем любопытно, – отмахнулся Галлик. – Они вообще немного странные, эти Арриера, хоть и герои войны.
– Герои? – Брови Л'эрта поползли вверх.
– Ну я лорда имел в виду. Он же считается героем. Особенно среди белых. Те с него разве что пылинки не сдувают. Даже на стенах рисуют. Наглядные уроки истории. – Тон Галлика был недовольным.
– И тебе это не нравится?
– А чего тут может нравиться? Тебе-то хорошо, ты небось ни разу учебников Белой Лиги не видел. Их почитать, так этот Арриера – спаситель всей земли.
– Даже так?
– Меня просто раздражает, что его коварное предательство вознесено белыми в ранг подвига! – Галлику явно давно хотелось высказаться. Он даже почти забыл, что разговаривает с временно поднятым трупом. – Он заманил нашего мага в ловушку и прикончил! Если бы не это, мы сейчас были бы куда сильнее! А из-за этого подлого убийства наша богиня ослаблена!
– Мм… а в чем подвиг?
– Белые уверяют, что наш маг не хотел вызывать богиню Тьмы в наш мир. Хотел придержать для своих целей. Чушь! Это был великий маг, и конечно же он понимал всю сложность ситуации. Просто он не хотел делать поспешных шагов. Если бы не его убийство, наверняка обошлось бы без такого количества жертв. И не пришлось бы призывать на помощь Упырей. Нам до сих пор ставят в вину их вмешательство.
«Великий маг» закашлялся, переваривая новости. Эпитафия была забавненькой.
– К тому же сын лорда Арриера творит в академии неизвестно что каждые каникулы. И на нашем секторе тоже! И ничего! Нет, ты подумай – меня они готовы отчислить только из-за того, что у меня слишком слабые, по их мнению, способности, а этот эльфенок может запросто сжечь половину сектора – и его только в угол поставят. Как же! Будущий великий маг! Тьфу! – Галлик раздраженно сплюнул. – И все потому, что мы сейчас слабее. Если бы не это, белые не посмели вести себя так нагло.
Возмущенный монолог адепта прервал тонкий и низкий свист, проникающий повсюду. Свист вибрировал, как натянутая струна. Воздух вдруг стал очень холодным, словно на смену теплому лету в одночасье пришла зимняя стужа. Усталая лошадка зафыркала и попыталась развернуться, одновременно вставая на дыбы. Галлик огрел ее хворостиной. Эффекта это почти не возымело. Бывшее минуту назад смирным и вялым животное внезапно обуяло какое-то безумие. Лошадь упорно пыталась повернуть назад. Изо рта ее хлопьями закапала пена.
– Да что же за напасть! – возмутился адепт, безуспешно дергая поводья. От его дыхания в воздухе возникали облачка беловатого пара.
– Кстати. Я не помню, на первом этапе обучения магов включен курс противостояния некросуществам класса дракона? – тихо спросил Л'эрт.
– Чего? Да какая разница? – Галлику было не до вопросов глупого зомби, он пытался усмирить взбесившуюся лошадь.
– Большая. Посмотри вперед.
Галлик на секунду отвлекся от поводьев и последовал его совету.
Впереди, прямо по дороге, к ним приближалось нечто жуткое. Огромный скелет ящера, покрытый сосульками льда. Внутри пустого брюха монстра танцевало что-то похожее на спрессованную в десятки раз метель. Скелет двигался вперед, медленно и целеустремленно. Костяные лапы, лишенные какого-либо намека на мышцы и сухожилия, жестко падали на утоптанную колею дороги, оставляя в земле глубокий четкий след. Но самым жутким были глаза. В пустых глазницах удлиненного черепа светились желтые огни. Свет их постоянно колебался, создавая впечатление вращения вокруг своей оси. Из этих глаз выглядывала Смерть.
Галлик судорожно сглотнул. Поводья выпали из его ослабевших рук. Он знал про таких существ, но одно дело – абстрактное знание, и совсем другое – когда монстр находится на расстоянии нескольких шагов.
– Великие боги…
– Ты бы лучше не молился, а аркан плел, – попытался вернуть его к реальности Л'эрт. – Он же тобой пообедает и не подавится.
Если бы Л'эрт обладал свободой передвижения, он бы предпочел убраться отсюда как можно скорее. Причем в самом начале, когда был шанс оторваться. Волной накатило сожаление об утраченных магических способностях. Надвигавшийся на них монстр действительно представлял собой серьезную угрозу – но для простых смертных, а не для магов. Таких чудовищ иногда рождали заброшенные и неупокоенные кладбища, поблизости от которых слишком часто занимались неконтролируемой волшбой. Более-менее опытный маг с легкостью мог вернуть этот мешок костей обратно в землю. К несчастью, Галлика нельзя было отнести к опытным магам.
– Я н-н-не ум-мею, – пролепетал адепт. – Я н-не знаю… К-к-какой аркан?
– Хотя бы Иглы Цверка. И любое защитное поле помощнее.
Галлик честно попытался воспользоваться подсказкой, но ему было слишком страшно, чтобы он мог сконцентрироваться. Адепту казалось, что его опыт обучения достаточен, чтобы противостоять любому кошмару, но он ошибался. Жуть, которая захватила его сейчас, не желала прислушиваться к доводам разума. Его сознание окунулось в вязкий туман ужаса и барахталось в нем, не находя выхода. Галлик не мог оторвать глаз от желтых огней в пустых глазницах монстра.
Л'эрт схватил Галлика за плечи и встряхнул, как мешок картошки.
– Да очнись же! Ему нельзя смотреть в глаза, иначе он начнет питаться твоим страхом!
Галлик нервно сглотнул. Руки его слегка дрожали.
– Я не могу сосредоточиться, – признался он. – Я пытаюсь, но… не могу.
Костяной ящер подошел уже почти вплотную. Нападать он не спешил – зазевавшимся путникам явно было уже не убежать. Передней лапой ящер медленно потянулся к мечущейся в оглоблях лошади и неторопливо вспорол ей живот длинными когтями. В воздухе резко и неприятно запахло кровью и содержимым кишечника животного.
Л'эрт попытался прикинуть, на какой высоте находится голова монстра. Насколько он помнил специфику штучного поднятия зомби, ограничивающий круг должен простираться в равные стороны от инициировавшего мага, в том числе и в высоту. Вроде бы длины «поводка» должно хватить. Нет, уничтожить это порождение смерти он не сможет, но ящер должен обладать разумом. И значит, можно попытаться его обмануть.
– Не мешай мне, ладно? – на всякий случай попросил он Галлика. Если тот в неподходящий момент решит приказать ему остановиться, ситуация станет совсем паршивой. Адепт не отреагировал на его вопрос, впав в полнейшее оцепенение.
Последующая идиотская выходка зомби также не смогла вывести его из ступора. Л'эрт метнулся в сторону монстра с нечеловеческой скоростью: Галлик видел только смазанные движения, порожденные его перемещениями. Каким образом зомби удалось запрыгнуть на череп костяного ящера, адепт вообще не понял. Но когда мельтешение теней перед глазами несколько замедлилось, Галлик обнаружил, что его зомби залез практически в пасть монстра.
Л'эрт с силой сдавил толстые черепные кости. Органика закрошилась под его пальцами. Желтые огни в глазницах огромного черепа чуть поугасли, вращение их слегка замедлилось.
– Ты мешаешь мне. Уйди, –  пронеслось в голове Л'эрта. – Не отвлекай меня от моей добычи. 
– Этот человек – не твоя добыча. 
– Уйди. 
– Нет. 
– Ты такое же порождение ночи, как и я. Что тебе с этого куска мяса? 
– Это мой кусок, а не твой. 
– Ты мертв. Ты не сможешь меня уничтожить. 
– Не смогу. Но смогу удержать тебя здесь до рассвета. А солнце сожжет тебя. 
Ящер издал нечто, долженствовавшее служить смехом.
– Ты? Удержать? Да я размажу тебя, как пылинку. –  Скелет резко дернул головой в сторону, стремясь подтвердить свои слова. Однако же стряхнуть назойливый труп у него не получилось – хватка того была слишком крепкой. Ящер попытался более активно покрутить черепом, но неожиданно ткнулся им в какую-то невидимую преграду, мешающую ему поднять голову выше. Л'эрт усмехнулся. Круг повиновения не мог позволить ему удалиться от «хозяина» больше, чем на тридцать шагов. Вне зависимости, перемещался ли он самостоятельно или с использованием подручных средств. И значит, пока он не отпустит костяного ящера, тот тоже лишался свободы перемещения.
– Нравится? –  полюбопытствовал Л'эрт.
– Ты не маг!  – Мысли чудовища были окрашены возмущением. – Ты не можешь меня остановить! 
– Не маг? Ты уверен? Просто я очень хорошо скрываю свои силы. Так как. хочешь просидеть здесь до восхода? 
– Ты умрешь. 
– Я уже умер. Бессмысленная угроза. 
Ящер предпринял еще несколько попыток повертеть головой. И по-прежнему везде были эти непонятные стены, мешающие ему отодвинуться в сторону. Ящер родился совсем недавно, это была его первая ночь охоты. Быть может, если бы он был постарше, он бы смог разглядеть обман. Но разум его был еще слишком мал и неразвит. Непонятная атака со стороны странного объекта, к тому же явно принадлежащего к его собственному типу, дезориентировала монстра.
– Что тебе надо? 
– Уходи отсюда и охоться в другом месте. Это моя территория, и я не собираюсь ее ни с кем делить. Если не уйдешь, я заставлю тебя встретить солнце. 
Ящер зашипел. Звук был низким и противным, проникающим глубоко в сознание. Л'эрт вспомнил, что данный тип атаки ящера должен причинять дикую боль. Вероятно, так оно и было: Галлик скорчился на повозке, прикрывая голову руками. Л'эрт видел, как из ушей адепта закапала кровь. Сам он не ощущал ничего.
– Ты плохо меня расслышал?  – Пальцы Л'эрта пробили череп ящера еще в нескольких местах, делая его похожим на жуткое подобие решета. – Или тебя раскрошить на кусочки, не дожидаясь восхода? Ну? –  Он знал, что его удары ящер не чувствует. Но монстр должен обладать стремлением к сохранению своей физической формы. Пока он голоден, он не сможет ее восстановить.
Ящер еще пару раз дернул головой, по-прежнему ударяясь о невидимую преграду, и в конце концов замер.
– Хорошо. Я уйду. Но однажды я найду тебя, маг, и отомщу. 
– Всегда пожалуйста. –  Л'эрт спрыгнул вниз. Ящер не изменит своему слову: эти создания просто не умеют лгать.
Скелет медленно, чуть неуверенно повторил попытку сдвинуться. На сей раз его ничто не держало.
Галлик ошеломленно смотрел, как жуткое чудовище разворачивается к нему спиной и, не торопясь, удаляется прочь, пропадая в сгустке зимней метели. Еще несколько минут – и дорога снова стала пустынна, а намерзшие льдинки начали стремительно таять под воздействием теплого воздуха.
Адепт судорожно втянул воздух замерзшими губами.
– Он… ушел? Но… как? Что ты сделал?
– Поговорил, – флегматично ответил Л'эрт. – Мы сошлись во мнении, что загар ему не пойдет. Он испугался и решил уйти. Повезло, что он еще молодой и глупый был.
– М-м-молодой? – Галлику очень хотелось упасть в обморок. Л'эрт с неудовольствием посмотрел на его стремительно белеющее лицо и отвесил адепту несколько звонких затрещин.
– Эй, приди в себя! Лучше подумай о том, где ты будешь искать лошадь. Эта теперь будет таскать повозки только на тот свет.
Галлик закрыл глаза и сделал несколько глубоких вздохов.
– Я в порядке. Тут… тут недалеко должна быть деревня.
– Если недалеко, то есть шансы, что ее уже нет, – пробормотал себе под нос Л'эрт.
Адепт потер пальцами виски.
– Ну я что-нибудь придумаю… Послушай, а откуда ты знал, что эта тварь боится солнца? И вообще… мне показалось, ты знал, что она из себя представляет? Ты что, до смерти был магом?
– Откуда я знаю? У меня же мозги испорчены, – съязвил Л'эрт, выпрягая из повозки вспоротый труп лошади. Галлик покосился на выпавшие в дорожную пыль внутренности.
– Ты спас мою жизнь, – тихо прошептал он. – Спасибо…
Л'эрт пожал плечами. Интересно, как быстро адепт вспомнит, что с его смертью уничтожаются и все наложенные им заклинания? Включая и поднятого зомби?

ГЛАВА 8

Остаток пути до Гринатаира прошел без особых приключений. Правда, пару раз на Галлика пытались напасть обозленные чем-то крестьяне, но от них удалось довольно легко оторваться. И один раз на старую повозку с гробом покусились местные разбойники. К их несчастью, покусились они ночью и вынуждены были в темпе показать пятки, когда из гроба вылез вполне себе активный покойник и поломал парочке из них кости.
Шпили академии весело сверкали на фоне ясно-голубого неба. Белый, черный и красный шпиль, украшенные соответствующего цвета вымпелами. Л'эрт всего этого не видел, по-прежнему вынужденный прятаться от света.
Заклинание левитации у Галлика так и не получилось, и, чтобы донести гроб до нужной залы, адепту пришлось прибегать к помощи сокурсников. Те не отказали, но явно не верили, что у Галлика получилось создать зомби. Их смешки Л'эрт слышал даже сквозь толстое дерево гроба.
Ректор пожелал осмотреть результат работы бесталанного ученика безотлагательно. Он также не верил, что у Галлика получилось хоть что-либо пристойное, но хотел поскорее с этим разделаться и подписать уже приказ об отчислении. К несчастью, пришлось потратить пару часов на сбор необходимого количества преподавателей для наблюдательной комиссии, но без этого было не обойтись.
Все это время Галлик нервно мерил шагами огромный экзаменационный зал, пока еще пустой: кроме него и доставленного гроба с зомби, здесь никого не было. Зал не имел окон, и Галлик мог продемонстрировать результат своего опыта, не опасаясь за его сохранность. Адепт жутко боялся, что все-таки сделал что-то не так, и более опытные преподаватели, конечно, тут же заметят это. К тому же еще эта дурацкая склонность зомби к разговорам…
Боковая дверь неслышно открылась, пропуская преподавателей. Шестеро магов в черных мантиях и шестеро в белых. Чуть впереди шел ректор, тоже в белой мантии. Галлик сглотнул. На обычном рассмотрении опыта не должно было присутствовать магов соперничающей Лиги. Кажется, ректор собирается продемонстрировать его неспособность к обучению и выбросить из академии, если хоть что-то пойдет не так.
Маги беззвучно садились на отведенные им места. Экзаменационный зал был поделен на три сектора: белый, черный и располагающийся между ними красный. Красный сектор пустовал. Пройдет еще много лет, прежде чем из детей, обучаемых сейчас под алым шпилем, вырастут полноценные маги равновесия.
Ректор огладил свою реденькую бородку и взмахнул рукой.
– Итак, юный адепт, мы все готовы оценить результаты твоих усилий. Ты сказал мне, что тебе удалось создать зомби, не так ли?
– Да. – Галлик хотел бы сказать это громко и уверенно, но получилось тихо. Его угнетали эти люди, изучавшие его из-под низко надвинутых капюшонов, словно бабочку, насаженную на булавку. Галлику чудились неодобрительные смешки и перешептывания, хотя на самом деле никто, кроме него и ректора, не проронил ни звука.
Немного дрожащими руками он начал сдвигать крышку гроба. Как на грех, она чем-то зацепилась за основание, и ему потребовалось сделать резкий рывок, чтобы снять ее. С рывком он слегка перестарался, и дерево с шумом упало на гранитные плитки пола, порождая множественное эхо. На щеках адепта проступили красные пятна.
Ректор неспешно подошел к открытому гробу и мельком заглянул внутрь. Л'эрт немигающим взглядом смотрел в потолок, не отвлекаясь на прочее. Потолок, кстати сказать, был детально и тщательно расписан. В основном сюжеты касались известных и не очень магических экспериментов, но было и несколько зарисовок из последнего противостояния Ордена Магии и церковников. В частности, Л'эрт имел возможность рассмотреть собственную сцену смерти. Правда, понял он это исключительно по наличию в ней лорда Арриера, имеющего неплохое сходство с оригиналом. Его самого художник счел необходимым изобразить в виде черной кляксы размером с дракона. Клякса обладала шикарными выпученными на пол-лица глазами и не менее шикарными когтями, которым позавидовал бы любой трупоед. У Л'эрта возникло легкое желание пообщаться с художником поближе. Дабы слегка разъяснить ему глубину постигшего его заблуждения.
– Это тело крайне хорошо сохранилось для трупа, – тем временем заметил ректор и, ничтоже сумняшеся, вытащил из-за пояса небольшой кинжал и воткнул его «трупу» в живот.
Галлик вздрогнул:
– Пожалуйста, осторожнее! Вы можете его испортить!
– Лишний порез на теле не должен испортить нормального зомби, – небрежно обронил ректор. Результаты теста его удовлетворили: реакции на рану не было. Ректор знал, что живое существо не может полностью скрыть боль. В его практике преподавания была пара случаев, когда студенты под видом зомби притаскивали своих приятелей. – Хорошо. Это действительно труп. А теперь покажи нам, что он умеет.
Галлик дрожащим голосом приказал зомби подняться, пройти перед сидящими в зале магами, остановиться, лечь на пол, встать, сесть… Команды были на редкость тупые, но Л'эрт не имел возможности им воспротивиться. Ощущать себя марионеткой было до омерзения противно.
Наконец ректор удовлетворенно кивнул:
– Хорошо. Он подчиняется тебе в движениях. Неплохое достижение для ученика твоего уровня. А теперь покажи, что его сознание также тебе подчинено. Пусть он ответит на твои вопросы.
Галлик побелел. Он едва успел обрадоваться, что зомби по какой-то причине удержался от комментариев его приказов, так теперь еще и это… Если они услышат, как  он разговаривает, они точно решат, что зомби ненастоящий.
– Но… зомби же неразумны… – пролепетал Галлик.
– Неразумны. Но простейшие вещи сохраняются в их голове. Он должен помнить свое имя и уметь ответить на элементарные вопросы.
Один из магов, сидящих в черном секторе, резко поднялся.
– Я протестую. Он уже доказал, что его уровень возможностей не так низок, как предполагалось. Диалоги с мертвецами выходят за пределы образовательной программы первого этапа.
Ректор резко повернулся в его сторону, глаза его сощурились в узкие щелочки:
– Нам нужны сильные  маги. Действительно сильные, а не всякое отребье. Если он не может столь несложной вещи, к чему тратить силы на дальнейшее обучение? Адепт, задай своему зомби несколько вопросов!
Галлик облизнул пересохшие губы.
– Зомби, назови нам свое имя.
Л'эрт едва удержался, чтобы не закатить глаза к потолку Адепт явно слишком уж нервничал, если забыл сопроводить вопрос ментальным приказом.
Ректор приблизился к зомби почти вплотную и ехидно поинтересовался у Галлика:
– Ну? Так что же он молчит?
– Зомби, назови имя. – Галлик тихо вздохнул и совершенно не по форме добавил: – Ну пожалуйста.
Из белого сектора донесся чей-то смешок. Впрочем, ректор тоже не удержался от покровительственной улыбки.
Глаза Л'эрта приняли еще более бессмысленное выражение. Четким, но очень хриплым и низким голосом он заунывно произнес:
– Иоар Киресс Галь аэп Гренх.
Глаза Галлика стали круглые-круглые, как блюдца.
– Ч-ч-что это?
– Имя, хозяин, – ровно в той же тональности ответил Л'эрт.
Брови ректора удивленно взметнулись вверх. Он тщательно осмотрел зомби, после чего переключился на своего адепта. Но никакого чревовещательного заклинания не обнаруживалось. Он чувствовал только аркан, связывающий Галлика со своим творением, – и ничего больше.
– Гмм… Что ж, неплохо, неплохо. Так, спроси его, что было причиной смерти.
Галлик послушно повторил вопрос.
– Не знаю, хозяин, – все так же заунывно ответил Л'эрт. Вертящийся вокруг него ректор начинал его довольно сильно раздражать. Маг детально разглядывал Л'эрта, будто тот был живым экспонатом музея. Таксидермистского.
Ректор почесал бровь.
– Хорошо, тогда спроси его, когда он умер.
Галлик стиснул пальцы.
– Но, понимаете…
– Адепт, перестань спорить! Просто спроси.
Галлик вынужденно повторил вопрос. Л'эрт спокойно назвал дату месячной давности. После чего медленно моргнул и посмотрел ректору прямо в глаза.
– Мясо. Голоден. Нужно есть. Можно есть, хозяин? – Его рука потянулась к шее ректора и зависла, не дотрагиваясь до мага. Ректор замер.
Галлик пришел в себя быстрее своего преподавателя:
– Нет, зомби, нельзя. Опусти руку и отойди назад.
Л'эрт послушно выполнил указание.
Ректор удивленно огладил свою бородку.
– Любопытно. Крайне любопытный пример остаточных инстинктов. Что, кстати, характерно для трупа, поднятого сразу после смерти. Ну что ж… мы с коллегами обсудим твое творение, адепт. О принятом решении я сообщу тебе позднее.
Все так же неслышно маги скользнули прочь. Один из черных, правда, ненадолго задержался, окидывая Л'эрта внимательным взглядом. Лицо его, как у всех прочих, было скрыто капюшоном, но взгляд Л'эрту совершенно не понравился. Впрочем, маг быстро последовал за своими коллегами. Зал опустел.
Галлик с громким вздохом опустился на выложенный гранитной мозаикой пол. Ноги его не держали.
– Кажется, все прошло хорошо? – неуверенно прошептал он вслух.
Л'эрт хмыкнул.
– Он тебя не очень-то любит, твой ректор, – заметил он уже нормальным голосом.
– А… – Галлик махнул рукой. – Естественно, не любит. Он же белый. А я черный. Если бы мы были сильнее, ректором стал бы кто-то из нашей Лиги. А так… приходится терпеть эту дискриминацию. Ой… А ты сейчас снова нормально говоришь! – с удивлением заметил он.
– А что, ты предпочитаешь в том варианте, что я представил чуть раньше?
– Ну… когда ты говоришь так, как сейчас, мне кажется, что ты разумен.
– Йепть. А когда ты говоришь так, как сейчас, я начинаю думать, что с твоим разумом далеко не все в порядке, – огрызнулся Л'эрт.
– Но ты…
– Ш-ш-ш! – перебил его Л'эрт. – Сюда кто-то идет.
– Да? Я не слышу… – Галлик начал настороженно оглядываться. К его удивлению, зомби не солгал – дверь беззвучно отворилась, пропуская одного из черных магов.
– Мне поручено сообщить тебе, что ректор решил разрешить тебе продолжить обучение, – раздалось из-под низко опущенного черного капюшона. – Ты можешь идти к себе.
Галлик озадаченно уставился на преподавателя. Голос был ему незнаком, но это ничего не значило: состав комиссии частенько изменяли.
– Но… а как же… – Он ткнул пальцем в зомби. – Мне же надо упокоить его… ну как положено…
– Я говорю: ты свободен. Ты плохо меня расслышал? – В голосе мага прорезались недовольные нотки.
– Он хорошо тебя расслышал, – проворчал Л'эрт. – Но вот если он выйдет за пределы этой комнаты, мне придется побежать за ним. Круг повиновения – забавная штучка, видишь ли.
Галлик еще не успел испугаться этого вмешательства, когда черный маг придвинулся к зомби почти вплотную. Роста маг был не очень высокого – совсем немного выше самого Галлика, и скрытая капюшоном голова чуть качнулась назад, когда маг уставился зомби в глаза.
– Немедленно перестань придуриваться! Уж не знаю, зачем ты затеял эту дурацкую игру, но меня она не впечатлила! Твоего протеже оставили, и давай заканчивать это шоу.
Галлик недоуменно переводил взгляд с мага на зомби.
– Э-э-э… – Ничего более интеллектуального в голову ему не пришло.
Маг резко повернулся к нему:
– Выйди отсюда, адепт!
– Но я правда потащу его за собой, – попытался возразить Галлик. – Или, если хотите, я могу упокоить его прямо тут. Так пойдет?
– Да пожалуйста! Только чтобы через минуту твоего духу здесь не было.
– Стой! – Л'эрт схватил Галлика за руку. Тот уже явно готов был разорвать свой аркан. – Не надо меня упокоивать. – Он повернулся к магу: – Ты уверена, что тебе нужен здесь мой труп, Валь?
Маг сделал шаг назад.
– Как… ты не мог меня узнать!
Л'эрт фыркнул:
– Заклинание изменения голоса – вещь, конечно, неплохая, но ты опять забыла о деталях. А именно – сменить духи.
Маг раздраженно откинул назад капюшон. К удивлению Галлика, под капюшоном пряталась очень хорошенькая девушка – и довольно молодая, навряд ли намного старше самого адепта. У девушки были прямые черные волосы, эффектно контрастировавшие с прозрачно-белой кожей и алыми губами.
– Неплохо выглядишь, – прокомментировал Л'эрт.
– Чего не скажешь о тебе! – возразила Валина.
– Ну я же труп. Мне положено плохо выглядеть.
– Это не смешно!
– А я и не смеюсь.
– Трупы не разговаривают! – возмутилась она.
– Зеркало подарить? – съязвил Л'эрт.
У Галлика возникло впечатление, что он сошел с ума. Иначе откуда у него все эти маразматические галлюцинации? Валина устало вздохнула:
– Послушай, я хочу поговорить наедине. Без этого вот. – Она некультурно ткнула пальцем в замершего статуей Галлика.
Л'эрт криво улыбнулся:
– Ничего не получится. Видишь ли, это вовсе не розыгрыш. Я тут действительно немножко умер. А этот милый мальчик действительно немножко сделал из меня зомби.
– Бред!
– Ну в любом случае я не могу отойти от него больше чем на тридцать шагов. Я проверял. Честное слово.
Валина ненадолго задумалась, рассеянно сжимая и разжимая тонкие пальцы в кулак. Вдруг по ее лицу скользнула немного неприятная улыбка. Она повернулась к Галлику.
– Ты ведь можешь передать управление своим зомби другому лицу, не так ли? – мягко поинтересовалась она.
– Ну… вообще-то, наверное, да… – растерянно ответил адепт. – Но он же на самом деле труп. Через некоторое время он начнет разлагаться и дурно пахнуть. Ну и все такое…
– Ничего, я просто хочу с ним немного пообщаться перед тем, как упокоить. Видишь ли, так уж случилось, что мы были довольно долго в разлуке. – Глаза Валины стали очень грустными. – Я даже не знала, что он умер… – Она слегка всхлипнула.
Л'эрт поморщился. Печаль Валины не была искренней. Но Галлик этого не понял.
– Ну… а вы точно потом его упокоите? – уточнил адепт. – А то ректору не понравится зомби, разгуливающий по академии.
– Разумеется. Клянусь тебе. – Она ослепительно улыбнулась.
Галлик недолго помялся, по потом все же согласно кивнул:
– Ну хорошо.
В глазах Валины сверкнули торжествующие искорки. Л'эрту они очень не понравились, но его мнения никто не удосужился спросить.

ГЛАВА 9

Хрустальная ваза врезалась в стену и разбилась на маленькие кусочки, оставляя в воздухе тонкий, невесомый звон. Пышные алые розы разлетелись по полу, посыпанные осколками хрусталя.
– Стенка-то в чем виновата? – поинтересовался Л'эрт, рассматривая мокрое пятно на обоях.
– Сволочь! Дрянь! Подлец! Импотент проклятый! – Валина металась взад и вперед с сумасшедшей скоростью. Тонкая ткань пеньюара то и дело распахивалась, демонстрируя нежно-белую кожу. В черных глазах пылал огонь бешенства.
– Ничем не могу помочь. – Л'эрт лениво потянулся, поудобнее устраиваясь на подушках. Иногда ситуация начинала его забавлять. Жаль только, что случалось это все реже и реже.
– Ты это специально устроил! – возмутилась вампирка.
– О да. Всю жизнь мечтал устроить красивый суицид, и вот почти сбылось. Так нет же, ходят тут всякие, вытаскивают с того света. Претензии какие-то предъявляют.
– Да прекрати ты уже пудрить мне мозги своей смертью!
– Не могу. Ты забыла приказать. – Он откровенно зевнул.
Валина нервно стиснула руки и села рядом с ним на край кровати.
– Послушай, ну что не так? Я тебе больше не нравлюсь? Я же не могла постареть, в конце концов!
Л'эрт приподнял голову и детально изучил ее облик. Облик был вполне ничего себе. Почти что мечта любого мужчины. Видимо, у трупов несколько другие мечтания.
– У тебя на носу прыщик.
– Что? Где? – Она схватила медное зеркальце. – Ты лжешь!
– Да-да-да. Я все время лгу. Валь, тебе еще не надоело? Найди кого-нибудь более положительного, а?
– Я не хочу никого искать! Я люблю тебя! В конце концов, ты мой муж!
– Я труп! Проклятье, Валь, тебе что, действительно хочется заниматься любовью, когда я выгляжу вот так? – Он рванул вверх рукав рубашки, открывая руку от запястья до локтя. Обожженная на солнце кожа так и не регенерировала, лишь кое-где клочки серых лохмотьев прикрывали открывшееся мясо. Крови не было. Рука выглядела как наглядное пособие учебника анатомии. Еще несколько шрамов от солнца присутствовало и на лице Л'эрта: Валина не сразу поверила, что солнце опасно для него. Но на лице шрамы были менее эффектными.
Валина поспешно сдвинула рукав вниз. Она старалась не смотреть на поврежденные участки его тела. От таких зрелищ вампирку начинало подташнивать. Она все еще пыталась убедить себя, что регенерация – это вопрос времени, но в последнее время ее сомнения весьма усилились.
– Просто ты слишком мало питаешься.
Л'эрт устало взъерошил волосы.
– Мы это уже обсуждали. Нормально я питаюсь. Ты же постоянно меня контролируешь.
– Но если бы ты действительно был зомби, ты бы давно уже… ну это… распался на кусочки. А за последние две недели в тебе ничего не изменилось.
– Значит, что-то разладилось в божественной канцелярии. Забыли они про меня. Вот вспомнят, и я сразу рассыплюсь в прах.
– Замолчи! – Она сжала пальцы поверх его запястья. – Ты так говоришь, будто тебе хочется умереть.
– Мне не хочется жить так.  Зря ты начала эту игру.
– Но, Л'эрт, ты же сам виноват! Если я не буду приказывать, ты просто будешь стоять столбом и смотреть в никуда! И все! А мне нужно твое внимание, в конце концов!
– Мое? Или той марионетки, в которую ты меня превращаешь?
– Если бы ты выполнял мои просьбы, этого бы не было!
– Я не хочу выполнять твои просьбы.
Валина зло скрипнула зубами:
– Тогда ты будешь подчиняться моим приказам! В конце концов ты привыкнешь к ним. Я заставлю тебя меня полюбить!
– Ты иногда такая смешная, Валь. Интересно, ты сама-то веришь в свои слова?
– Не смей считать меня дурочкой! Вот заставлю тебя сейчас вымаливать прощение на коленях!
Л'эрт переместился в сидячее положение, вглядываясь в ее глаза.
– А ты изменилась. Ты очень сильно изменилась, леди Валина. – Тон его был слегка печален.
Вампирка нахмурилась:
– Я не могу измениться! Я навсегда останусь такой, какой была в момент превращения!
– Да я не про твою несравненную внешность. Раньше ты не стала бы с такой легкостью ломать чужую психику. Неужели на тебя так повлиял временный контакт с богиней Тьмы?
Валина побледнела:
– Откуда ты про это знаешь?
– Если бы я не знал, ты бы уже была мертва.
– Да как ты смеешь! Даже если бы я ее действительно убила сама, ты и пальцем до меня бы не дотронулся! Она была всего лишь эльфийкой. Они все для нас – только пища, и ничего более! Все это просто твои дурацкие человеческие заморочки!
– Похоже, ты много общалась с Карвеном, пока я был мертв, – сухо заметил он.
– Я ни с кем не общалась! В отличие от тебя, я соблюдаю верность супружескому долгу! – Ее уже трясло.
– Даже в качестве вдовы. Похвально. Хочешь, хороший монастырь посоветую? Чтобы было куда удалиться, когда я все-таки распадусь на составляющие?
– Ты не развалишься. И закончим об этом. Мне надоело обсуждать твою скорую кончину. – Валина сделала несколько глубоких вдохов, стараясь прийти в себя.
– Как пожелаешь, хозяйка. 
– Вставай. Ты должен переодеться. Я собираюсь отдохнуть этим вечером, и ты больше не посмеешь портить мне настроение.
– Хочешь перед кем-нибудь похвастаться моими шрамами? – безучастно спросил Л'эрт. – Что, стало скучно сидеть взаперти? – Валина не учла, что переход контура влияния зомби на ее персону автоматически означал, что Л'эрт должен постоянно ее сопровождать – везде и всегда. Она потеряла возможность пользоваться своей недавно обретенной способностью находиться под солнцем – потому что для Л'эрта это означало практически мгновенное уничтожение. Ей даже пришлось сдвинуть график своих занятий (а она действительно стала преподавать в академии) полностью на вечернее время. Окружающим она в основном представляла Л'эрта как своего телохранителя, требуя от него прятать лицо под капюшоном плаща. Ненормально худой и покрытый жутковатыми шрамами, он слишком сильно привлекал внимание. Валина не хотела проблем и вопросов.
– Да, скучно. Сегодня же Ночь Духов. Орден Магии устраивает ежегодное празднество.
– Ты не находишь, что мой вид не вполне соответствует праздничному?
– Сегодня это неважно. Будет костюмированный бал. Ты вполне прекрасно спрячешься под маской. Это будет даже забавно. Как в сказке. Красавица и чудовище.
– А ты уверена, что чудовище – это я? – грустно пошутил Л'эрт.
Глаза Валины зло сощурились:
– Заткнись! Это приказ!
Л'эрту оставалось только подчиниться. Он начал приходить к выводу, что все больше и больше жаждет, чтобы аркан, поднявший его из могилы, перестал действовать.

ГЛАВА 10

Керри задумчиво изучала рисунок на веере. Веер был двусторонний: с одной стороны на нем был прорисован горный водопад, с другой – облачное небо. Рисунки, конечно, были довольно стилизованные, но все равно их изучение прельщало ее куда больше, чем настырно вертевшийся рядом собеседник.
– Прекрасная дриада! Ты совсем меня не слушаешь!
– Не слушаю. Неррак, я уже дала тебе понять, что твое общество мне неприятно.
Ее собеседник, переодетый в костюм менестреля, изобразил полное непонимание. С точки зрения Керри, эта эмоция – единственное, что выглядело натурально на его лице. Ей казался смешным выбор его костюма. Двухметровый силач более естественно смотрелся бы, замаскируйся он под горного тролля. Но нет, Неррак мнил себя романтиком.
– Но, дриада, твой муж специально выделил меня для твоей охраны!
Керри поморщилась. Формально менестрель говорил правду. Но от этого ей было ничуть не легче. К тому же Ралернан и в дурном сне не мог предположить, что этот чудик будет добиваться ее знаков внимания. Сам эльф не смог присутствовать на сегодняшнем вечере – какой-то срочный и конечно же секретный вызов от Главы Белой Лиги. И Керри оставалось развлекаться в одиночестве. Под неусыпным оком Неррака.
Тем временем Неррак явно счел, что только ока недостаточно – Керри почувствовала его пальцы на своей талии.
– Оставь меня в покое! – прошипела она.
– Я просто хотел пригласить тебя на танец!
– Не хочу танцевать.
– Тогда попробуй вот это прекрасное виленское вино. – Как по мановению волшебной палочки, в его руках появился бокал. Странно, Керри казалось, что она не видела никого из обносящей обслуги. – Несравненный букет! – Он вдохнул воздух над бокалом и закатил глаза.
– Если я выпью эту дрянь, ты от меня отцепишься? – устало спросила Керри. Неррак ходил за ней, как привязанный, уже два часа – с момента начала празднеств. И Керри чувствовала, что еще немного – и она выбьет зубы его слащавой улыбочке.
– Я обещаю стараться намного лучше держать себя в руках, хотя это и невыносимо трудно, видя твой очаровательный лик.
Лик, хотя и очаровательный, в настоящее время был спрятан под фантазийной маской, составленной из зеленых листков и веточек. Впрочем, Керри уже успела привыкнуть к тому, что ей почти все время приходится прятать лицо на публике. Не то чтобы она верила опасениям Ралернана о возможности покушения на ее персону – скорее, ей не хотелось спорить с ним и тем самым его огорчать.
– Хорошо, хорошо. – Она взяла бокал из рук Неррака и выпила его чуть ли не залпом. Дурацкий какой-то вкус у этого виленского вина. Отдает лекарскими притирками и тухлятиной. – Все, теперь ты доволен? Твой долг галантного кавалера выполнен?
– О да. – Менестрель улыбнулся, как мартовский кот, объевшийся сметаны.
Керри уже хотела его спросить, что его так обрадовало, когда внезапный спазм перехватил горло. Ноги неожиданно стали совершенно ватными. Чтобы не упасть, она вынуждена была вцепиться в своего собеседника. Перед глазами поплыли разноцветные пятна.
– Что… – выдавила она.
Улыбка Неррака стала еще ослепительнее, его руки обхватили Керри за талию и притянули поближе к себе.
– Маленький сюрприз для прелестной дриады, – пропел он ей на ухо.
– Какой… еще… сюрприз? – Говорить становилось все сложнее. Ее кинуло в жар.
– Тебе понравится, я уверяю…
– Если ты решил… отравить… меня… Ралернан… найдет тебя… даже… на том свете… кретин…
– О, если только ты сама захочешь ему об этом рассказать. Но ведь ты не захочешь, не так ли?
Лица вокруг стали смешиваться в какие-то странные пятна. Керри почувствовала дыхание Неррака на своей щеке, а в следующее мгновение менестрель поцеловал ее. Ей хотелось оттолкнуть его прочь, но сил хватило только на то, чтобы слегка мотнуть головой в сторону.
– Нет! Оставь меня…
Неррак издал вздох разочарования:
– Как медленно действует… ну ничего, я подожду. Керри бросило из жара в холод.
– Пусти меня… пожалуйста, пусти.
Неррак не обратил на ее слова ни малейшего внимания, продолжая прижимать к своему телу. Керри на мгновение стало страшно – но эмоция тут же пропала, унесенная прочь.
– Кхм… – Вежливое покашливание раздалось в непосредственной близости от них. – Уважаемый бард, сдается мне, ваша леди не вполне довольна вашим обществом.
Неррак резко повернулся в сторону посмевшего его потревожить. Как телохранитель он был очень хорош и знал это. Оценить потенциального противника для него было делом нескольких секунд.
Незнакомец был довольно высок – но все же пониже Неррака и, конечно, существенно тоньше в кости. Одет он был в костюм разбойника, на голове повязан черный – в цвет остального костюма – платок, длинные концы которого спускались сзади почти до пояса. Маска незнакомца почти полностью скрывала лицо, даже для глаз были оставлены только тонкие прорези. Видно было только рот и подбородок – слишком уж изящные, по мнению Неррака. Такими же изящными были и открытые кисти рук. Незнакомец не произвел на телохранителя серьезного впечатления. Наверняка какой-то отпрыск вырождающейся аристократической семейки. Да и к тому же Неррак был уверен, что тот совсем еще молод – лет двадцать, не больше – а значит, серьезного опыта стычек у него маловато.
– Уважаемый разбойник, я попрошу не лезть вас не в свое дело, – пока еще относительно любезно ответил ему Неррак. – У нас с леди присутствует полное взаимопонимание. Ведь так, дорогая?
Керри больше всего на свете хотелось заорать «нет!», но издать удалось только какой-то комариный писк. Разбойник скользнул по ней взглядом и снова повернулся к Нерраку.
– Чуть раньше взаимопонимания между вами не было. – В его словах присутствовал заметный акцент, словно он очень редко говорил на всеобщем – или приехал из какой-то отдаленной провинции.
– Ну такова жизнь. Люди иногда ссорятся, знаете ли.
Разбойник пожал плечами. Неррак был абсолютно уверен, что он удовлетворится его ответом и отойдет. Быстрого движения руки собеседника он даже не заметил – но мгновение спустя его горло кольнул холодок стального клинка.
– Отпусти ее. Медленно и аккуратно. И отойди в сторону.
Неррак почувствовал, как кровь приливает к его лицу. Какой-то сопляк ухитрился обвести его вокруг пальца! Таких проколов с ним не было очень и очень давно. Да как он смеет!
Нажим кинжала усилился. Острие прокололо кожу, по шее скользнула красная струйка.
– Я что, непонятно говорю? – Голос разбойника был абсолютно спокоен.
– Я тебя в бараний рог скручу, мелочь поганая, – прошипел Неррак, все же вынужденно ослабляя хватку рук на поясе Керри и делая шаг в сторону. Девушка тут же осела на пол: ноги ее не держали.
Неррак злыми глазами уставился на разбойника:
– Может, выйдем и поговорим? А, сопляк?
– Не сегодня. – Еще одно движение руки, пропущенное Нерраком, и его голова взорвалась от боли. Разбойник потряс кистью, восстанавливая ее подвижность. – Уходи, пока цел.
Неррак зло покосился на чересчур быстрого противника. Ну ничего, он подождет наглеца снаружи. Когда тот не будет ожидать нападения. Тогда они и разберутся. Поражения от какого-то мальчишки он принять не мог.
Разбойник проследил за его удаляющейся в пестрой толпе фигурой и склонился над сидящей на полу Керри, подавая ей руку.
– Ты в порядке, дриада?
– Не знаю. – Голова у нее все еще странно кружилась. Добавилось непонятное чувство легкости и какой-то эйфории. Ноги все еще плохо слушались, и она вцепилась в куртку разбойника, чтобы снова не свалиться.
– Он тебя напоил, что ли? – В вопросе собеседника явно прорезалось беспокойство.
– Н-нет, вроде… Я почти не пила. Только один-бокал… – Сменившаяся музыка отвлекла ее внимание. Ощущение легкости нарастало, ей захотелось утонуть в пестрой толпе. – Мы ведь танцуем? – полуутвердительно спросила она у разбойника.
– Если хочешь. – Он подхватил ее за талию, присоединяясь к кружащимся парам. – Если вдруг почувствуешь себя плохо, скажи.
– Плохо? – удивленно переспросила Керри. Музыка пронизывала ее насквозь, омывая волшебными звуками. – Почему мне должно быть плохо? Мне хорошо… – Ее руки скользнули вверх по его куртке, обвивая шею разбойника. Он на миг сбился с шага, едва не наступив ей на ногу.
– У тебя зрачки слишком сильно расширены, – встревоженно заметил он. – Все-таки тебя чем-то опоили.
– Ты такой забавный. – Она безмятежно улыбнулась. – А вот твоих глаз я совсем не вижу. Это у тебя специально такая маска неудобная?
– Наверное да. У меня не было особенного выбора. – Его губы изогнулись в улыбке.
– Это плохо. Выбор всегда должен быть. Хочешь, поменяемся?
Разбойник сдавленно хихикнул, видимо, представив, как он будет выглядеть в маске лесной феи.
– Нет уж, давай лучше не будем.
Керри прижалась щекой к его куртке и закрыла глаза, кружась в танце. Она бабочка, маленькая бабочка… Она летает в голубом небе. Высоко-высоко…
Когда музыка стихла, у нее вырвался разочарованный вздох.
– Это нечестно! Я еще хочу! – проинформировала она разбойника, все еще не снимая рук с его шеи.
– У музыкантов перерыв. Они немного отдохнут, и будет тебе «еще». Ты точно в порядке?
– Ну да, конечно. Почему ты спрашиваешь?
– Потому что я в этом не уверен, – тихо произнес разбойник.
– У тебя такой смешной акцент, – медленно протянула она. – Никогда такого не слышала. Откуда ты?
– Ты там не была. – В его улыбке на мгновение скользнула грусть. Керри этого не заметила. Странная легкость кружила ей голову, мешая адекватному восприятию.
– Ну я много где не была. А это далеко?
– Наверное, не очень. Но тебе бы там не понравилось. Давай поговорим о чем-нибудь другом?
– Мм… ну давай… – Она медленно провела пальцем по краю его маски. – А ты добрый разбойник или злой?
– Еще не знаю. Раньше как-то не приходилось становиться разбойником.
– А кем приходилось? – Ее пальцы сдвинулись с маски собеседника и скользнули по его подбородку.
– Если подробно, то. список получится довольно… – Он запнулся, оборвав фразу. – Ты хочешь ее снять?
– Что? – не поняла Керри.
– Маску.
– Нет. – Указательным пальцем она провела по контуру его губ. – Что-то не так?
– Все не так! – Он схватил ее за запястье и отвел руку от своего лица. – У тебя кожа ледяная.
– Значит, мне холодно, – глубокомысленно заметила Керри.
– Надо было прибить этого гада. – Разбойник процедил сквозь зубы какое-то ругательство и начал расстегивать куртку.
– Какого гада?
– Неважно. Если успею, я с этим разберусь позже. – Он накинул куртку ей на плечи.
– Ты все время говоришь загадками. – Она улыбнулась. Таинственность собеседника ее совершенно не беспокоила. – Только ты неправильно меня греешь.
– Поче… – Закончить вопрос он не успел. Керри поднялась на цыпочки и поцеловала его. Она сама не поняла, почему ее так потянуло к разбойнику. Теплой волной всколыхнулось желание, подавляя остальные чувства. Ее поцелуй, начавшийся как легкое соприкосновение губ, становился все более страстным. Керри оторвалась на секунду, чтобы вздохнуть.
– Пойдем… отсюда… – Разбойнику с трудом удалось восстановить дыхание.
– Зачем? – Она прижалась к нему плотнее, даже через ткань ощущая, как бьется его сердце.
– Мы привлекаем… слишком много внимания, – выдавил он. Они действительно собирали посторонние взгляды, замерев в объятиях в самом центре опустевшего танцевального зала, но Керри это было безразлично.
– Не хочу никуда уходить. Мне сейчас хорошо. – Она потерлась щекой о тонкий шелк его рубашки.
Разбойник прошептал себе под нос какую-то фразу. Керри его не поняла – он говорил слишком быстро и тихо, и к тому же зачем-то перешел на Верхнюю Речь. На какое-то мгновение ей показалось, что акцент у разбойника пропал. – Ты тоже маг? А что ты хочешь наколдовать? – на Верхней Речи говорили только эльфы, да и то не всегда. Остальные, как правило, пользовались его только для формирования вербальной части заклинания.
– Видимо, самообладания, – с непонятным для нее оттенком иронии произнес разбойник.
В следующее мгновение он подхватил ее на руки и направился в ту сторону, где располагались выходы в окружавший здание парк. В начале вечера там устраивали множественные фейерверки и воздушные иллюзии, вызывавшие восторг той части приглашенных, которые не принадлежали к Ордену Магии. Сейчас парк в основном пустовал, только кое-где встречались влюбленные парочки, сбежавшие от огней бальной залы. Разбойник донес Керри до увитой плющом открытой беседки и отпустил, усадив на деревянную скамью.
– Послушай, постарайся прийти в себя, а? – Он сжал ее ладони в своих руках. – Я не разбираюсь в этих отравах и понятия не имею, что тебе подсунули.
– Ты о чем? – Она честно постаралась сосредоточиться, но у нее ничего не вышло. Керри хотелось прижаться к нему, а он зачем-то отстранялся. Она схватила его за руки и потянула к себе. Разбойник попытался отодвинуться, но у него не вышло: вмешательство Акерены не отобрало у Керри нечеловеческой силы.
– Перестань! Ну пожалуйста, перестань, – прошептал он. Но не ответить на ее поцелуи не мог. – Ты же на самом деле этого не хочешь…
– Ты слишком… много… говоришь… – выдохнула она. Голова кружилась. Волны желания закутывали ее в мягкий кокон, не позволяя думать о чем-то ином. Ей было безразлично, что их могут увидеть. Ей было безразлично все, кроме тепла его тела.
– Если бы, – как-то слегка грустно возразил он. – Ох, достанется мне потом от тебя на орехи…
– Что? – Керри отвлеклась от процесса расстегивания его одежды.
– А-а, да ничего. – Разбойник улыбнулся, демонстрируя идеально ровные белые зубы. – В конце концов, должен же я соответствовать своему наряду. Придется слегка заняться грабежом. – Он стремительно притянул ее вплотную к себе, перехватывая инициативу. Керри не поняла его слов, но ее это не беспокоило. Ей было слишком хорошо в кольце его рук.
Слияние их тел было бурным и страстным, как взрыв фейерверка. Керри тонула в захлестнувшем ее наслаждении, раз за разом достигая его пика и взлетая на новый гребень. А потом мир раскололся на крошечные кусочки, и она исчезла вместе с ним.

Четкий стук чужого сердца под ее ухом. Теплые пальцы, мягко ерошащие ее волосы…
Керри со свистом втянула воздух, окончательно приходя в себя и только страшным усилием воли удерживаясь от того, чтобы не заорать. Что она творит?! Она что, совсем спятила, чтобы вешаться на шею первому встречному?
Разбойник почувствовал, как она напряженно замерла.
– Все в порядке? – тихо спросил он.
– Нет. – Керри резко отстранилась и попыталась привести в порядок свою одежду. В принципе, это было несложно: как выяснилось, они так спешили, что даже до конца не разделись. Даже маски остались на лицах. – Послушай, я понимаю, что это звучит довольно глупо, но все это не больше чем случайность.
– Я знаю. – Разбойник вздохнул. – Кажется, ты все-таки пришла в себя.
Керри сжала руки в кулачки:
– Давай не будем обсуждать мое состояние? И вообще… Могу я попросить тебя о небольшой любезности?
– Мне уйти? – Голос у него был несколько печален.
Она зло нахмурилась:
– Ты что, телепат?
– Да нет, просто у меня не настолько плохо с логикой.
– Тогда уходи! – почти что выкрикнула она.
– Кер, ложись! Немедленно! – Крик разбойника ввел ее в состояние ступора. Он что, совсем обнаглел и считает… Додумать она не успела: он фактически швырнул ее на пол беседки – и упал сверху. А в следующее мгновение она уловила тонкий свист на пределе слышимости: в воздухе над ними пронеслось лезвие.
Разбойник вскочил, будто подброшенный пружиной, и метнулся в сторону нападавшего. Керри не видела, кто это – только темный силуэт на фоне деревьев. Можно было бы принять этот силуэт за тень, если бы не слишком точное соответствие человеческой фигуре. В руках разбойника сверкнули неизвестно откуда вытащенные ножи. Нападавший не предпринял никакой попытки скрыться. В воздухе зазвенела скрестившаяся сталь. Керри не успела даже испугаться – схватка закончилась так же стремительно, как и началась: пропустив один из выпадов разбойника, нападавший схватился за горло – и… рассыпался облаком мерцающих искр.
– Великие боги… – изумленно прошептала она, поднявшись наконец с пола и медленно подходя к месту схватки. Разбойник настороженно обшаривал глазами окрестности, словно ожидал продолжения атаки. На левом плече его рубашка была вспорота и залита кровью: Керри чувствовала ее запах еще за несколько шагов.
– Ты ранен? – глупо спросила она.
– Царапина. Ничего страшного. – Он небрежно отмахнулся. – Послушай, я понимаю, что это не очень тебе приятно, но мне лучше сейчас побыть с тобой. Тебе нужна охрана.
Керри нервно вздохнула. Ну да, охрана. Неррака же он трогнал. Впрочем, с этим распавшимся фантомом Неррак мог и не справиться: реакция у разбойника была безумно быстрая. Боги, она же фактически послала его к лешему, а он спас ей жизнь!
Она прикусила губу, вспомнив еще один небольшой нюанс. Приказывая ей лечь, разбойник назвал ее по имени. Керри надеялась, что она сможет просто расстаться с ним, сделав вид, будто ничего не было. Случайная встреча с незнакомцем – только и всего. То, что он знал ее, существенно ухудшало ситуацию. Число людей, знавших, в каком именно костюме она пойдет на торжество, было ничтожно мало. И среди них не было никого, подходящего под внешние данные разбойника.
– Откуда ты меня знаешь? – Ее тон снова стал подозрительным.
– Знаю?
– Не притворяйся! – Она зло топнула ногой. – Ты назвал мое имя!
Разбойник нервно взъерошил волосы. Платок, скрывавший их, Керри сорвала еще во время их краткого любовного единения, и теперь они золотистым водопадом ниспадали почти до талии.
– Ну хорошо, хорошо. Я за тобой следил.
– По чьему приказу?
– Э… мм… да ни по-чьему. Сам по себе.
– Хватит мне врать! – Керри разозленно ткнула кулаком ему в грудь.
Разбойник схватил ее за руку:
– Я не вру! Послушай, я не задумывал ничего дурного!
Керри резко отдернула руку. Разбойник что-то прошипел сквозь зубы и схватился за свой порез. Запах крови в воздухе усилился.
Керри ощутила укол угрызения совести.
– Я не хотела. Больно?
– Давай ты не будешь драться? Мне же еще тебя защищать надо.
– Просто… Я тебя вижу первый раз в жизни, и у меня нет причин тебе доверять.
– Ты стала очень подозрительна, – криво усмехнулся он.
– Станешь подозрительной, когда тебя пытаются пришить! – возмущенно фыркнула она.
– Я не знал, что за тобой охотятся. Были… другие прецеденты?
– Нет. – Керри глубоко вздохнула. – Ладно, извини. Давай я перевяжу твою руку? – Она потянулась к его порезу, но разбойник слегка отодвинулся, и Керри только коснулась пальцами влажной от крови рубашки.
– Не надо. Все в порядке.
Керри бездумно сунула испачканные кончики пальцев и рот и облизнула. Странно… его кровь была… вкусной… И тут же захотелось еще.
– У тебя опять зрачки расширены, – прокомментировал разбойник.
– Уходи.
– Кер, я же уже объяснял…
Она попыталась упорядочить мысли. Не получалось. Жажда крови отступать никуда не собиралась и становилась только сильней. Керри испугалась:
– Уходи, идиот! Иначе я убью тебя!
– Ты? – Разбойник рассмеялся. – Это было бы забавно…
– Это не забавно! Я… я не вполне нормально реагирую на запах крови, – выдавила она полуправду.
Он покосился на свое вспоротое плечо.
– А, я и забыл… Ты голодная? – Тон его был совершенно спокоен.
– Забыл? – Ее сердце кольнули иголочки страха. Ненормально, совершенно ненормально. Обычный человек в такой ситуации должен испугаться – и драпать прочь со всех ног. – Что ты обо мне знаешь?!
– Не так много, как хотелось бы.
Керри нервно облизнула губы и бессознательно потянула руку к его ране. Ее пальцы замерли на его плече.
– Я… я не вполне понимаю, что происходит… Тебе действительно лучше уйти…
– Кер, все нормально. Я не против немного поделиться своей кровью.
– Ты что, псих?!
– Псих, псих… – Он притянул ее поближе к себе. – Пей. Мне ничего не будет.
Керри хотела возразить, но его кровь так хорошо пахла… Она всего лишь чуть-чуть попробует. Совсем чуть-чуть… Она осторожно коснулась губами пореза. Его пульс пойманной бабочкой забился у нее во рту. Было сладко и горько – и почти невозможно оторваться. Ей показалось, что прошли века, прежде чем она нашла в себе силы отодвинуться от раны.
Разбойник дышал не вполне ровно, кожа его приобрела сероватый оттенок.
– Забыл, что такой вариант все-таки довольно болезненный. – Он улыбнулся, но губы его чуть заметно дрожали.
Керри глубоко вздохнула и быстро коснулась губами его губ.
– Спасибо…
– Было бы за что. – Он хмыкнул и взъерошил ей волосы неповрежденной рукой. – Вампирчик…
Керри прижалась к нему и закрыла глаза. Может, просто считать, что все происходящее – кошмарный сон? Вероятно, так оно и есть. Или она сошла с ума.
– Мне казалось, я себя лучше контролирую… – пробормотала она.
– Возможно, остаточное действие дряни, которой тебя напоили, – пожал плечами разбойник. – Если она ослабляет центры контроля…
– Но я сейчас не пью кровь! – несчастным тоном возразила Керри, – В смысле – совсем! Уже больше десяти лет!
– Тем более. Нельзя столько сидеть на диете. – Он снова улыбнулся – уже совершенно нормально. Дыхание его постепенно восстанавливалось.
– Да что ты об этом… – Она прервала свою фразу, не закончив. – Сюда кто-то идет. Я слышу разговор.
– Значит, они еще далеко. Я пока ничего не слышу.
Керри нервно пригладила волосы.
– Я… нормально выгляжу?
– Мм… ну, условно да. – Разбойник окинул ее беглым взглядом. Керри, конечно, застегнула платье, но оно было измято до такой степени… – Но ты в маске, тебя все равно никто не узнает.
– Давай отсюда уйдем? Я не хочу ни с кем общаться, – жалобно произнесла она.
Разбойник вздохнул:
– Эта аллея насквозь просматривается. Разве что в кусты залезть. Нам еще повезло, что мы не наткнулись на кого-нибудь раньше.
– Нет, в кусты не стоит. – Она с подозрением изучила редкую поросль, усеянную шипами.
Разговаривающие тем временем приближались. Теперь разбойник тоже слышал голоса и шаги. Женский голос, мягкий и бархатистый, был полон недовольства:
– Опять ты все испортил! Неужели так сложно сделать мне приятное? Я что, многого прошу? Всего лишь вести себя любезно и галантно! Это не сложно! Зачем ты вынуждаешь меня прибегать к приказам?
– Потому что я не хочу вести себя любезно. Валь, у меня паскудное настроение, и изображать из себя пылкого влюбленного меня совершенно не тянет!
Сердце Керри ухнуло в пятки. Второй голос был похож… Но нет, этого совершенно не может быть!
– Ты раздавишь мне кости, – тихо заметил разбойник. – В чем дело?
Керри заставила себя разжать пальцы, стиснутые вокруг его запястья.
– Ни в чем, просто я… Мне показалось… – Она не договорила, нетерпеливо уставившись вперед. На расстоянии нескольких шагов аллея изгибалась, и разговаривавшие были пока еще не видны. Но вот наконец они показались из-за зарослей колючего кустарника.
Приближавшаяся пара была одета в костюмы принца и принцессы зимы – оба в белом, серебристая вышивка искрами вспыхивает в лунном свете. Принцесса была в маске – маленькой и почти не закрывавшей лица. Принц свою маску снял и раздраженно вертел в руке.
Керри закрыла глаза, медленно посчитала до десяти – и взглянула снова. Спорившие подошли совсем близко, и ни о каком зрительном обмане не могло быть и речи. Да, конечно, его лицо пересекали какие-то жуткие ожоги, но это было именно его лицо! Керри почувствовала, что ей не хватает воздуха.
– Великие боги… – вырвалось у нее.

ГЛАВА 11

Раздавшийся возглас отвлек Валину от спора. Она так увлеклась, что не обратила внимания на случайно попавшуюся им навстречу пару. Миниатюрная девушка в наряде лесной феи откровенно ошарашенно уставилась в лицо ее мужа. Даже рот приоткрыла от удивления. Валина поморщилась. Она не любила привлекать негативное внимание.
– Надень маску! – прошипела она. – Ты пугаешь людей.
Л'эрт не успел выполнить просьбу Валины: лесная фея бросилась ему навстречу и вцепилась в руки.
– Этого не может быть! Ты же умер! – В ее голосе сквозили истерические нотки.
Валина удивленно вскинула брови. Так-так. Любопытно. И кто эта фифа? Кажется, эту парочку она сегодня уже видела… Ах да, они же устроили целое представление, активно целуясь посреди пустого зала. Ей еще тогда показалось, что они прямо там любовью займутся.
– Тш-ш, мышонок. Не надо отрывать у трупа руку, даже если это на счастье. – Л'эрт улыбнулся кончиками губ. По-настоящему улыбнулся. Глаза его потеряли привычный ледяной холод, в них проскользнула какая-то теплая искорка. Валине нестерпимо захотелось свернуть настырной девчонке шею.

Керри со свистом втянула воздух. Не может, не может этого быть. Но… Неужели она тогда ошиблась? Но почему не работали заклинания?
– Ты правда живой? – неуверенно спросила она.
Л'эрт вздохнул:
– Вообще-то нет. Хотя я еще не разобрался до конца.
Ее рука потянулась к его лицу, осторожно касаясь обожженной кожи.
– Я не понимаю… Ты… плохо выглядишь… Хуже, чем когда ты выглядел мертвым…
Валина скрипнула зубами:
– Мне что, так и смотреть, как ты с ней обнимаешься? Совсем последнюю совесть потерял?
Л'эрт повернул голову в ее сторону.
– Ну хочешь, за свечкой сходи, – лениво протянул он. – А с совестью у меня всегда были проблемы.
– Ах ты… – Валина задохнулась от негодования. – Да как ты смеешь?!
Керри оторвалась от созерцания лица Л'эрта и обернулась к его спутнице. Маска ее была чисто символической, но лично ей принцесса зимы была совершенно незнакома. Она бы предпочла, чтобы так и оставалось, но чужая память любезно подкинула ей образ, максимально соответствующий внешнему облику. Включая кучу совершенно необязательных подробностей интимного плана. Керри нервно сглотнула и поспешно сделала шаг назад.
– Я… я не хотела никого обидеть… – протянула она.
Валина тут же переключила внимание на нее:
– Не хотела обидеть?! Ты, маленькая шлюха, ты что же, думаешь, если ты на шею мужику бросишься, так он сразу твой? Тебе мало твоего собственного кавалера?
Керри замерла. Глаза ее стали ледяными.
– Я не шлюха и у тебя нет права оскорблять меня!
Л'эрт схватил Валину за плечо:
– Валь, немедленно прекрати! Если ты хочешь почитать мне мораль, ты сделаешь это позже. А хамить посторонним людям ты не будешь!
– Да ну? – Она зло сощурилась. – Как ты ее защищаешь, посмотрите только! Прямо рыцарь в сверкающих доспехах. Вот только твоя любовница явно не собирается хранить тебе верность. Ты думаешь, она здесь только на звезды любовалась? – Валина выразительно взглянула на распахнутую и выдернутую из штанов рубашку разбойника. Тот моментально покраснел и попытался привести одежду в относительный порядок. Керри очень захотелось провалиться под землю. Л'эрт проследил за взглядом Валины.
– Все не так… не совсем так… – тихо пробормотала Керри, делая еще шаг назад и упираясь спиной в разбойника. Его руки тут же легли ей на плечи – то ли защищая, то ли успокаивая.
– Какая трогательная идиллия. – Валина тонко улыбнулась.
Л'эрт нахмурился:
– Валь, тебе не надоело завидовать чужому счастью? Нет? Со стороны очень неприятно выглядит.
Керри нервно сглотнула:
– Л'эрт, послушай, я могу объяснить…
Он протестующе поднял руку:
– Все нормально. Все абсолютно  нормально. – Глаза его по-прежнему были теплыми.
Валина неприятно рассмеялась:
– Ты к ней настолько привязан, что готов спустить любое распутство?
– Да оставь ее уже в покое!!! – сорвался Л'эрт.
– В покое? Ну уж нет… К тому же… Я проголодалась. – Она улыбнулась, демонстрируя клыки.
Л'эрт мгновенно встал перед ней, перекрывая Керри с разбойником.
– Ты ее не тронешь!
– Трону, и еще как!
– Я тебе не позволю!
Валина медленно скрестила руки на груди.
– Ты?! Что ж… надо преподнести тебе урок… Убей ее! – Последний выкрик сопровождался ментальным приказом.
Керри вздрогнула, ощутив всплеск магической активности.
– Нет!!! – заорал Л'эрт, хватаясь за голову.
Валина недоуменно нахмурилась. Почему он сопротивляется приказу? Такого не может быть! Собрав все свои силы, она максимально увеличила воздействие:
– Убей!
Л'эрт пошатнулся, глаза у него закатились.
– Мышонок, беги! Быстрее! – с трудом выдавил он. Керри недоуменно уставилась на него, разбойник среагировал быстрее.
– Назад! – Он сдвинул девушку себе за спину.
– Что тут творится? – тихо прошептала она, смотря на застывшего в какой-то странной судороге Л'эрта.
– Не знаю. Кажется, она может его контролировать. – В голосе разбойника звенело напряжение. Странный акцент полностью пропал, и интонации показались ей смутно знакомыми – но ситуация не располагала к изучению воспоминаний.
Валина скрипнула зубами. Магический фон усилился до такой степени, что казалось, его можно есть ложкой.
– УБЕЙ ЕЕ!!!
Лицо Л'эрта стало совершенно бессмысленным, он качнулся еще раз – и сделал шаг вперед. Разбойник стремительно шагнул ему навстречу, в его руках с сумасшедшей скоростью закрутились ножи, сливаясь в серебристые диски.
– Не убивай его! – взмолилась Керри, обращаясь неизвестно к кому.
Валина неприятно расхохоталась. Ее смех царапал по коже, как битое стекло. И в то же мгновение Л'эрт прыгнул на своего противника. Движения их смешались в сплошной клубок мельтешащих теней. Человек ничего не разобрал бы в этом сплетении тел, но Керри человеком не была.
Разбойник двигался быстро – но проигрывал Л'эрту в скорости. Даже несмотря на то, что был вооружен. Л'эрт с легкостью ускользал от наносимых ударов. Еще несколько мгновений схватки – и правая рука разбойника безжизненно повисла вдоль тела, сломанная чуть пониже плеча. Керри ахнула. Она вспомнила, что другая рука у него ранена, что он из-за нее потерял много крови… Но разбойник еще пытался сопротивляться. Несколько раз Керри казалось, что он вот-вот достанет Л'эрта – но тот каждый раз уклонялся буквально за секунду до удара.
Ножи в очередной раз вспороли пустой воздух – и руки Л'эрта сомкнулись на шее разбойника. Керри, словно в кошмаре, увидела, как Л'эрт буквально оторвал голову своему противнику, выдрав ее из тела вместе с куском позвоночника. Резко запахло кровью. Ноги неожиданно отказались держать девушку, и она медленно опустилась в мокрую от ночной росы траву. Перед глазами затанцевали темные пятна.
Валина снова расхохоталась:
– Смертные… Иногда для разнообразия даже интересно, когда пища тебе сопротивляется… Это привносит остроту…
Керри захотелось одновременно заорать и упасть в обморок, но она только смотрела остановившимся взглядом, как капает кровь с оторванной головы разбойника. Л'эрт замер на некоторое время, потом решительно отшвырнул голову в сторону и сделал шаг в ее направлении.
И в то же мгновение Керри ощутила значительное возмущение магического фона. Разорванное на две части тело разбойника вспыхнуло ослепительно-белым светом – и исчезло. Л'эрт был вынужден остановиться и заслонить глаза рукой – свет был слишком ярок для него.
А когда свет потух… Керри показалось, что она бредит. Разбойник снова стоял перед своим противником – и голова его снова находилась на плечах.
Валина ахнула:
– Это невозможно! Никакой маг не может воскресить себя!
Разбойник неожиданно рассмеялся:
– А никто и не говорил о воскрешении. – Его ножи снова закрутились серебристыми дисками. Л'эрт резко обернулся в его сторону – и схватка возобновилась.
Керри сглотнула неприятный комок в горле. Происходящее перешло грань кошмара и превратилось в какой-то запредельный бред. Но волшебное восстановление разбойника смогло расколоть оцепенение, овладевшее ею.
Если им управляют… Керри попыталась нащупать аркан, соединяющий Валину и Л'эрта. Ей это удалось, но аркан оказался слишком сложен, чтобы мгновенно разорвать его. И Керри решила сначала попробовать вывести из игры Валину. Сформировать заклинание сна было делом одного мгновения. Усилить его таким образом, чтобы оно пробило защиту вампирки, было сложнее. У Керри зазвенело в висках. На ход схватки она уже не смотрела, сосредоточившись на плетении своего заклинания. Но вот ей удалось завершить его – и она бросила аркан в сторону Валины, молясь, чтобы этого оказалось достаточно.
Валина удивленно пискнула – и тут же мешком упала на траву. Нападения со стороны Керри она не ожидала и что-либо противопоставить ему просто не успела.
Керри стремительно обернулась к дерущимся. Разбойник лежал на спине, Л'эрт сидел на нем сверху. В момент, когда Валина отключилась, он, видимо, пытался снова оторвать своему противнику голову – пальцы его замерли на шее разбойника. Медленно-медленно он разжал руки и отвел их в сторону:
Керри хотела предупредить разбойника, чтобы тот не нападал – но ножи уже свистнули, разрезая воздух. Она бросилась к дерущимся. Ей хотелось закричать, но в горле слишком пересохло, и у нее вырвался только тихий писк.
Ножи сверкнули серебристыми ласточками – и упали далеко в сторону на траву. Л'эрт тяжело вздохнул и провел ладонью по лицу. Разбойник потер шею. На светлой коже четко выделялись синие следы чужих пальцев.
Керри замерла в шаге от них.
– Л'эрт… Ты в порядке? – наконец смогла спросить она.
– В порядке… условно… – Дышал он неровно, руки у него слегка тряслись.
Разбойник отвесил ему оплеуху:
– Имей в виду, еще раз попробуешь меня придушить таким экзотическим образом – что-нибудь все-таки отрежу!
– Ну и отрезал бы! – возмутился Л'эрт. – Ты пропустил как минимум три возможных момента удара.
– Ты еще скажи, ты специально подставлялся!
– Нет, но ты идиот!
– Ну раз я идиот, тогда перестань использовать меня в качестве кресла, – фыркнул разбойник.
Керри недоуменно следила за их диалогом. Нет, ну если Л'эрт действительно не контролировал свои действия, его реакция еще относительно понятна. Но вот реакция разбойника…
– Вы не собираетесь больше драться? – жалобно спросила она.
Л'эрт неожиданно хихикнул:
– Вообще-то нет, хотя… Говоришь, вы тут звезды изучали?
Керри снова покраснела:
– Послушай, я понимаю, это выглядит глупо…
– Глупо? – Он картинно изогнул бровь. – Как любопытно…
– Но… понимаешь… это правда получилось случайно… я вовсе не собиралась! – Почему-то ей жутко хотелось перед ним оправдаться.
Разбойник флегматично напомнил, обращаясь к Л'эрту:
– А кто-то что-то говорил о своей высокой лояльности… И к тому же ты уже один раз свернул мне шею.
Л'эрт легонько ткнул его кулаком:
– Тш-ш, не мешай. Мне жутко нравится изображать сцену ревности.
– У-у-у… А что, у тебя уже есть на это право? – несколько язвительно поинтересовался разбойник.
– Не-а, нет никаких прав. Но так даже забавнее. – Он широко улыбнулся.
Керри несколько недоуменно уставилась на них:
– Л'эрт… а ты что, его знаешь?
Он слегка склонил голову:
– Можно и так сказать. Наверное. – В синих глазах затанцевали искорки.
– Ты слезешь с меня уже или как? – возмутился разбойник.
– А надо? Мне и тут нравится.
– А мне не нравится. У меня уже вся спина от травы мокрая. Давай поменяемся?
Керри нахмурилась.
– Ты сейчас говоришь без акцента, – сообщила она разбойнику.
– Без акцента? – полюбопытствовал Л'эрт.
Разбойник повторил последнюю фразу, старательно коверкая слова.
– Какая прелесть! – Л'эрт восхитился. – А смысл?
– Ну… пугать не хотел, – смущенно признался тот. – Наверное.
– Все любопытнее и любопытнее. Придворные интриганы отдыхают. Кстати… – Л'эрт задумчиво взял его за кисть. – А как ты провернул этот фокус с телом?
– Чего попроще спроси, а? Я вообще-то думал, что меня убить нельзя, а не что я буду восстанавливаться. – Разбойник недовольно потер шею.
– Я скорее имел в виду твое первичное появление, – уточнил Л'эрт.
– Мм… – Разбойник настороженно покосился на Керри.
Девушка села в траву рядом с ними и сцепила руки перед собой.
– Это ничего, что я себя начинаю чувствовать круглой идиоткой? Что тут происходит?
– А ты с него маску сними, – предложил Л'эрт. Разбойник замер. Керри показалось, что он даже дышать перестал. Она нерешительно потянулась к его лицу, но почти сразу же отдернула руку. – Эй, смелее. Я не думаю, что там спряталось что-то страшное, – поддел ее вампир.
Разбойник вздохнул и резким движением сам сдернул маску.
Керри неверяще уставилась в его ярко-голубые глаза сдавленно пискнула и шлепнулась в обморок.

ГЛАВА 12

– Кер, очнись. – Теплые руки осторожно касались ее лица. – Ну очнись же…
– Ты все неправильно делаешь, – язвительно перебил его второй голос. – Положено либо нашатырь под нос подсовывать, либо несколько пощечин отвесить. Ну или там за ухо укусить.
– Я тебе сейчас укушу! До смерти не забудешь!
– До которой по счету?
Керри медленно открыла глаза. Небо уже было не таким черным: до рассвета оставалось не очень много. Она старательно пыталась думать о времени, о сырой траве под щекой, о любой чепухе – лишь бы не встречаться взглядом с двумя озабоченными лицами, склонившимися над ней. Но не получалось.
– Я умерла, да? – тихо уточнила она, медленно поднимаясь в сидячее положение.
– Семнадцать с половиной лет назад, если я ничего не путаю, – любезно уточнил Л'эрт, за что тут же заработал тычок в спину от Варранта.
– Нет, Кер, ты не умирала. Все в порядке.
– Но тогда почему я вас вижу? Вы же мертвые! – тихо пожаловалась она.
– Вообще-то совсем мертвый только я, – возразил Варрант. – Так что в некотором роде я действительно привидение.
– Но… но ты теплый и настоящий! – Она дотронулась пальцами до его щеки. Он поймал ее руку и сжал в своей.
– Только на несколько часов. К сожалению. Я и сам не ожидал, что у меня получится, – признался эльф. – Просто… решил попробовать. Есть несколько дней в году, когда неупокоенная душа может вернуться в материальный мир и поговорить с живыми.
– Поговорить? – съехидничал Л'эрт. – Теперь это так называется? Ну-ну.
– Да заткнись уже. – Он снова повернулся к Керри: – Я не уверен, но, кажется, возвращение богов как-то повлияло на мою попытку. И… и получилось то, что получилось – в плане временного возвращения физического тела. Но с рассветом, кажется, эта магия исчезнет. Так что у меня осталось где-то около часа, – немного грустно закончил он.
– А что потом? – совсем тихо спросила она.
– Не знаю. Наверное, снова превращусь во что-то вроде бесплотного духа, – пожал плечами Варрант. – Я пытался проделать нечто похожее и раньше, но это первый раз, когда мне удалось. И я не знаю, как оно должно кончиться.
– Я не хочу, чтобы ты снова умирал. – Керри осторожно придвинулась к нему поближе, прижалась к теплому плечу.
Варрант взъерошил ей волосы:
– Ну я не думаю, что это будет похоже на смерть. И потом, ты тут ничего сделать не сможешь.
– Вот-вот, – вмешался Л'эрт. – Зато ты можешь помочь мне. Ты можешь разорвать аркан, который привязывает меня к Валине?
– Ну да, наверное… Только не сразу. Он какой-то странный. Кстати, а почему ты сам не можешь это сделать?
– Долго объяснять. Постарайся его разорвать, хорошо? Прямо сейчас.
Керри закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Не вышло – Варрант резко встряхнул ее.
– Эй, ты чего? – не поняла девушка.
– Ты сама-то хоть понимаешь, о чем он тебя попросил? – недовольно поинтересовался эльф.
– Слушай, не лезь не в свое дело! – окрысился Л'эрт.
– Так. Минуточку. – Керри подняла руки. – Что вы тут опять устраиваете?!
– Если ты разорвешь это заклинание, он умрет, – ответил Варрант. – В смысле – совсем.
– Не обязательно! Это верно только для нормальных зомби! А я все-таки еще в состоянии мыслить! – возразил Л'эрт.
– Сдается мне, мыслить ты в состоянии исключительно благодаря вот этой игрушке. – Варрант кивнул в сторону медальона в форме солнечного диска, болтавшегося на груди вампира. В центре медальона время от времени вспыхивала слабая искорка.
– Подождите. – Она прижала пальцы к вискам. – Ты хочешь сказать, что тебя превратили в зомби?! И заклинание, что тебя держит, – круг повиновения?!
Л'эрт с энтузиазмом принялся изучать небо над своей головой.
– Эй, отвечай! – Керри дернула его за руку.
– Мышонок, я не знаю. Сначала я не верил, что я – зомби. Теперь я не верю, что это как-то можно исправить. Но, пока я привязан к Валине, я представляю собой значительную опасность для окружающих. Ходячая машина смерти. Если бы я знал, что все так кончится… Я даже и предположить не мог, что она захочет отдать такой приказ. Даже если я сейчас буду выполнять все ее желания, она навряд ли забудет о нем. – Он погладил пальцами ее ладонь. – Я не хочу участвовать в охоте за твоим скальпом, мышонок. Он мне куда больше нравится на своем изначальном месте. Но мои желания не будут браться в расчет. Разорви заклинание. Прошу тебя.
Керри покосилась в сторону все еще спящей Валины.
– Она будет в таком состоянии еще несколько часов. Еще достаточно времени подумать.
– Нет. Я потерял часть своих способностей. Я не могу больше находиться под солнцем, – возразил Л'эрт. – И я подозреваю, что Валина проснется, как только первые лучи попадут на меня. Аркан позволяет ей чувствовать ущерб, наносимый моему телу.
– Ты хотел сказать – «боль»?
– Я больше не чувствую боли. Вообще ничего не чувствую. Просто мешок кожи с костями, в который вложили разум. Мое тело не может регенерировать – даже в самой малости. Любая случайная царапина остается навсегда. Я не понимаю, почему я еще не распался на куски, но, скорее всего, этот момент не за горами. Мышонок, я уже мертв. Ты просто освободишь мою душу.
Керри облизнула губы:
– Что произошло в Белой Башне, Л'эрт? На самом деле?
Он улыбнулся и виновато развел руками:
– Кажется, я проиграл.
– Я знаю, что ты проиграл! Я видела твое тело! Проклятье, я думала, что ты мертв. А так… сначала решить, что ты выбрался, а потом убить… Это уж чересчур.
– Тебе больше импонирует вариант умереть самой? Пойми же, ты не сможешь меня остановить!
– Я могу попробовать что-нибудь придумать! – возразила она. – Возможно, этот аркан можно как-то изменить…
– Или перекинуть на другого, – вставил Варрант.
– Как?! Это должна быть добровольная передача!
– Добровольное желание можно вызвать разными путями. Не спорь, она права.
– Да ты-то зачем ее поддерживаешь, златовласка? – взвыл Л'эрт. – Я думал, ты несколько больше заинтересован в моем переходе в иной мир!
Варрант вздохнул:
– Я в состоянии еще немного подождать. Все, Л'эрт, это больше не обсуждается.
– Я окружен кретинами, – констатировал вампир. – К тому же обладающими суицидальными наклонностями. Какая прелесть.
– Л'эрт, – Керри осторожно коснулась его плеча, – я думаю, у меня получится перехитрить это заклинание. Мне нужно только подумать. В более спокойной обстановке.
– Ох, мышонок… С учетом того, как у тебя обычно все получается… Будем надеяться, что хуже, чем оно уже есть, сделать нельзя. – Он стремительно выпрямился. – Ладно, пойду я отсюда подальше. Пока солнце не взошло.
– До восхода еще почти час, – напомнил Варрант.
– Угу. Но мне сейчас от этого не легче. У меня все эмоции остаются только вот тут. – Л'эрт постучал себя пальцем по голове. – А изображать статую и тихо завидовать в уголочке я как-то не приучен.
– Но… – На лице эльфа мелькнуло растерянное выражение.
– Да ладно, златовласка. – Л'эрт улыбнулся. – Все нормально. Изучай свои звезды. – Он легонько щелкнул эльфа по носу.
– Вы о чем? – растерянно поинтересовалась Керри.
– Не слушай его. – Варрант взъерошил ей волосы. – Он опять говорит пошлости.
– Неправда ваша. Я их в основном думаю. Раз уж ничего другого не остается. – Л'эрт подошел к валявшемуся в мокрой от росы траве телу Валины и небрежным движением перекинул спящую вампирку через плечо. – Кс'аал'ер'ан л'иив'а, – добавил он на Верхней Речи и быстро пошел прочь, растворяясь в предрассветных сумерках.
– Что он сказал? – нахмурилась Керри.
– Я тебе потом переведу.
– Почему потом?
– Потому что я не хочу, чтобы тебя это отвлекало. – Варрант улыбнулся, обнимая ее. Керри замерла.
– П-послушай, я не уверена…
– Зато я уверен. – Он начал склоняться к ее лицу. Золотистая прядь пушистой полоской мазнула Керри по щеке. От него пахло лесной травой и вереском.
Керри понимала, что вообще-то ей положено прекратить эту сцену, встать и уйти, а лучше всего – вернуться к себе. Но ей было слишком тепло и уютно рядом с ним. И она расслабилась, позволяя себе утонуть в его голубых глазах.
…Оказалось, что час – это так мало…

ГЛАВА 13

Свеча мигнула несколько раз и окончательно погасла Растопленный воск давно переполнил старый подсвечник и небольшой лужицей растекся по столу. Керри пошарила в ящике стола, выискивая новую свечку. Она вполне могла бы читать и в темноте, но ей не хотелось лишний раз привлекать к этому внимание.
Девушка коснулась пальцем фитиля свечки, и тот послушно затеплился, рассеивая темноту. На столе беспорядочной кучей были навалены исписанные листки бумаги. Еще немного – и они начнут сыпаться прямо на пол. Но все это было бессмысленно. Все эти проклятые расчеты ни на шаг не приближали ее к цели. Решение должно быть! Непременно. Но что же она тогда делает не так?
Легкий шум шагов за дверью отвлек ее внимание. Керри бросила поспешный взгляд на каминные часы. Стрелки безучастно показывали три ночи. Девушка беззвучно выругалась.
Дверь тихо распахнулась, хорошо смазанные петли почти не скрипели.
– Дорогая, уже очень поздно, – напомнил Ралернан, подходя к ее креслу. – Ты собираешься спать?
Керри нервно вернула истрепанное перо в чернильницу и уставилась на свои испачканные пальцы.
– Да, конечно, собираюсь… – Она замялась. – Но…
Ралернан вздохнул:
– Да, да, я уже понял. У тебя опять болит голова, ты ушибла ногу, слишком устала, не то настроение… Я что-то пропустил? – Резким движением он развернул кресло так, чтобы оказаться к Керри лицом. – Хорошая моя, что происходит? Последнюю неделю ты сама не своя.
Керри очень захотелось испариться. Причем как можно быстрее. На щеках выступили красные пятна.
– Раль, понимаешь, мне сейчас несколько сложно все это объяснить… Мне просто надо немного побыть одной…
– Именно одной? – уточнил он.
– У тебя странная интонация…
– Всего лишь странная? – Эльф криво усмехнулся. – Знаешь, я безумно жалею, что отпустил тебя одну на этот проклятый костюмированный вечер. Что же там такого случилось, что ты столь тщательно стала меня избегать?
Керри стиснула деревянные ручки кресла, едва удерживаясь от желания раздавить их в труху.
– Раль, я правда не могу… Проклятье, ну не хочу я сейчас все это обсуждать! Давай потом? Уже действительно поздно, пора спать…
Эльф медленно отцепил ее пальцы от подлокотников. На дереве остались небольшие вмятины.
– Я не могу ждать завтра. Потому что ты опять не захочешь говорить. А у меня уже нет никаких сил играть в эту игру. – Он сжал ее ладошки в своих руках. – Я имел наглость поговорить с теми из моих знакомых, что присутствовали на этом балу. Они утверждают, что ты какую-то часть вечера танцевала с каким-то неизвестным в костюме разбойника, а потом куда-то вместе с ним же исчезла.
– Ты против, чтобы я танцевала с незнакомцами? – Керри старательно изучала чернильные пятна на своих пальцах.
– А ты только танцевала? – совсем тихо спросил он.
Керри резко вскинула голову и уставилась ему в глаза – серые-серые, как хмурое небо перед дождем.
– Я не хочу отвечать.
– Ты уже ответила. – Эльф вздохнул. – Знаешь, я таким дураком себя ощущаю… Я не хочу тебя терять и не знаю, что же мне сделать, чтобы этого не произошло. Я люблю тебя, Керри. Действительно люблю. Но, кажется, этого недостаточно, чтобы ты была счастлива.
Свечка зашипела и погасла. В комнате стало совсем темно, только слабый лунный свет пробивался сквозь щели в занавесках.
– Не хочешь меня видеть, повелительница огня? – полушутливо-полугрустно спросил Ралернан.
– Ох, я не специально. – Она снова зажгла маленький огонек. – И потом, я все равно тебя вижу, – растерянно проговорилась она.
– Я знаю. Это только я не вижу в темноте.
Керри замерла.
– Люди не обладают ночным зрением, – несколько нервно заметила она. Керри старательно скрывала свои «нечеловеческие» способности. И, кажется, до сего дня у нее это неплохо получалось.
– Ну ты же все-таки не совсем человек. – Ралернан осторожно поправил рыжий локон, выбившийся из ее прически.
– Я думала, ты хотел, чтобы я стала именно «совсем человеком».
– Я тоже так думал. Кажется, я ошибался.
– Но… твой договор с Акереной…
– Ну богиня Света сдержала свое слово. Это просто я согласился на сомнительную формулировку.
– И… как давно ты это понял?
– Точно не помню. – Он пожал плечами. – Просто куча разных мелочей, которые стало трудно игнорировать. Вроде вот этой. – Он кивнул на отметины от ее пальцев на ручке кресла.
– Я не монстр! – неожиданно сорвалась она. – Не монстр, слышишь?!
– Когда ты сердишься, твои зрачки сужаются в вертикальные полоски. Сейчас у тебя глаза, как у котенка.
Керри закрыла глаза и со свистом втянула воздух.
– Хорошо. Я – неизвестно что и веду себя неизвестно как. И что дальше?
Ралернан вздохнул:
– Ты не поняла. Я не считаю тебя монстром.
– Раньше считал! Помнится, тебя аж передергивало от мысли, что я должна пить кровь! А если это не изменилось? Если я по-прежнему вампир?! – Керри затрясло. Она резко вскочила с кресла и уставилась на него снизу вверх.
– Ты хочешь уйти? – странно спокойным голосом поинтересовался он.
– А если да, то – что?
– Ничего. Просто слишком много «если».
Керри обхватила себя руками.
– Раль… Прости, я веду себя по-дурацки… Я вовсе не собиралась с тобой ссориться. 'То есть, наверное, это ты собирался…
– Да я-то как раз не собирался.
– Но… я подумала… ну, что ты на меня сердишься.
– Из-за твоей нечеловеческой сущности?
– Раль! – Она ткнула кулаком ему в живот. – Нет, из-за… моего поведения… – На последних словах Керри активно покраснела.
Ралернан вздохнул:
– Я не сержусь, солнышко. Я ревную. Это несколько разные категории. К тому же я совершенно не понимаю, как со всем этим связан твой внезапный интерес к некромантии.
Керри покосилась на свои записи.
– Ну я просто пытаюсь понять, можно ли сделать так, чтобы зомби перестал быть зомби.
– Можно. Он станет трупом.
– Нет, чтобы он стал не трупом, а… в общем, тем, кем был раньше.
– Я все равно не понимаю связи. Или ты хочешь сказать, что твой… мм… спутник… оказался зомби?
– Нет, – грустно ответила Керри. – К сожалению, нет.
– К сожалению?! – Ралернан начал опасаться за свой рассудок. – Ты стала увлекаться трупами?!
– Вообще-то я тоже не совсем живая. Строго говоря.
Ралернан устало взъерошил волосы.
– Так. Хорошо, допустим. Хотя, с моей точки зрения, ты все-таки живая. Но все равно это не является ответом на мой вопрос.
– Ну… он привидение.
– Кто привидение? – окончательно запутался Ралернан.
– Варр… то есть разбойник, – слегка растерянно пояснила Керри.
– О боги. Так, хорошо. И поэтому тебя заинтересовали проблемы обращения с зомби.
– Нет, но ты же спросил, почему мне не нравится, что он не зомби…
– Керри!!!
– Что?
– Кажется, я явно переоценил свои силы. Я не в состоянии обсуждать, что тебе нравится, а что не нравится в твоем любовнике. Я только прошу тебя, ответь мне на один вопрос. Почему?!
Керри уставилась в пол.
– Я не знаю, – прошептала она. – Я сама не могу разобраться.
– А кто тогда может?
– Не знаю!!! Ну что ты от меня хочешь?
– Я хочу, чтобы таких ситуаций больше не возникало. Ох, Керри, что же ты такое творишь… – Он притянул ее к себе и уткнулся носом в рыжую макушку.
– Раль? – всхлипнула она.
– Что?
– Я люблю тебя.
Эльф вздохнул, осторожно гладя Керри по вздрагивающей спине.
– Я тоже люблю тебя. Ладно, давай забудем про этот дурацкий разговор. Могу я надеяться, что твоя голова больше болеть не будет?
Керри молча кивнула.
– Тогда идем спать, хорошо?
– Я… я сейчас приду. Буквально через несколько минут. Ладно?
Ралернану пришлось призвать все свое самообладание, чтобы спокойно согласиться.

Керри лихорадочно старалась сложить исписанные листки более-менее прямой стопкой. Ей не хотелось, чтобы еще кто-то видел ее расчеты, и она собиралась по-быстрому спрятать их.
Щелчок пальцев – и над столом возникло маскирующее поле. Теперь за сохранность бумаг можно было не опасаться. Керри затушила свечку и пошла к двери, когда за спиной снова вдруг вспыхнул свет. Девушка недоуменно обернулась. Неужели она опять что-то напутала с заклинаниями?
На краю стола, небрежно болтая ногами в воздухе, сидел худощавый молодой человек в потрепанных кожаных штанах и снежно-белой рубашке. Кожа на его руках и лице была бронзовой от загара. Голову венчала пушистая шапка ярко-алых, похожих на живое пламя, волос. Светлые глаза были прозрачными, как горное озеро. Вся его фигура распространяла неяркий мягкий свет – тот самый свет, что привлек внимание Керри.
Девушка потрясенно моргнула и потерла глаза. Незваный гость никуда не пропал, только губы его сложились в саркастическую улыбку.
– Ну здравствуй, девочка, – первым нарушил он молчание.
– А… Ты как сюда попал? – Керри нахмурилась.
– Довольно просто. – Он продемонстрировал ей широкую улыбку. – Если будет время, я тебе покажу.
Рука Керри дернулась к рукояти закрепленного на поясе кинжала. Ей не понравился незнакомец. К тому же от него волнами исходила какая-то магическая аура.
– И что тебе здесь надо? – недружелюбно поинтересовалась она.
– Ну как же. Я пришел помочь. Тебе ведь нужна помощь, не так ли? – Он взмахнул правой рукой, и маскирующее поле, недавно установленное Керри, с легким хлопком распалось. Исписанные неровными строчками листки закружились в воздухе, словно подхваченные несуществующим порывом ветра. Керри попыталась прекратить это мельтешение, но все ее усилия рассеивались, не достигая цели. Девушка перевела злой взгляд на красноволосого.
– Ты кто?!
– Как, я разве не представился? – Он легко спрыгнул на пол и отвесил шутовской поклон. – Бог Огня к твоим услугам, юная леди.
– Ойенг? – потрясенно прошептала она и тут же встряхнула головой: – Нет, глупость какая. Ты похож на обычного мага. Прекрати меня дурачить!
– Гмм… Значит, недостаточно впечатляюще? Тогда, может быть, вот так подойдет? – Он щелкнул в воздухе пальцами. Керри показалось; что по периметру комнаты метнулась струя огня, и только чуть спустя она поняла, что на самом деле это не огонь, а огненно-алая, подсвеченная изнутри чешуя. Вокруг нее кольцами свернулся дракон. Голова его, увенчанная парой длинных рогов, расслабленно лежала на передних лапах – прямо перед ее носом. Глаза цвета свежей крови уставились на девушку немигающим взором. Прозрачные кожистые крылья были полуприкрыты, кончики их скребли потолок комнаты. – Так как, девочка? –  Дракон выдохнул тонкий сгусток огня, прошедший прямо над ее головой. Она ощутила легкий запах паленого волоса.
– Это всего лишь иллюзия! – Керри вовсе не была уверена в своих словах.
– Н-да? –  Меж острых зубов дракона на мгновение мелькнул тонкий раздвоенный язык. – И что же мне сделать, чтобы доказать обратное? Подпалить весь дом? 
Керри попыталась найти ключевые точки чужого заклинания, чтобы рассеять вызванное наваждение – но никак не могла этого сделать. Все ее поиски упирались в невидимую стену, которая блокировала абсолютно любое проявление магии.
– Впрочем, это неважно, веришь ты мне или нет. – Керри не успела отследить момент, когда дракон исчез. Перед ней вновь стоял огненноволосый молодой человек. – Давай лучше поговорим о той помощи, что я могу тебе оказать.
Керри презрительно фыркнула:
– Ты думаешь, я собираюсь заключать с тобой какие-то сделки? Хвала богам, меня успели предупредить о том, что ты есть на самом деле, бог Огня. Или, может быть, лучше назвать тебя богом Коварства? – Ралернан потратил немало времени, чтобы посвятить ее в детали пророчества Сиринити – и убедить в том, что любое соглашение с Ойенгом может стать смертельно опасным как для нее, так и для всего мира.
– Ты льстишь мне, девочка. Хотя это имя не является для меня неприятным. С другой стороны, имен у меня много. Я еще и бог Равновесия. – В его руке из ниоткуда возникли аптекарские весы. Одна чашечка была раскрашена белым, другая – черным. Ойенг качнул рукой, и чашечки весов заколебались.
– Ты – сила стихии, сила Огня. Ты не можешь что-либо уравновесить. –  Фраза раздалась из-за спины Керри. И в то же мгновение свечение в комнате усилилось. Девушка резко развернулась. У двери возникла неподвижная фигура, с ног до головы закутанная в длинный золотой плащ. Лица очередного гостя не было видно – низко надвинутый капюшон скрывал его.
– О, Хиис! Как мило с твоей стороны оживить нашу маленькую приватную беседу. – Ойенг широко улыбнулся, демонстрируя белоснежные зубы. – Но ты в корне не прав. Я могу  уравновесить очень многое. В отличие от тебя. Ты же у нас любишь делать вот так. – Палец Ойенга нажал на белую чашечку весов, заставив ее сильно опуститься вниз. Черная чашечка, достигнув максимально возможной верхней точки, перевернулась, оттуда полетела темная труха, засыпая белую чашечку. Ойенг щелкнул пальцами, и весы исчезли.
– Я никогда не поддерживал и не буду поддерживать Акерену! –  Фигура в золотом скрестила руки на груди.
– Правда? А моя память говорит мне совсем иное.
– Стихийные силы несут зло и разрушение. 
– Они несут еще и созидательное начало. А ты, Хиис, не умеешь ничего создавать. Можешь только улучшать созданное другими. И критиковать их за то, что чужие создания несовершенны. – Ойенг пожал плечами.
– Твое время еще не пришло. Ты слишком спешишь, сила Огня, –  не снисходя до спора, продолжил свою линию Хиис.
– Ничего, я как-нибудь сам разберусь со своим временем. А вот твое явно истекает. Тебе никто не давал права вмешиваться в мой разговор. Уходи!
Воздух в комнате на мгновение стал невыносимо горячим но почти сразу же вернулся к нормальной температуре.
– Девочка должна знать, с кем имеет дело. 
– Должна, но не из твоих слов. Ты хочешь нарушить перемирие?
– Вы его уже нарушили. –  В бесстрастном голосе Хииса впервые с момента разговора прорезался сарказм. – И у меня есть определенные права… 
– Возможно, возможно. Но сегодня ты не будешь вмешиваться. – Очередной щелчок пальцами, и комната вокруг Керри поплыла, наполняясь каким-то призрачным туманом. Фигура в золотом плаще исказилась и стала быстро становиться все более и более прозрачной – до тех пор, пока не исчезла совсем. – Ну вот, – удовлетворенно сказал Ойенг, – теперь можно продолжить наш разговор в более спокойной обстановке. Итак, что там насчет моей помощи?
– Я же сказала, что мне не нужна никакая помощь. – Голос Керри звучал неуверенно. Ей не хотелось в том признаваться, но странный диалог и использование непонятной ей силы все-таки произвели определенное впечатление. Ни о какой иллюзии речи быть не могло.
– А я думаю, что нужна. Ты ведь хочешь спасти одну потерявшуюся душу, не так ли? Безопасно разорвать одно маленькое заклинание? Вернуть живому трупу все потерянные способности?
Керри погладила рукой рукоять кинжала. Откуда Ойенг знает все это?
– Я справлюсь сама. Полагаю, я уже нашла верный путь.
– О, ты, несомненно, справишься. – Кинжал неясным образом исчез из-под ее пальцев, перекочевав в руку Ойенга. Бог Огня неторопливо установил его острием вниз на свою ладонь – и кинжал тут же начал крутиться вокруг своей оси, сливаясь в сверкающее металлом веретено. – Вопрос не в том, справишься ты или нет. – Он сделал паузу, созерцая вращение кинжала.
– А в чем? – несколько нервно поинтересовалась Керри.
– Во времени, девочка. Всего лишь во времени. Как ты думаешь, сколько тебе его понадобится?
– Какая разница? – огрызнулась она. – Сколько надо, столько и буду этим заниматься.
– Вот тут ты в корне не права. Разница очень даже велика. – Ойенг остановил вращение кинжала, позволив ему плашмя упасть на ладонь. – Видишь ли, тело, которому ты так стремишься вернуть жизнь, сейчас весьма уязвимо. Оно разрушается и разрушается довольно быстро. Так что ситуация более чем критическая.
– Ты лжешь! – Керри стало вдруг очень холодно.
– О девочка! Твои оскорбления совершенно напрасны. Боги никогда  не лгут. Мы можем что-то недоговорить, что-то по-другому сформулировать, но лгать… нет, лгать мы не умеем.
Ей очень хотелось бы ему не поверить, но Ралернан ведь тоже говорил ей, что боги никогда не лгут напрямую. Но если Ойенг не лжет…
– Сколько у меня еще осталось времени? – Голос ее слегка охрип, в горле пересохло.
Ойенг небрежно пожал плечами:
– Осталось? У тебя уже ничего не осталось. По имеющимся у меня сведениям, если не вмешаться в течение ближайших суток, то ты застанешь только весьма неаппетитно выглядящий труп.
Керри стиснула пальцы в кулак.
– Я не понимаю. Он еще совсем недавно вполне нормально выглядел.
– Многие вещи прекрасно маскируются одеждой. Перчатками. Впрочем, отчасти он и сам виноват в своем состоянии. Он опасается, что твои усилия окажутся тщетными. К тому же его возможности сдерживать эмоции управляющего мага почти на нуле. Вот он и пытается решить ситуацию тем способом, что кажется ему наиболее правильным.
– Ты хочешь сказать, он сознательно себя убивает?
– Именно так. Но, конечно, исключительно из лучших побуждений. Разумеется, в той степени, какими могут быть лучшие побуждения у такого существа, как он.
– О чем ты? – недоуменно спросила Керри.
– Ну как же. Он ведь считает себя чудовищем, убийцей. По сути, он не так уж и неправ – на его счету весьма много чужих смертей. А зачем такому исчадию зла продолжать жить?
– Я так не считаю! Он не чудовище!
– Да? Но ты сама его так называла, разве неправда? – вкрадчиво поинтересовался Ойенг.
Керри судорожно сглотнула.
– Но… Это было давно! С тех пор многое поменялось!
– Ну не так уж и давно. Особенно по его счету. Сколько он уже существует на этом свете? Несколько столетий, не так ли? Для него пара десятков лет – как несколько дней для тебя. Вот и подумай, давно ли. А ведь память у вампиров практически идеальная. Не думаю, что он позабыл твои слова.
У Керри закружилась голова. Дышать стало трудно, воздух вокруг стал каким-то вязким.
– Но я действительно так больше не думаю!
– А он об этом знает? – лениво протянул Ойенг.
– Ты хочешь сказать, он фактически умирает именно из-за моих слов?!
Бог Огня неспешно установил кинжал вертикально на ладони и снова закрутил его.
– Я ничего не хочу сказать. Я просто изложил тебе некоторые факты, могущие представлять интерес. – Он задумчиво уставился на сверкающее веретено. – А уж сделать выводы будь любезна сама. Ты все еще уверена, что тебе не нужна моя помощь?
Керри потерла руки. Ей казалось, они превратились в маленькие ледышки.
– У твоей помощи очень высокая цена, насколько мне известно, – тихо произнесла она.
– Вовсе нет. Кто сказал, что пророчество человеческой ведуньи верно? И, что наиболее важно, – полно?
– В смысле?
– Увы, девочка, эту загадку тебе придется разгадать самой. А моя цена… В общем, ты права – мне нужно твое тело, чтобы обрести материальность. Но я не спешу. Я готов предоставить тебе отсрочку – три месяца по времени твоего мира. И если ты найдешь способ изменить наше соглашение, мы обсудим это. К тому же ты можешь потратить данный срок на поиск полного  текста пророчества. Возможно, изучение данного документа изменит твои взгляды. А взамен я помогу тебе спасти твоего вампира. Так как? – Из прозрачных глаз на мгновение взглянули полные крови глаза дракона.
Керри вздрогнула:
– Я… я не уверена… Наверняка я могу его спасти и как-то иначе…
– Нет, не можешь. – Ойенг отложил кинжал на стол и приблизился к Керри. – Но, с другой стороны, может, я и не прав. Действительно, ну подумаешь – умрет какой-то вампир. Невелика важность. В конце концов, кто он тебе? Случайный знакомый? Да и, кроме того, зачем тебе вносить сумятицу в свою спокойную жизнь? Ты ведь вполне счастлива своей текущей жизнью, не так ли? А возвращение вампира неизбежно породит целую кучу проблем. Да, полагаю, зря я не учел все эти нюансы. Тебе незачем заключать со мной сделки. Что ж, девочка, увидимся как-нибудь в другой раз. – Он неторопливо направился к двери.
– Стой!!! – одернула его Керри.
– Ну что еще? – Одной рукой Ойенг уже держался за дверную ручку. Керри не пришло в голову, что ему вообще-то совершенно необязательно пользоваться дверью для того чтобы исчезнуть. Она была слишком взвинчена состоявшимся диалогом.
– Я согласна на твое предложение, – выдавила девушка. Почему-то ей казалось, что после этих ее слов на нее должен как минимум обрушиться потолок – или произойти что-то не менее значительное, но ничего похожего не случилось. Ойенг просто небрежно пожал плечами и все так же неспешно подошел к ней.
– Хорошо. Тогда нам следует заняться воскрешением твоего… друга. – Он протянул ей руку ладонью вверх. – Пойдем?
Керри, слегка недоумевая, вложила свою руку в руку бога – и в тот же миг окружающий мир исчез.

ГЛАВА 14

Часы показывали уже шесть утра, когда весь дом сотряс жуткий грохот. Ралернан вскочил как ужаленный. Наверняка опять Керри что-то намудрила со своими опытами. Он сердился, что она не выполнила своего обещания – он ждал ее уже больше двух часов, но раздавшийся шум изрядно напугал его. Лишь бы она ничего себе не повредила…
Добраться до ее кабинета было делом нескольких минут. Дверь оказалась намертво запертой – и почему-то обугленной по краям. Ралернан недолго думая просто вышиб ее вовнутрь.
В комнате было тихо, пусто и невероятно чисто. Все бумаги, которые он несколькими часами назад видел разбросанными по столу, были аккуратно сложены в стопки и перевязаны. Книги вернулись обратно на свои полки. Чернильная лужа на полу исчезла. Воздух пах жасмином и ванилью. Ралернан привык, что Керри вечно оставляет пусть небольшой – но беспорядок. Идеальная чистота помещения насторожила его куда больше, чем раздавшийся ранее грохот. К тому же самой Керри нигде не было.
Ралернан нервно еще раз оглядел пустую комнату. Не могла же она испариться, в конце концов! Тогда – где? Ушла? Посреди ночи? Одна, никого не предупредив? Эльф раздраженно побарабанил пальцами по столешнице.
Тонкую струйку черного тумана, медленно втекающую в комнату через выбитую дверь, Ралернан заметил не сразу. Туман уже достиг уровня его щиколоток, когда эльф обратил на него внимание.
– Это еще что за морок? – пробормотал он себе под нос. Ралернан чувствовал присутствие магии, но несколько иной, чем он привык ощущать от членов Ордена. Странное ощущение – словно кто-то царапал когтями по его спине.
Тем временем туман плавно сгустился в подобие человеческой – а точнее, женской – фигуры, становясь все более и более материальным. Наконец уже ничто не напоминало о странной форме появления гостьи – перед эльфом стояла, казалось, самая обычная женщина. Вот только глаза у нее были жутковатые – черные провалы в бездну.
– Чем обязан? – сухо полюбопытствовал Ралернан.
– Несколько нелюбезный тон, как мне кажется, – лениво ответила гостья. – Особенно с учетом того, что мои сведения могут весьма и весьма помочь тебе.
Ралернан скрестил руки на груди и смерил ее крайне холодным взглядом.
– Помочь? И чем я заслужил помощь богини Тьмы?
Клиастро прищурилась:
– Заслужил? Какие вы смешные, человечки… Чтобы заслужить мою благосклонность, тебе придется сделать весьма и весьма немало. Но тем не менее я собираюсь поделиться с тобой кусочком своих знаний. Ты ведь хочешь отыскать свою супругу, верно?
– Керри не связана с тобой. Она маг равновесия.
– Н-да… Но ведь некромантия является частью моих сил, а отнюдь не чьих-либо еще. А вот эти записи, – Клиастро неторопливо погладила аккуратные стопки бумаг на столе, – несомненно, свидетельствуют об интересе именно к некромантии.
– И что? – Эльф нахмурился.
– Я бы посоветовала тебе пообщаться на эту тему с одной магичкой, которая в последнее время также весьма активно изучает раздел некромантии.
– Зачем? Что здесь произошло?
Клиастро томно улыбнулась:
– Полагаю, картину произошедшего ты сможешь восстановить и сам. После того, как последуешь моим советам. Найди мага Валину. Она преподает в черном секторе академии – там тебе подскажут, где она находится в настоящий момент. Полагаю, ваш разговор будет весьма и весьма небезынтересным.
– Мне не нужен пустой диалог с твоей протеже. Если ты хочешь что-то сказать – говори это сейчас! – Ралернан разозлился. Его не оставляло ощущение, что черная богиня слишком многого недоговаривает.
– Я сказала все, что хотела. Твои шансы увидеть твою супругу живой весьма малы, человечек. Зря ты так бездарно теряешь время.
– В каком смысле – «увидеть живой»?! Где она и что ей грозит?
– Я не хочу больше отвечать на твои глупые вопросы. Ты либо следуешь моему совету – и получаешь некую ценную информацию – либо не следуешь. В последнем случае, вероятно, тебе остается тихо надеяться, что ты что-то не так понял. А пока ты раздумываешь, твоя жена сражается за то, чтобы остаться в живых. Как ты считаешь, сколько она протянет без твоей помощи?
– Лжешь! – У эльфа невольно задрожали руки.
– Боги не лгут, человечек. Ты забыл? – Она стряхнула с рукава невидимую пушинку. – Ну что же ты медлишь? Ты не хочешь спасти ту, кого ты любишь?
Ралернан беззвучно выругался и выбежал из комнаты, сопровождаемый тихим смехом Клиастро.
Едва он скрылся, в комнате появилась еще одна гостья – тоненькая девушка, с ног до головы одетая в белое. Даже волосы ее казались сотканными из снега.
– Зачем ты устроила этот маскарад, Клиа? – недовольно спросила Акерена, скрещивая свой взгляд с богиней Тьмы.
– Почему бы и нет? Человечки так забавны. – Клиастро вытянула руку перед собой, изучая совершенный маникюр.
– Эта девочка принадлежит Ойенгу. Зачем ты вмешиваешься?
– Вмешиваюсь? Ты шутишь! Твой эльфенок не сможет воспрепятствовать игре нашего брата. Я  ведь не сказала, что его визит к Валине поможет спасти жизнь девчонке. Но, несомненно, он именно так и подумал. А я хочу довершить свою маленькую месть. Мой эмиссар так долго и тщательно водил меня за нос… Мне еще тогда казалось, что просто смерть – слишком легкое наказание для него. К счастью, мне удастся повторить эту столь греющую мое сердце сцену.
– Ойенг обещал вернуть ему жизнь. Точнее, иллюзию жизни. Полагаю, он исполнил свою часть сделки.
– О да. Но так даже лучше. Ведь Ойенг не обещал сделать его бессмертным, не так ли? К тому же вампир будет очень и очень ослаблен, насколько мне известно. А твой эльфенок уже знает, как убивать таких созданий.
– Ты его слишком напугала. Он будет пытаться выяснить, как спасти девочку, а не заниматься повторным убийством.
– Сестричка, не считай меня идиоткой. Разумеется, я позаботилась о том, чтобы эльфенку крайне активно захотелось отправить моего неверного помощника в небытие. Сказанные вовремя тут и там несколько слов, чуть ранее умело донесенных до его ушей сторонними доброжелателями, карнавальный костюм, который твой эльф найдет в комнатах Валины… И запутанные чувства самой девчонки, так мило разрывающие ему сердце. Всего этого более чем достаточно, чтобы ревность заставила его действовать именно так, как я хочу.
– Кажется, ты нашла себе новую игру, Клиа.
– Да. Человечки забавны. Наблюдать за их душевными терзаниями довольно любопытно. Меня развлекает эта игра. Разве ты этим недовольна? Я воздерживаюсь от активного вмешательства в этот мир. Практически не разрушаю поселений этих живых существ. Ты ведь так беспокоилась за сохранность их смешных шкурок… Почему же ты пытаешься осуждать меня?
– Ты не занимаешься разрушениями только потому, что ты ослаблена. Ты знаешь, что если решишься на открытое противостояние, я уничтожу все твои начинания.
– Возможно. Но ты рано радуешься. Ойенг уже совсем скоро навестит нас с визитом. Благодаря ничтожной помощи с моей стороны он стал обладать весьма ценной информацией – и распорядился ею более чем правильно.
– Ойенг не будет вставать на твою сторону. Ему невыгодно крушение этого мира.
– Это ты так думаешь. А я полагаю, что смогу его переубедить. – Клиастро улыбнулась. – Кстати… Отчего же ты не спешишь открыть своему эльфенку глубину моего коварства?
Акерена пожала плечами:
– Твое настроение так переменчиво, Клиа. Возможно, завтра ты решишь помиловать своего эмиссара и наделить его силой. Зачем мне присутствие в живых существа, который и без твоей поддержки неплохо уничтожал людей целыми городами?
– Но ведь сердце твоего эльфенка будет разбито. Какое несчастье!
– Его сердце будет разбито в любом случае. Если твой эмиссар останется в живых, он непременно начнет вмешиваться в жизнь моего помощника. Не думаю, что данная ситуация долго останется незамеченной. Не говоря уже о том, что у девочки очень мал шанс благополучно вернуться, как это ни прискорбно.
– Прискорбно? Ведь она – лишь человечек. Одним больше, одним меньше…
– Я не люблю лишних жертв. Жаль, что она не знает, чем заплатит за свое желание.
– Она же не спрашивала. Все беды человечков – исключительно из-за их недальновидности. – Клиастро снова рассмеялась, мягко и музыкально.

ГЛАВА 15

Л'эрт проснулся от жуткой боли, скручивающей все тело. Внутренности жгло нестерпимым огнем. Казалось, все кости в теле сломаны. Он хотел заорать, но из обожженного горла вырвалось только придушенное шипение. Несколько минут он плавал в этом океане боли, захлестнувшем его с головой, пока сознание не начало немного проясняться.
Вампир выругался про себя и попытался сесть. Как ни странно, ему это удалось. Простыни были мокрыми и липкими от крови. Чувствовал он себя так, словно с него заживо ободрали всю кожу. Впрочем, почему «словно»? По состоянию на предыдущий вечер, неповрежденного кожного покрова на его теле практически не оставалось.
Хватаясь за статуи каких-то волшебных существ, поддерживавшие полог кровати, он принял условно вертикальное положение. Теперь лужи крови появились и на полу. Забавно, что подумают по этому поводу уборщики? Хотя Валина, наверное, предпочтет сама удалить все эти пятна. Но что же происходит? Раньше ведь боли не было… Л'эрт нахмурился. Крови раньше тоже не было.
Шатаясь, он подошел к висящему на стене зеркалу. Зеркало казалось слегка мутным – оно было изготовлено из тщательно отполированной меди. Конечно, его качество было куда ниже привычных зеркал, изготавливаемых с использованием амальгамы серебра, но зато медный диск мог отразить и вампира. Впрочем, полюбовавшись пару минут на свое отражение, Л'эрт начал жалеть, что он себя видит. Если днем раньше он выглядел как манекен, используемый в качестве пособия для учебника анатомии, то сейчас отражение показывало ему жертву каких-то садистских пыток. Причем по всем правилам данной жертве положено было бы лежать в гробу, так как имеющиеся в наличии травмы были явно несовместимы с жизнью, не говоря уже об отсутствующей коже и обильном кровотечении в местах ее отсутствия.
– М-да. – Л'эрт наконец справился с голосовыми связками и извлек нечто отличное от хрипов и шипения. – Красавчик, каких поискать…
Он постарался абстрагироваться от боли. Жалко, здесь нет облаков. В тот раз они ему неплохо помогли забыться…
Все-таки что-то не так было в его отражении. Чего-то не хватало. Л'эрту потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы найти недостающую деталь: на его шее больше не висел медальон в форме солнечного диска. Тот самый медальон, который, по мнению Варранта, был как-то связан с сохранением его памяти и разума. Л'эрт несколько раз пытался снять украшение, но у него ничего не выходило: медальон казался припаянным к его телу. А сейчас его не было. Л'эрт обернулся в сторону кровати, разглядывая кровавые пятна Слетел, пока он был без сознания? Назвать сном периоды понижения своей активности Л'эрт никак не мог.
Медальон действительно был в кровати. Вот только диск его был раздроблен в мелкую труху – словно артефакт что-то со страшной силой взорвало изнутри. Л'эрт автоматически попытался понять, что это было, потянувшись к магическому полю. Он так и не смог до конца привыкнуть, что магия оставила его. У него и на этот раз ничего не получилось. Почти не получилось. Где-то в глубине сознания шевельнулось привычное ощущение ручейков силы – совсем слабое, едва-едва заметное… но оно было!
Л'эрт медленно осел на липкие от крови простыни. Неужели Керри все-таки удалось?! Нет, это слишком нереально. Она не некромант и эта магия за пределами ее возможностей. Но глаза его то и дело возвращались к нанесенной на полу в дальнем конце комнаты меловой полоске – всего в шаге от окна. После очередной ссоры Валина собственноручно нарисовала для него напоминание о границах его свободы. И если Валина все еще спит и не сократит разделяющее их расстояние… Он не сможет перешагнуть через эту полоску.
Смешно, но ему стоило громадного усилия заставить себя встать. Л'эрт безумно боялся потерять возникшую надежду. Но не проверить он не мог. Обычно, подходя к полоске, он утыкался в невидимую стену, мягкую и кажущуюся податливой – но все же абсолютно неприступную. В этот раз стены не было. Он перешагнул через меловую линию и подошел к окну. Стены домов уже окрашивал в розовые оттенки рассвет. Л'эрт только сейчас понял, что ошибся с восприятием времени. Солнце не садилось – оно вставало. А значит, его «сон» длился меньше часа. Ползущий по стене солнечный луч проник сквозь неплотно прикрытые ставни и скользнул по руке вампира. Л'эрт зашипел и отодвинулся: попавший на ободранную руку свет вызывал неприятные ощущения. И тут же замер. Всего лишь неприятные ощущения! А парой дней раньше такой лучик прожег ему руку почти насквозь! Но, может, ему это только кажется?
Все еще шатаясь, Л'эрт дошел до смежной комнаты, где предпочитала отдыхать Валина. После того как он несколько раз подряд попал под солнце, она решила, что ее спокойствие требует раздельного времяпрепровождения. Во всяком случае, в те периоды времени, когда ожоги Л'эрта не спрятаны под слоями одежды.
Валина все-таки спала, безмятежно раскинувшись посреди горы подушек. Глаза ее были закрыты, и Л'эрт не видел ставшего уже привычным их хищного блеска. Но если она не меняла своего положения, круг должен был бы сработать. А он не сработал.
Л'эрт закрыл глаза и вытянул руку ладонью вверх. Заклинание сработало только с третьей попытки – но все-таки сработало. На его ладони расцвел небольшой фейерверк – легкая иллюзия, практически не требующая сил. Но эта слабость была вполне понятна – с учетом того, насколько сильно изранено его тело.
Л'эрт некоторое время смотрел на переливающиеся искорки, а потом рассмеялся. Все-таки у Керри получилось. Какой же он идиот, что не доверял ее способностям.
Смех и всполохи фейерверка разбудили Валину. Она медленно села в кровати и уставилась на Л'эрта мутными от сна глазами.
– Что ты здесь делаешь? – Она поморщилась, окончательно приходя в себя. – И почему в таком виде?!
– Опыты ставлю.
– Какие еще опыты?! Ты что, решил снабдить меня кошмарами? Пошел прочь!
Л'эрт криво улыбнулся:
– «Прочь» – это хорошая идея.
– Я же приказала тебе, – растерянно пробормотала вампирка. Ей казалось, что она уже в совершенстве освоила управление зомби. Прокол с приказом об убийстве был единственным.
– Возможно, мне надоело выполнять твои приказы.
– Да как ты смеешь со мной спорить! Ты принадлежишь мне, и не твое дело обсуждать мои действия!
– Валь, Валь… Во что ты превратилась… И, главное, зачем? – покачал он головой.
Вампирка резко села на постели, подтянув колени к подбородку.
– Мне надоели твои рассуждения о падении моего морального облика! Я не меняюсь! Это невозможно! Вампиры навсегда остаются такими, какими их обратили.
– Внешне – да. А вот насчет души ты сильно ошибаешься.
– Да что ты говоришь! – ехидно произнесла она. – Ты вывел эту глубокую мысль, анализируя мое поведение?
Л'эрт грустно усмехнулся:
– Да нет, мне хватило и своего собственного.
– Меня уже тошнит от твоих странностей! Твой характер и твои взгляды абсолютно невозможны! Не говоря уже о твоем дурацком отношении к людям.
– Именно дурацком?
– Люди – всего лишь пища! А та сцена, что ты устроил на балу… Это просто возмутительно! Ради какой-то человеческой девчонки…
– Валь, знаешь, почему я полез к тебе в тот вечер, что устраивал Аластра?
Вампирка недоуменно моргнула, дезориентированная сменой темы:
– Ну и?
– Ты была безумно похожа на человека.
Валина воззрилась на него, словно увидела привидение:
– Ты издеваешься?!
– Нет. Впрочем, это уже неважно. Мне действительно пора уходить. – Он шагнул в сторону двери – но не той, что вела в его комнату, а той, что выходила в коридор.
– Эй, куда это ты собрался? – резко окликнула его вампирка.
Л'эрт вздохнул:
– Валь, ты разве еще не поняла? Твой аркан больше не работает. Так что, куда именно я собрался, тебя совершенно не касается.
Валина попыталась опровергнуть его слова, послав несколько сосредоточенных приказов, но Л'эрт даже не пошевелился.
– П-п-подожди… – растерянно произнесла она. – Что происходит?
– Не знаю. Но ты потеряла игрушку в моем лице.
– Послушай, возможно, это какое-то временное ослабление заклинания. Если ты уйдешь слишком далеко, а оно возобновится – твое тело будет попросту уничтожено!
Л'эрт пожал плечами:
– Ну и что? Смерть куда привлекательнее жизни с тобой.
Валина выскочила из-под простыней и подбежала к Л'эрту:
– Ты неадекватно рассуждаешь. Ты ранен, и тебе нужна моя помощь. И потом, я же люблю тебя!
– Нет, Валь. Ты меня уже не любишь, – криво улыбнулся он. – Просто ты сама еще этого не поняла.
– Бред! С чего ты взял?!
– Вот с этого. – Он медленно вытянул вперед ободранную руку, с которой капала кровь. – Некоторые из высших вампиров могут питаться не только кровью, но и эмоциями.
Валина нахмурилась:
– Я это прекрасно знаю, но при чем тут это? Да, Карвен специально вызывает у своих жертв страх – это общеизвестно. И что?
– А то, что я тоже так могу. Но, в отличие от Карвена, я питаюсь не страхом, а вожделением или любовью.
– Ты хочешь сказать, что разучился питаться таким образом?
– Нет. Я автоматически впитываю указанные эмоции, мне даже не нужно на этом сосредотачиваться. А сейчас я не чувствую насыщения ни на йоту, Валь. Если бы все было так, как ты говоришь, я бы выглядел чуть менее погано.
– Послушай, ты буквально только что пришел в себя. Возможно, ты еще не восстановил свои способности, – попыталась возразить Валина.
– Возможно, тебе бы хотелось так думать. – Он сорвал висящий на стене черный плащ и закутался в него. В нескольких местах ткань тут же пропиталась кровью, но на темном фоне это было не слишком сильно заметно.
– Л'эрт, подожди! – Валина нервно вцепилась в рукав плаща, бессознательно избегая касаться ободранной руки вампира. – Ты не можешь вот так просто взять и исчезнуть!
Он медленно отцепил ее пальцы от своего рукава.
– Могу. И ты мне не помешаешь.
Валина оцепенела.
– Но…
– Прощай.
Дверь с легким щелчком захлопнулась за его спиной.

ГЛАВА 16

Снаружи, у дверей в апартаменты Валины, Л'эрт наткнулся на аккуратно сложенную кучку одежды. Поверх одежды лежала черная маска. Вампир недоуменно повертел ее в руках. Странно, Валина вроде бы не имела привычек разбрасывать тряпки за порогом. К тому же маска до мелочей напоминала ту, в которой он последний раз видел Варранта. Нет, некоторые отличия, несомненно, имелись, но их было немного. Л'эрт разворошил сложенную одежду. Остальные предметы также представляли собой части карнавального костюма – костюма разбойника. Зачем это здесь? Что за очередную игру собиралась закрутить Валина? На миг у него возникло искушение вернуться и спросить – но по небольшому размышлению он отказался от этой идеи. Он и так с трудом стоял на ногах. Если Валина вспомнит, что она может банально удержать его физической силой, кончится это крайне паскудно. Особенно с учетом того, что убивать ее он все же не хотел.
Л'эрт положил карнавальный костюм на место, позаимствовав из него перчатки: вампиру уже надоело украшать пятнами крови все, к чему он прикасался. К тому же это было довольно болезненно.
Он отошел от комнат Валины всего на несколько шагов, когда навстречу ему вылетел бегущий со всех ног адепт академии. Л'эрт даже не успел отодвинуться в сторону: слабость делала его реакции слишком замедленными. Адепт буквально сшиб его с ног, опрокинув на пол. Капюшон плаща вампира откинулся назад, давая возможность лицезреть кровоточащие ожоги.
– Ой, я не хотел, я извиняюсь. – Адепт с достойным иного применения любопытством изучал его обожженное лицо. – Нет, быть этого не может! – наконец заключил он.
– Чего не может быть? – недовольно проворчал Л'эрт, возвращая капюшон на место. Он уже успел разглядеть адепта и вспомнить его имя – Галлик. Именно с его… хм… эксперимента… и началась вся эта история.
– Ну ты же должен был давно умереть! То есть я так думаю. Ты же не можешь быть просто похож, правда? И здесь больше никто не живет, кроме этой странной леди… А почему ты ходишь один? Тебя же должен ограничивать круг.
– Я поссорился с леди и теперь хожу сам по себе. А вот зачем ты носишься по данному коридору, совершенно неясно.
– Ну… у меня сегодня был экзамен. Там нужно было сделать один эликсир… В общем, я его не совсем сделал. То есть сделал, но не его… И теперь мой наставник немного… злится… Я хотел спрятаться. Ой! – Последний возглас относился к появлению в коридоре сухощавого мага в развевающейся черной мантии. Галлик попытался спрятаться за спину Л'эрта, но маг уже успел его заметить.
– Адепт Галлик! Ваше поведение совершенно возмутительно! Не говоря уже о вашей глупейшей попытке скрыться. Или вы думаете, что я собираюсь лишить вас жизни? – По правде говоря, именно это Галлик и думал, но подтвердить вслух как-то не решился. – На ближайшем же учебном комитете я подниму вопрос о вашем исключении, – закончил маг и переключил свое внимание на Л'эрта: – Кто вы и что здесь делаете? Это закрытая территория!
Л'эрт медленно уставился ему в глаза – светло-голубые, как зимнее небо.
– Эй, извольте отвечать!
– Ты никого тут не видел. – Утверждение Л'эрта сопровождалось ментальным приказом. – А адепт Галлик… блестяще сдал сегодняшний экзамен. Тебе же совершенно нечего делать здесь, тебя ждут другие адепты в лаборатории.
Черный маг неуверенно моргнул, смотря куда-то сквозь вампира, кивнул и медленно пошел в обратную сторону. Движения его были слегка дергаными и неуверенными.
Галлик недоуменно переводил взгляд с Л'эрта на удаляющегося преподавателя.
– Он чего… он тебе поверил?! – наконец выдавил адепт.
– Угу. – Л'эрт не стал объяснять, что весь этот трюк он выполнил вовсе не ради Галлика – он просто хотел проверить, насколько к нему вернулись его способности. То, что у него получилось подчинить разум черного мага, было хорошо, но вот то, что это потребовало столько сил и времени – было отвратительно. В преподавательский состав никогда не брали магов, обладающих более-менее значительными способностями – их силам находилось применение в других областях. А значит, Л'эрт должен был справиться с преподавателем за доли секунды, в то время как на самом деле ему пришлось потратить несколько минут.
Л'эрт постоял несколько минут, унимая головокружение, и медленно продолжил свой путь – в противоположную сторону от удалившегося преподавателя.
– А почему ты еще не умер? – продолжал любопытствовать Галлик, тенью следуя за вампиром.
– Ты что, думаешь, мертвым быть намного интереснее? – съязвил Л'эрт.
– Э… мм… ну я не это имел в виду, – стушевался адепт. – Но ты же все равно мертвый.
– Мертвый, мертвый. И чего?
– Мертвым положено лежать в гробах, – тоном величайшего откровения выдал Галлик.
– Точно. Спасибо, что напомнил. Сейчас найду гроб и улягусь отдохнуть. А то ходят тут всякие, дурацкие вопросы задают.
Галлик задумчиво оглянулся на оставленную далеко позади дверь в комнаты Валины.
– Слушай, но ты точно уже ушел больше, чем на тридцать шагов. Или она смогла расширить аркан? Но ведь это вроде как невозможно!
Л'эрт свернул влево, продолжая двигаться в сторону выхода. Здесь уже не было так пустынно, то и дело попадались другие преподаватели в черных мантиях. На Л'эрта особенного внимания не обращали – его плащ, если детально не разглядывать, немного походил на мантию.
– Тебе сложно ответить, да? – обиженно вопросил Галлик.
– Так я же не обладаю разумом. Мой мозг давно разрушился. Как же ты хочешь, чтобы я ответил? – с сарказмом поинтересовался вампир.
– Но… наверное, у тебя неразрушаемый мозг. Какой-нибудь специфический подвид…
Л'эрт его не слушал. Его внимание привлекла фигура в белых одеждах, ярким пятном выделяющаяся на фоне черных магов. Чужак явно пытался что-то узнать, пытаясь остановить чуть ли не каждого из попадавшихся ему навстречу черных магов, и бешено жестикулируя при этом. Наконец кто-то, видимо, ответил на его вопрос, и чужак стремительно двинулся в сторону того коридора, откуда только что вывернули Л'эрт с Галликом.
Галлик проследил за взглядом вампира и обалдело выпучил глаза.
– Ой! А что здесь делает лорд Арриера? Никогда его не встречал в нашем секторе!
– Вот и мне тоже это интересно, – проворчал себе под нос вампир, опуская капюшон плаща как можно ниже и застывая на месте.

Разыскать черную магичку Валину почему-то оказалось не самым простым делом. Даже несмотря на то, что Ралернана узнали, сведения о местонахождении Валины либо не желали давать, либо давали довольно противоречивые. Эльфу показалось, что магичка уже довольно давно старается ни с кем не общаться, что и порождало сумятицу в ответах. Наконец кто-то указал ему на один из боковых коридоров, где находились апартаменты преподавателей. У поворота в искомый коридор Ралернан наткнулся на несколько странную парочку: высокий мужчина, столь тщательно закутанный в черный плащ, что даже лица его не было видно – из-под капюшона выглядывал только самый край подбородка, – и худощавый низенький адепт в грязноватой мантии с вышитой на плече алой буквой «А». Ралернану показалось, что от мужчины явственно пахнет кровью. Впрочем, это было неудивительно: в конце концов, часть черной магии использовала жертвоприношения. Эльф поморщился, но счел необходимым подойти к ним и уточнить, где бы он мог найти Валину.
Реакция на его вопрос была довольно странная. Точнее, реакция закутанного в плащ – адепт просто молча изучал его расширенными от удивления глазами. Мужчина схватил его за руку и дернул к себе.
– Зачем тебе Валина?! – Голос у него был низкий и хриплый, словно он недавно переболел тяжелой формой простуды.
– Послушайте, мне просто нужно ее найти. У меня к ней личный разговор. Этот разговор не требует отлагательства! Если надо, я готов заплатить, – привычно закончил эльф. Черные маги, как он уже имел возможность убедиться, вовсе не брезговали принимать деньги в благодарность за свои сведения.
– Заплатить? – Интонация его собеседника была какой-то странной. – Хорошо, я учту. Что за разговор?
– Это касается только меня и ее. Послушайте, это срочно! Вы знаете, где ее найти?
Адепт вышел из состояния молчаливого созерцания и выдавил:
– А я знаю, знаю. Хотите, я покажу?
Маг в плаще резко повернулся к нему:
– Заткнись!
Ралернан нервно взъерошил волосы.
– Я действительно готов заплатить! Покажите мне дорогу!
– Сразу после того, как я узнаю, в чем суть вашего приватного разговора.
– Но… – Адепт попытался встрять, но был снова одернут своим спутником.
– Да какая вам разница?!
– Большая. Вообще-то я – личный помощник Валины. Если ты собираешься ее потревожить во время ее медитации, я должен знать, что тому причиной. Ей крайне не нравится, когда ее беспокоят по пустякам.
– Да по каким пустякам! – взорвался Ралернан. – Жизнь моей жены зависит от нашего разговора!
Возникла небольшая пауза. Кажется, такого ответа незнакомец не ожидал: эльф ощутил, как дрогнули пальцы, удерживающие его руку.
– Даже так? – наконец ответил незнакомец. – Но этой информации недостаточно, чтобы потревожить Валину. Я не располагаю сведениями, что она была хоть как-то связана с твоей женой, лорд Арриера.
– Да боги, что же тут у вас за идиотские порядки! Мне нужен некромант, слышите вы?! К вашей Валине мне рекомендовал обратиться более чем авторитетный источник!
– Некромант? – Пальцы на запястье эльфа снова чуть заметно пошевелились. – Зачем тебе некромант? Твоя жена умерла?
– Она не умерла! Она исчезла! – заорал Ралернан прямо в капюшон собеседника. – И только Валина может мне помочь найти ее! Она занималась какими-то идиотскими опытами и исчезла! Да покажи же мне дорогу!!!
– А кто, ты говоришь, посоветовал тебе обратиться именно к Валине? – с кажущейся небрежностью поинтересовался незнакомец.
– Ваша богиня! – Ралернану было уже все равно, поверят ему или нет. Он ощущал, как бессмысленно теряет драгоценное время, и пытался пробить броню невозмутимости своего собеседника.
– О-о. Это конечно же меняет дело.
– Так где мне найти Валину? – нетерпеливо спросил эльф.
– Видишь ли… – медленно протянул его собеседник. – Валина сейчас в трансе, который просто так не прервать. Она тебя просто не услышит. Тебе придется подождать часа три-четыре, после чего конечно же я проведу тебя к ней.
– Какие три часа! – возмутился Ралернан. – Я не могу столько ждать! Как ты не понимаешь!!!
– Нет необходимости так волноваться, лорд Арриера. Быть может, чтобы не терять время, ты согласишься принять мою помощь?
– Твою?
– Ну да. Я тоже довольно неплохой некромант. А когда Валина закончит свою медитацию, она присоединится к нам.
Ралернан глухо выругался сквозь зубы. Проклятая Черная Лига! Да что у них там за медитации такие?!
– Хорошо, пусть будет так! Тогда пошли, я покажу записи моей жены! Надеюсь, ты хоть что-то сможешь мне пояснить.
– Я тоже надеюсь, – едва слышно произнес незнакомец в плаще. Эльф его не расслышал. Стремительно развернувшись, он потянул своего собеседника в ту сторону, откуда несколькими минутами ранее появился.
– Не так… быстро… – Незнакомец явно не успевал за его темпом передвижения.
– Да поторопись же! – попытался подогнать его Ралернан. – Ну что ты плетешься, как черепаха?
– Потому что быстрее не могу! Или ты хочешь понести меня на руках?! – В ответе послышались какие-то странные нотки, но эльфу было не до изучения нюансов чужой речи. Он замедлил шаг, подстраиваясь под своего спутника. Вероятно, тот просто не так молод, как первоначально показалось эльфу. Многие из черных в совершенстве владели иллюзиями изменения облика.

Потеряв драгоценные полчаса, они все-таки добрались до дома, снятого Ралернаном для своей семьи на время пребывания в Гринатаире. К неудовольствию эльфа, молоденький адепт увязался за своим наставником, как его ни пытались прогнать. В конце концов, Ралернан плюнул на назойливого студента. Чем боги не шутят, вдруг и от него будет хоть какая-то помощь.
В. комнате Керри все было точно так, как он оставил. Исписанные листки по-прежнему аккуратными стопками лежали на столе.
– Вот! – Ралернан ткнул в их сторону. – Полагаю, тут все ее записи. Надеюсь, ты разберешься в них.
– Угу. – Пальцы незнакомца быстро разорвали нитку, скрепляющую верхнюю пачку листков. Бумажки веером разлетелись по столу, одна чуть не упала на пол. Эльф заметил, что руки незнакомца по-прежнему в перчатках, да к тому же и слегка дрожат.
– Эй, ты поосторожнее.
– Я правильно понимаю, что именно отсюда она пропала? – оторвавшись от изучения записей, поинтересовался некромант.
– Не знаю. Наверное. Хотя, возможно, она все-таки куда-то вышла. Не знаю. – Ралернан устало взъерошил волосы. – Последний раз я видел ее около трех ночи. Мы поговорили, и она вроде собиралась закончить какую-то запись и лечь спать, но она слегка задержалась. А на рассвете в комнате было пусто.
Незнакомец покачал головой:
– Странный у вас распорядок. Работать ночами…
– Да при чем тут наш распорядок! Я не разбираюсь в этой проклятой некромантии! И она не говорила мне, что пытается сделать! Я ничего не понимаю в этих записях!
Ралернан действительно ничего не мог прочесть в исчерканных листках. Но в этом был виноват не только характер записей, но и почерк Керри, бывший довольно неразборчивым. Мягко говоря.
– Не страшно, зато я понимаю.
– И в чем тут дело? Куда она пропала?
– Ты думаешь, она оставила об этом записку, лорд Арриера? Я как раз над этим думаю!
– Надо не думать, надо что-то делать! Богиня Тьмы утверждала, что ее жизнь в опасности! – довольно нервно выкрикнул Ралернан.
Вертевшийся у них под ногами адепт неожиданно встрял в разговор:
– Надо составить аркан Хлианса. Он позволит считать воспоминания с предметов, находившихся в это время в комнате.
– Прекрасно! Так делайте этот аркан Хл-как-его-там! – согласился эльф.
Адепт несколько смутился:
– Ну… это не так просто… Это же магия крови…
– И что?
– Ну… надо много жертв. Где же мы быстро их возьмем?
Незнакомец в плаще вздохнул:
– Галлик, выйди из комнаты.
– Но я же только хотел помочь! – возмутился адепт.
– Выйди! Немедленно! Иначе я устрою так, что результаты твоего последнего экзамена снова будут изменены. Тебе очень этого хочется?
– Но… но… что ты собираешься делать?
– Я неясно выразился? Вон! И не смей заходить, пока я тебя не позову. – В его голосе прорезался смертельный холод.
Адепт поежился и медленно вышел наружу, не переставая поминутно оглядываться. Незнакомец резким движением закрыл за ним дверь.
– Для аркана действительно необходима кровь. Ты готов пожертвовать свою?
Ралернану совершенно не понравилась тональность вопроса:
– И… как много надо крови?
– Много. Очень много. Нет, ты останешься жив, но твое самочувствие будет оставлять лучшего. Если тебя это не устраивает – собери добровольцев на улице. Правда, это потребует времени…
Эльф нервно вздохнул. Ему было сильно не по себе, но затягивать поиски Керри он не хотел.
– Хорошо, возьми мою. Надеюсь, я буду в состоянии увидеть результат твоего колдовства.
Незнакомец взял со стола кинжал и покачал его в пальцах. Ралернан настороженно следил за ним.
– Ну что ты медлишь? Чего еще тебе не хватает?
– Думаю, нужен ли мне этот ножик. Ладно, твое счастье. Давай руку.
Эльф покорно выполнил его распоряжение. Прикосновение кинжала к своему запястью он едва почувствовал: разрез был нанесен с хирургической аккуратностью. А мгновением позже ему показалось, что рука ниже локтя просто исчезла: он полностью перестал ее ощущать.
– Эй, это еще что?
– Заморозка, – сдавленно прохрипел некромант. Эльф заметил, что из-под капюшона на идеально чистый пол скатилось несколько капель крови. – Закрой глаза! Ну?
– Зачем? Что ты собрался делать?
– Это заклинание не терпит лишнего участия. Либо ты закрываешь глаза, либо я ухожу. Итак?
Ралернану очень хотелось послать нахального мага куда подальше, но особенного выбора в такой ситуации у него не было – и он зажмурился. Потянулись долгие минуты ожидания. Сначала была просто тишина, разбавленная какими-то булькающими звуками. Потом эльф почувствовал, как накатывается странная слабость, сопровождаемая звоном в ушах. Странно, неужели он уже потерял так много крови? Руки, на который был порез, он по-прежнему не чувствовал. Ралернан старался не поддаваться слабости, но у него ничего не получалось. Спустя совсем недолгое время он понял, что ноги уже не держат его, и медленно осел на пол. Руки некроманта тут же подхватили его и прислонили к чему-то спиной. Ралернану показалось, что руки эти холодны как лед.
Наконец сквозь слабость он различил какие-то новые звуки – что-то вроде царапанья по полу. Запахло паленой шерстью и прогорклым воском. Спустя мгновение волосы эльфа встали дыбом, как во время грозы. И в тот же момент запахи в комнате сменились – резко потянуло озоном. Холодная рука встряхнула его за плечо.
– Все, смотри. Только внимательно, повторить я не смогу. – Голос некроманта странным образом изменился, куда-то пропала недавняя хриплость.
Ралернан медленно открыл глаза, собираясь с силами. Голова кружилась, в поле зрения то и дело появлялись какие-то посторонние пятна. Эльф скосил глаза на свою руку. Порез был аккуратно забинтован. Судя по всему, для бинта некромант отрезал часть его рукава.
– Да смотри же!!!
Эльф обвел глазами комнату. В центре ее появилась странная фигура, немного напоминающая искривленный круг. Около каждого искривления были нарисованы непонятные символы, мерцающие неровным мертвенно-белым светом. Внутри фигуры воздух казался полным неприятного вида мути. Но вот внутри этой мути начали появляться какие-то фигуры. Присмотревшись, Ралернан узнал в силуэтах Керри – и себя. Постепенно картинка становилась все более четкой – эльф уже вполне мог перепутать иллюзорный образ с настоящей Керри. Но фигурки двигались молча, только губы их шевелились.
– А что со звуком? – тихо спросил Ралернан.
– Не будет. Только так, – отрывисто ответил маг.
Эльф сосредоточился на изображении. В конце концов, можно попробовать прочитать и по губам. Правда, текущий диалог и так был ему известен: некромант перестарался, захватив своим заклинанием слишком ранний отрезок времени. Впрочем, наверное, точно уловить нужный момент было слишком сложно.
Наконец знакомый ему диалог подошел к концу. Его изображение кивнуло Керри и сдвинулось за пределы картинки. Пару минут эльф наблюдал, как Керри возится со своими бумажками на столе, после чего картинка странно мигнула, показывая появление в районе стола какого-то странного алого сгустка. Ралернан сначала подумал, что это искажение заклинания, но призрачная Керри явно сочла сгусток чем-то вполне реальным – потому что обратилась к нему с вопросом. И, кажется, он ей ответил. Ралернан почувствовал себя крайне неуютно, наблюдая, как она разговаривает с комком какой-то непонятной материи. Но по мере того, как он разбирал – более или менее – произносимые ею фразы, ситуация начинала несколько проясняться. Хотя отсутствие возможности понять ответы собеседника Керри усложняло его попытки вникнуть в суть беседы. К тому же в начале разговора к алому комку добавился золотой, на время появления которого Керри попросту замерла. Но вторая непонятная субстанция довольно быстро исчезла, после чего монолог возобновился.
Разобрав, как Керри соглашается на предложение существа, названного ею в начале беседы Ойенгом, Ралернан громко выругался. Он успел разглядеть, как она протягивает руку в сторону алого сгустка, который зашевелился и начал обволакивать ее в какой-то пульсирующий кокон. И тут на мгновение картинка сменилась чем-то странным. Половина комнаты превратилась в туманное облако, испещренное ярко-голубыми звездами. Все так же протянув руку, Керри шагнула в это облако, в момент ее движения распавшееся на четыре цвета: белый, алый, черный и золотой, – и исчезла. Еще миг – и заклинание показывало только пустую комнату.
Картинка дернулась несколько раз и начала заволакиваться мутью: действие аркана заканчивалось.
– Я не понимаю, – растерянно заметил Ралернан. – Куда она ушла? Это не было похоже на портал.
– Единственное, на что это относительно похоже по внешним признакам – это Нейир. Вот дерьмо!
– Все равно ничего не понимаю… Кого она собралась спасать? Я же ее предупреждал, что Ойенг опасен! – Ралернан потер раскалывающуюся голову. – Куда, ты сказал, она ушла?
– Нейир. Призрачный лабиринт потерянных душ.
– Ничего не слышал про это место. – Эльф слегка нахмурился.
– Обычно смертные мало что про него знают.
– Я все-таки маг! Я должен…
– Должен, должен. Видимо, кто-то слегка подсократил программу твоего обучения.
Ралернан невольно прикусил губу. Некромант был прав. Его действительно обучили только самым азам. Мотивации выдвигались разные, но эльф подозревал, что маги попросту его боялись.
– Ладно, оставим это. Как туда попасть?
– Понятия не имею. – Некромант пожал плечами.
– Послушай, ты… – Эльфу очень захотелось встряхнуть собеседника, но он едва смог подняться с пола и, шатаясь, подойти к нему ближе. – Клиастро утверждала, что моя жена в смертельной опасности! Ей надо помочь! Неужели это непонятно?!
– Понятно, – устало вздохнул некромант. – Но я не знаю, как попасть в Нейир. Надо подумать.
– Хорошо, думай. Как скоро освободится леди Валина? Полагаю, уж она-то сможет подсказать, как туда проникнуть.
– Леди Валина… Леди Валина ничего не сможет тебе подсказать.
– Это еще почему? – изумленно воззрился на низко опущенный капюшон некроманта эльф.
– Потому что маг она аховый. Про Нейир она вообще ничего не знает.
– Хватит пудрить мне мозги! – взорвался Ралернан. – Клиастро утверждала, что именно Валина сможет мне помочь!
– Подозреваю, что она использовала несколько другую формулировку… Ей просто было надо, чтобы ты к ней пришел.
– Бред полнейший! Зачем мне к ней приходить, если не ради спасения Керри?! Она сказала, что мой визит к Валине снабдит меня… как же это… ценной информацией. Кажется, так.
– Ценной информацией? Ну-ну.
– Да что ты все время стараешься выставить меня идиотом?! Зачем Клиастро заставлять меня приходить к какой-то слабой – по твоим словам – магичке? Посидеть за чашкой чая?!
Некромант задумчиво повертел в руке снятые перчатки. Ралернану показалось, что они изнутри были запачканы кровью.
– Точно сказать сложно. Но полагаю, она хотела добиться чьей-то смерти.
– Керри?! – На лице эльфа отразился панический ужас.
Некромант небрежно отмахнулся:
– До Керри богине Тьмы нет совершенно никакого дела. Зачем ей помощник Ойенга?
– Тогда чьей? – абсолютно растерявшись, спросил Ралернан.
Некромант продолжил изучение перчатки, словно черная кожа могла ответить как минимум на половину вопросов о мироздании.
– Эй! Ты что, заснул?! Чьей смерти, я спрашиваю?
– Либо твоей, либо моей. Правда, я не знаю, какой именно вариант ее бы больше устроил, – задумчиво ответил некромант.
– Чего?! – опешил эльф. – Да что ты несешь?! Я тебя вообще первый раз в жизни вижу! Зачем мне тебя убивать?!
– Ну допустим, видишь ты меня далеко не в первый раз. И списочек причин у тебя тоже имеется. – Некромант плавно качнул головой, отбрасывая с лица капюшон.

Ралернану на миг показалось, что он сходит с ума.
– Ты же мертв!!!
– Семьсот пятьдесят четыре года, – устало уточнил Л'эрт.
– Я уничтожу тебя!!! – Заявление было несколько громким, с учетом того, что он едва держался на ногах, но Ралернан не обратил на этот нюанс внимания.
– Серебрянка, тебе еще не надоело меня уничтожать?
– Я полагал, что убил тебя! – зло прошипел эльф.
– Убил. Хочешь, я тебя сильно обрадую? Именно из-за того, что ты меня убил, мы сейчас в такой заднице. Ты в следующий раз подольше думай, прежде чем серебром куда ни попадя тыкать.
– Не понял… – Спокойствие и странная безучастность вампира несколько дезориентировали взбешенного эльфа. К тому же этот непонятный ответ…
Л'эрт сцепил руки в замок и уставился на них.
– Ты меня убил. Потом вот тот мальчик, которого я выгнал за дверь, решил, что из меня получится хороший материал для его опытов, и превратил меня в зомби. Потом Керри решила, что ей меня жалко и вообще – неэстетично, когда с меня шкура кусками осыпается… Дальше продолжать?
Глаза Ралернана стали круглыми:
– Она согласилась на сделку с Ойенгом из-за тебя?! Ах ты дрянь!!! Я думал, что твои заклинания не будут действовать после твоей смерти! – Он запнулся. – Костюмированный бал… После которого она так странно себя вела… Ты ее нашел и снова заколдовал, мразь поганая!!! – Эльф вцепился руками в воротник плаща вампира. Тот без малейшего усилия высвободился.
– Да не заколдовывал я ее, – возразил Л'эрт.
– Хватит лгать!!! Она никогда не стала бы спать с тобой, если бы не твои колдовские штучки!!! – заорал эльф.
– Угу. Да, Клиастро не сильно ошиблась. Тебя хлебом не корми – только дай свалить на меня все проблемы мира.
– Если ты думаешь, что тебе удастся сменить тему… – все так же на повышенных тонах прервал его Ралернан.
– Да во имя всех богов! Прекрасно, давай не будем менять тему! У меня твои инсинуации уже вот тут сидят. – Вампир ребром ладони стукнул себя по горлу. – Во-первых, меня уже задолбало слушать, что как мужик я без этих вот штучек, – Л'эрт пощелкал пальцами перед носом эльфа, оставляя в воздухе радужные крути, – ничего не стою. Во-вторых, на этом проклятом балу с Керри спал не я!
– А кто? – слегка опешив от взрывной тирады вампира, спросил эльф.
– Зачем тебе знать, объясни мне? Пойдешь отрывать голову? Так ты слегка опоздал – он уже давным-давно как на том свете. Но это же тебя не остановит, не так ли? Великий Белый Рыцарь идет на правое дело, выжигая всех мечом и огнем! Тьфу, смотреть противно.
– В к-каком смысле – уже на том свете?
– В прямом! Мертв он. И давно мертв.
– Ты, мерзкий кровосос, – прошипел Ралернан в лицо Л'эрту. – Мало того, что ты пытаешься выставить мою жену шлюхой, так ты еще имеешь наглость утверждать, что она… с трупом…
– Да, я имею наглость это утверждать! Еще я имею наглость утверждать, что я тоже – труп! И она тоже – труп! И ты тут единственный живой в нашей теплой загробной компании! – Л'эрт глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. – Все, серебрянка. Мне надоел этот дурацкий разговор. Поскольку отправить на тот свет ты меня сейчас технически не в состоянии, я не собираюсь больше все это обсуждать.
– Ты специально довел меня до такого состояния! – взорвался эльф. – Только и можешь, как обманом входить в доверие…
Вампир резко схватил его за плечи и встряхнул:
– Ты, самовлюбленный рыцарь! Тебе не приходит в голову, что у тебя сейчас есть проблемы и поважнее, чем лаяться со мной? Если тебе нравится считать меня исчадием зла – нет проблем, считай. Тем более что это не так уж и неверно. Но придержи свои эмоции при себе хотя бы до тех пор, пока мы не вытащим Керри обратно!
Ралернан даже задохнулся от возмущения:
– Ты имеешь наглость думать, что я соглашусь принять твою помощь?!
– А чью еще?! Сколько у тебя под рукой магов моего уровня, готовых помочь? Ну? Сдается мне, Орден Высокой Магии спит и видит, как бы уничтожить Керри! Еще бы – последний оставшийся винтик этого идиотского пророчества! Последняя надежда спасти мир! И ты думаешь, они поддержат тебя в твоем стремлении спасти ее?!
– Я в состоянии справиться и сам! – процедил эльф.
– Сам?! Да ты даже не знаешь, куда ее выбросил Ойенг! Но нет, лучше ты будешь героически топтаться на месте, чем согласишься на мою помощь! Так вот, Белый Рыцарь. Я собираюсь вытащить ее – с твоего одобрения или без оного. И если ты начнешь мне мешать – я засуну тебя куда подальше, чтобы ты не пугался под ногами до ее возвращения. – В глазах вампира стеной стояло бешенство.
Ралернан скрипнул зубами, не отводя взгляда. Проклятый упырь был прав. В одиночку у него не получится вернуть Керри.
– Хорошо, – неестественно спокойным голосом произнес он. – Я согласен, мне действительно нужна твоя помощь. Но имей в виду – ты не сможешь отнять ее у меня. И как только мы обеспечим безопасность Керри, мы возобновим наш разговор. Отнюдь не на словах.
– Принимается, – ледяным тоном согласился вампир.

ГЛАВА 17

Керри недоуменно закрутила головой. Привычный облик рабочего кабинета неожиданно сменился белой пустотой, ватной и непроницаемой. А спустя всего один удар сердца пустота раскрасилась четырехцветным спектром. Алая, черная, белая и слепяще-золотая полосы постоянно сменяли друг друга, вращаясь по спирали. Цвета были настолько яркие, что ей резало глаза.
Дышать было тяжело. Разноцветный воздух казался вязким и совершенно непригодным для дыхания. На миг накатила паника, но Керри постаралась не поддаваться ей. В конце концов, Ойенг наверняка знал, что делает. Но вот только где же он сам?
Постепенно вращение разноцветного спектра становилось все медленнее, пока не остановилось совсем. Керри показалось, что она попала в ущелье с раскрашенными каким-то безумным художником стенами. Левая приобрела ярко-золотой цвет, наполненный глубинным блеском. Правая замерла чередующимися бело-черно-красными многоугольниками. Стены сходились почти вплотную, расстояние между ними было столь мало, что вряд ли пропустило бы больше двух человек одновременно.
– Ты хотя бы понимаешь, что ты наделала, дитя? – Голос, раздавшийся сзади, был исполнен печали.
Керри резко развернулась и уставилась на фигуру в золотом плаще. На сей раз капюшон был откинут, и взору девушки предстало спокойное лицо мужчины средних лет, примечательное только своими глазами, горящими, как расплавленный металл. Впрочем, она тут же поняла, что поторопилась с его оценкой: лицо незнакомца не было постоянным. Оно текло, понемногу, но непрерывно изменяясь. Вскоре на Керри смотрел уже совсем молодой человек, а еще спустя миг – пожилой старец. Не менялись только горящие глаза.
Ей не нравился человек в плаще. Горящие глаза вызывали неприятный озноб по позвоночнику.
– И что же я наделала? – настороженно уточнила она.
– Ты погубила себя, неразумное дитя. Зачем ты согласилась на предложение Ойенга?
Упомянутый Ойенг возник из ниоткуда, с легким хлопком на миг разорвав окружающее Керри пространство.
– Пытаешься перетянуть ее к себе? Ну-ну, – вмешался он в диалог.
– Что значит «погубила»? – покосившись на бога Огня, уточнила Керри.
Хиис бесстрастно уставился на нее.
– Ты знаешь, куда он привел тебя?
– Куда надо, туда и привел. Ты же хотела спасти своего вампира, не так ли?
Керри потерла пальцами виски. Ей начинало казаться, что она уже никогда не выберется из всего этого бреда.
– Чуть помедленнее, если можно. Я ничего не понимаю. Ты вообще кто? – спросила она у Хииса. Все чередующиеся лица его казались бесстрастными.
– Люди знают меня как Наисвятейшего, – спокойно ответил он.
– Да-да, – подтвердил Ойенг. – Люди даже лишены права знать его имя. И, главное, скромно-то как. Самое благородное божество во всей вселенной!
Хиис не счел целесообразным отвечать на этот выпад, продолжая рассматривать Керри глазами цвета расплавленного металла.
– И какое отношение ты имеешь к моей сделке? – хмуро поинтересовалась Керри у Хииса. Бог церковников не вызывал у нее желания хлопнуться ниц и вознести хвалу. Она слишком хорошо помнила давний обход по замку Арриера, когда ее пытались помыть в святой воде.
– Я хочу помочь тебе спасти твою душу.
– Она сама разберется со своей душой. Не мешай, Хиис.
– Это нейтральная территория. Ты не можешь помешать мне присутствовать здесь – и давать этому несмышленому ребенку советы.
– Не смогу. Девочка, а тебе разве нужны его советы? – обратился к Керри. Ойенг.
– Какие советы? Ты обещал мне помочь спасти моего… друга? Что мне надо сделать?
Ойенг небрежно пожал плечами, алые пряди живым огнем качнулись на его голове.
– Ничего не надо. Все уже сделано. Твой вампир условно жив, условно здоров и будет неплохо себя чувствовать, как только подкрепится. Так что на сей счет не волнуйся. Я держу свое слово.
Керри непонимающе осмотрелась.
– А зачем я тогда здесь?
Хиис осуждающе глянул на бога Огня.
– Потому что для того, чтобы вернуть из небытия одну душу, надо заменить ее другой. Твоей, дитя.
Девушке стало крайне неуютно, руки покрылись мурашками.
– То есть я умерла? – Ей вспомнилось, что никаких гарантий ее жизни после выполнения данного обещания Ойенг не давал. Но, с другой стороны, он обещал ей три месяца до своего воплощения! Как же она ими воспользуется, будучи мертвой?
– Нет, ты не умерла, – ответил Ойенг. – Просто ты временно исключена из вашего материального мира. Хиис прав – чтобы вернуть твоего вампира к жизни, нужно было поместить тебя сюда. Но иначе ничего бы не получилось. Некоторые законы мироздания не могут поменять даже боги.
– Но она непременно умрет! – возразил Хиис.
– Не непременно, но возможно. Все в ее собственных руках.
Керри скрестила руки на груди.
– Так. Бог Огня, могу я получить некоторые объяснения? – Она понимала, что ее обращение далеко от корректного, но слишком уж она разозлилась. – Что я делаю в данном странном месте и сколько мне еще надо здесь находиться? Ты же обещал мне дать время до того, как соберешься воспользоваться моим телом!
– А кто говорит, что я тебе не дам это время? Оно у тебя есть. Я же не собираюсь переходить в твой план бытия немедленно.
– Но… как долго мне еще надо быть здесь? – Керри обвела рукой разноцветное ущелье.
– А вот это уже как пожелаешь. – Ойенг улыбнулся. – Я не собираюсь тебя здесь задерживать. Хочешь уйти – пожалуйста. Хоть прямо сейчас.
Керри закрыла глаза и попыталась сосредоточиться, уловить течения силы вокруг себя. Она собиралась просто построить портал – обратно в свою комнату в Гринатаире. Но попытка неожиданно не удалась. Сорвавшиеся с кончиков пальцев тонкие сполохи огня тут же рассеялись в окружающем пространстве, постепенно впитываясь в трехцветную стену. Пространственная магия почему-то не работала.
– Бедное дитя. – Хиис вздохнул. – Из этого места так просто не убежать. Здесь не будет действовать твоя магия, ибо само это место – порождение ее. Ты не сможешь отсюда уйти. Никогда.
– Но… вы же наверняка сами как-то отсюда собираетесь выбираться!
– Мы – порождения иного разума, часть тех сил, что образуют это место. Мы можем появляться здесь и исчезать, когда нам это заблагорассудится. А ты – человек со смертной душой. Ты не сможешь преодолеть зависимость от этой ловушки.
– Я не человек, – нервно поправила Керри.
– Это детали. Ты слишком критична к словам. Но это не меняет сути.
Девушка попыталась добиться ответа от индифферентно разглядывавшего стены ущелья бога Огня:
– Ойенг, это действительно так?
– Нет, конечно. Отсюда есть выход. Просто его очень сложно достичь. Но ведь ты не боишься трудностей, не так ли?
– Он обманул тебя, дитя, – печально вмешался Хиис. – Разве ты не понимаешь? Пока ты будешь искать выход – если ты найдешь в себе силы его искать – истечет время вашего соглашения. И он воспользуется своим правом на твое тело.
– Ты считаешь, что я не разберусь, как мне вернуться, за целых три месяца?! Я не круглая идиотка! – возмутилась Керри.
– У тебя нет трех месяцев, дитя. Это иное пространство, здесь время течет совсем с иной скоростью. За то время, пока в твоем родном мире истечет три месяца, здесь пройдет только семь дней. Не так уж и много для поисков.
Керри нахмурилась:
– Но это же обман! Ойенг, я полагала, боги не лгут!
– Я и не лгал. Я вполне четко сказал, что даю тебе отсрочку именно по часам твоего мира.
– Но ты не говорил, что мне потребуется выбираться неизвестно откуда, да еще и самой! Кстати, у этого проклятого места есть хоть какое-то название?
– Смертные называют его Нейир.
Керри стало сильно нехорошо. Короткое название всколыхнуло прятавшиеся в ее голове чужие воспоминания. Лабиринт потерянных душ. Место, где зависают те, кто потерялся между жизнью и смертью. Л'эрт полагал, что выхода отсюда попросту не существует. Во всяком случае, изнутри.
– Меня вытащат! – несколько неуверенно проговорила она. – Мой муж наверняка меня вытащит. Мне просто надо подождать, пока он пробьется сюда, вот и все.
– Ты не сможешь «просто подождать», – разуверил ее Хиис. – Это место поглотит тебя, если ты будешь стоять на месте и не воспротивишься оказываемому воздействию.
– Не ее. Только ее сознание, – поправил его Ойенг.
Керри нервно потерла взмокшие ладони.
– Но как же с тем сроком, что ты дал мне, бог Огня? Если я умру, ты не сможешь получить свою часть сделки.
– Если ты умрешь – нет. Если лишишься сознания… В общем, это мне не помешает. В любом случае, твое сознание покинет тебя в тот момент, когда я вырву тебя обратно в твой план бытия. Но мы уже заключили соглашение. Твой разум мне больше не нужен, я вполне обойдусь только телом.
– Подожди. Ты хочешь сказать, что я в любом случае лишусь разума – вне зависимости от того, дождусь ли я помощи или же закончится срок нашей сделки?
– Верно, но не вполне. Ты упускаешь из виду третий вариант. Ты можешь попробовать выбраться отсюда сама. Если ты сделаешь это быстрее, чем за семь дней по здешним часам – твоя душа и твое сознание сохранятся.
– Это подло! Из Нейира нельзя выйти!
– Можно. Поверь мне – можно. Я всегда оставляю людям выбор. Другой вопрос в том, захотят ли они им воспользоваться. Ведь опустить руки и проклинать злую судьбу куда заманчивее, не так ли?
– Есть и еще один вариант, – вмешался Хиис. – Ты можешь сама убить себя, находясь здесь. Ты не оговаривала этого в сделке с Ойенгом, и это не запрещено правилами.
– 3-зачем? – опешила Керри.
– Дитя, ну как ты не понимаешь! – тяжело вздохнул Хиис. – Выйдешь ли ты отсюда в сознании или же без него – ты должна будешь сделать то, что обещала Ойенгу. Помочь ему попасть в ваш мир. Но ваш мир не перенесет одновременного присутствия всех трех стихий, он будет уничтожен. Неужели тебе этого хочется? А если ты покончишь с собой, все живое будет спасено благодаря тебе! Разве это не достаточный довод в пользу моего предложения?
– Я выберусь отсюда! – резко возразила Керри. – А что до моего соглашения, то Ойенг оставил мне время подумать. Убить себя я всегда успею.
Бог Огня мягко рассмеялся:
– Видишь, Хиис, девочка вовсе не жаждет приносить себя в жертву. К тому же зачем ей играть на твоей стороне? – Он сделал паузу и перевел взгляд на Керри. – Ты думаешь, он просто так зашел сюда и дает свои советы? Исключительно из побуждения спасти мир? Ан нет. Хиис преследует свои цели. Он тоже хочет перекроить твой мир по своему желанию. Но мы используем для этого природные силы, а он будет перестраивать ваши души.
– Я не собираюсь ради своих амбиций уничтожать все живое! – возразил Хиис.
– Мы тоже не собираемся. Пророчество ведь неполно, не так ли? Ты в свое время потратил немало сил, чтобы позаботиться об этом. О, конечно же надо напугать людей так, чтобы они отвернулись от своих создателей – и повернулись к тебе, вознося мольбы о спасении. У тебя почти получилось в тот, первый, раз. Но ты недооценил наши силы. Видимо, ты считаешь, что со второй попытки у тебя получится лучше? – Прозрачные глаза Ойенга были холодны.
– Ваше вмешательство несет только страдания всему живому! – возразил Хиис. – Твоя черная сестра так увлечется переделкой внешнего облика мира, что не заметит, как в созданные ею разломы земли рухнут целые страны.
– Любой процесс рождения сопровождается некоторым количеством крови, – заметил Ойенг. – Это нормально. Для того чтобы создать новое, надо пожертвовать кусочком старого. Но твои попытки представить все так, будто мы пытаемся превратить их мир снова в тот бесплодный клочок пространства, каковым он был до нашего вмешательства, – просто смешны.
– Ваше вмешательство им больше не нужно! Они прекрасно обходились без вас все это время и смогут обходиться и впредь! Вы и так сделали много лишнего, от чего стоило бы воздержаться.
– О да, несомненно. Мы все сделали не так, великий Хиис. Наши создания несовершенны, они подвержены самым разнообразным желаниям, страстям и порокам, подчас чуть ли не разрывающим их на куски. – Ойенг резко приблизился к Керри. – Знаешь, во что он хочет превратить твой мир? В абсолютно идеальное творение! Все «неправильные» побуждения живых существ исчезнут, будут упразднены как ненужные. Абсолютно стерильный мир, где все счастливы! Тихо, без надрыва, счастливы. Эдакая пробирочная, строго дозированная радость. Нереальный мир, где абсолютно никому не приносит горя чужое счастье. Мир существ, которые не будут отягощены никакими сердечными волнениями – просто потому, что это негативно сказывается на их организме. Так же как и сильные проявления того же счастья. Ну что, девочка, тебе захотелось помочь Наисвятейшему? Что с того, что для этого тебе потребуется умереть? Зато у него возникнет шанс воплотить в реальность свой бездушный мир абсолютно счастливых призраков! – Волосы Ойенга бешено колыхались, словно пламя, раздуваемое штормовым ветром.
– Мои стремления разумны, – спокойно прервал его Хиис. – Вы породили множество ненужных явлений. Войны, болезни, кровная вражда. Ревность, наконец. Я не хочу, чтобы боль и огорчение терзали души моих детей.
– Они не твои дети, как бы тебе ни хотелось это так представить! Ты не создавал их! И ты не понимаешь, что нельзя убрать черное и оставить только белое! Ты уже однажды попытался вмешаться. Тогда ты счел, что Акерена не так уж и плоха и ваши намерения схожи. Я едва успел спасти ситуацию, да и то мне пришлось пожертвовать всей своей силой!
– Ах, великое падение Красной Лиги… Действительно, весьма печальное событие. Для вас, стихий! Без своих последователей ты потерял так много, Ойенг, не так ли? Магия пагубна для этого мира. Она лишь подогревает нездоровые желания его обитателей.
– О да, намного лучше низвести их до животного уровня, когда для счастья нужна только сытная пища и крепкий сон! Не говоря уже о том, что твоя сила – точно такая же магия, как и наша! Просто тебе удобно называть ее верой, чтобы дистанцироваться от нас. Твой мир нереален, пойми же это! Нельзя сделать счастливыми абсолютно всех! Для того, чтобы накормить человека, необходимо лишить жизни курицу. Или ты собираешься устроить все таким образом, чтобы курица была счастлива от принесения себя в жертву?
– Убийства живых существ омерзительны в принципе. – Хиис поморщился.
– Но наш мир держится на них! Хорошо, пусть не курица, пусть яблоко или пшеница. Но они же тоже – живые организмы, пусть и растительной формы. Этот мир построен на использовании одних ради выживания других. Если ты сломаешь эти цепочки, он просто перестанет существовать!
– Это ты так полагаешь. Тебе обидно признавать, что вы столь сильно ошиблись в своем творении.
– Зачем ломать чужие игрушки, Хиис? Построй свой мир и делай с ним все, что пожелаешь.
– Мне больно смотреть на страдания живых существ, в которых вы случайно вдохнули жизнь. И я собираюсь сделать так, чтобы их ничто и никогда не мучило. Дитя… – Хиис вновь обратил взгляд к Керри. Девушка молча слушала спор богов, даже не пытаясь его прервать. – Дитя, пойми, я действительно хочу и могу улучшить этот мир. А стихии его разрушат. Так не лучше ли тебе оказать помощь в моих начинаниях?
Керри зло уставилась в его расплавленные глаза:
– А если я тоже хочу быть счастливой?
– Дитя… Если бы я мог обойтись без твоего самопожертвования, я ни в коем случае не стал бы о нем просить. Но я не могу.
– Кстати, – вмешался Ойенг. – По мнению Хииса, вампиры – есть суть воплощенное зло. И, несомненно, он их ликвидирует как класс. Включая и твоего… друга.
Хиис глубоко вздохнул:
– Дитя, пойми меня правильно. Вампиры действительно паразиты на лике земли. Они продлевают свое существование только за счет убийств. Это омерзительно. А что касается того индивидуума, в котором ты так заинтересована… Ты ведь сама сделала эту ошибку. Ты могла просить Ойенга вернуть ему человеческую сущность, но ты не сделала этого.
Керри нервно облизнула пересохшие губы:
– Сделать вампира человеком не в силах богов. Акерена не смогла сделать меня прежней.
– Нет, но теперь твое существование не отяготится чужими убийствами. Ты могла бы попросить того же. Но ты этого не сделала. Это твоя, и только твоя ошибка. Но ты можешь принести великое благо, пожертвовав собой на благо всех живых.
Керри скрипнула зубами:
– Я сначала выберусь, а там посмотрим!
Хиис покачал головой:
– Дитя, тебе все равно не преодолеть лабиринт душ без проводника.
– А я попробую! – Она решительно повернулась спиной к обоим богам и шагнула в сторону разноцветного ущелья.

ГЛАВА 18

Ралернан старался поддерживать на лице максимально любезное и вместе с тем нейтральное выражение, выслушивая своего собеседника. Но беспокойство за Керри снедало его слишком сильно, чтобы игра его была идеальной.
– До нас дошли слухи, что вас постигло небольшое несчастье, – покончив с многочисленными взаимными приветствиями, перешел к сути беседы Квадраат. Глава Белой Лиги уже уловил излишнюю нервозность лорда Арриера и теперь старался выжать из того как можно больше информации.
– Слухи явно преувеличивают. – Ралернан изобразил недоуменную улыбку, незаметно покосившись на огромные часы работы горных гномов, висевшие на стене. Ему надо было отвлечь Квадраата хотя бы на четверть часа. Вот только, как он и предполагал, разговор этот нес в себе слишком много риска.
– О, я понимаю ваше стремление к сохранению тайны. – Квадраат сочувственно кивнул лысоватой головой. – Но здесь вы среди друзей, лорд. Неужели вы думаете, что мы бросим вас в столь тяжелой ситуации? Известие об исчезновении вашей супруги – трагедия не только для вас, но и для всего нашего Ордена.
Ралернан закусил губу. Нет, ну а на что он надеялся? Не надо было тогда через раз объяснять черным магам, зачем ему нужна Валина. Конечно же большая часть их даже и не подумала сохранить доверенную им информацию. Но от осознания собственной вины эльфу было ничуть не легче.
В воздухе на миг возникло Ощущение магической активности – и тут же исчезло. Квадраат нахмурился и попытался потянуться к источнику этого всплеска. Ралернан громко перебил его сосредоточение:
– Мне просто казалось это исключительно моей личной проблемой. Не хотелось втравлять вас во все это. Наверняка я сам смогу ее найти.
Квадраат перестал прислушиваться к искажению магического фона и переключился на своего собеседника. С нарушителями режима он всегда сможет разобраться потом. А вот выяснить что-либо ценное относительно посредника Ойенга куда важнее. Особенно с учетом того, что план Глаакха с треском провалился – хотя сам Глава Черной Лиги и не пожелал признать это в открытую. Об истинных эмоциях Глаакха свидетельствовало только найденное через двое суток после памятного бала тело телохранителя леди Арриера, из которого темный маг пытался вытянуть объяснения – разумеется, отнюдь не в ходе застольной беседы. Тело удалось опознать лишь по косвенным признакам – даже лица, как такового, у него не осталось.
И вот теперь это загадочное исчезновение Керриалины. Квадраат опросил всех, до кого смог дотянуться, но никто ничего не знал. Никаких деталей, никаких подробностей. За исключением того, что лорду Арриера зачем-то понадобилась магичка Валина.
Сама Валина отказалась давать какие-либо объяснения на сей счет. Особенно после того как узнала, что это как-то связано с Арриера. Единственным полученным от нее комментарием, высказанным в весьма жесткой форме, было пожелание лорду Арриера скоропостижно покинуть сей мир. у Квадраата даже возникло впечатление, что сама леди Валина не прочь бы поспособствовать скорейшему выполнению данного пожелания.
Глаакх надавить на Валину не смог. И не стал пояснять Квадраату причины этого. Впрочем, у Главы Белой Лиги были кое-какие догадки на сей счет, которые он сформировал по результатам беседы с другими черными магами.
– Ну что вы, лорд, – вернулся Квадраат к текущей беседе. – Оказание вам помощи нисколько не затруднит нас. К тому же мы и сами кровно заинтересованы в скорейшем – и безопасном, разумеется, – возвращении вашей супруги. Вы же помните, что ее вклад в наш Орден воистину бесценен, – улыбнулся он.
Ралернан ответил ему не менее фальшивой улыбкой. Вклад! Единственным вкладом Керри было ее согласие по памяти восстановить часть книг, когда-то принадлежавших Красной Лиге. Именно на этих книгах сейчас строилось обучение новых адептов. Причем сам Ралернан понятия не имел, откуда Керри получила все эти знания.
– Я безмерно благодарен вам за предложение о помощи, но я даже не представляю, что можно сделать в данной ситуации. Возможно, мою супругу просто кто-то похитил…
– О, вы просто слишком расстроены. Конечно же наше участие в поисках будет весьма способствовать их скорейшему успешному завершению.
– Вы слишком любезны! Я не могу позволить, чтобы вы ради меня отрывали людей от куда более важных дел. Это недопустимо.
Настенные часы мелодично отбили новую четверть часа. Ралернан облегченно вздохнул. Все, ему можно было уходить.
– Вы слишком строги к себе. Помощь, которую вы оказали нам во время битвы с серыми мантиями, слишком значительна, чтобы мы могли позволить себе бросить вас в одиночку в такой ситуации. Я уже переговорил на сей счет с несколькими доверенными лицами и нашел людей, которые поддержат вас в ваших поисках.
– Простите, светлейший, я, кажется, не понял вашу мысль. – Эльф нахмурился.
– Я дам вам помощников, весьма знающих и опытных. Может, вы о них слышали. Маг Кретвик и его помощница Лакерра. Уже сегодня вечером они поступят в полное ваше распоряжение. – Глава Белой Лиги радушно улыбнулся.
Ралернан скрипнул зубами. Как неудачно! Ну и как ему выйти из этой ситуации? Если откажется, он явно выкажет недоверие – и что тогда?
– Вы… невероятно любезны… – выдавил он.
– О, не стоит благодарности.
Еще пять минут, посвященных рассыпанию во взаимной любезности, – и Квадраат соблаговолил отпустить своего собеседника. Ничего нового ему так и не удалось выяснить, но, с другой стороны, лорд не отказался от предложенной помощи – и значит, Орден скоро поймет, что же случилось. Да, спешный визит в Гринатаир того стоил.

Ралернан медленно шел по коридору, гадая, удался ли Ра'ота его идиотский план – тот план, из-за которого на них теперь повесили двух соглядатаев. Больше всего на свете ему хотелось свернуть вампиру шею.
– О, лорд Арриера. Вы тоже тут? – ломкий голос прервал его печальные размышления.
Перед ним стоял адепт Галлик. Адепт был еще одной проблемой Ралернана – вампиру не удалось стереть ему память, а привычка подслушивать и подглядывать сделала адепта обладателем некоторой излишней информации, связанной с поисками Керри. Ра'ота предпочел держать Галлика при себе, чтобы данная информация не стала известна Ордену. Ралернан был удивлен: он предполагал, что вампир просто убьет надоедливого юношу. Но, вероятно, миролюбивость Ра'ота банально объяснялась какими-то планами по более продуктивному использованию Галлика.
– Лорд? Вы меня слышите?
– Да, да. Ты чего-то хотел?
– Ну… Герцог просил меня отнести несколько писем… – неуверенно начал адепт. Ему было слегка не по себе, что приходится выполнять поручения странного зомби. Но с другой стороны, текущая ситуация была самым захватывающим приключением в его жизни – и реальной возможностью прикоснуться к «настоящей магии». Добровольно Галлик ни за что бы не согласился устраниться.
– Письма? Боги, какие еще письма? – сначала Ралернан подумал, что у Ра'ота съехала крыша. Разве время сейчас заниматься рассылкой корреспонденции, когда жизнь Керри висит на волоске? Но уже спустя минуту он понял, что вампир банально нашел предлог отослать адепта подальше – с учетом того, чем он должен был недавно заниматься, это было более чем разумно.
– Ну всякие письма. Разные. Я почти все отнес. Кроме одного. – Галлик с неудовольствием посмотрел на слегка измятый конверт, который он вертел в руках.
– Так отнеси его. В чем проблема?
– Я боюсь туда идти, – нехотя признался Галлик. – Вдруг она меня помнит и подумает, что я украл зомби? Еще опять поставит вопрос об отчислении.
– Она – это кто?
– Леди Валина, кто же еще.
Ралернан пару мгновений задумчиво изучал белый прямоугольник, зажатый не слишком чистыми пальцами адепта. Леди Валина… О которой Ра'ота так и не соизволил ничего рассказать.
– Хорошо, давай я отнесу это письмо. А ты можешь возвращаться.
– А вы точно отнесете? – с легким недоверием уточнил адепт. – Герцог говорил, что его надо обязательно передать лично в руки.
– Конечно. – От улыбок у Ралернана уже начинало сводить мышцы лица. – Мы же с ним друзья. Неужели ты мне не доверяешь?
– Нет, ну я доверяю. – Галлик несколько стушевался. – Просто…
– Я обязательно передам это послание прямо леди Валине. Не волнуйся. – Ралернан протянул руку. Адепт нерешительно – но с явным облегчением – вложил в его пальцы мятый конверт – и тут же поспешил прочь.
Эльф задумчиво повертел прямоугольник в руках. Конверт был из плотной бумаги, но пальцы эльфа совершенно однозначно чувствовали что-то еще, кроме письма. Какой-то небольшой предмет, кажется, круглой формы.
Ралернан поколебался. Конечно, вскрывать чужую корреспонденцию более чем недостойно… Но что, если Ра'ота ведет за его спиной двойную игру? Ралернан ведь так и не узнал, почему вампир сделал такие странные выводы из указания Клиастро. Может, она действительно хотела помочь ему, а Ра'ота просто отвлек его внимание?
Он еще размышлял, а его пальцы уже аккуратно распечатывали конверт. Никакого сургуча на конверте не было – заклеить письмо обратно не составит труда.
В конверте оказалось два листка бумаги: один плотный, с красивым золотым тиснением по краям, и один обычный. А еще в конверте лежало кольцо. Ралернан недоуменно покрутил его в пальцах. Кольцо было красивым и дорогим, но явно делалось не на женскую руку. Странный подарок… Ралернан медленно развернул листки письма – и чуть не поперхнулся. Пергамент с тиснением уведомлял о состоявшемся разводе Валины и Л'эрта Ра'ота. Эльф недоуменно уставился в странную бумагу. Он понимал все меньше и меньше. Наконец он нашел в себе силы глянуть на второй листок. Резкий и размашистый почерк, несомненно, принадлежал вампиру: за прошедшие несколько дней эльф более чем достаточно успел налюбоваться на его манеру письма. На листке была всего одна строчка:
«Приказ об убийстве дриады был лишним». 
И все. Ни приветствия, ни прощания. Даже подписи не было.
Ралернан медленно сложил листки письма обратно. Пальцы его слегка дрожали. На том злополучном балу Керри была именно в костюме дриады. О каком же приказе тогда пишет Ра'ота?! Эльфа затрясло.
Как он добрался до снятого им дома, откуда пропала Керри, он не помнил. Перед глазами серой пеленой стоял туман.
Болтавшийся в коридоре Галлик поспешно сдвинулся в сторону, бросив только один взгляд на лицо эльфа. Кабинет Керри был окружен силовой защитой – Ралернан почувствовал, как встают дыбом волосы, еще не дойдя двух шагов до Двери. Защитное поле беспрепятственно пропустило его – в отличие от Галлика. который тут же попытался пролезть следом.
– Что все это значит, Ра'ота?! – заорал эльф, размахивая зажатым в кулаке злополучным письмом.
Вампир медленно повернулся в его сторону, отрываясь от зависшего над столом ярко-голубого шара, подсвеченного изнутри. Внутри шара непрерывно текли строчки какого-то текста – слишком быстро, чтобы Ралернан мог прочитать их. Л'эрт плавно махнул рукой, и мельтешение строчек замерло. Шар стал светиться чуть более тускло.
– Во-первых. Несмотря на то что я поставил звуковой барьер, ты не мог бы не орать мое имя вслух? Мы же договаривались. Во-вторых. Что именно я опять сделал не так?
– Ты, хладнокровное самовлюбленное чудовище! Что вот это значит?! – Эльф подошел к Л'эрту вплотную и сунул ему под нос распечатанный конверт. Вампир бегло глянул внутрь. Лицо его даже на миг не утратило непроницаемого выражения.
– С каких пор тебя начали интересовать мои семейные дела, серебрянка?
– О каком убийстве здесь идет речь?! – От крика Ралернана взметнулась пыль.
– Ни о каком. Мы не договорились о цене, – любезно «пояснил» вампир.
– О какой цене?! Ах ты, паскуда… – Он схватил вампира за шею, явно намереваясь придушить.
– Серебрянка, научись уже держать себя в руках. И потом, если ты хочешь услышать ответ, неразумно пережимать мне горло, – сдавленно прошипел Л'эрт. Ралернан смерил его ледяным взглядом, но пальцы все же разжал.
– Я жду объяснений, – процедил он.
– А с чего ты решил, что имеешь на них право? Ты залез в мою частную переписку, между прочим.
На скулах эльфа вспыхнули и тут же исчезли алые пятна.
– Это было необходимо.
– Что необходимо? Следить за мной? Как трогательно. Что бы я делал без твоего неусыпного внимания, – фыркнул Л'эрт.
– Ты действительно собирался убить Керри? – стараясь говорить спокойно, спросил Ралернан.
Вампир некоторое время изучал его своими бесстрастными глазами, потом устало вздохнул:
– Сам-то ты понимаешь, что несешь? Нет, не собирался. Валина придерживалась другого мнения, если тебе интересно.
– Не понимаю… Зачем ей-то убивать Керри?
– Она меня к каждому столбу ревнует… – безразличным тоном пояснил Л'эрт.
– Бедная женщина… Быть связанной с такой сволочью, как ты… Зачем ты пытаешься представить ее монстром? Думаешь, я не смогу спросить у нее, как все обстоит на самом деле?
– Великие боги. Ну пойди, спроси. Только она вообще-то не особенно тебя любит. Ты же все-таки меня убил. Загрызет еще… – Поймав недоуменное выражение на лице эльфа, Л'эрт нехотя пояснил: – Она вампир, серебрянка. И, в отличие от меня, у нее нет никаких причин, чтобы сохранить целой твою шкуру.
– Прекрати выставлять себя тем, кем не являешься! Ты же спишь и видишь, как бы отправить меня на тот свет! – взвился эльф.
– Мертвые не видят снов. – Голос вампира был холоднее льда. – Мы заключили соглашение. Ты, кажется, хочешь его нарушить?
Ралернан скрипнул зубами.
– Нет, – медленно процедил он, – я в состоянии подождать. Но ожидание сделает твою кончину только более мучительной. – Эльф метнул взгляд на зависший над столом шар. – Тебе удалось прорваться в Библиотеку Белой Лиги?
– Как видишь. Но это мало что дало… Очень мало… – задумчиво протянул Л'эрт, изучая притушенное свечение шара. – Фактически здесь только подтверждение того, что для внешнего прорыва в Нейир нужен автономный источник силы, по мощности сопоставимый с башнями Ордена. Но башнями мы воспользоваться не можем… Да даже если бы и могли… Источник необходимо доставить в совершенно конкретное место, а перемещение башен обеспечивается только благодаря объединенным усилиям верхушки Лиги.
– Но должен же быть выход! Возможно, если набрать достаточно различных силовых артефактов, их энергию можно будет объединить и…
– Нет, нельзя. Нам нужен направленный пучок выброса. А при объединении он будет рассеянным. – Вампир побарабанил пальцами по столешнице, продолжая прокручивать в голове различные варианты.
Ралернан раздраженно наблюдал за ним. Источник, равный башням! Да где они такой найдут! Если бы такой артефакт и существовал, о нем давно бы знали в Ордене – и наверняка сведения о нем они нашли бы в закрытой библиотеке. Но нет, по-прежнему нет… Ни в архивах Черной, ни в архивах Белой Лиги не было упоминания об аналогичных артефактах. Хотя… Быть может, часть архива Черной Лиги все же была утеряна при эвакуации после первой схватки с церковниками? Да, нападение Пресвятого Ордена тогда разрушило… Ралернан замер, обдумывая пришедшую мысль.
– А нужен источник именно стихийных сил?
– Что? – не понял вампир.
Ралернан вздохнул и нервно потер ладони. Неужели это выход? Нет, слишком просто было бы… Или не слишком?
– Кажется, Кхенеранн пользовался неким артефактом при нападении на Орден Высокой Магии. Довольно сильным, если полученная мощь способствовала уничтожению Черной Башни.
Вампир резко повернулся к эльфу:
– Но в архивах он значится уничтоженным!
– Этого не может быть! – возмутился Ралернан. – Они же каждые несколько месяцев формируют поисковые отряды! Кхенеранна так и не нашли! Я не думаю, что он расстался со своим артефактом!
– Добровольно – скорее всего, нет. А вот по принуждению…
– Но я же был там! – прервал его рассуждения эльф. – Сразу после объявления о капитуляции Кхенеранн просто взял – и исчез! И я уверяю тебя, на момент исчезновения его свиток был при нем!
– Его могли найти потом…
– Забрать свиток и выпустить на волю?
– Бред… Но почему тогда поиски ведутся столь странно… К тому же… почему Орден просто не возьмет и не найдет эту игрушку? Может, Кхенеранн избавился от нее, чтобы спасти собственную шкуру? Ралернан нахмурился:
– То есть, если бы он от нее не избавился, его бы давно уже нашли? Артефакты такого уровня настолько легко вычислить?
– Да не то чтобы легко… Но они фонят, и довольно сильно… Но ты прав… лучше проверить… – Вампир замер неподвижной статуей, полуприкрыв глаза. Ралернан уже хотел одернуть его и потребовать перейти к поискам, когда руки Л'эрта с сумасшедшей скоростью взметнулись вперед, оставляя за собой дымный шлейф странных ломаных линий. В воздухе начала вырисовываться искаженная фигура, чем-то напоминающая расширяющуюся от центра разбитую спираль. Наконец ладони вампира с громким хлопком сошлись в центре спирали – и все ее линии вспыхнули изнутри приглушенным свечением. Вампир напряженно уставился в зависшую перед ним фигуру, словно пытаясь что-то выискать в сплетении светящегося дыма.
– Ну и что это такое? – поинтересовался Ралернан. – Что он показывает?
– Ничего, в том-то и проблема, – тихо произнес Л'эрт, не отрывая взгляда от дымных линий.
– Просто ты не умеешь искать! – возмутился эльф. – Говорю тебе, не могли они найти свиток! Надо просто использовать нормальное заклинание поиска, а не эту вот лабуду. – Он презрительно ткнул пальцем в центр спирали.
– Стой!
Но было уже поздно. Рука эльфа окуталась белым свечением, с пальцев его посыпались искры. Ралернан взвыл и отпрыгнул назад. Кожа на кисти руки была страшно обожжена и вздулась пузырями.
– Какого?! – Он хотел напуститься на вампира, но тот даже не смотрел в его сторону. Дымная спираль распалась. А в центре ее возникла карта. Самая обычная карта, разве что часть ее мягко мерцала золотистым свечением.
– Серебрянка… ты даже не представляешь… – На лице вампира было написано непередаваемое изумление.
– Что я не представляю? Ты же не предупреждал, что… – Он потряс обожженной рукой.
– Ох, и хорошо, что не предупреждал… – Л'эрт разглядывал карту так, как будто нашел драгоценный клад. – Ты хоть понимаешь, что ты сейчас сделал?
– Обжег руку, – проворчал эльф. – Я думал, это просто проекция.
– Ты изменил заклинание.
– Чего?! Ничего я не менял!
Вампир хмыкнул:
– Менял. Просто неосознанно. Так вот почему Орден не может найти этот проклятый свиток… Наверняка им даже и в голову не могло прийти внести такое изменение в поисковый аркан…
– Да перестань уже говорить загадками! – вспылил Ралернан. – Ты нашел артефакт церковников? Тогда пойдем и заберем его! Чего мы медлим?
– Я не уверен, что это именно артефакт церковников. То, что нашло заклинание… Оно живое. Когда ты сунул руку в аркан, ты изменил формулу поиска. Но артефакты не бывают живыми…
– В каком смысле живое? – опешил эльф. – Это должен быть свиток из старого пергамента…
– Да он может выглядеть хоть болотной лягушкой. Но Башни – это мертвые источники силы. Точнее, просто ее хранилища. А это… оно явно обладает собственным разумом. Возможно, это и не та вещь, которой пользовался Кхенеранн, но уровень ее мощности… Нам надо ее найти. Возможно, это наш шанс.
– Так чего же мы тут стоим? Где она?
– Точно не знаю. – Вампир задумчиво рассматривал висящую в воздухе карту. – Оно чем-то защищено. Чем-то достаточно мощным, чтобы размыть поисковое заклинание. Нам нужно подобраться поближе. Отсюда я вижу только очертания региона, в пределах которого оно может находиться.
Ралернан также уставился на карту.
– Но это же почти треть Абадосса!
– Именно. Но эта как раз та треть, что находится от нас максимально далеко. Надо строить портал в центр этой зоны и сужать область поиска.
– Портал? Но пространственная магия…
– Моя работает. – Вампир еще раз взглянул на карту и резким движением руки разорвал заклинание. – Через пару часов начнем.
– Почему не сейчас? – недовольно воззрился на него эльф. – Керри в опасности! Ты же сам говорил, что живому существу крайне тяжело находиться в Нейире!
– Потому что мне надо перекусить. Иначе мой портал не покроет это расстояние.
– Перекусить?! Да как ты можешь… – Громкий стук по дверному косяку прервал его фразу.
– Герцог, тут к тебе пришли… – донесся неуверенный голос Галлика. Звуковой барьер, настроенный Л'эртом, действовал только в одну сторону. Звуки извне в комнату прекрасно проникали.
Вампир небрежно отодвинул Ралернана в сторону и двинулся к двери.
– Ра'ота!!! – прошипел ему в спину взбешенный эльф.
Л'эрт обернулся:
– Серебрянка, мы договаривались, что ты не называешь меня так. Ты опять забыл? Это последнее предупреждение!
Эльф скрипнул зубами. Замечание вампира имело под собой основания. Не стоило ставить Орден Высокой Магии в известность о волшебном воскрешении мага Ра'ота – и причинах его совместной деятельности с собственным убийцей.
Л'эрт прошел через силовое поле, закрывавшее вход в комнату, и исчез. Ралернан подавил желание выругаться и последовал за ним.
В холле стоял Галлик в обществе двух девушек. Количество косметики на их лицах, а также излишне открытая одежда вполне однозначно указывали на способ, которым они зарабатывали на жизнь.
– Ты последнюю совесть потерял?! – Эльф схватил Л'эрта за плечо и развернул к себе лицом. – Ты что, теперь в мой дом будешь девок из борделя таскать?! Моя жена в опасности, а тебе приспичило поразвлечься?!
– Угу. Я, знаешь ли, плохо колдую, пока не поразвлекусь. – Зрачки вампира сузились в вертикальные линии. Он повернулся к проституткам. – Девочки, поднимайтесь наверх. Я сейчас приду.
Проститутки послушно поспешили вверх по лестнице, не преминув по пути одарить и Ралернана завлекающими взглядами. Того передернуло от отвращения.
– Мой дом – не место для подобных… развлечений, – собрав в кулак всю свою сдержанность, сухо процедил эльф. – И я настоятельно тебе советую…
– Я тоже настоятельно тебе советую, – прервал его вампир. – Заткнись. – Он с легкостью высвободил свое плечо из пальцев эльфа и беззвучно последовал за своими «гостьями». На втором этаже хлопнула дверь.
– Э… лорд Арриера? – Смущенный голос Галлика заставил его обернуться. – Вы же говорили, что вы с герцогом друзья?
Ралернан глубоко вздохнул, стараясь успокоиться.
– Мы… друзья. Просто мы иногда не сходимся во мнениях. Не обращай внимания.
Галлик явно хотел потребовать более пространных объяснений, но ему помешало появление новых гостей. Входная дверь мягко распахнулась, пропуская двоих в белых мантиях. Мужчина шел чуть впереди и выглядел главным в этой паре. Он был среднего роста, неплохо сложен и, вероятно, пользовался успехом у женщин. Золотисто-русые волосы красиво оттеняли бронзовый загар и падали на плечи тщательно завитыми локонами. Над чувственно-полными губами топорщились тонкие щегольские усики. Глаза у мага имели оттенок морских волн. Его юная спутница совершенно терялась на его фоне. Пожалуй, несколько высоковатая для девушки – одного роста с магом, она казалась испуганной и неуклюжей. Кожа у нее была светлая, почти белая – и на фоне белой мантии это придавало ее лицу болезненный оттенок. Ралернан так и не понял, какого цвета у нее волосы – они были связаны в валик на затылке, настолько тугой, что кожа на висках казалась перетянутой. Губы магичка сжимала в какой-то неприятно-презрительной гримасе, превращая их в тонкую линию. Впечатление общей бесцветности нарушали только глаза – ярко-зеленые, кошачьи. Но девушка предпочитала прятать их, постоянно смотря в пол либо в сторону. На левом плече магички переливалась вышитая золотом буква «А».
– Лорд Арриера, – обратился к эльфу белый маг. Голос у него оказался под стать внешности: густой и обволакивающий. – Мы прибыли к вам по поручению главы нашей Лиги, светлейшего Квадраата. Меня зовут маг Кретвик, – он слегка наклонил голову, – а мою помощницу зовут Лакерра. Она адептка выпускного курса академии, но, несмотря на это, уже весьма талантливо проявила себя. Квадраат полагает, что мы сможем принести пользу в поисках вашей супруги.
– Я… благодарен вам. – Эльф непроизвольно покосился за окно. До вечера было еще ой как далеко. Квадраат более чем поторопился, присылая ему помощников. – Я не ждал вас так скоро. Какой приятный сюрприз.
– Глава нашей Лиги заботится обо всех ее членах, – сухо проинформировала его девушка. Ралернану показалось, что она хочет дать ему понять, что делает ему невероятно большое одолжение своим визитом. – И, разумеется, он не мог оставить без внимания вашу проблему. Полагаю, мы сможем разрешить ее в кратчайшие сроки!
– Э… да, я надеюсь.
– Хорошо. – Она небрежно кивнула эльфу. – Покажите нам место, откуда исчезла ваша супруга, чтобы мы могли начать поиски. Да, и полагаю, целесообразно удалить из здания посторонних лиц. – Ее взгляд холодно скользнул по Галлику. Тот немедленно вытянулся в струнку, пальцы его сжались в кулаки.
– Это кто тут посторонний? Это я посторонний? Ты думаешь, что ты самая умная, раз тебя в ассистенты взяли?! – Адепт тряхнул головой с такой силой, что с его взъерошенной шевелюры посыпалась какая-то пыль.
– О, я тебя сразу не узнал. – На губах Кретвика возникла любезная улыбка, но взгляд его был холоден. – До меня доходили слухи, что тебя собираются отчислить. Но, я смотрю, ты все еще в мантии? Надеюсь, ты не сохранил ее обманом?
– Меня никто не отчислял! – На щеках Галлика вспыхнули алые пятна. – И не отчислит! Я буду магом, и я вам всем еще покажу!
– Ну же, адепт, – успокаивающе произнес Кретвик. – Никто не сомневается в твоих поистине выдающихся способностях. Но здесь не место устраивать ссору. К тому же я собираюсь применять довольно опасные заклинания… Полагаю, тебе следует покинуть это здание.
– Вы мне не указ. – Галлик зло скрестил руки на груди. – Герцог разрешил мне остаться, и я останусь!
– Герцог? – Кретвик изобразил на лице вежливое недоумение, поворачиваясь к Ралернану. – Я полагал, вы не посвящали в свою проблему посторонних…
– Я… – Эльф не успел ответить. Галлик снова влез в разговор:
– Герцог Саранциа. Он очень хороший друг лорда Арриера! Они давно не виделись, но сейчас герцог будет ему помогать!
– О! Как мило. Может, вы его пригласите, чтобы мы обсудили наши совместные планы? – поинтересовался у Ралернана Кретвик.
– Он… занят. – Эльф покосился наверх. – Мы не ожидали вашего визита так рано.
– Но я полагал, что с поисками вашей супруги лучше не откладывать. В таких ситуациях промедление крайне небезопасно! Думаю, ваш друг может прерваться… – Громкий женский стон, донесшийся сверху, не дал ему закончить. Лакерра покраснела. Ралернан тихо вздохнул.
– Он не сможет прерваться, – сухо заметил эльф. – Вам придется подождать.
– Ну полагаю, мы могли бы в ожидании осмотреть место, где все это случилось. Вероятно, герцог там уже все посмотрел и в его присутствии нет необходимости?
Ралернан подавил желание выругаться. Защитное поле, поставленное Л'эртом, было настроено только на них двоих. Пропустить в комнату других магов эльф просто не мог. Уничтожить наложенную вампиром защиту он не мог тоже.
– Послушайте, Кретвик… Я благодарен вам за помощь, но у меня сейчас были несколько другие планы. Я собирался пообщаться с детьми, успокоить их… Они нервничают из-за отсутствия матери. Было бы более разумно, если бы вы сочли возможным приступить к активной фазе поисков вечером, как и планировалось изначально.
Ралернан думал, что белые маги будут активно возражать, но его опасения не оправдались.
– Что ж… Я понимаю ваши чувства, – ответил Кретвик. – Конечно, вы правы. Мы вернемся после заката, если это будет удобно.
Эльф хотел кивнуть, как вдруг почувствовал странное напряжение в воздухе, будто кто-то бросил и сразу же погасил заклинание. В висках неприятно кольнуло. Он невольно поднес руку к голове.
– Лорд? С вами все в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Кретвик.
– Д-да, да… Просто что-то… голова закружилась… – Он потер виски, стараясь убрать неприятное ощущение. Не помогало. Жжение в голове только усилилось.
Наверху громко хлопнула дверь.
– Х-ха! Сколько гостей! – донесся до эльфа абсолютно пьяный голос. – Как здо-о-орово! – Лестница заскрипела под тяжелыми шагами.
Ралернан недоуменно обернулся. Л'эрт спускался, шатаясь из стороны в сторону. Черные волосы его были всклокочены, рубашка расстегнута и выдернута из штанов. Правый рукав ниже локтя начисто оторван. Запах какого-то дешевого пойла, исходивший от него, чувствовался даже на таком значительном расстоянии. Но когда же вампир успел дойти до такого состояния? Вроде времени прошло всего ничего…
Белые маги изумленно уставились на спускающегося. Где-то в середине лестнице Л'эрт споткнулся и кубарем скатился вниз, остановившись только у самых ног Кретвика.
– Уй… Я это… ик… – Вампир схватился за полы белой мантии и, цепляясь за мага, попытался встать. Эльфу показалось, что у него почти получилось, когда вампира опять качнуло и он повис на шее Кретвика. Тот брезгливо отвернулся и попытался отцепить пьяного от своей одежды.
Ралернан впал в ступор, не в состоянии как-то прервать происходящее.
– П-п-простите… – Л'эрт покорно отпустил пальцы и попытался принять вертикальное положение. Получалось не очень. – Я так рад вас всех здесь видеть… Так много людей… Только почему вы все такие одинаковые? – Он качнулся в сторону Лакерры. – О, девушки, какие вы милые… Позвольте, я вам ручки поцелую? – Вампир шлепнулся на колени возле ее ног, схватив за руку. – О, всем сразу поцелую… Как замеча-а-ательно… – Он успел коснуться губами тыльной стороны ее ладони, прежде чем девушка вырвала свою руку и брезгливо отерла о мантию.
– Лорд Арриера! – В ее голосе звучало бешенство. – Что это такое?!
– О? Я не п-п-представился, да? – Л'эрт продолжал стоять на коленях, выражение на его лице было блаженно-счастливым. – Я – герцог Сар… Саранциа, вот! А у меня замок есть… На севере… Хотите, покажу? Там такой большой камин… Над ним сабли висят. К-красивые…
– Я полагаю, нам действительно сейчас лучше уйти, – относительно спокойно вмешался Кретвик. – Надеюсь, к нашему повторному возвращению вашему другу станет лучше.
Ралернан с трудом справлялся с желанием ударить вампира. Вежливые слова дались ему тяжело:
– Спасибо за понимание. Он… он просто принял близко к сердцу мою проблему… Мой… друг очень отзывчивый… Надеюсь, у вас будет возможность составить о нем иное впечатление.
– Герцог – хороший человек, – вмешался Галлик. – Он меня тоже поддерживает.
– Да-да, конечно. До вечера, господа. – Белые маги предельно вежливо попрощались и покинули дом Ралернана.
Как только за ними захлопнулась дверь, эльф в бешенстве схватил Л'эрта за шкирку:
– Что ты себе позволяешь?! И когда только ты успел так надраться?!
– Я не пьян, – абсолютно нормальным голосом возразил вампир, высвобождая свой воротник из руки эльфа.
– Не пьян?! Что за представление ты тут устроил?! От тебя несет так, словно ты третьи сутки не просыхаешь!
– Вылил на себя бутылку дешевого самогона. – Вампир повернулся к Галлику: – Выйди, пожалуйста. Мне надо поговорить с Арриера наедине.
– Но… но вы же говорили, что я буду принимать участие в поисках… – жалобно пробормотал адепт.
– Будешь. Я хочу обсудить с моим другом кое-что личное. Это ненадолго. Прошу тебя.
– Ну ладно, ладно, – ворчливо согласился Галлик, выползая на улицу.
– Ну и зачем ты устроил весь этот кошачий концерт? – неприязненно поинтересовался Ралернан.
– Зачем ты дал им поставить на себя метку Клиффа?
– Что? – Эльф слегка смешался от смены темы. – Какую метку?
– Дерьмовую! Они теперь будут иметь возможность следить за тобой не меньше, чем месяц – а то и дольше! Ты что, совсем идиот?!
– Я идиот?! Да они вообще пришли сюда исключительно из-за того, что я засветился у Квадраата – по твоей, между прочим, просьбе!
– Мы могли от них оторваться! А сейчас уже не сможем! Эта метка выведет их на тебя надежней, чем маяк в ночи! Проклятье, тебя что, вообще не учили защите?!
– Какой защите?!
– Только не говори, что ты вообще ничего не почувствовал! Это невозможно при твоем уровне силы!
– Ну… у меня голова немного кружится… и в висках колет… Подожди… ты хочешь сказать, они наложили на меня поисковую метку? Но зачем? Я же согласился на их предложение о помощи? И почему тогда они, а не Квадраат?
– В стенах академии аркан такого уровня наложить невозможно. Хотелось бы мне знать, кто они на самом деле. – Вампир задумчиво взъерошил и так пребывающие в жутчайшем беспорядке волосы.
– Они представились как Кретвик и Лакерра.
– Да зачем мне их фальшивые имена… Я не смог определить уровень их сил. Даже при физическом контакте.
– Подожди. – Ралернан потер лоб. – Ты хочешь сказать, что повис на шее у Кретвика специально, чтобы определить, насколько он силен?! Какой бред… Я это мог бы узнать и так, просто наведя справки среди моих знакомых в Лиге… А теперь они считают тебя пьяницей и полудурком. И меня, видимо, тоже, – раз я принимаю тебя в своем доме.
– И пусть считают. Полудурок не представляет опасности, и за ним не надо тщательно следить. Они опасны, серебрянка.
– Опасны? Да это просто соглядатаи, приставленные ко мне Квадраатом! Ясно же, что им надо проследить за моими поисками Керри – и в случае успеха сразу дать знать Главе Лиги.
– Если бы. Подозреваю, что на случай успеха у них другое задание. Видишь ли… Метку Клиффа может наложить только очень сильный маг, по рангу близкий к Главе Лиги. К тому же без какой-либо подготовки! Я почувствовал только всплеск при самом аркане – и все. Таких сильных магов не так уж и много. И мне казалось, что всех их я знаю в лицо. А эту парочку я вижу впервые. И они очень тщательно прячут свой потенциал. Настолько тщательно, что фон у них ничем не отличается от обычных людей.
– Ты был мертв больше десяти лет! А они оба еще сравнительно молоды! Они просто могли быть детьми в то время.
– Не смеши меня. Такой силой не овладевают за десяток лет. И это мне очень не нравится. Я не чувствую иллюзии в их облике.
– Ты бредишь. Я не верю в твои идиотические опасения!
– Глупо. Но, так или иначе, из-за твоей неосмотрительности нам придется тащить этих двоих в качестве балласта. По крайней мере, до тех пор, пока я не смогу снять наложенную ими метку.
– Неужели для тебя так сложно разорвать чужой аркан? – язвительно поинтересовался эльф. – Видимо, ты не так силен, как хочешь казаться.
– Разорвать я могу хоть сейчас. Но его надо разорвать так, чтобы тот, кто держит в руках конец ниточки, ничего не заметил. А это не так уж и просто. К тому же они белые маги. Будь метка наложена черными, мне было бы куда легче.
Виски Ралернана снова пронзило иголочкой боли. Он тихо выругался.

ГЛАВА 19

Дорога, ведущая через лес, была старой и местами почти полностью заросшей травой. До ближайшего большака было не менее двух дней пути в сторону. Уже четыре раза они перескакивали в новое место внутри обозначенной золотым светом зоны на карте – и каждый раз безрезультатно. После последнего перехода они топтались уже третьи сутки, пока вампир искал точку, в которой поисковый аркан даст наибольший эффект. Но найти ее не получалось. Аркан упорно не хотел сокращать зону поиска – а прочесать треть страны в поисках неизвестно чего не представлялось хоть сколько-нибудь возможным.
Л'эрт счел необходимым представить дело таким образом, чтобы все окружающие полагали, что поиском занимается именно лорд Арриера. Но для этого Ралернану требовалось улавливать ментальные приказы вампира – и пока он более-менее научился с ним общаться данным образом, он едва не сошел с ума от головной боли. Впрочем, и после длительных и многочисленных тренировок Ралернану было тяжело долго поддерживать мысленную беседу. Ему даже не приходилось притворяться: по результатам построения каждого поискового аркана он чувствовал себя, как выжатый лимон. К тому же магия вампира требовала от последнего нормального питания – а единственным источником крови для него служил Ралернан, что также не улучшало внешний вид эльфа. Белые маги имели все основания предположить, что лорд Арриера полностью выкладывается при построении заклинаний.
Пробираясь через густой подлесок вслед за беззвучно скользящим вампиром, Ралернан успел порадоваться, что сегодня он наконец избавлен от общества белых магов. Вначале Кретвик и Лакерра неотступными тенями следовали за эльфом, не давая ему свободно ступить ни шагу. Но после последнего перехода леди Лакерра сказалась больной и уже вторые сутки не поднималась на ноги. От помощи белые маги категорически отказались. Ралернан даже не был раздосадован случившейся задержкой: скачки внутри зоны поиска пока ни к чему не приводили – и дальнейшие хаотические перемещения, с хорошим шансом, не могли принести особенной пользы. Эльф уже начал размышлять над другими путями решения проблемы – когда этим утром, следуя за вампиром, он наткнулся на труп.
Сначала эльф ничего не заметил и, только споткнувшись о внезапно замершего неподвижной статуей Л'эрта и проследив за его взглядом, увидел ворох свежесломанных веток, из-под которых в одном месте торчала обутая в потрепанный сапог нога. Вампир с легкостью сбросил верхнюю часть лиственного кургана, обнажая окровавленный труп.
Ралернану показалось, что умерший погиб в результате нападения какого-то хищного зверя – что было совсем неудивительно, учитывая глушь, в которую их занесло. Шея трупа была разорвана, грудь вспорота чем-то вроде острых когтей. Чуть в стороне валялся мешок с вещами и залитая кровью лютня.
– Зачем ты его раскапываешь? – поинтересовался эльф у Л'эрта, методично разгребавшего остатки наваленных веток.
– Он умер недавно. Кровь совсем свежая. – Вампир задумчиво провел рукой по разодранному горлу.
Ралернан резко перехватил его за запястье:
– Ты спятил?! Я не дам тебе заниматься трупоедством! Довольно уже и того, что ты мне все руки изрезал!
– Серебрянка, не мели чушь. Я не ем падаль. – От голоса вампира, казалось, мерз даже воздух.
– Тогда зачем ты сюда полез?! Зачем тебе труп?
– Хочу понять, кто его убил. Смотри. – Вампир перевернул сумку погибшего. На траву посыпались какие-то склянки и сушеные листья. Последней вылетела тонкая книга в кожаном переплете – точнее то, что от нее осталось: большая часть страниц у нее была выдрана с корнем, а остальные измяты и выпачканы до такой степени, что текст прочитать было уже невозможно.
– И что я должен увидеть? – хмуро спросил эльф. – Ничего необычного. В академии такого добра навалом в каждой лаборатории.
– Угу. Правильно. Обычный набор мага, не так ли? – Л'эрт уставился ему в лицо чуть прищуренными глазами.
Ралернан перевел взгляд на труп. Обычный набор мага… Но на погибшем не было мантии. Одет он был как странствующий бард или лицедей. Да и лютня подтверждала это впечатление. Но зачем барду книга с заклинаниями? Ралернан осторожно взял потрепанную книгу в руки, взглянул на заголовок. Название ничего ему не говорило. Он раскрыл переплет, пролистнул несколько страниц. Изнутри на переплете была выдавлена черная эмблема: полумесяц поверх двух скрещенных ножей. Эмблема была обведена красным кольцом, полустертым от времени.
– Черная Лига? Еще один соглядатай? – пробормотал эльф себе под нос. – Если это и так, нам повезло, что он был так неосторожен.
– Неосторожен? – Л'эрт продолжил разгребать кучу из веток. Чуть в стороне от тела на траве обнаружился контур какой-то странной фигуры, образованной выжженными линиями. – Он хотел отправить сообщение… – задумчиво произнес вампир, рассматривая проплешины в травяном покрове. – Но ему не дали. Вопрос – кто это сделал?
– Да какая разница! Волк или медведь. В конце концов, в одиночку разгуливать по этим местам – не самое безопасное занятие. Отвлекся на свою волшбу, потерял осторожность…
– Волк или медведь? Почему же они только убили его и не стали есть свою добычу? И ветками тело забросал тоже волк?
Ралернан хмуро покосился на развороченную гору листвы:
– Ну и?.. Что ты всем этим хочешь сказать?
– То, что у нас, кажется, очень неприятный противник… – Вампир пристально изучал следы когтей на трупе. – И очень сильный…
– Еще один? Но кому все это интересно, кроме Белой и Черной Лиги? Церковники? – Ралернан потер голову. К постоянному звону в висках он уже почти привык, но комфорта это не добавляло. – Нет, не верю я в это.
– И я не верю. Возможно, кто-то из наших новых друзей в белом скрывает пару тузов в рукаве.
– Лаэрт… – Эльф поморщился, как всегда, когда ему приходилось обращаться к вампиру по имени. – Ты совсем уже спятил от своих подозрений! Они просто соглядатаи, и ничего больше! Ты что, думаешь, они вот такого зверя, запросто могущего выдрать человеку кишки одной лапой, в наплечной сумке прячут?
– Не знаю. Присутствие этого мага, – Л'эрт ткнул пальцем в труп, – я более-менее чувствовал. Но только его, и никого больше.
– Чувствовал? А почему ты не сказал раньше?
– Потому что его почти сразу убили. А без использования довольно специфической магии найти мертвого мне намного сложнее, чем живого. – Вампир небрежно подхватил лютню. – Возьму-ка я это с собой. Посмотрим, насколько сюда замешаны белые.
– Кровь хотя бы сотри… – хмуро заметил ему Ралернан. Лютня действительно была запачкана в крови – и запачкана довольно сильно. – Незачем пугать Лакерру.
– Возможно, она тоже к этому причастна.
– Она еще совсем юна! – разозлился эльф. – Нашел кого подозревать!
– О Белый Рыцарь, опять ты решил встать на защиту обиженных девиц? – Вампир передернул плечами. – Или, может, она тебе нравится? – издевательски добавил он.
Ралернан раздраженно сплюнул:
– Ты вообще можешь мыслить какими-нибудь другими категориями?
– Нет. Пошли. – Л'эрт небрежно закинул лютню за спину и двинулся в сторону их временной стоянки, что-то насвистывая под нос. Снова прикрыть труп ветками он даже не задумался, и это пришлось делать Ралернану.

Кретвик сидел около костра, время от времени подбрасывая в огонь новые ветки. Лакерра, против ожидания Л'эрта, сидела рядом с белым магом – и больной отнюдь не выглядела. Галлик устроился на некотором отдалении от белых, старательно следя, чтобы дистанция не сокращалась. Посланников Белой Лиги он терпеть не мог и при каждом удобном случае старался им напакостить. Периодически те отвечали ему тем же.
– Угу, – пробормотал себе под нос вампир. – Так, значит, наша ведьмочка вернулась.
– В смысле? – не понял его эльф. Они были еще достаточно далеко от костра соглядатаев, чтобы не переходить на ментальное общение.
– В прямом. Я думаю, она не болела, а куда-то отлучалась.
Ралернан не счел целесообразным продолжать этот бредовый диалог. С его точки зрения, единственной персоной, которую вампир не подозревал в двойной игре, был он сам. К тому же – куда можно отлучаться в глухом лесу?
Тем временем Л'эрт небрежно снял лютню и повертел ее в руках, привлекая к себе внимание.
– Забавную вещицу я тут недалеко нашел. А я-то думал, здесь совершенно безлюдные места! – С инструмента в траву упало несколько капель свежей крови.
Лицо Кретвика осталось совершенно нейтральным, он лишь слегка скользнул глазами по лютне. А вот Лакерра немедленно стала еще белее обычного – хотя Ралернану казалось, что цвет ее кожи и так мало чем отличается от мелованной бумаги.
– Как интересно, – флегматично ответил вампиру Кретвик. – А зачем вы ее принесли сюда? Мне только кажется, или на вашей находке действительно пятна крови?
– Да? – Вампир изучающе уставился на лютню. – О, и правда. Я сразу и не заметил. Твои глаза явно будут поострее. Спасибо. – Он протер лютню краем плаща Ралернана. Последний даже не успел среагировать на подобное хамство.
Лакерра издала полувздох-полуписк. Ей явно было нехорошо.
– Герцог, вас не затруднит убрать эту вещь? Моя помощница еще не привыкла к виду крови, – вежливо попросил Кретвик.
– Белые! – не преминул презрительно фыркнуть Галлик, демонстративно разглядывая лютню. – Дохлой мухи боятся…
– Ну зачем же хорошую вещь выбрасывать, – возразил белому магу вампир. – К тому же, говорят, под музыку иногда легче думается. Глядишь, поможет нам в поисках. – Тонкие пальцы на мгновение коснулись струн, вызвав какой-то жутковато-тоскливый звук.
Ралернана передернуло:
– Лаэрт… э-э-э… может, мы обойдемся без музицирования?
– Ты шутишь, да? Тебе же нравится музыка? – Лицо вампира было абсолютно непроницаемым. Эльф вздохнул. Переубедить Л'эрта хоть в чем-либо у него еще ни разу не получилось.
В воздухе поплыла странноватая мелодия. Ралернан никогда прежде не слышал ничего подобного. Словно погибшая душа жаловалась на своих убийц.
Не прошло и четверти часа, как белые маги не выдержали «концерта» и поспешно удалились в сторону, мотивируя уход потребностью переговорить на личные темы. И почти тут же Л'эрт поменял мелодию. Теперь в воздухе звенел разбивающийся о камни водопад. Эльф не понимал, как вампиру удается издавать столь ненормальные звуки из обычного в общем-то музыкального инструмента, но спрашивать не стал. Журчание водопада постепенно убаюкало его, и он провалился в какое-то полузабытье между сном и явью.
– Как вы собираетесь ее вытащить? 
– Что? – Ралернан резко дернулся, воззрившись на вампира. Опять его идиотские тренировки? – Я слишком устал для твоих опытов! – возмутился он.
– Для каких опытов? – нахмурился вампир, прерывая мелодию.
– Ты еще скажи, что это не ты!
– Это не он! Не отвлекайся, мне сложно пробиваться к твоему сознанию! –  Голову пронзил всплеск боли. Ралернан схватился за виски и придушенно взвыл.
– Немедленно прекрати! – прошипел эльф.
– Эй, что с тобой? – настороженно поинтересовался вампир. Зрачки его сузились в вертикальные линии. – С кем ты говоришь?
– С тобой, с кем же еще! – процедил эльф. – Насколько я помню, только ты способен на такие идиотические методы беседы! – Его голову снова прострелило болью, эльф приглушенно выругался.
– Со мной? – Л'эрт несколько секунд ошеломленно глядел на него, после чего на его лице мелькнуло какое-то странное выражение. – А ну-ка, пойдем погуляем… – И вампир стремительно потащил Ралернана в сторону от стоянки, углубляясь в глухой подлесок. Галлик проводил их слегка недоумевающим взглядом.
– Ну зачем ты его втравил? –  снова мелькнули посторонние мысли в голове. Ралернан от неожиданности споткнулся и кубарем влетел в какой-то колючий кустарник.
– Да что это за бред?! – разозленно заорал он.
– Значит, так. – Вампир схватил его за воротник плаща и без какого-либо усилия вернул в вертикальное положение. – Ты мне сейчас медленно и очень подробно повторишь свой разговор с тем, кого принял за меня. Можешь считать меня психом – мне плевать. Я слушаю.
Ралернан устало прикрыл глаза. Звенящая боль в голове не хотела уходить. Он уже понял, что ошибся: ментальные приказы вампира всегда несли какой-то темный след – что-то вроде застарелого запаха крови. А текущее вмешательство в его голову скорее ассоциировалось с осколками радуги, сверкающими на солнце.
– Да ни о чем я с ним не говорил еще!
– Вот именно. А я не смогу долго продержаться! Как вы собираетесь вытаскивать Керри? 
– Что-о?! – Ралернан опешил. – Ты вообще кто? И какое твое дело?..
– Я могу помочь. Отвечай быстрее! 
Вампир тряхнул его за плечо, привлекая к себе внимание:
– Ну? Я же тебя о чем-то просил?
– Ты знаешь, чьи это выходки? – нахмурился эльф. – Кто это? Откуда он знает про мою жену?
– Что знает? – уточнил Л'эрт.
– Он спросил, как мы собираемся ее вытаскивать, если дословно.
Глаза вампира чуть ли не мгновенно потеряли насыщенно-синий цвет, став почти белыми, зрачки по-прежнему оставались суженными в вертикальную линию.
– Даже не смей думать! – резко сказал он, уставившись куда-то сквозь эльфа. – Слышишь? Не смей! Я справлюсь и сам!
– Он иногда такой смешной, да? –  раздалось в голове Ралернана. – Скажи ему: мне жаль, что я не могу поговорить с ним. Но ее нужно вывести к точке прорыва, иначе все ваши попытки будут абсолютно бессмысленными. 
Окончательно запутавшись в происходящем, эльф послушно повторил фразу непонятного собеседника. И добавил уже от себя:
– Хорошо, Лаэрт, если ты не хочешь сказать, кто это, может, ты мне скажешь, о чем идет речь? Мне не нравится, что ты начинаешь юлить, когда дело касается вызволения Керри.
– Да не юлю я! – зло бросил вампир. – Но мы вполне в состоянии справиться и сами! В конце концов, у меня есть уже как минимум две идеи, как можно сузить зону поиска!
Ралернан прижал ладонь ко лбу, выслушивая взрывное возражение невидимого собеседника.
– Он говорит, что пробить проход – мало. Что мы все равно сами не сможем попасть внутрь.
– Я смогу! – медленно процедил вампир. – Не дури, слышишь?
– Он спрашивает, почему именно ты, – передал эльф. – О чем вы вообще, а?
– Потому что у меня все равно нет шансов! – Л'эрт уже орал. – Я не хочу, чтобы ты туда совался! Я не смогу тебя вытащить, понимаешь ты или нет?!
Ралернан успел порадоваться, что они успели отойти достаточно далеко, и их спутники не услышат этих криков.
– Он говорит, что себя вытащить ты тем более не сможешь.
– Это неважно!!! – взвыл вампир. – Я могу придумать еще что-нибудь! Не лезь туда, будь оно проклято!!! – Он с шумом втянул воздух. – Ну пожалуйста, не лезь!
– В любом случае мне сделать это будет проще всех, –  прозвучало в мыслях Ралернана. – Это мой выбор. Я бы предпочел поменяться с тобой местами, Белый Рыцарь, но это невозможно… Мне сложно дольше поддерживать контакт. И, знаешь… передай вампиру – я благодарен ему за звезды. Жаль только, что мне нельзя смотреть на них вечно. –  И с каким-то странным полувздохом ощущение чужого сознания исчезло.
Эльф на автомате повторил последние слова и уставился на неподвижно замершего Л'эрта.
– Ты объяснишь наконец о чем был этот диалог?
Вампир перевел на него пустой взгляд.
– Даже если у нас получится… Когда у нас получится, – поправился он, – пробить портал в Нейир, кому-то нужно будет вывести к этому порталу Керри. – Голос вампира был сух и ломок, как сожженная солнцем трава. – Возможно, у нее получится добраться самой, но… этот шанс очень мал.
– И что? Что надо сделать-то? – нетерпеливо перебил его эльф.
– Ей нужен… Скажем так, проводник по Нейиру. Но провести ее сможет только тот, кто отдаст лабиринту свою собственную душу. Я… планировал вывести ее сам…
Ралернан застыл.
– Ты?! Но почему ты? – спросил он.
Л'эрт уставился на небо.
– А кто еще? Ну не ты же? Видишь ли, тебя она любит. Сомневаюсь, что она обрадуется, найдя по возвращении твой хладный труп.
– И ты думаешь, что я поверю в эдакий благородный жест с твоей стороны? – неприязненно поинтересовался эльф.
Вампир пожал плечами:
– Мне все равно, что ты думаешь и во что веришь. К тому же… Судя по всему, мне не потребуется делать этот жест.
– То есть ее проведет тот, кто залез мне в голову? – спросил Ралернан. – Может, ты все-таки пояснишь, кто это? Я не склонен доверять каким-то посторонним личностям столь важную миссию!
– Тогда перережь себе горло и вытаскивай ее сам!
– Я всего лишь спросил! Я имею право знать…
– Не имеешь. Все, серебрянка. Разговор закончен. Оставь меня в покое. – Вампир продолжал смотреть куда-то вверх. Пробившийся через кроны деревьев лучик света скользнул по его лицу. На миг эльфу показалось, что щеки вампира выпачканы в крови. Впрочем, какая ему разница!
Ралернан раздраженно повернулся к Л'эрту спиной и зашагал обратно к стоянке.

ГЛАВА 20

Черное. Золотое. Черное. Шаг. Шаг. Еще шаг. Перед глазами цветные пятна. Снова золото. Керри начинало казаться, что она ходит кругами. Странное ущелье с разноцветными стенами осталось где-то позади. Ущелье еще имело какое-то сходство с привычным ей миром. Оно хотя бы отдаленно напоминало обычный разлом в горной гряде. То, куда она попала сейчас, было слишком странным. Керри даже не могла подобрать никакого аналога. Сменяющие друг друга клочки двухцветного тумана. Когда она попадала в золотое облако, кожу чем-то покалывало, как будто она обгорела на солнце. Черное облако не вызывало никаких физических ощущений – только подспудный, бессознательный страх, стремящийся перерасти в панический ужас.
Может, она что-то делает не так? Керри не хотела и думать, что заблудилась в этом странном месте. Она совершенно потеряла счет времени, и не могла даже примерно определить, сколько уже ходит здесь. Усталости она не чувствовала, как не чувствовала и голода. Казалось, физические потребности организма уснули.
Снова черное. На сей раз клочок тумана показался ей несколько больше остальных. Керри решила считать это добрым знаком и зашагала интенсивнее. Черный сектор все не кончался и не кончался. Где-то сбоку в абсолютной темноте сверкнула искорка света, еще и еще одна – словно в тумане порхала стайка светлячков. Керри шагнула в сторону мерцания. Может, оно указывает на выход? Но, чем ближе она подходила к танцующим светлячкам, тем слабее становилось их мерцание, пока не пропало вовсе. Керри нерешительно замерла, размышляя. Она не сразу заметила, что туман вокруг нее уже не целиком черный, а сероватый – как предутреннее небо, и продолжает светлеть.
Керри моргнула, ощутив порыв ледяного ветра. В лицо ей сыпануло снежной крупой. Непроизвольно она сделала шаг назад. Под ботинками скрипнул снег. Туман исчез. Она была в зимнем лесу, запорошенном недавней метелью. Кое-где сугробы достигали человеческого роста. Керри потерла руки. Было холодно, безумного холодно. И как-то… одиноко?
Сзади раздалось поскрипывание снега – кто-то приближался к ней легкой походкой. Керри резко развернулась. За ее спиной была полянка – идеально круглая, словно вычерченная циркулем. Через полянку шла двойная цепочка следов – но тех, кто оставил этот след, нигде не было.
Новый скрип где-то слева от нее. На сей раз Керри поворачивалась медленно, стараясь уловить малейшие изменения вокруг. Кто играет с ней в эти дурацкие игры?
Всего в шаге от нее стояли две фигуры, плотно закутанные в плащи. Керри показалось, что это женщина и мужчина, но точно сказать было сложно. Капюшоны были низко надвинуты на лица, бросая густую тень. Женская фигура качнулась в ее сторону.
– Что с тобой, девочка моя? – Голос женщины был нежен и мягок. – Тебя кто-то напугал?
Керри уставилась на женщину. Нет, быть этого не может! Иди – может? Она почти позабыла этот голос. Голос, который когда-то рассказывал ей на ночь сказки о благородных рыцарях и кровожадных драконах.
– Мама? – выдохнула она.
Женщина рассмеялась. Смех у нее был очень красивый и мелодичный. Керри вспомнила, что после смерти отца перестала слышать этот смех…
– А кто же еще, глупышка! Ты что, опять играешь в прятки с закрытыми глазами? Ну иди же сюда! Ты вся дрожишь от холода. Как можно так небрежно одеваться! Истинные леди не должны хлюпать носом. – Из-под плаща показалась тонкая рука, затянутая в черную перчатку. – Иди к нам.
– Мама… но ты же… – Керри неуверенно уставилась на протянутую ей руку.
– Малек, ну что ты там топчешься? Иди к нам, – вмешался низкий бас второй фигуры. – Замерзнешь же!
Этот голос она тоже помнила, хоть и хуже. Он не так уж часто бывал дома и совсем мало времени проводил с ней…
– Отец… Что здесь происходит? – Она безумно боялась сделать разделяющий их шаг.
– Мы пришли за тобой, – мягко сказала женщина. – Ты заблудилась. Мы поможем тебе найти верный путь. Ну что же ты стоишь? – Ее рука все еще висела в воздухе, неподвижно замерев.
Керри сглотнула. Ну даже если они и призраки… Они ведь не причинят ей вреда, не так ли? И она шагнула вперед, касаясь протянутой женской руки.
Взвыл ветер. Снежная крупа больно царапнула ей по лицу. Еще один порыв – и капюшон женской фигуры качнулся, откидываясь назад. На Керри пустыми глазницами уставился полусгнивший череп, облепленный остатками волос. Из правой глазницы медленно выполз толстый белый червь.
Керри придушенно взвизгнула и дернулась назад. Но рука, затянутая в черную перчатку, держала слишком крепко.
– В чем дело, девочка? – Было до невозможности жутко слышать родной голос, порождаемый шевелением беззубого черепа. – Пойдем с нами… Мы покажем тебе дорогу!
Еще один порыв ветра сорвал капюшон с мужчины. Его голова была изогнута под ненормальным углом, свидетельствовавшим о переломе шейных позвонков, глаза вылезли из орбит, язык распухшей синей тряпкой висел из полураскрытого рта. По лицу ползали мухи.
Керри стало плохо.
– НЕТ!!! – Вопль девушки разорвал странную тишину зимнего леса, порождая множественное эхо. – НЕТ!!!!!! – Она с безумной силой рванулась прочь, отпрыгивая на несколько шагов назад. Державшая ее рука так и не разжалась, с мерзким звуком оторвавшись от остального тела. С края разрыва по руке трупа поползли толстые черные жуки, неспешно приближаясь к запястью Керри.
– НЕТ! – Она стремительно развернулась и побежала назад, размахивая на бегу рукой и стараясь стряхнуть жуткий груз.
Она не заметила, как мертвая рука стала истаивать, растворяясь в уплотнявшемся вокруг черном тумане. Постепенно лес исчез, и она снова мчалась через непроглядную тьму. Впереди показался широкий золотой проблеск. Керри с разгону влетела в облако золотистого цвета и упала на колени, споткнувшись обо что-то невидимое. Тьма осталась позади.
Девушка с внутренней дрожью скосила глаза на свое запястье – но нет, оторванная конечность трупа исчезла, будто ее и не было. Только кожа в том месте, где ее коснулась черная перчатка, покрылась волдырями – будто от ожога. Керри с присвистом вздохнула. Надо успокоиться. Наверняка это какое-то испытание. Она снова вздохнула. Сердце билось часто-часто, не желая замедлять стук. Просто испытание. А вдруг этот треклятый лабиринт может залезать в память? Нет, просто надо быть осмотрительней. Тут никого нет, кроме нее, – и значит, ей надо пройти это место одной. Только и всего. Она нервно потерла дрожащие ладошки и сделала шаг вперед. Вокруг по-прежнему клубился золотистый туман, и ничего угрожающего не возникало. Еще шаг, другой, третий. Она как раз начала успокаиваться, когда туман снова поредел.
На сей раз это произошло резко, почти скачком. Керри замерла, не довершив шага и покачнувшись назад. Она была где-то около горной гряды – далеко впереди на фоне ярко-голубого неба вздымались острые пики. Под ногами – довольно хорошо утоптанная и явно часто используемая дорога. Дорога изгибалась вправо, пересекая какую-то деревушку и устремляясь в сторону замка. Белые с синим шпили красиво переливались под лучами света. Над центральным полоскался большой голубой стяг. Наверное, человек не разглядел бы вышивку на таком расстоянии, но она ее видела – орел, взлетающий к солнцу.
Со стороны деревни послышалось мычание коровы, где-то вдалеке забрехала собака.
– Ты заблудилась? – раздался сзади спокойный голос.
Керри подпрыгнула, нервно оборачиваясь. Нет… Если еще и он превратится в разлагающийся труп…
Но никаких плащей, скрывающих тело, – как на недавних мертвецах – на окликнувшем ее не было. И перчаток тоже. Он был одет в несколько старомодного покроя костюм, расшитый серебряной нитью. Из-под отворотов камзола на руки падали волны кружев. Черные волосы были намного длиннее, чем она привыкла видеть, и аккуратно перехватывались сзади голубой лентой.
– Л'эрт? – неуверенно прошептала она, облизнув пересохшие губы. Ее родители были мертвы… Но он-то почему здесь, если это место принадлежит мертвым? Ведь Ойенг обещал… Или это новая иллюзия?
– Ты меня знаешь? – Он недоуменно склонил голову, разглядывая ее. – А я тебя не помню. Какое свинство с моей стороны. Но почему ты говоришь с альпийским акцентом? Ты же вроде человек?
– Не помнишь? – Керри недоуменно уставилась ему в лицо. Он казался другим. Совсем чуть-чуть, практически неощутимо, но… Она привыкла, что кожа вампира имеет мертвенно-бледный оттенок, а сейчас она казалась загоревшей. И глаза… Радужка Л'эрта меняла цвет от почти белого до глубокого синего. Но Керри никогда не видела, чтобы его глаза были карими. Значит, опять иллюзия?
– Кажется, я сказал что-то не то. Ты побледнела. Не обижайся. У меня не абсолютная память.
– Не абсолютная? – Керри недоверчиво покачала головой. Ох, если бы…
– Ты немного странная. – Он задумчиво посмотрел куда-то поверх ее плеча. – Ты точно не заблудилась? Ты явно не из этих мест.
– Я действительно заблудилась, – выдавила она, так и не решив, иллюзия перед ней или нет.
– Ну я так и подумал. Ты так странно вертела головой во все стороны. А куда ты направлялась?
– Но все-таки… почему же ты меня не помнишь? Неужели ты тоже мертв? – тихо прошептала она. Нет, этого не может быть. Керри закусила губу и потянулась рукой к его лицу, молясь про себя, чтобы оно не сменилось оскалом черепа.
Карие глаза распахнулись от изумления, когда она провела пальцами по его щеке. Кожа казалась странно теплой на ощупь. Он поспешно перехватил ее руку и чуть отодвинул.
– Послушай, ты очень красивая, но не делай так больше. Не ровен час, меня Гил застукает – так мне же уши на корню открутят.
– Гил?
– Моя жена. – Он улыбнулся. Керри судорожно вздохнула. Улыбка была самой обыкновенной. Человеческой. Никаких клыков.
Керри резко дернула руку, все еще зажатую в его руке. К ее удивлению, он не стал ее удерживать и легко отпустил.
– Н-н-не трогай меня! – Она резко сделала шаг назад. – Я никуда с тобой не пойду, слышишь?! Ты – только иллюзия! Призрак, и ничего больше! Ты ненастоящий! – Еще шаг назад.
На его лице застыло удивленное выражение.
Вокруг замерцали золотые вспышки. Керри что-то с невероятной силой швырнуло вверх. Она зависла высоко в небе, словно ее подняла и держала рука неведомого великана. Замок и окрестности подернулись золотой дымкой. Несколько мгновений – и дымка разошлась. Теперь внизу расстилался молодой лес – во все стороны, насколько хватало взгляда. Сначала Керри показалось, что она попала в новое место, но почти сразу она поняла, что ошибается. Излом горных пиков на горизонте был прежним. Но вместо замка и окрестных деревень теперь шумела зеленая листва.
– Ты сама сделала эту ошибку. Ты могла попросить вернуть ему суть человека, –  прошелестело в ее сознании. – Тыне стала. Это твоя, и только твоя ошибка. Ты сможешь признаться ему в этом? Как думаешь, что бы он дал за то, чтобы вернуться? Как думаешь, он сможет быть счастлив? 
– Не ваше дело!!! – зло прокричала она в пустоту.
– Ты не можешь исправить сделанной ошибки. Но ты можешь принести великое благо. Подумай над этим. 
– Заткнись!!!
Лес под ней заволокло золотистым туманом.
И почти тут же незримая рука отпустила ее – и Керри полетела вниз. Вокруг были только золотые переливы, она не различала ни воздуха, ни земли. Но, спустя несколько секунд свободного падения, она с силой ударилась обо что-то твердое – и кубарем покатилась по невидимому склону. Керри пыталась за что-нибудь схватиться, чтобы остановить падение, но пальцы ее натыкались только на острые каменные грани.
Толчок, еще толчок – и невидимая гора наконец закончилась. Чуть пошатываясь, Керри поднялась на ноги. Тело болело, будто она и в самом деле сорвалась с горной кручи. Руки оказались исцарапанными до крови.
Это тоже иллюзия. Не надо придавать этому никакого значения! Иллюзия, иллюзия. Керри пыталась убедить себя в этом, но получалось плохо. Кто и зачем показывает ей эти странные картинки? Что им надо? Она коснулась царапин на руке. Кровь выглядела обычной кровью. Никуда не исчезли и ожоги, оставшиеся после хватки жуткого трупа.
Может, она идет не в ту сторону? Может, ей вообще не надо никуда идти? В любом случае, разве будет хуже, если она немного постоит на месте и соберется с мыслями?
Керри потерла лицо ладонями. Голова слегка кружилась. Проклятое место! Как же найти отсюда выход, если она вообще не понимает, куда идет и идет ли? А вдруг то, что она двигается – тоже иллюзия? Девушка поежилась.
Щиколотки ног чем-то неприятно кольнуло, отвлекая ее от размышлений. Керри скользнула взглядом вниз. Ничего не изменилось – вокруг по-прежнему был золотистый туман. Вот только… только почему же у нее ощущение, что она проваливается сквозь него куда-то вниз, будто затягиваемая трясиной?!
Девушка резко подпрыгнула, стараясь приземлиться чуть впереди от того места, где только что стояла. Ощущение проваливающейся почвы исчезло, под ногами снова было что-то устойчивое и твердое.
– Это место поглотит тебя, если ты будешь стоять на месте… 
– Это ты, Хиис? – Керри резко развернулась, но вокруг был только мерцающий туман. – Зачем ты прячешься?! Что за дурацкие игры?
Ей никто не ответил. Вокруг стояла тишина, ничем не нарушаемая. Беззвучно переливались искорки в тумане.
– Ну и хорошо! – процедила она сквозь стиснутые зубы. – Ну и пусть! Я все равно найду выход! Меня не запугать! – Она решительно тряхнула рыжей челкой, отбрасывая ее с глаз, и пошла вперед. Золотистый туман стал гаснуть, уступая место черному.
Наконец вокруг снова заклубилась непроглядная мгла. Шаг, еще шаг. По-прежнему темно… Но темнота стала какой-то иной. В этой темноте она, кажется, что-то видела… Еще шаг. Контуры предметов стали достаточно четкими, чтобы Керри смогла узнать место, в которое ее занес лабиринт. Девушка замерла. Она не хотела быть здесь. И боялась того, что могла увидеть. Потому что справа и слева от нее ровными рядами стояли гробы из подземелья Ориона.
Что ей хотят показать на этот раз? Разложившийся труп Л'эрта? Керри стиснула зубы. Она сильная! Ее не взять какими-то иллюзиями!
Крышка ближайшего к ней гроба с жутким скрипом поползла в сторону. Керри ощутила, как мгновенно пересохло во рту. Но крышка сдвинулась всего на чуть-чуть, и замерла. Из образовавшейся щели выпорхнула летучая мышь, быстро мельтеша в воздухе крыльями. Мышь стремительно подлетела к ней, едва не задев крылом лицо, и метнулась обратно. Легкий хлопок – и на том месте, где только что была мышь, возникла красивая молодая женщина с длинными черными волосами. Сочные алые губы контрастировали с прозрачно-белой кожей. В черных глазах клубились сгустки вязкой тьмы. Открытое алое платье – точно того же оттенка, что и губы, идеально облегало фигуру. В воздухе поплыл чуть тяжеловатый аромат имбиря и корицы, дополненный горьковатой ноткой лилий.
Керри нахмурилась. Валина? Странно…
– И ты думаешь, ты права, маленькая шлюшка? – Красивые губы изогнулись в презрительной гримасе. – Ты думаешь, ты все знаешь?
– О чем ты? – недоуменно поинтересовалась Керри, намеренно не замечая оскорбления. Ее собеседница пока не выказывала желания схватить ее за руки. Возможно, разговор поможет ей разобраться, как найти выход?
– Ты действительно думаешь, что знаешь все!  – она склонила голову, черные волосы скользнули по обнаженному плечу. – Ты ведь так и не смогла до конца прочесть его память, не так ли? Да это и невозможно – прожить несколько столетий за несколько часов. Чтобы разобраться во всем, тебе потребуется очень долгая жизнь.
– При чем тут его память?
– Ты коснулась самой верхушки айсберга. Ты не видишь всего. Зачем ты решила отобрать его у меня?
– Я ничего не отбирала!
– Лжешь, маленькая шлюшка! Ты дразнишь его обещаниями, которых не собираешься выполнять! Ты думаешь, что знаешь его, не так ли? Но ведь ты не знаешь! Ты видела только то, что он сам позволял себе видеть. А наша самооценка далеко не всегда адекватна. Разве ты считаешь себя убийцей, когда ешь жареного кролика? Думаю, нет…
– Он не убийца!
Ее собеседница рассмеялась. Смех ее царапал по коже, словно битое стекло.
– Тебе просто хочется  там думать. Ты перепутала звезды с отражениями в колодце. Ты глупа! Или, быть может, ты боишься? Боишься узнать правду? – Алые губы изогнулись в издевательской улыбке.
– Я не боюсь! – возмутилась Керри. – Но ты мне никакой правды открыть не можешь!
– А почему бы тебе самой не решить? – вкрадчиво поинтересовалась та. – Пойдем, – она протянула в сторону Керри холеную руку с длинными ногтями, – я покажу тебе то, чего ты не знаешь. А верить или нет – ты решишь сама!
Керри отшатнулась.
– Как невероятно глупо – думать, что я поддамся на такую дешевую провокацию! – фыркнула она. – Я никуда не пойду с тобой!
Улыбка молодой женщины стала еще более неприятной.
– Не пойдешь? Это ты глупа! Ты считаешь, что я буду учитывать твои пожелания?! – И в следующее мгновение она метнулась вперед, обнажив клыки. Керри шарахнулась в сторону – но медленно, слишком медленно. Вампирка была быстрее. Острая боль пронзила руку чуть пониже плеча, по коже потекло что-то теплое.
– Нет! – Керри резко рванулась, высвобождаясь из хватки вампира. Руку кололо болью, в ушах звенело. Бежать, бежать прочь… Не осознавая полностью своих действий, она сформировала ударный аркан и бросила его в свою противницу. И в тот же миг все вокруг снова погрузилось в абсолютный мрак.
Керри неуверенно покрутила головой. Подвала с гробами больше не было, как не было и Валины – или ее призрака. Но из рваной раны на руке по-прежнему толчками текла кровь. Керри оторвала нижнюю часть рукава и кое-как перевязала укус.
Плохо. Если так пойдет дальше, долго она не продержится.
Девушка заставила себя сделать несколько шагов вперед, постоянно опасаясь, что вампирка вернется. Но нет. Вокруг клубился только черный туман. Он все так же вызывал ощущение страха – но абстрактного, не относящегося к чему-либо конкретно.
Ей казалось, что она уже несколько часов двигается в черной мгле, когда та неторопливо расступилась, снова сменившись золотом. Керри вздохнула. Как долго будет продолжаться это чередование? Быть может, ей полагается выбрать какой-то один из цветов? Но почему тогда выбор только между Клиастро и Хиисом? Куда исчезли все остальные?
Золотой туман впереди чуть расступился в стороны, пропуская сухонькую фигурку пожилой женщины в просторной серой мантии. За спиной у нее трепетали два огромных белых крыла. Карие глаза были печальны.
– Ты так стремишься к выходу, девочка… Ты так хочешь вернуться обратно. Но неужели тебе не совестно, что мир может погибнуть только из-за тебя?
Керри нахмурилась:
– Это я уже слышала. Покончить самоубийством я успею и потом. Не мешай мне.
– Ты слышала? А ты помнишь, что если бы не ты, богини Света и Тьмы не пришли бы в этот мир? Ты знаешь, сколько боли и разрушений принесло их возвращение? Да, твой мир пока еще не погиб, но разве ты не помнишь цену, уплаченную за победу Ордена Магии? Сколько человеческих смертей на твоей совести, девочка? Тысяча, две, три?
– При чем тут я! Я договаривалась только с Ойенгом!
– При чем? – Женщина пожевала тонкими губами. – Но ты же сама помнишь, что именно твою  смерть отменила Клиастро. И именно ради тебя,  ради того, чтобы вернуть тебе человеческий облик, была призвана Акерена. Только из-за тебя. – Белые крылья взметнулись вверх, порождая легкий ветерок.
– Но я же их не просила! – почти что жалобно возразила Керри.
Но, казалось, женщина в серой мантии ее не слышит.
– Если бы не ты, девочка, пророчество вашей ведуньи никогда  не сбылось бы. И не надо было бы спорить, разрушат твой мир стихии или же нет. И кто выживет после их вторжения. И захотят ли они продолжать свою жизнь в переломанном мире. Только ты во всем виновата.
– Это неправда! – Она сжала руки в кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони.
– Ты не хочешь верить никому, кроме себя. Потому что так тебе удобнее, не правда ли? Даже свою жалкую жизнь ты ценишь выше жизней всех остальных живых существ твоего мира, вместе взятых. Ты очень эгоистична, тебе не кажется? Ты стремишься выйти отсюда. Ты тешишь себя надеждой, что покончить с собой всегда успеешь. Красивая отговорка. Но разве собираешься ты и в самом деле лишить себя жизни, если не найдешь способа перехитрить Ойенга? Не думаю. Ты любишь только себя, девочка, и никого больше. Ты готова потакать только своим  желаниям. Из-за сиюминутного порыва, из-за нежелания сделать что-то своими силами ты заключила и эту сделку с Ойенгом. А ведь твой потенциал мага очень и очень велик. Но ты не захотела искать решение сама. Ты предпочла пойти самым легким, самым простым путем. То, что при этом пострадают другие, тебя не волновало.
– Это ложь! Я пыталась! Но Ойенг сказал, что у меня больше нет времени!
– А он действительно  сказал именно это? Видишь ли, девочка. Боги не лгут. Но смертные так часто слышат только то, что хотят  слышать… Вот и ты лжешь самой себе – и столь хорошо, что сама уже веришь в свою ложь.
Керри стиснула ладонями голову. Что же в точности тогда говорил Ойенг? Мысли путались, сосредоточиться не удавалось.
– Я все равно никуда не пойду! – резко выкрикнула она.
– Ты совсем запуталась, девочка. Мы никогда не действуем обманом. Хиис предпочел бы, чтобы ты приняла решение, полностью его осознав. И для этого никуда идти не надо. Вот, – женщина сделала плавный жест, и к ногам Керри подкатился кинжал, – возьми. Это тебя ни к чему не обязывает. Но, если ты примешь верное решение, тебе будет удобнее воплотить его в жизнь.
Когда Керри подняла взгляд от кинжала, женщины в серой мантии уже не было. Вокруг по-прежнему мерцало золотое облако. Она снова посмотрела вниз. Очередная ловушка? Но… у нее нет оружия… Вампирка из предыдущей иллюзии чуть не перервала ей горло… Керри поколебалась несколько минут, но все же наклонилась, подбирая кинжал. Ничего необычного в нем не было. Разве что по клинку время от времени пробегали золотистые сполохи. Но это вполне могли быть и отражения искр, то и дело мелькающих в этом тумане. Керри повертела кинжал в руках, и все-таки засунула его за пояс. Пусть будет. Сомнительно, что он сам перережет ей глотку. Иначе бы это уже произошло.
Она решительно двинулась вперед. Золотой туман заканчивался, снова уступая место черному. Шаг, еще шаг – и вокруг снова с густилась сплошная тьма. Очень долго она просто шла вперед, и никакие иллюзии не нарушали ее продвижение. Но черный сектор все не кончался и не кончался. Наконец, когда она уже почти успела решить, что теперь будет бродить в этой черноте все оставшееся время, туман рассеялся. И Керри оказалась в пещере, образованной кристаллами льда. Свет, неизвестно как попадавший сюда, преломлялся в миллионах граней, отражаясь сам в себе.
Керри стало немного жутко, когда она заметила как минимум с десяток своих отражений, хаотично двигающихся б различных направлениях.
– Милое местечко, не правда ли? – Язвительный вопрос раздался откуда-то сверху. И тут же разнесся многоголосым эхом. Керри задрала голову. На одном из ледяных кристаллов, скрестив козлиные ноги, устроился сатир. Тонкий хвост его безвольной веревкой свисал вниз. – Я не слышу ответа, путница. – Он почесал бородку.
– Мне здесь не нравится, если тебе интересно мое мнение, – сухо сказала Керри.
– О-о-о, – протянул сатир. – Ей здесь не нравится! А почему? Ты думаешь, здесь плохо? Уверяю тебя, Нейир умеет быть весьма и весьма комфортным. Но ты просто не хочешь этого испытать. У тебя ведь совершенно другие планы, не так ли? Кажется, ты ищешь выход, если я ничего не путаю?
– А если и так, что с того? – насупилась Керри. – Если ты собираешься помочь мне найти его, я все равно тебе не поверю.
– Я? Еще чего не хватало. Я что, похож на проводника душ? – Он передернул голыми плечами. – Но я весьма любопытен. Пожалуй, я дам тебе пару дельных советов. Если ты ответишь на один мой небольшой вопрос.
– Ну? – хмуро поинтересовалась она.
– Простой вопрос. Вот, посмотри-ка. – Небрежным движением руки он швырнул ей какую-то книгу.
Керри непроизвольно поймала ее и глянула на обложку. Учебник? Учебник истории? Она попыталась открыть книгу, но та вдруг сама зашелестела страницами, распахиваясь на самых последних листах. «Битва за Белую Башню» – было выведено в заголовке.
– И что мне здесь смотреть? – несколько нервно уточнила девушка, быстро пробегая глазами текст. Ничего нового она не видела. Стандартное, хотя и несколько детальное описание подготовки к сражению… Словно в ответ на ее вопрос, страница перевернулась. На этом развороте красовалась небольшая гравюра. Художник изобразил момент схватки между носителями сил Черной и Белой богинь. Керри сглотнула. Конечно, изображение имело весьма ничтожное сходство с оригиналами, но все равно… Смотреть, как сверкающее лезвие летит в грудь черного мага, ей было больно.
– Ну как, нравится? – полюбопытствовал сатир.
– Нет, не нравится! Доволен? Это и был твой вопрос? – выкрикнула она.
– Нет, путница, это было бы слишком просто. – Он захихикал, спрыгивая вниз и приближаясь к ней неровной походкой. Керри подавила желание отодвинуться: от сатира пахло давно немытым телом и экскрементами. – Меня интересует не эта схватка, а та, что будет. – Он постучал длинным желтым ногтем по развернутой книге. Гравюра немедленно стала объемной, оживая. Фигурки задвигались. Белая нападала, черная уклонялась. Резкий выпад – и черная фигурка отскакивает, зажимая раненую руку. Сатир щелкнул пальцами, и сражающиеся замерли. – Ну так что с ответом на мой вопрос?
Керри нервно облизнула губы:
– Я не понимаю. В чем суть твоего вопроса? Эта драка – уже прошлое!
– О да. Но благодаря тебе у них есть шанс ее повторить, не так ли? – Он сощурился, заглядывая ей в глаза. – Как ты думаешь, чем она кончится на сей раз?
– Никакой схватки не будет!
– Да-а? – издевательски протянул он. – Ты настолько наивна? Ты думаешь, что твой муж посмотрит сквозь пальцы на возвращение вампира? Просто смирится с ним, как мирятся с дождем или с засухой? А я вот так не думаю. Он ведь очень ревнив, твой лорд Арриера, не правда ли? А уж когда он узнает, почему  ты заключила сделку с Ойенгом, – сатир мерзко хихикнул, – не думаю, что он воспылает любовью к своему сопернику. В тот раз выиграл Арриера. А кто выиграет сейчас? Кем ты готова пожертвовать? Кем? Кем?..
Кристаллы льда сдвинулись со своих мест, окружая ее кольцом. Фигурки на гравюре снова зашевелились, сходясь в смертельном поединке. Сатир неожиданно вырос до потолка пещеры, нависнув над девушкой живой горой.
– Кем? Кем? Кем? – Многоголосое эхо отражалось от стен, возвращаясь к ней. – Я не слышу ответа, путница?
– Прекрати! Не надо! – Она стиснула грозившую разорваться голову. – Не надо!
– Тебе придется выбирать, – неумолимо звучало под стенами ледяной ловушки. – Кого ты выберешь? Тебе надо поторопиться, путница! Пока выбор не сделали за тебя! Чью смерть ты готова пережить? Кем пожертвовать? Кем? Кем?
– Нет!!! – заорала Керри. Ей надо выбраться из этой проклятой пещеры – но выхода не было. Везде были только кристаллы льда.
– Тебе придется ответить на мой вопрос! – Сатир снова захихикал, порождая эхо.
Керри медленно опустилась на ледяной пол. Рука ее потянулась к кинжалу, подброшенному женщиной в сером.
– Эта игрушка здесь бесполезна! – Сатир хихикал, не переставая. – Я отпущу тебя, только когда ты ответишь на мой вопрос!
– Я не могу на него ответить! Я хочу, чтобы они оба были живы! – простонала она.
– Тебе придется ответить! Придется выбрать! Придется!..
В воздухе над ее головой что-то взвизгнуло – и почти ударилось в один из ледяных кристаллов, окруживших ее. Почти – потому что стрела не долетела до цели, столкнувшись с невидимой преградой. Но этого оказалось достаточно. Ледяная ловушка покрылась трещинами, словно разбитое стекло, и начала осыпаться вниз. Сдавленно крикнул – и рассыпался осколками сатир. Всего несколько ударов сердца – и мир кристаллов исчез, превратившись в кучку мелкого стекла у ее ног. Поверх осколков упала сломанная стрела. Самая обычная стрела с синими перьями на конце.
– Мне надо было прийти раньше, – немного грустно раздалось сзади. – Зря я тянул. Как ты, Кер?
Девушка обернулась. Варрант стоял в нескольких шагах позади. За плечом стрелка привычно покачивался колчан с луком и стрелами. Керри нахмурилась:
– Ты тоже иллюзия? Которая меня не помнит?
Эльф задумчиво склонил голову:
– Любопытно. А почему я должен тебя не помнить?
– Не знаю! Ты призрак. Иллюзия в иллюзии. Бред какой. – Она поежилась. – Зачем ты здесь?
– Показать тебе выход. – Он едва заметно улыбнулся.
– Ну уж нет! – Керри скрестила руки на груди. – Хватит с меня. Не надо мне подсказок, не надо мне помощников, я сама разберусь! Если ты думаешь, что я пойду куда-то с тобой…
– М-да… – протянул Варрант. – Мне действительно нужно было прийти раньше. Нет, я, конечно, дух, но пока еще не подчиняюсь приказам этого места.
Она зло сверкнула шартрезовыми глазами:
– Так я тебе и поверила!
Варрант нахмурился:
– Ну и что мне надо сделать, чтобы тебя переубедить?
– Понятия не имею!
– Ладно. Тогда давай так. Я пока просто пойду вместе с тобой, но мешать тебе не буду. Может, по дороге смогу тебя переубедить?
Керри подозрительно сощурилась:
– Если ты – настоящий, то что ты здесь делаешь?
Варрант вздохнул:
– Я же уже объяснил. Я хочу помочь тебе выбраться.
– Зачем?
– Потому что ты одна не справишься! Не глупи, Кер! – Он шагнул в ее сторону. Девушка поспешно отшатнулась назад, выставляя перед собой кинжал:
– Не приближайся! С меня хватит ран!
– Ох боги! Хорошо. – Он развел руками. – Я не буду приближаться. Просто пойду рядом, но не буду подходить слишком близко. Пойдет? В конце концов, именно я вытащил тебя из этого ледяного гроба.
Керри прикусила губу и некоторое время разглядывала его. Эльф не был похож на того разбойника, что так странно – и немыслимо – появился на костюмированном балу. Сейчас Варрант был в форме армии повстанцев, спереди на куртке красовались две скрещенные синие линии – знак стрелкового отряда. Поверх рукавов были закреплены ножны для метательных звездочек. Совсем как во время войны с Некшарией.
Девушка вздохнула. А может, он и вправду настоящий? Хотя как он может быть настоящим, если он мертв?
– Ладно, иди рядом. Но не ближе, чем за два шага, – наконец решила она.

ГЛАВА 21

Клык – Свету.
Третьи сутки находимся у северного подножия Драконьих Пиков. Рыцарь пытается уточнить свой поиск, но пока продвижение идет по-прежнему хаотично. Плановые точки переноса все еще скрываются от нас под различными предлогами. Прошу разрешения на активное вмешательство, план «Взрыв».
Повторно запрашиваю разрешения устранить из команды Чужака. Первое впечатление о нем мне все более и более кажется ошибочным. Как мне кажется, у Пера возникли такие же ощущения. Чужак может быть опасен. Мы так и не смогли понять, обладает ли он магией. Настойчиво рекомендую произвести изыскания на сей счет среди людей Противостояния. Полагаю, что несвоевременное вмешательство Чужака может испортить наше дело.
Наши опасения относительно Неудачника не подтвердились. Его функционал неясен. Возникает впечатление, что Рыцарь тащит его с собой из каких-то сторонних побуждений. Возможно, он будет нужен на итоговом этапе поиска?
Пришлось устранить человека Противостояния. Он видел, как отправляется Перо, и поставил нашу миссию под угрозу. Приношу свои извинения, я помню о договоренности с Противостоянием – но другого выбора не было. Устранение прошло чисто, мы не раскрыты.
Перо нервничает. Мне сложно продолжать поддерживать видимость лояльного отношения, так как поведение Пера становится не вполне адекватно. Понимаю важность дела, но мы оговаривали определенные рамки. Прошу оказать воздействие на Перо, иначе высока вероятность обострения ситуации.
Жду указаний.

Перо – Свету.
Повторно прошу снять меня с задания. Вы переоценили мои силы. Я не справляюсь. Я НЕ СПРАВЛЯЮСЬ! Это выше моих возможностей.

Свет – Клыку.
Соблюдайте максимальную осторожность. Противостояние не должно знать о ваших способностях! Это может более чем серьезно ослабить наши позиции и почти гарантированно приведет к охоте за вашими головами!
Активное вмешательство в дела Рыцаря запрещаю. Последствия слишком непредсказуемы.
Исправь ситуацию с Пером. Меня не интересуют твои чувства! Как смеешь ты ставить свои эмоции выше важности нашего дела?!
Противостояние вышлет другого наблюдателя. Будьте внимательны, не подведите меня на этот раз. Обращаю ваше внимание: ему дан приказ убрать Неудачника. Не вмешивайтесь! Неудачник – не более чем случайная фигура, но ее присутствие в столь ответственном деле слишком чревато дополнительными неожиданностями. Мотивации Противостояния можете затребовать у нового наблюдателя, но в любом случае это их сектор, и они вправе так поступить без объяснений. Еще раз повторяю – не вмешивайтесь.
Чужака устранить не разрешаю. Войдите в более тесный контакт и под любым предлогом вытяните из него всю доступную информацию. Воспользуйся Пером или выполни эту миссию лично, если тебе это больше понравится. Мотивация неважна. Если подозрения – мои и Совета – подтвердятся – вам необходима будет поддержка. Пока ничего сообщать не буду.

Свет – Перу.
Не может быть и речи. Продолжай выполнять приказы. Твои эмоции не должны служить помехой делу Лиги.

ГЛАВА 22

Ралернан задумчиво смотрел на пляшущие языки костра. Три недели практически непрерывных поисков сузили зону потенциального нахождения артефакта до Драконьих Пиков и близлежащих окрестностей – но все равно этого было мало. Особенно с учетом того, что во многих местах эти горы были практически непроходимы.
Но вампир слишком устал за последнее время. Ему нужна была хотя бы небольшая передышка. При построении последнего портала он только чудом не наломал дров.
Галлик увлеченно рисовал на земле возле костра очередную магическую формулу – его не отпускала идея внести усовершенствования в используемый поисковый аркан.
– Ну лорд Арриера? – поинтересовался он, закончив свое творчество. – Вот если ее добавить на втором этапе построения кольца…
– …то получится полная чушь, – оборвал его Л'эрт.
– Ну откуда тебе знать?! – обиделся адепт. – Ты же не маг! И я не тебя, а Арриера спрашиваю!
– Спрашивать ты можешь кого угодно, а то, что получится чушь, – неоспоримый факт. – Вампир передернул плечами. – Лучше бы ты свои собственные навыки совершенствовал, чем в чужие заклинания лезть.
– А толку-то. – Галлик как-то разом сник. – Все равно у меня ничего путного не получится. Я слишком плохо умею концентрировать силу.
– А еще ты очень плохо умеешь думать тем овощем, что по недомыслию считаешь головой… Думаешь, обладание большой силой решит все проблемы? – Вампир послал Ралернану ехидную улыбку. – Ну-ну.
– Да, думаю! – Галлик обхватил руками колени и уставился в землю. – У меня ни одного стоящего заклинания не получилось!
– Почему ни одного? Как минимум одно получилось точно.
– Какое? – недоуменно поинтересовался адепт.
Вампир хмыкнул и демонстративно ткнул себя в грудь:
– Да зомби из меня сделать, какое же еще.
– А-а… – разочарованно протянул Галлик. – Так ты все равно же не зомби. Ты, наверное, с самого начала притворялся.
– Ага. Особенно когда твой драгоценный ректор мне в брюхе ножичком ковырял.
– Ну не знаю… В любом случае ты сейчас живой, значит, и раньше ты тоже как-то…
– Формально нет.
– Чего?
– Ладно, не будем об этом. Хочешь, я тебе слегка подскажу, как улучшить твои заклинания?
– О… ну да! А ты сможешь? Ну ты же правда не маг… вроде? – растерялся Галлик.
– Зато я много умных книжек читал. В раннем детстве. Глядишь, что-нибудь и вспомню.
– Э… ну… спасибо.
– Лаэрт, – Ралернан коснулся плеча вампира кончиками пальцев, – мы же как будто собирались устроить небольшой перерыв. Чтобы восстановить силы?
– Ну это же тебе  нужно восстановить силы, серебрянка, – съехидничал вампир. – Вот и восстанавливайся. Я не буду тебе мешать. Главное – питайся хорошо. А то что-то ты бледный последнее время.
Ралернан непроизвольно потер повязки, охватывавшие его руки от запястий до локтей. Сначала Л'эрт применял магию восстановления, чтобы залечить порезы, но в последние дни он счел это излишней тратой сил. Эльф уставился на пляшущее пламя костра. Кто бы мог подумать, что он по собственной доброй воле будет отдавать свою кровь этому подонку! Как жаль, что у него нет другого выхода, чтобы найти Керри! Боги, скорей бы все это закончилось… Странно, он всегда думал, что вампиры зубами пользуются, чтобы пить кровь… Может, Ра'ота просто теперь не может кусать из-за всех этих умираний и воскрешений? Хотя зубы у него не выпали. К тому же эта его привычка накладывать заклинание онемения на зону пореза – на то время, пока он пьет кровь… Зачем? Наверняка не для того, чтобы уменьшить боль – иначе он продолжал бы лечить наносимые им разрезы… Ралернан потряс головой. О чем только он думает?!
Тем временем Л'эрт стер фигуру, нацарапанную на земле Галликом, и начал наносить на выровненный участок земли ряд каких-то формул. Адепт увлеченно следил за ним, то и дело задавая удивленные вопросы. В глазах Галлика мало-помалу начало загораться что-то вроде восхищения.
Ралернан задумчиво смотрел на вязь Высшей Речи, перемежаемую математическими символами. Интересно, а насколько хорошо вампир разбирается в белой  магии? Что-то он знает точно, иначе не смог бы переделать поисковый аркан таким образом, чтобы тот казался созданным эльфом. Но вот насколько? Впрочем, навряд ли вампир стал бы его обучать. Разве что с намеренными ошибками – чтобы проще было потом победить. Ралернан поймал себя на мысли, что завидует Галлику. Он вздохнул и снова уставился на огонь.
Шум приближающихся шагов отвлек эльфа от размышлений. К костру подошел белый маг Кретвик. Несмотря на то что Ралернан вынужден был терпеть присутствие посланцев Главы Белой Лиги, в моменты передышек белые маги предпочитали держаться обособленно. Их костер горел на противоположном конце поляны, и даже вампир с его острым слухом не мог проникнуть в разговоры соглядатаев.
– Как вы себя чувствуете, лорд Арриера? – вежливо поинтересовался Кретвик, усаживаясь рядом с ним. – Выглядите вы не вполне хорошо.
– Я просто устал, – скрипнул зубами эльф. Нет, он понимал необходимость соблюдения взаимной вежливости, но от бесед с Кретвиком его уже конкретно тошнило. Периодически он сожалел, что воспитание не позволяет ему прервать эти беседы – как обычно вел себя вампир.
– Вам нужно хорошо отдохнуть, чтобы следующий поиск был успешен. Но, я смотрю, ваш друг тоже выглядит несколько бледным.
Вампир оторвался от прорисовки формул и повернул голову к Кретвику.
– Это аристократическая бледность. Ничего-то вы, плебеи, в красоте не понимаете! – небрежно бросил он, презрительно сощурившись.
– Лаэрт! – ошеломленно выдохнул эльф.
– Нет-нет, все в порядке, – успокоил его Кретвик. – Полагаю, герцог просто сегодня не в духе.
– Э… да… – покорно согласился Ралернан. Под «не в духе», надо полагать, белый маг имел в виду «пьян». – Мы все несколько устали после последнего перехода.
– Я, собственно, как раз хотел предложить свою помощь. – Кретвик вытащил из складок плаща небольшую фляжку. – Я считаюсь одним из наилучших целителей Белой Лиги. Этот эликсир будет весьма способствовать скорейшему восстановлению ваших сил. – Он открутил крышку и протянул флягу Ралернану. Тот неуверенно понюхал. Пахло в общем-то приятно – сладковатый запах наводил на мысли о выпечке или конфетах.
– Спасибо. Вы очень любезны. – Эльф не был полностью убежден, что напиток – действительно лекарство, но выказывать недоверие явным образом было слишком уж невежливо. А Кретвик, судя по всему, терпеливо ждал, пока он выпьет. Эльф поднес флягу ко рту, но не успел сделать и одного глотка, когда вампир буквально выдрал сосуд у него из рук.
– А мне ведь тоже можно, да? – невинно спросил Л'эрт у белого мага.
На лице последнего не дрогнул ни единый мускул.
– Да, герцог, конечно. Сделайте одолжение.
Л'эрт перевернул флягу над горлом и опустошил ее в несколько глотков.
– Вкусно! А я всегда считал, что лекарства – исключительно противная вещь, – безмятежно улыбнулся он.
– Ну что вы. – Кретвик одарил его встречной улыбкой и повернулся к Ралернану: – Моя помощница приготовит еще одну порцию и принесет вам чуть позже. Вам тоже надо восстановить силы.
– А как оно действует? – полюбопытствовал вампир. – Что-то я пока ничего не ощущаю.
– Ну это же не заклинание. Необходимо, чтобы состав усвоился организмом. Подождите пару часов, и вы сразу заметите изменения. Что ж, – Кретвик плавно встал, – не буду больше досаждать вам своим обществом. Кроме того, мне нужно будет помочь Лакерре приготовить вторую порцию. – И он сделал пару шагов в сторону своего костра. Дальше Кретвик уйти не успел – навстречу ему вылетела Лакерра, еще более бледная, чем обычно. Зеленые глаза девушки лихорадочно блестели.
– Как… да как вы только могли? Как посмели?! – громко выпалила она. – Это же подло!
– Лакерра, мы обсудим это позднее. – Маг жестко схватил ее за локоть, пытаясь увлечь в сторону, но девушка с неожиданной силой высвободилась.
– Не пейте то, что он принес! – нервно обратилась она к эльфу.
– Оп-па! – Вампир состроил удивленное лицо. – А что, Кретвик что-то напутал и нечаянно подсунул нам немножко яда? Как любопы-ы-ыытно…
– Нет… вовсе не яда. – Лакерра несколько растерялась. Кретвик снова взял ее за локоть и повернулся к остальным:
– Моя помощница излишне впечатлительна. Дело в том. что состав, который я вам принес, может оказывать небольшие побочные эффекты. Но основа его, несомненно, обладает высокой целительной силой. Ведь обладает же, не так ли? – Он взглянул на Лакерру.
Та судорожно сглотнула.
– Но… зачем надо было это делать? – совсем тихо возмутилась она. – Можно же было использовать и другие методы!
– Мы должны оказывать всяческую помощь лорду Арриера. На то есть прямое указание Главы Белой Лиги. Или ты забыла? – Голос Кретвика был весьма холоден.
– Но нельзя же при этом поступать так бесчестно! – В ее глазах сверкнули слезы. – Я и не думала, что вы можете пойти на такое! Я так вас боготворила!
– Лакерра, этот разговор мы можем продолжить наедине! – Сквозь обычную бесстрастность на миг прорезалась злоба.
– Я не хочу ничего продолжать наедине! Вы меня вовсе не слушаете! Вы меня только терпите! Я так жалею, что согласилась пойти с вами! Я надеялась, что смогу привлечь ваше внимание! Быть полезной! А вы смотрите на меня только как на лабораторный инструмент! – Слезы стремительно катились по ее щекам, но девушка их не замечала. – Неужели вы не понимаете…
– Да приди в себя! – Кретвик размахнулся и наотмашь хлестнул ее рукой по лицу.
Лакерра оборвала свой монолог на полуслове и слегка шатнулась назад. Ралернану потребовалось несколько секунд, чтобы выйти из оцепенения, вызванного действиями мага, и вклиниться между ним и девушкой. На щеке Лакерры проступили ярко-алые следы пальцев Кретвика.
– Я не допущу такого в моем присутствии, – холодно проинформировал белого мага Ралернан. – Это абсолютно недостойное поведение! И как только вам могло в голову прийти поднять руку на женщину?!
Лицо Кретвика перекосила гримаса бешенства.
– Лорд, вы не владеете ситуацией! Если бы вы были на моем месте, я уверен, вы бы поступили так же! Лакерра в последнее время совершенно сошла с ума! Вещи, которых она от меня требует, абсолютно невозможны и недопустимы!
– Требую?! – тихо ахнула Лакерра. – Я ничего не требую! Я просто… я же люблю вас!
– Как мило, – вмешался вампир. – И как романтично!
На него одновременно уставились три пары разозленных глаз. Реплика была явно несвоевременной.
– Твоя, как ты изволишь выражаться, «любовь» мешает мне спокойно работать! Да ты не даешь мне и минуты спокойно побыть! Куда бы я ни повернулся, я постоянно натыкаюсь на твой телячий взгляд! Это что, нормально?! Неужели ты не можешь найти себе другой объект для обожания?! Или ты настолько глупа, что действительно думала, будто я увлекусь такой серой мышью, как ты? – Кретвик раздраженно сплюнул и стремительно пошел прочь.
Лакерра громко всхлипнула и бросилась в противоположную сторону, с громким шумом проламываясь через подлесок. Плач ее был слышен еще очень долго.
– Весело, – задумчиво констатировал вампир, подкидывая очередную ветку в костер. – Кстати, – он повернулся к Ралернану, – серебрянка, не делай больше таких глупостей, договорились?
– Ты про что? – недоуменно поинтересовался эльф.
– Я про «лекарство», которое Кретвик пытался в тебя влить. Я-то полагал, что у тебя уже в крови должно быть недоверие к таким жестам. Как же ты выживал-то в дворцовых интригах с такой доверчивостью к людям?
– Подожди… – Ралернан потер тыльной стороной ладони лоб. – Но ведь Лакерра вроде как подтвердила, что это не яд. Правда, я не понял, о каких нежелательных эффектах идет речь…
– Ну да, не яд. В целом это действительно довольно неплохой целительный эликсир. С одной небольшой поправочкой. Они добавили туда «сыворотку правды». Ну и соответственно тебя неудержимо пробило бы поведать господам магам все интимные стороны своей жизни.
– Но… а зачем ты ее выпил? – растерялся эльф. – У тебя что, тайн меньше?
Вампир приглушенно рассмеялся:
– Перетопчешься, серебрянка. Мои тайны побудут со мной. А такая трава на меня не действует. Метаболизм не усваивает-с.
– А алкоголь, значит, усваивает? – слегка запутавшись, возразил Ралернан.
– Ага. Удобно, правда? – издевательски подмигнул ему Л'эрт.
Эльф прошипел себе под нос пару ругательств и отвернулся. Ладно, боги со всем этим. Да и проверить, прав вампир или это очередной приступ его подозрительности – невозможно.
Вампир вернулся к прорисовке формул для Галлика. Последний никак не прокомментировал состоявшийся диалог: белым магам он изначально не очень-то доверял, а в тайны Л'эрта предпочитал не лезть. Все равно тот, как показывал опыт, ничего не стал бы объяснять.
Ралернан продолжил вдумчивое изучение пламени. Время текло медленно и незаметно. Постепенно эльфа начало клонить в сон. Он кинул беглый взгляд на небо. Первые звезды уже загорались.
– Лаэрт?
– Ну? – Вампир оторвался от общения с Галликом. Ему тоже хотелось спать, но адепт слишком воодушевился идеей обучения. А точнее – тем, что, кажется, у него уже кое-что стало получаться.
– А ты можешь определить, куда ушла Лакерра? Что-то ее долго нет…
– О боги. Ну могу, а зачем? Ты ее что, утешать собрался? Поплачет и успокоится, делов-то.
– Вообще-то это совершенно ненормально: спокойно смотреть, как девушка так убивается. Но я не о том. Тут могут быть дикие звери…
– Ну она же маг. Сделает «щелк-щелк» пальцами – и все дикие звери превратятся в бифштекс.
Ралернан покосился на Галлика и попытался максимально сосредоточиться.
– Тот, переодетый бардом, тоже был магом. Я нехочу, чтобы ее убили. Надо ее найти, –  мысленно передал он вампиру, делая промежутки чуть ли не после каждого слова.
– У-уф-хф… Ладно, найду я твою ведьмочку. – Л'эрт поднялся, потягиваясь всем телом, как огромный кот.
– Зря ты. Она действительно довольно милая девушка.
– Милая, милая. Это не мне нужно глаза раскрывать, а Кретвику. Интересно, ты ко всем врагам так относишься? – Он издевательски выгнул бровь. – Кстати, пообещай мне одну вещь.
– Какую?
– Если я потеряюсь, ты тоже пойдешь меня искать. – Вампир мерзко хихикнул и растворился в чаше. Взбешенный взгляд эльфа наткнулся только на слегка качающиеся ветки.

Найти Лакерру не составило особого труда. Собственно, эльф мог бы и сам справиться с этим: девушка оставила за собой весьма приметную дорожку из смятых и поломанных веток. Но ушла она довольно далеко – вампиру пришлось потратить больше часа, пробираясь по ее следу. О приближении цели поисков он догадался, почувствовав довольно едкий дым, проникающий через листву.
– Оригинально. Сбежать на такое расстояние, чтобы сварить очередную мерзость для поправки здоровья? – пробормотал Л'эрт себе под нос, продолжая неслышно продвигаться по проложенному Лакеррой следу.
Наконец, отодвинув в сторону очередную ветку, он выбрался на небольшую полянку. Магичка сидела к нему спиной подле небольшого костерка, явно питаемого магией, и мешала какое-то варево. Последнее имело вид и запах чего-то сильно протухшего. Возле костерка аккуратной кучкой лежали недавно собранные травы.
Л'эрт беззвучно скользнул поближе, остановившись прямо за спиной Лакерры. Она его не слышала – перемещения вампира слишком тихи для человеческого слуха. Девушка задумчиво покопалась в собранной траве и выудила тоненькую веточку бледно-салатового цвета с округлыми бархатными листьями. Немного поколебавшись, она бросила ее в котелок, пробормотав под нос кусочек заклинания.
Вампир, слегка недоумевая, следил за ней. Салатовая травка называлась орчикой и была вообще-то довольно сильным ядом. Белые маги решили заменить сыворотку правды чем поэффективнее? Мгм…
Тем временем Лакерра перестала помешивать свое варево и, набрав немного в ложку, подула на нее, стараясь остудить. Л'эрт беззвучно выругался. Вот этого только еще не хватало!
– Я тебе не помешаю? – вежливо поинтересовался он вслух.
Лакерра подпрыгнула от неожиданности, услышав посторонний голос в шаге позади себя, и резко развернулась. Ложка выпала из ее пальцев.
– Изм… Ох, герцог… Я не слышала, как вы подошли.
– Надеюсь, я не напугал тебя?
– Нет-нет. – Магичка неосознанно шатнулась назад, увеличивая дистанцию, и нечаянно задела подолом мантии котелок с эликсиром.
Но прежде чем кипяток опрокинулся ей на ноги, Л'эрт успел схватить ее в охапку и отпрыгнуть в сторону. Там, где вылилось варево, трава задымилась и начала скукоживаться.
– Забавные у тебя снадобья, – прокомментировал вампир, переходя на другую сторону полянки и опускаясь на траву. Лакерру он посадил себе на колени.
– Я… я… ну… это… от насекомых… чтоб ночью не досаждали…
– Н-да… – Л'эрт посмотрел на место, куда вылилось зелье. Дымящаяся трава уже исчезла, оставив неприятного вида проплешины в зеленом покрове. – Наверное, сильно досаждали?
– Кто?
– Насекомые. Я, конечно, не специалист, но не думаю, что имеет смысл повторять данный опыт. По-моему, запах разогнал всю живность на три дня пути вокруг.
Лакерра закашлялась. Запах действительно был еще тот. Л'эрт незаметно щелкнул пальцами, вызывая аркан очищения воздуха.
– Я… очень благодарна вам… но не могли бы вы меня отпустить? Мой эликсир сюда не дотечет.
– На траве вообще-то холодно и сыро. Простудишься еще.
– Но… но это же неприлично! – Лакерра попыталась сдвинуться, но пальцы вампира на ее талии превратились в стальное кольцо. – Эй, отпустите меня!
– Ты мне настолько не доверяешь? – Л'эрт склонил голову.
– При чем тут доверие? – Она нахмурилась. – Просто… это неправильно! Да пустите же!
– Давай меняться? Я тебя отпускаю, а ты выполнишь одну мою ма-а-аленькую просьбу.
– Какую просьбу? – Брови Лакерры сошлись в одну тонкую линию.
– Я тут поспорил с Арриера… Вот какой у тебя на самом деле цвет волос?
– Э… ну… – Магичка растерялась. – Ну светлые… – Она неуверенно коснулась рукой туго скрученного пучка на затылке.
– Ага… Так я и думал. Ты не возражаешь, если я посмотрю? – Не дожидаясь ответа, его пальцы затанцевали над ее прической. Лакерра не успела даже ничего понять, как шпильки упали на землю, а волосы ее волнами рассыпались по плечам. – Действительно светлые. – Вампир задумчиво пропустил через пальцы одну прядь. – Соломенный лен. Красиво, кстати.
– Я… да что вы себе позволяете!!! – Она резко вскочила. На сей раз Л'эрт ей не препятствовал. Но вот собрать обратно в пучок пушистую гриву у нее не получалось. Отчасти еще и потому, что большую часть шпилек вампир зашвырнул довольно далеко. – Герцог, это совершенно возмутительно!!! Кто дал вам такое право?!
– С распущенными волосами тебе больше идет. – Он лениво потянулся, закидывая руки за голову и опираясь спиной на ствол дерева. – А когда ты сердишься, у тебя очень симпатичный румянец.
– Что? Да как… Да зачем вы вообще сюда явились?!
– А у меня хобби такое. Гулять ночью по лесу и наблюдать, как очаровательные леди пытаются на тот свет отправиться, – небрежно протянул Л'эрт.
– Я не пыталась… – Она страшно покраснела. – И я вовсе не очаровательная…
– М-да? Мне казалось, что ты хотела глотнуть пару ложечек того милого зелья, что сожгло здесь полполянки. Я не прав?
– Это не ваше дело!!!
– Строго говоря – да, абсолютно не мое. Ты против, что я вмешался?
Лакерра стиснула руки в кулаки.
– Я хочу побыть одна. Не могли бы вы оставить меня?
– Меня прогоняют? После того, как я спас тебя? Фу, как некрасиво…
– Но… – Она растерялась.
– Но – что? – Л'эрт уставился ей прямо в глаза. – Или ты собираешься повторить сей опыт с отравой?
– Да какая вам-то разница?!
– Вообще-то просто жалко. На земле не так уж и много красивых девушек, чтобы просто стоять и смотреть, как одна из них занимается самоубийством.
– Опять вы издеваетесь! Я не красивая!!!
– Н-да? И кто тебе сказал такую чушь? Кретвик?
Лакерра медленно опустилась на траву и заплакала, закрывая лицо руками.
– Вы… вы не понимаете… я думала, я хоть немного ему нравлюсь… а он…
Л'эрт незаметным движением переместился ближе и слегка приобнял ее за вздрагивающие плечи.
– Тш-ш-ш… не надо плакать из-за всяких недоумков.
– Он не недоумок… Он… понимаете… Я всю жизнь о нем мечтала!.. Еще когда он у нас преподавал! Я специально пошла в его группу, когда объявили новый набор! Я так старалась… Я думала, он меня заметит… Наверное, я действительно недостаточно хороша для него. – Она хлюпнула носом.
– Ну ты же не мальчик… – нейтрально заметил вампир.
– Я не… что? Какой еще мальчик?.. – Лакерра подняла на него заплаканные глаза.
– А, так ты не в курсе? Твой Кретвик – он мальчиков предпочитает. Недавно, когда ты болела, он пытался к Галлику приставать. Еле отвадили. Бедному адепту полночи кошмары снились. Неприятный тип этот твой Кретвик. – Голос вампира был пределом искренности.
– Ччч… ш-ш… – Глаза магички стали абсолютно круглыми, как блюдца. – П-п-правда?!
– Естественно. Зачем мне тебе лгать, скажи на милость? – Л'эрт небрежно пожал плечами.
– Великие боги!.. – Она прижала ладони к изумленному лицу. – Какой ужас.
– Да, приятного мало, конечно. Ты, главное, не расстраивайся из-за этого. – Он погладил ее по голове.
– Боги… а ведь… он же действительно… в академии он ни с кем не встречался… – растерянно прошептала она.
Л'эрт слегка нахмурился. Эта новость была несколько странной. Кретвик не произвел на него впечатления монаха.
– Ну вот видишь. А ты не верила. – Он провел пальцами по ее щеке, вытирая слезы.
– Вы… вы опять себя неправильно ведете… – тихо возмутилась Лакерра.
– Почему? Тебе нравится сидеть с мокрым лицом?
– Ну… нет. Но вы могли бы предложить мне платок. Не обязательно пальцами же!
– У меня нет платков. Что-то поиздержался я в последнее время. Но ты права – пальцами не обязательно. – Он наклонился ближе и коснулся губами уголка ее рта. Лакерра замерла, на щеках у нее вспыхнули красные пятна.
– Вы с ума сошли! – выдавила она.
– Но ты же сама просила, чтобы не пальцами! – делано возмутился Л'эрт.
– Но… но…
– Тебе не нравится? – мягко поинтересовался он, снова касаясь ее губ. На сей раз поцелуй получился более продолжительным. Лакерра не сразу смогла восстановить сбившееся дыхание.
– Пожалуйста, перестаньте… – наконец выдавила магичка. От его поцелуев слегка кружилась голова. – Я ведь даже не люблю вас.
– Это разбивает мне сердце, – подкупаюше серьезно ответил Л'эрт.
– Но…
– Ш-ш-ш… Не волнуйся…
Его слова обволакивали теплым покрывалом. Лакерра не заметила, как пальцы Л'эрта пробежались по застежкам мантии, распахивая ее по всей длине. От его ладоней по ее телу раскатывались волны густого тепла, и возражать совсем не хотелось.
Руки магички, словно против ее воли, скользнули по его спине, прижимая ближе, еще ближе… С легким шорохом белая мантия упала на траву. Секундами спустя туда же полетели оставшиеся предметы нижнего белья. Пальцы Л'эрта проникли в самое интимное место, вызывая нервную дрожь. Лакерра сдавленно выдохнула.
– Герцог… стойте… пожалуйста… – Она попыталась перехватить его руки. – Не надо больше… Это… мне нельзя… – В зеленых глазах скользнул неподдельный испуг. Л'эрт слегка нахмурился.
– Почему нельзя? – Пальцы его скользнули по ее соску, вызвав приглушенный стон.
– П-пожалуйста… я могу… потерять контроль…
– Теряй. Я разрешаю. – Вампир улыбнулся кончиком рта.
– Я… это опасно… ох, боги… Правда… ну стойте же…
– Ты мне доверяешь? – Он коснулся губами ее виска. – Ведь доверяешь же? Не бойся, милая.
– Я могу… я могу… причинить тебе боль…
– Ты что-то перепутала, – тихо усмехнулся Л'эрт. – А мне казалось, что как раз наоборот.
– Вы не… понимаете…
– Тщ-ш-ш… не волнуйся. Все будет хорошо. Обещаю. – Вампир бережно опустил ее на разбросанную по траве одежду. Лакерра какое-то время еще помнила о необходимости остановить его, но вскоре ласки Л'эрта погрузили ее в почти бессознательное состояние.
Маленькую искорку боли она едва заметила. Волны наслаждения накатывали на нее, вызывая сладкие стоны. А потом мир исчез, затопленный очередной волной. Лакерра закричала.
Л'эрт чуть не поперхнулся, когда тело девушки, сжимаемое им в объятиях, начало стремительно меняться, покрываясь перьями. Нет, против перьев он ничего не имел, они были довольно мягкие на ощупь, но все же… Зеленые глаза вылиняли, став янтарно-прозрачными. В чертах лица появилось что-то непереносимо хищное. Ногти на руках начали стремительно удлиняться, все больше и больше напоминая когти дикого зверя. Всего миг – и эти когти пропороли спину вампира, словно бумажный лист. Л'эрт с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Было больно. В воздухе повис металлический запах крови. Лакерра издала еще несколько криков – и наконец бессильно обмякла в его руках, тяжело дыша.
Вампиру показалось, что прошло около четверти часа, прежде чем янтарные глаза начали принимать более-менее осмысленное выражение. И почти сразу же началась обратная метаморфоза. Л'эрт зашипел, когда когти царапнули по еще свежим ранам на спине. Перья исчезали, сливаясь с белой кожей. Глаза магички снова приобрели первоначальный цвет зеленой травы.
Лакерра недоуменно уставилась на свои пальцы, вымазанные в крови вампира.
– О, боги… – вырвалось у нее. – Боги, что же… – В ее глазах застыл испуг.
– Ну ты же меня предупреждала, – относительно спокойно произнес вампир.
– Я… я же чуть не убила тебя! – в панике прошептала она.
Л'эрту категорически не понравилось выражение ее лица. Казалось, еще чуть-чуть – и она ударится в истерику. Он обнял Лакерру за плечи, прижимая к себе.
– Ну не убила же! – На его губах появилась беспечная улыбка. – Знаешь, а ведь у меня никогда не было настолько удивительной девушки. А царапины – это мелочь. Заживут.
– Т-ты… меня не боишься? – Зеленые глаза распахнулись от изумления.
– Бояться? Глупости какие. – Он нежно поцеловал ее в щеку.
– И… тебе не противно? – тихо уточнила она.
– Нет, мне не противно, – сделав большие глаза, передразнил он. – Честное слово! Но мне любопытно – что это было. Я и не знал, что маги так умеют.
Лакерра обхватила руками его за шею, утыкаясь лицом в грудь, и расплакалась. Л'эрт недоуменно коснулся ее плеча:
– Милая, ты чего? Все же в порядке, нет? И вообще, мне нравятся птички. Помню, когда был маленьким, обожал прикармливать всяких пернатых тварей.
Лакерра издала нервный смешок:
– Боги… ты… ты такой хороший…
Л'эрт очень хотел сказать, что вовсе он не хороший и влюбляться в него на данной почве совершенно необязательно, но момент был слегка неподходящий.
– Все… раньше… кто видел, как мы перекидываемся… особенно если частично… я привыкла уже видеть омерзение на их лицах… они нас боялись… презирали и ненавидели…
– Я не очень понимаю. – Он убрал упавшую ей на лицо прядь волос. – Расскажи по порядку, ладно?
Лакерра помнила, что рассказывать ей категорически запрещается. Что если кто-то узнает, что она нарушила свою клятву… Смерть покажется ей наслаждением. Но они обращались с ней как со зверем, выставленным на потеху публике… А он… он был так ласков… И потом… он все равно уже видел, как она частично перекинулась…
– После сражения за Белую Башню наша Лига, – слегка неуверенно начала она, – приняла решение создать отряд… боевых магов. Белая магия изначально не направлена на атаку – только на защиту. Видоизменить заклинания оказалось практически невозможно. Но оказалось возможным изменить самих магов. – Лакерра прикрыла глаза, вспоминая часы, дни и месяцы пыток различными травяными составами. Пыток, после которых полы лаборатории становились мокрыми от крови, а количество подопытных неумолимо сокращалось. – Они придумали несколько эликсиров… Которые смогли превращать людей… в нечто иное… Отряд боевых магов изначально формировался для борьбы с новой нечистью, выпущенной в мир Черной Лигой. Не знаю, правда ли это. Меня ни разу не посылали против упырей. Возможно, кого-то и посылали… У нас не стало друзей… после… превращения… Даже среди своих… мы были чужими… Превращение… сильно поменяло нас… внешне. – Лакерра с тоской посмотрела на свою руку. – У меня была загорелая кожа, почти бронзовая. А теперь я могу сколько угодно находиться на солнце, но все равно останусь вот такой… Кое у кого полиняли глаза. Это хуже – мешает появляться на людях, поскольку выдает нечеловеческую сущность. Кое у кого – волосы, преждевременно поседев. Наверное, только Кретвик не утратил ничего… Не знаю. Он стал одним из первых метаморфов. – Магичка вздохнула. – Во всяком случае, он самый старший из нас. Я думала, раз он смог сохранить свою внешность, у меня тоже получится. Я его так обожала. Еще до того, как узнала, кто он. А потом… потом он предложил мне пройти превращение. Я согласилась. Я думала, это знак внимания с его стороны. – Она зябко поежилась. – А став одной из отряда, я потеряла все. Даже право на самостоятельные действия. Нас слишком мало, чтобы Белая Лига могла выпустить нас из-под своего контроля. В академии мы носили специальные кольца, мешающие нам удалиться за пределы Гринатаира. Сейчас с меня кольцо сняли… Им надо было, чтобы я могла летать. Но, думаю, Кретвик все равно нашел бы меня, даже пожелай я скрыться.
– Кретвик превращается во что-то вроде волка, верно? – спокойно уточнил вампир.
– Откуда ты знаешь? – изумленно выдохнула она.
– Да так, догадался. – Перед мысленным взором Л'эрта встал труп черного мага. – А ты, значит, в птицу…
Лакерра сглотнула.
– Хочешь… посмотреть, на что я похожа, когда превращение полное? – нерешительно произнесла она.
– А тебе не больно менять форму?
– Нет. – Она качнула головой. – Я только не знала, что это может получиться самопроизвольно… Нас всегда учили контролировать себя, но я не думала… – Лакерра окончательно смутилась и покраснела.
– Эй, ты же обещала показать! – прервал ее размышления вампир.
Магичка покорно отодвинулась в сторону и закрыла глаза. По ее телу прошла рябь. Кожа словно взорвалась изнутри, прорванная лезущими перьями. Тело девушки судорожно изогнулось по какой-то немыслимой дуге. Перья на руках все удлинялись, пока руки не приобрели почти полное сходство с крыльями. Ноги плавно сжимались, превращаясь в огромные когтистые лапы. Нос резко увеличился, становясь жестким клювом. Глаза снова приобрели прозрачно-янтарный цвет. Еще несколько мгновений – и перед Л'эртом стоял огромный, в рост человека, орел. Ударом одной лапы такая птица могла переломить хребет довольно крупному хищнику.
Вампир спокойно приблизился к птице и погладил ее по хохолку на голове.
– Знаешь, а ты и в этом облике красивая. Хотя, пожалуй, человеком ты мне нравишься больше. Будешь превращаться назад или нужно некоторое время?
Янтарный глаз, повернутый в его сторону, мигнул, на миг в нем мелькнуло что-то разумное. Обратное изменение было более быстрым – но несколько более пугающим. Впрочем, Л'эрта сложно было смутить изменениями как таковыми. Высшие вампиры меняли форму похожим образом, и он достаточно насмотрелся, как перестраивают тело Карвен с Глонком. Правда, до сих пор Л'эрт полагал, что люди ничего подобного провернуть не могут. Что ж, значит, он ошибался.
Лакерра смущенно скрестила руки на груди, кутаясь в распущенные волосы.
– Как странно не видеть отвращения… – прошептала она.
– Дурочка. – Вампир поцеловал ее в макушку. – Ты действительно очаровательна.
– Ты правда так считаешь? – Магичка слегка склонила голову.
– Ага. Сейчас докажу. – Улыбка Л'эрта была мягкой и искренней.

ГЛАВА 23

Ралернан раздраженно потер гудящую голову.
– Мы топчемся на этом проклятом месте уже несколько дней!
– Угу, – индифферентно согласился вампир.
– Да что с тобой уже? – зло сощурился эльф. – Ты как сонная муха! Неужели ты не понимаешь, что пока мы не продвинемся вперед…
– Да-да. – Л'эрт зевнул, прикрывая рот ладонью. – Я все помню.
– Нам нужно придумать что-то новое, чтобы ускорить поиски! Такими темпами мы будем еще год искать этот проклятый артефакт!
– Что нам действительно нужно – так это избавиться от Кретвика. В смысле – незаметно.
– Только от Кретвика? Помнится, раньше ты не доверял обоим белым магам, – подозрительно уставился на него Ралернан, – С чего это ты вдруг решил поменять свое мнение?
– Не мнение. Ситуацию. – Вампир снова зевнул. – А что касается поисков… Я нашел нужное место.
– Ч-что? – Глаза эльфа полезли на лоб. – Когда?! Почему ты молчал об этом? – Он схватил Л'эрта за отворот куртки, явно намереваясь хорошенько встряхнуть. Вампир с недовольной гримасой перехватил его руки.
– Вчера. А молчал – потому что нам сначала нужно избавиться от эскорта. Они могут вмешаться в самый неподходящий момент. С учетом того, что артефакт идентифицируется как живой объект, последствия могут быть непредсказуемыми. Вот, смотри. – Он перевернул руку ладонью вверх. В воздухе повисла едва видимая карта. Сначала она была абсолютно идентична той, что показывал последний составленный поисковый аркан, но вскоре зона, выделенная золотым мерцанием, стала стремительно сокращаться, сжавшись, в конце концов, в одну невыносимо яркую точку в районе Драконьих Пиков. Вампир сжал пальцы, и карта исчезла.
Ралернан нервно сглотнул.
– О боги… Хорошо, я что-нибудь придумаю с соглядатаями. Ты ведь сможешь построить туда портал?
– Нет.
– Нет? – Эльфу показалось, что он ослышался. – Но… я дам тебе кровь! Столько, сколько нужно.
Л'эрт покачал головой:
– Да при чем тут кровь, серебрянка? Эта зона… В общем, если говорить упрощенно, она защищена от любого магического вторжения. Мой портал добьет только к подножию гор. Дальше придется идти пешком.
– Пешком?! Но эта часть Драконьих Пиков считается непроходимой!
– Просто никто особенно и не пытался прогуляться в тех местах, – проворчал вампир. – Там нет никаких жилых поселений на многие мили вокруг.
В воздухе раздался тоненький свист, почти сразу же исчезнувший. Ралернану показалось, что где-то рядом сработало мощное заклинание.
– Что за?.. – Он стремительно поднялся на ноги, недоуменно оглядываясь в поисках источника звука.
– Слева! – Л'эрт тоже вскочил. Вампир слишком устал за последние дни, его слегка пошатывало, а движения потеряли привычную стремительность.
В указанной им стороне громыхнуло, на несколько секунд из-за деревьев блеснул оранжевый сполох. Ралернан метнулся в направлении шума. Если ему не изменяла память, там собирался ставить какие-то свои магические опыты Галлик. Но происходящее имело неприятный привкус опасности и на опыты похоже не было.

Галлик заканчивал вычерчивать очередную магическую фигуру, когда его внимание привлекли странные колебания магического фона – будто буквально в нескольких шагах от него кто-то построил портал. Адепт нахмурился, проворно вскакивая с коленей. Неужели Арриера с герцогом решили уйти без него? Неприятно кольнули иголочки обиды. Ну да, конечно. Он же бессмысленная обуза.
Галлик покосился на выведенную на мокрой от ночной росы земле фигуру. У него почти ничего не получается. Даже с учетом тех советов, что ему дал герцог. Все равно – только самые простейшие вещи. Конечно, он только мешался бы под ногами у Арриера…
Ощущение постороннего присутствия возникло неожиданно – словно кто-то коснулся его спины ледяной рукой. Галлик резко развернулся. Позади него, небрежно скрестив руки на груди, стоял незнакомец, закутанный в черную мантию. Капюшон был откинут, давая возможность разглядеть резкие черты бледного лица – и глаза, поистине жуткие глаза. Зрачки казались растекшимися на всю радужку – сплошные черные точки. Но самым страшным Галлику показалось то, что белки глаз имели ярко-красный цвет. Словно незнакомец измазал глаза кровью.
Адепт сделал неуверенный шаг назад, отводя взгляд в сторону и стараясь не смотреть незнакомому магу в лицо. Незнакомец пугал его, хотя Галлик пытался этого и не показать.
– Кто вы и что вам здесь надо? – спросил адепт. Ему удалось скрыть дрожь в голосе.
Незнакомец неприятно улыбнулся, демонстрируя зубы. Галлик придушенно охнул – у его собеседника были длинные, как у зверя, клыки.
– Твоя жизнь, смертный. – И он бросился на адепта.
Галлик стремительно выставил перед собой руки. Атакующее заклинание – последнее из тех, что он разучивал с Саранциа, – всплыло будто само собой. С кончиков пальцев адепта сорвались белые молнии, ударившие точно в грудь нападавшего. В воздухе раздался грохот. Вампира отбросило на несколько шагов назад.
Галлик нервно выдохнул. У него… получилось? Получилось?! Но обрадоваться адепт не успел. Заклинание, долженствовавшее прожечь в противнике дыру, только отбросило вампира – тот уже вставал на ноги. Вокруг его фигуры разлилось неприятное оранжевое свечение. Галлик попятился. Он знал этот аркан. И не знал, что ему противопоставить. Адепт начал плести защитное заклинание, но закончить его не успел – свечение вокруг фигуры нападавшего ярко вспыхнуло – и устремилось к нему, по пути разбиваясь на горящие полосы. Полосы прорезали тело Галлика, словно горячий нож масло. Адепт упал на колени, прижимая руки к груди. Из опаленных ран брызнула горячая кровь.
Нападавший расхохотался – резко и неприятно. Вокруг него снова начало конденсироваться свечение – он готовился повторить удар. Галлик пытался вспомнить хоть что-нибудь, но боль мешала ему сосредоточиться.

Ралернан первым вылетел на поляну, где происходило сражение, – и замер. Чтобы оценить ситуацию, ему хватило нескольких мгновений. И почти сразу же он начал создавать защитное поле, чтобы накрыть Галлика – арканами такого уровня он владел достаточно неплохо, в отличие от атакующих.
Л'эрт скосил глаза на наливающееся оранжевое свечение Он чувствовал, как эльф начал создавать противодействующее заклинание… Но время, время… У нападавшего было слишком много форы. И Л'эрт побежал вперед, врываясь на линию предполагаемого удара. Закрыться он не успел – выбор между скоростью и самозащитой он решил в пользу первого. Заклинание незнакомца острыми ножами вспороло его тело – а всего мгновением позже за его спиной раскрылось защитное поле, укрывшее Галлика. Ударной волной Л'эрта отбросило на невидимую стенку поля, по которой он сполз вниз.
Незнакомец снова рассмеялся:
– Как трогательно. Меня не предупреждали, что у этого недоучки такие бесстрашные защитники. Но вы напрасно вмешиваетесь. Я сильнее. Отойдите с дороги. Против вас я ничего не имею. Но недоучку я должен убрать.
– Щаззз, – невежливо фыркнул Л'эрт, поднимаясь на ноги. На стекающую из многочисленных ран кровь он не обращал внимания, но его ощутимо покачивало. – Может, нам тебе его на блюдечке с голубой каемочкой преподнести?
– Ты не знаешь, с кем связался. – Нападавший осклабился в улыбке, демонстрируя клыки.
– Клевые зубки. Жевать не мешают? Могу посоветовать одного очень хорошего дантиста. Он тебе красивый прикус сделает. Будешь, как Глонк.
– Как кто? – На лице нападавшего отразилось непередаваемое изумление. – Откуда ты… Да как ты смеешь?!
– Легко и непринужденно.
– Прочь! Прочь с моей дороги! – зашипел незнакомец.
– Размечтался. Попробуй-ка сначала убрать меня.
– Ты – труп!
– А вот обзываться некрасиво, – возразил Л'эрт. – Особенно на старших.
Ралернан не успел отследить момента, когда незнакомец бросился вперед, сцепляясь с Л'эртом. Еще миг – и они сплелись в какой-то сплошной дергающийся комок. Глаза эльфа не могли различить их стремительных движений. Он даже не понял, что произошло, когда дерущиеся расцепились, и незнакомец безвольной грудой осел к ногам Л'эрта.
– Арриера, у тебя есть при себе что-нибудь серебряное? – прокричал Л'эрт.
Эльф недоуменно уставился на него. Да, один из его ножей действительно был серебряным – Ралернан взял его с собой на тот случай, если драка с Ра'ота случится все-таки раньше, чем они планировали. Но зачем?..
– Да давай же! Наверняка ты что-то с собой таскаешь! Проклятье, да быстрее же! Мне не улыбается сворачивать ему шею еще раз!
Ралернан неуверенно приблизился к ним, одновременно вытаскивая нож.
– Ты не сможешь его держать в руках. Что ты хочешь сделать?
– Спятил? Тебе еще и детали рассказать? – Л'эрт резко выдернул у него нож и невольно поморщился: рукоятка тоже была из серебра.
Ралернан ошеломленно смотрел, как неуловимо быстрыми движениями Л'эрт вскрыл грудную клетку своему противнику, вырезал сердце и отшвырнул его в сторону. Еще несколько движений – и голова незнакомца была отделена от туловища.
Л'эрт уронил кинжал на землю. Ладонь, в которой он сжимал оружие, была сожжена почти до костей.
К горлу Ралернана подкатил неприятный комок. Совсем недавно так мирно выглядевшая полянка сейчас казалась лавкой сумасшедшего мясника. Все вокруг было залито кровью, в воздухе стоял неприятный металлический запах.
Новый шум за деревьями привлек его внимание. Эльф резко развернулся – но на сей раз, кажется, шум не представлял опасности: на полянку выбежали белые маги. Лицо Кретвика, вопреки обыкновению, было перекошено от бешенства. В руке у него был зажат клочок белой ткани. Спустя минуту Ралернан понял, что этот клочок был оторван от рукава Лакерры.
Белые маги замерли на краю поляны, пытаясь оценить происходящее. Лакерра тихо вскрикнула и метнулась в сторону Л'эрта. На разодранный труп незнакомца она едва глянула – как, впрочем, и на лежавшего без сознания Галлика.
– Я живой. Не надо меня так сжимать. – Л'эрт попытался вывернуться из кольца ее рук, но безрезультатно. Ралернан озадаченно смотрел на них. Странно, ему ведь казалось, что магичка увлечена Кретвиком.
Последний также уставился на Лакерру с плохо скрываемым изумлением.
– Что здесь произошло? – Голос белого мага был почти нейтральным, но глаза выдавали волнение.
– Горячая встреча с вашим коллегой, – неприязненно процедил Л'эрт. – Что, неужели ты был не в курсе его предполагаемого визита?
Кретвик покосился на разорванную черную мантию, в которую был облачен труп.
– Мы не отвечаем за действия Черной Лиги. Я не знаю, что тут нужно было этому человеку.
– Да ну? Не отвечаете? – Л'эрт выпутался из рук Лакерры и, пошатываясь, приблизился к Кретвику. – А кто же отвечает, скажи на милость? Кто еще знал, где мы находимся? – Он схватил белого мага за руку. Тот слегка посерел – хватка вампира была слишком болезненной.
Ралернан поспешно тронул вампира за плечо.
– Белая Лига действительно может быть не в курсе этого инцидента, – успокаивающе произнес он. – Оставь его. Нам надо заняться Галликом. Да и твои раны не мешало бы перевязать. – Одежда вампира была уже насквозь пропитана кровью.
Л'эрт отмахнулся:
– Вот и займись Галликом. А я хочу поговорить с этим человеком.
– Я не причастен к этому визиту. – Кретвик задрал вверх подбородок, встречаясь с Л'эртом взглядом. – Если вы не верите моим словам, герцог, что же еще может вас убедить?
– Быть может, твои слова после нескольких глотков состава, которым ты пытался «лечить» Арриера? – холодно произнес Л'эрт.
Выражение лица Кретвика оставалось по-прежнему непроницаемым.
– У меня кончилось данное средство. Но, если вам это так необходимо, герцог, я могу приготовить еще. Или вы можете сделать это самостоятельно. Быть может, с помощью уважаемого лорда Арриера. Но до тех пор я настоятельно прошу оставить меня в покое. Или вы собираетесь и меня прикончить, как вашего недавнего противника?
Л'эрт расцепил пальцы, отталкивая Кретвика назад. Тот слегка покачнулся.
– Пойди прочь, пока я действительно не решил выдрать тебе сердце и посмотреть, какого цвета твоя кровь.
Кретвик холодно поправил воротник мантии и с достоинством удалился.
– Лаэрт, ты спятил?! – прямо в ухо вампиру прошипел Ралернан. – Ты хоть понимаешь, что фактически вызвал его на поединок? Если он доложит об этом Квадраату…
– Это я  его вызвал – не ты! – резко оборвал его вампир. – А я с самого начала не выказывал ему никакого доверия. Сомневаюсь, что данная ситуация что-то изменит. Но вот в чем я не сомневаюсь – он знал о визите представителя черных. Я окончательно перестаю понимать, что за игру ведет Орден! Зачем им потребовалось нападать на студента, который считался полным неумехой? – Л'эрт направился к Галлику, все еще неподвижно лежавшему на окровавленной земле. Тот дышал часто и неровно.
Вампир опустился на колени, коснулся пальцами лба адепта. Веки раненого затрепетали и медленно поднялись.
– Герцог? – Из уголка его рта вытекла тонкая алая струйка. – Я… я его победил? – с легким удивлением спросил Галлик. – Да? Я… тот аркан… У меня получилось!
– Победил, победил. А теперь помолчи, пожалуйста. Мне надо слегка подлатать твою шкуру. – Пальцы вампира затанцевали над телом адепта, рассыпая синие искры. Лакерра изумленно смотрела на него. Магия восстановления?! Он тоже маг? Белый?
Ралернан был удивлен ничуть не меньше. Сам он не мог активировать подобный аркан: заклинание было довольно сложным, и такому его попросту не обучали.
Раны Галлика медленно затягивались, превращаясь в свежие шрамы. Дыхание адепта стало чуть более ровным, но цвет лица все еще оставался слишком бледным.
Вампир покачнулся. Синие искры вспыхнули слабее – и погасли совсем. Л'эрт оперся на дрожащие руки, стараясь не упасть ничком.
– Больше не смогу… – едва слышно произнес он. – Слишком много повреждений… Он не умрет, но дальше лечиться ему придется самостоятельно…
– А ты? – Лакерра опустилась рядом с ним на землю, боясь коснуться. – Ты ведь тоже весь изранен! Великие боги… Ну почему же я не умею так лечить… – Она почти плакала. – Лорд Арриера, вы не можете помочь ему?
Ралернан прикусил губу. Даже если бы он и умел… Лечить своего смертельного врага…
– С ним ничего не будет. Не волнуйтесь так, Лакерра.
– Не будет?! – Зеленые глаза были влажными. – У него насквозь пропорот живот! Я не понимаю, как он все еще в сознании…
– Тебе же сказали: ничего не будет, значит – не будет. – Вампир легонько щелкнул ее по носу, силясь улыбнуться. У него получилось, хотя и несколько вымученно. – Какое-то глупое заклинание меня не в состоянии уничтожить. Хотя нельзя отрицать, что все это несколько болезненно.
– У тебя, наверное, бред! – Она стиснула руки. – Лорд Арриера! Да сделайте же что-нибудь!
Ралернан успокаивающе положил руку ей на плечо:
– Хорошо, я непременно что-нибудь сделаю. Не волнуйтесь так.
Вампир криво усмехнулся. Ему надо было не только залечить раны, но и набрать сил достаточно, чтобы построить портал до Драконьих Пиков. И как-то придумать способ избавиться от соглядатаев со стороны Белой Лиги – и, видимо, от раненого Галлика. В таком состоянии адепту нечего было с ними делать.
Но сейчас он даже не мог толком восстановить собственное тело. А Ралернан банально отправится на тот свет, если он выпьет крови столько, сколько ему действительно необходимо.
Л'эрт устало взъерошил волосы. Ему явно требовался еще один донор. Жаль, что Лакерра не поддавалась ментальному гипнозу. Навряд ли охотница за нечистью по собственной доброй воле будет отдавать этой нечисти кровь. Даже если он ей и нравится.

ГЛАВА 24

Ралернан закашлялся и с трудом разлепил глаза. Дыма уже не было, воздух был чист и свеж. Но порадоваться этому обстоятельству эльфу серьезно мешало то, что, кажется, он был связан. Ралернан попытался пошевелить руками. Не вышло. Судя по всему, его стоймя привязали к дереву. Причем привязали плотно – он мог только слегка вертеть головой, руки и ноги были вдавлены в шершавую кору. Эльф тихо выругался.
Так по-идиотски подставиться! Но он даже не подозревал, что все может зайти так далеко. Они слишком устали после того проклятого нападения со стороны представителя Черной Лиги. Но все равно нельзя было настолько терять бдительность, нельзя!
Нельзя – но… После того как он дал вампиру своей крови, он был в почти полуобморочном состоянии. Впрочем, самому Л'эрту его кровь так и не помогла полностью восстановиться.
А потом был странный дым, неизвестно откуда пропитавший воздух. Дым, который он слишком поздно заметил – и не успел задержать дыхание.
Сколько он был без сознания? Черный напал посреди ночи, а сейчас, кажется, был день – сквозь плотные тучи пробивался свет солнца. Несколько часов? Или несколько дней?
Ралернан скосил глаза вправо. Неподалеку аналогичным образом к деревьям были примотаны Галлик и Лакерра. Оба они, судя по всему, находились без сознания. На виске магички красовался здоровенный фиолетовый кровоподтек.
– Так-так-так. – Небрежной походкой к нему подошел Кретвик. Сейчас лицо его разительно отличалось от того вежливо-добродушного, что привык видеть Ралернан. В облике белого мага появились какие-то хищные черты, напоминающие дикого зверя. – Я смотрю, вы уже пришли в себя, лорд Арриера. Это хорошо, очень хорошо.
– Кретвик, что вы творите?! Вы с ума сошли? Зачем вам потребовалось нападать на нас?!
– О, мне просто надоело. – Кретвик неприятно сощурился. – Надоело изображать из себя эдакого идиота, у которого очень много времени и его некуда девать. Так вот. У меня есть и куда более важные дела, чем облизывать вашу задницу, уважаемый лорд! И мне надоело ждать, пока вы не проговоритесь! Вы мне расскажете все, что меня интересует – и расскажете сейчас. И ваш странный друг вам ничем не сможет помочь! – Маг посмотрел куда-то влево. Ралернан проследил за его взглядом.
Л'эрт тоже был привязан к дереву – но, в отличие от всех остальных, привязан не веревками, а несколькими кольцами довольно массивной цепи. Вампир был в сознании – посветлевшие до цвета голубого льда глаза смотрели вверх, словно ища что-то. Цепь была вымазана в красном, под ногами вампира натекла уже довольно солидная лужа крови.
– Удачно, что у меня оказалась эта цепь, не так ли? – продолжил свои разглагольствования Кретвик. – О, это не обычный металл. Это специальным образом подготовленная цепь. Она может сдержать даже орду диких горных троллей. И даже такого странного типа, как ваш друг. Он уже успел протестировать эти путы. Кстати, мне крайне интересно – откуда у него такая сила? – Маг качнулся взад-вперед на пятках, заложив руки за спину. – Несомненно, это я тоже пожелаю выяснить. Но позже, несколько позже. В первую очередь меня интересует ваша супруга, лорд Арриера. Вы почти месяц водили меня за нос, но сегодня мы закончим наши игры. – Кретвик порылся в складках плаща, вытаскивая плоскую флягу. – Вы сами выпьете мой эликсир или вам необходимо помочь? – поинтересовался он, отвинчивая крышку.
– Я все равно не знаю, где Керри! Да если бы и знал, не сказал бы тебе! – взорвался Ралернан.
– О, как благородно! Но – глупо. Ты скажешь все, что я прикажу. Эликсир правды заставит тебя. – Одной рукой Кретвик поднес флягу к лицу эльфа, а другой схватил его за подбородок, не давая дернуться. Ралернан плюнул своему противнику в лицо. Кретвик брезгливо поморщился и с силой ударил эльфа в промежность, вызвав сдавленный стон. – Ты, уродец! Если ты хочешь стать калекой…

Л'эрт пристально следил за тучкой, медленно заслоняющей солнце. Чуть-чуть, еще чуть-чуть… Тучка перекрыла солнечный диск. И в то же мгновение звякнули цепи, опадая вниз – они не могли удержать маленькую летучую мышь.
Кретвик удивленно повернулся на раздавшийся звон. Л'эрт стоял позади него, снова перекинувшись в человеческий облик. Он едва держался на ногах, но Кретвик этого не понял.
– Как ты освободился? – прошипел маг. – Кто ты? Эти путы заговорены против любой магии!
– Ты слишком много трепешься, белая гнида. Странно, а ведь мне всегда казалось, что белые должны нести в мир свет и добро. – Глаза вампира глядели холодно и зло.
– Даже ты с твоей ненормальной силой не в состоянии победить меня!
– Правда? В какую собачку тебя научили превращаться? В болонку?
– Ты слишком много знаешь! Ты умрешь! – Кретвик метнулся в его сторону. Тело его начало меняться прямо в процессе движения. Мускулы вспучились, обрастая короткой серой шерстью. Одежда треснула по швам, выпуская измененное тело. Голова стремительно удлинилась, являя огромную пасть, полную острых желтых клыков, с которых капала слюна. Всего несколько мгновений – и перед Л'эртом стоял, изготовившись к атаке, огромный волк – серый с проседью. В янтарных глазах не было ничего человеческого.
Зверь щелкнул челюстями и прыгнул на вампира – прямо с места, оттолкнувшись невероятно мощными лапами.
Ралернану показалось, что волк перекусит Л'эрта, как соломинку, – но в самый последний момент тот слегка уклонился в сторону, и зверь пролетел над его головой, только слегка цепанув когтями волосы.
Волк издал недовольное рычание и мгновенно развернулся, прыгая снова. На этот раз вампир не успел уклониться – пасть зверя сомкнулась на его руке, начисто отрывая с костей все мясо ниже локтя. Неповрежденной рукой вампир с размаху ударил в грудную клетку зверя. Ралернану показалось, что он пытался пробить тело противника насквозь – но кулак его лишь спружинил о жесткую шкуру. Л'эрт выругался. Волк ответил ему низким горловым рыком. Вампир дернулся, вырывая из пасти зверя ошметки, оставшиеся от правой руки, и скользнул под его брюхом, стремительно перегруппировываясь. Еще одно неуловимое движение – и Ралернан увидел, как волк летит в сторону, бешено молотя лапами по воздуху.
Л'эрт, дрожа, поднялся на ноги, но оборотень явно не собирался давать ему передышки – новый прыжок зверя опрокинул вампира обратно на землю, протащив несколько метров по земле. Зубы оборотня клацнули у его бока, захватив кусок рубашки. Л'эрт вывернулся, но еще более неуверенно. Волк сжал зубы на его ободранной руке, ломая остатки костей. Не разжимая пасти, зверь попытался заглотнуть руку поглубже. Вампир сдавленно зашипел и резко рванулся в сторону, отбрасывая от себя волка. Из оторванной руки ручьем хлестала кровь.
Волк перемолол остатки вырванной конечности и медленно, с явным наслаждением, облизнулся. Л'эрт рывком выпрямился, простирая уцелевшую руку вверх, к безучастному небу. Ралернан почувствовал какое-то магическое воздействие, голову эльфа охватил невидимый обруч – и начал сжиматься, сдавливая все сильнее. Фигуру вампира окутало мерцающее свечение. Миг – и свечение это словно взорвалось изнутри.
Волк заскулил и завертелся на месте, будто ошпаренный кипятком. Тело его стремительно менялось, возвращая себе человеческий облик. Еще несколько секунд – и на месте жуткого зверя стоял Кретвик.
– Такты все-таки маг, герцог, – прошипел он. – Но ничего, твоя магия не бесконечна! – И двинулся на вампира. Руки его снова начали меняться, на сей раз частично: ногти удлинялись, превращаясь в огромные когти, каждый размером с хороший нож. Кретвик замахнулся и всадил когти в предплечье вампира. Тот даже не стал уклоняться. Вместо этого он схватил мага за волосы целой рукой – и дернул на себя. Ралернан увидел, как сверкнули невероятно длинные клыки – и в следующую секунду из шеи Кретвика фонтаном брызнула кровь. Тот дернулся – раз, другой, третий – и вдруг замер. Вампир по-прежнему не отрывался от его шеи. Когти Кретвика начали уменьшаться, пока не вернулись в изначальный вид. Ралернан ошеломленно смотрел, как маг обхватил вампира за плечи обоими руками, прижимаясь к нему, словно к любовнице. Стон, слетевший с губ белого мага, никак нельзя было назвать стоном боли. Вампир покачнулся и рухнул на траву, все еще не выпуская зубы из Кретвика.
С того места, где был привязан Ралернан, он не мог видеть упавших – и только слышал, как сладострастные стоны Кретвика становились все тише и тише – пока не замолкли совсем. Прошло несколько томительно долгих минут, прежде чем эльф заметил, как Л'эрт поднимается – шатаясь и разбрызгивая вокруг кровь, все еще капавшую из оторванной руки. Конец обрубка светился каким-то мертвенно-холодным светом.
Л'эрт сделал шаг в сторону эльфа, еще один – и упал на колени. Замер на минуту, попытался подняться. Со второй попытки ему это удалось. Шатаясь из стороны в сторону, он медленно подошел к привязанному Ралернану и вцепился пальцами в державшие его веревки. От рывка вампира дерево ощутимо покачнулось – но веревки не выдержали и с треском лопнули, пребольно хлестнув эльфа толстыми обрывками. Вампир прислонился спиной к дереву и сполз по нему на землю.
Ралернан настороженно заглянул ему в лицо. Зрачки Л'эрта была расширены на всю радужку, вокруг них светился тонкий алый круг. Смотреть в глаза вампира было довольно неприятно.
– Ты как? – неуверенно поинтересовался Ралернан, косясь на оторванную руку. Может, его все-таки перевязать? Интересно, насколько смертельна для вампиров потеря конечности?
Л'эрт ему не ответил. Ралернан поколебался, но все же оторвал полосу ткани от своей рубашки и начал бинтовать кровоточащую рану. Он уже почти закончил, когда взгляд Л'эрта стал несколько более осмысленным. Вампир протянул к эльфу здоровую руку, стремительно пробежал кончиками пальцев по шее Ралернана. Эльф почувствовал холодок на коже. Ощущение от прикосновения этой руки было каким-то странным.
– Всегда и во всем рыцарь? Да, серебрянка? – тихо произнес вампир. – Знаешь, а я ведь чувствую, как бежит кровь по твоим жилам. Теплая и вкусная. – На его лице мелькнула мечтательная улыбка. Ралернан нахмурился. Вампир вел себя… странно?
– Ты в порядке, Лаэрт? – повторил он свой вопрос.
Вампир улыбнулся еще шире, показывая клыки. Выражение его лица было крайне безмятежным.
– Я пьян, серебрянка. Я смертельно пьян.
– Ч-ч-чего? – Ралернан недоуменно склонился над ним. Что он несет?
– Слишком много крови… Мне нужно было… И потом, он был обречен. Но все равно – слишком много за один раз. – Вампир склонил голову набок. Черные пряди волос скользнули вниз, закрывая половину его лица. – Почему ты не боишься меня? Ты жуткий дурак, ты знаешь это? – Он издал тихий смешок.
Ралернан недоуменно посмотрел на него, перевел глаза на привязанных и все еще находящихся без сознания Галлика и Лакерру, снова взглянул на вампира. Нет, пожалуй, лучше повременить с приведением их спутников в себя. Общество плохо контролирующего себя вампира – не самая лучшая компания.
– Зачем ты так долго дразнил его? – рискнул эльф задать вопрос, все еще не дававший ему покоя. – Если ты мог сразу перекусить ему шею…
– Ну не волчью же… Я не ем зверей. – Л'эрт опять улыбнулся. – К тому же у него слишком жесткая шкура.
– Ну и что мешало тебе сразу призвать тот аркан, что вернул его в человеческий вид? – проворчал Ралернан. – Хотел покрасоваться?
– Нет… не хотел красть твою жизнь…
Эльф нахмурился:
– Не понял?
– Он слишком силен, этот метаморф. Был. – Вампир хихикнул. – Ну и… Простой аркан не вернул бы его назад. А то, что я использовал… Я похитил у тебя что-то около десяти лет жизни…
– А моего разрешения разве не требуется на применение такого рода заклинаний? – зло процедил эльф.
Л'эрт беззаботно отмахнулся одной рукой:
– Ты дал мне своего рода доступ, когда учился пускать меня в свою голову… Если ты не поставишь защиту, я смогу так сделать снова.
– Ах ты… Да как ты посмел! Неужели ты не понимаешь, что это подло?!
– Да ладно, серебрянка. Все равно мы собирались драться. Считай это частью драки. – Очередной смешок.
– И зачем только ты влез в мою жизнь?! Почему ты не можешь оставить Керри в покое?
– Я пытался. Нет, честно пытался. Но ничего не получается. И потом, я люблю ее.
Эльф поморщился:
– Ты? Да что ты вообще понимаешь в любви! Ты только и умеешь, что убивать!
– Если бы я не умел убивать, ты бы сейчас оказался в редкостной заднице, рыцарь! – возмутился Л'эрт.
– Она все равно никогда  не станет твоей!
– Ну не факт, – медленно протянул вампир. – Раз она перестала считать меня монстром… Может, у меня не так уж и мало шансов… – Выражение его лица стало слегка мечтательным.
Ралернан в бешенстве схватил его за ворот рубашки, едва не придушив:
– У тебя нет шансов! И я не дам тебе ее снова околдовывать!
Вампир задумчиво уставился на него, даже не пытаясь высвободиться.
– Самое дурацкое в том, что ты прав… В смысле – те два раза, когда я спал с ней, я все-таки использовал магию…
У Ралернана затряслись руки. Ему очень захотелось оторвать проклятому вампиру голову. Л'эрт не обратил внимания, как перекосилось лицо его собеседника.
– И вообще я тебе завидую, – непоследовательно добавил вампир. – Два раза – это жутко мало.
– Я убью тебя! – прошипел ему в лицо эльф. – Один раз у меня это уже получилось!
Л'эрт слегка прищурился.
– А ведь действительно получилось. Знаешь, я никак не могу вспомнить детали той драки… И не помню, почему я пропустил твой удар. Смешно.
– Если ты немедленно не заткнешься, я убью тебя прямо сейчас.
– Ты не можешь. Мы же договорились, а ты слишком благороден, чтобы нарушить свое слово. – Вампир пожал плечами. Бинты на оторванной руке набухли кровью. – Удары из-за спины – это только моя прерогатива.
– Ты – редкостная сволочь, – Ралернан брезгливо отпустил его воротник, чуть отталкивая вампира от себя. Тот качнулся.
– Сволочь, конечно. – Вампир поймал его руку, пробежался пальцами по забинтованному запястью. – Ты даже не представляешь насколько.
– Тебе нужна еще кровь? – Эльф старался успокоиться. Он должен убить этого проклятого вампира, но сейчас… сейчас без этой помощи не обойтись. Ралернан прикусил губу. Если бы он мог справиться сам!
– Нет, несколько позже. Я просто думаю, зачем мне пытаться играть честно. Ведь можно так просто все изменить. Один маленький укус…
– Ты о чем? – нахмурился Ралернан. Он никогда не признался бы в этом, но выражение, промелькнувшее на лице вампира секунду назад, напугало его.
Л'эрт криво усмехнулся, отодвигаясь подальше.
– Забудь. Кажется, я слишком много болтаю. Мне нужно поспать.
Он прислонился затылком к стволу дерева, закрывая глаза. В конце концов… перемешать карты он всегда успеет.

ГЛАВА 25

Квадраат, Глава Белой Лиги, устало вздохнул и вытер обильный пот, проступивший на лбу. Длинные седые пряди волос то и дело норовили залезть за воротник мантии и неприятно щекотали кожу.
– Глаакх, ты испытываешь мое терпение! Мало того, что я согласился на встречу на твоей территории, так ты еще и опаздываешь! – возмущенно попенял Квадраат вошедшему в комнату черному магу.
Впрочем, насчет чужой территории Квадраат несколько сгустил краски – Глава Черной Лиги всего-навсего попросил его устроить текущие переговоры в одном из загородных домов в окрестностях Гринатаира. Формально домик действительно принадлежал Черной Лиге, но исключительно как обьект недвижимости – и, значит, магию Квадраата здесь ничто не ограничивало.
– Сожалею. – В тоне Глаакха не было и намека на указанное сожаление. Черный маг поправил капюшон плаща, частично скрывавший его ожоги. Квадраат бы предпочел, чтобы капюшон был надвинут поглубже, но, естественно, не стал даже и упоминать об этом.
– Ну и чем была вызвана необходимость устраивать встречу именно здесь? – сухо поинтересовался Квадраат.
– Я поясню это позднее. Сначала я хотел бы обсудить ситуацию с лордом Арриера.
Квадраат устало опустился в большое кресло, обитое мягкой тканью, и сцепил пальцы над выпирающим брюшком.
– С лордом Арриера все намного хуже, чем нами планировалось.
– Нами? Или тобой, светлейший? Ведь именно твои ставленники уничтожили моего первого наблюдателя! И я не исключаю факт, что именно они уничтожили и второго. И теперь я должен воспринимать информацию только с твоих слов, не так ли? Удобно, весьма удобно. – В глазах Главы Черной Лиги на несколько мгновений прорезался гнев.
– Глаакх, я тебя уверяю, – Квадраат картинно развел полными руками, – мои люди абсолютно непричастны к исчезновению твоих людей! Не говоря уже о том, что исчезновение твоего второго соглядатая совпало с исчезновением их самих! Я тоже могу обвинить тебя в том, что это твой человек убрал моих магов.
– Ты еще скажи, что мой первый наблюдатель покончил с собой! – возмутился Глаакх.
Таинственное исчезновение его людей весьма и весьма беспокоило Главу Черной Лиги. Первый наблюдатель был Довольно опытным и осторожным магом. И ему что-то удалось разузнать – гибель его произошла во время передачи очередного сообщения. Ему удалось отправить только несколько слов, прежде чем канал связи был разорван. «Белые маги – не те, за кого себя выдают. Они превращаются…» И все. Глаакху оставалось только гадать, во что же могли превращаться люди Квадраата. Но из области догадок вылезти пока не получалось, и это было весьма и весьма неприятно.
– Я не знаю, кто его уничтожил. – Слова Квадраата прервали размышления черного мага. – Я уже говорил тебе, что мои наблюдатели не заметили ничего подозрительного.
– Хватит пудрить мне мозги, светлейший! Ты же сам говорил, что твои наблюдатели фиксировали все действия Арриера и его компаньонов! Но раз это сделал не Арриера – то остаются только твои люди! Кто еще мог прикончить мага в этом безлюдном месте? Птичка в темечко клюнула?
Квадраат потер влажные ладони. Глупый промах. Не надо было утверждать, что Арриера не мог уничтожить черного. И вот, пожалуйста. Конечно, все это только в области подозрений, но эти подозрения слишком уж близки к истине. Неужели он стареет? Все-таки уже совсем скоро ему будет триста семьдесят лет… Да нет. Просто это обычная невнимательность. Иногда такое случается.
– Я могу только еще раз повторить, что мои люди к этому не причастны.
– А со вторым? Что на самом деле Там произошло?
– Откуда я знаю! Последнее сообщение к нам пришло накануне планового визита твоего мага! Возможно, именно он и спровоцировал всеобщую бойню, напав на этого… как его… Галлика.
– Это было необходимо, – жестко отрезал Глаакх.
– Необходимо? Убить студента, который толком практически ничего не умеет и уже который раз висит под угрозой отчисления?!
– Да, все так.
На самом деле Глаакху был глубоко безразличен адепт-неумеха. Он вообще полагал, что Арриера потащил его с собой из каких-то сентиментальных соображений. Ну там помочь набраться опыта или что-то аналогичное. Насколько он успел узнать Арриера, такое вполне было бы в его духе. Глаакх отдал приказ напасть на Галлика, чтобы спровоцировать белых магов. Из предыдущих донесений он понял, что один из них, вернее, одна, Лакерра, сильно нервничает и довольно впечатлительна. Глаакх полагал, что убийство беззащитного мальчишки заставит ее как-то проявить свои способности. Он хотел знать, во что же превращаются ставленники Белой Лиги.
Но его план провалился. Его посланник исчез, а сразу за этим – если не одновременно – исчезли и белые маги. Во всяком случае, так утверждал Квадраат. Глаакх полагал, что тот говорит правду. Об этом свидетельствовала косвенная информация о сильном расстройстве Главы Белой Лиги, кропотливо собранная шпионами черных.
Квадраат первым решил сбавить обороты:
– Ладно, давай оставим эту тему. Или ты хотел встретиться, только чтобы обменяться взаимными упреками?
– Нет. Но Арриера пропал, и я не представляю, как нам теперь отслеживать его перемещения. Полагаю, он сорвал наложенный тобой маячок?
Квадраат не стал ставить Глаакха в известность, что на самом деле маячок повесил один из соглядатаев. Метаморфы, с их искусственно развитыми способностями, были его маленькой тайной, открывать которую он не собирался.
– Он не до конца сорвал его. Полностью ликвидировать такое сигнальное заклинание может лишь тот маг, что его наложил. А я заблаговременно позаботился о небольшом запасе крови лорда Арриера. Так что найти лорда не составило особого труда.
– То есть ты его уже отыскал? – Брови Глаакха поползли вверх. – Но почему ты тогда говоришь, что ситуация с Арриера хуже, чем планировалось?
– Потому что он находится вот здесь. – Квадраат сделал плавный пасс руками, и между магами в воздухе проявилась проекция карты. Глаакх узнал окрестности Драконьих Пиков. В одном из мест на карте светился алый крестик.
– Так. – Глаакх бросил еще раз беглый взгляд на карту и выругался. – То есть Арриера ухитрился залезть в одно из мест, где не работает никакая пространственная магия? И, пока он оттуда не вылезет, нам остается только сидеть и грызть локти? Прекрасная перспектива! Просто прекрасная! На материке всего пять аналогичных мест, и нашего мятежного лорда занесло именно в одно из них! Это даже уже не невезение, это вообще ни в какие ворота!
– Ну проекционный портал туда построить можно… наверное… – задумчиво протянул Квадраат. – Но в целом – да, ты прав. Собственно, именно поэтому я не нахожу ничего положительного в сложившейся ситуации.
– Ну и что ты предлагаешь в связи с этим делать?
– Я еще не знаю. Мне необходимо более детально все обдумать.
– Прекрасно. Мы потеряли леди Арриера, мы почти потеряли лорда Арриера, у нас на носу торжественная материализация последнего из Изначальных богов, а Глава Белой Лиги просто не знает, что делать. Лучше некуда!
Квадраат смерил его злым взглядом.
– Если ты такой умный, я слушаю твои предложения! Что-то все твои планы в последнее время бьют мимо цели. Я вот не желаю оказываться в подобной ситуации. Для чего и собираюсь потратить некое время на размышления.
– Размышляй. А я буду действовать. – Глаакх резко встал и заходил взад-вперед, мелькая перед глазами Квадраата: Последнего слегка замутило от мельтешения черной мантии.
– Ну и как ты будешь действовать? – спросил Глава Белой Лиги.
– Очень просто. Мы слишком цацкались с лордом Арриера. Ах, если он подумает то, если он подумает сё. Не время играть в эту дипломатию, когда мир на пороге катастрофы! К ним нужно применить жесткие меры, и я это сделаю.
– Ты опять ограничишься общими словами, темнейший, или все же соблаговолишь приоткрыть завесу над своими грандиозными планами? – кисло съязвил Квадраат.
– Мы захватим детей лорда и леди Арриера. И будем использовать их в качестве заложников. Уверен, любящие родители согласятся обменять свои жизни на жизни детей.
На несколько минут в комнате повисла тишина. Квадраат пытался переварить услышанное.
– Ты с ума сошел! Они сейчас в академии! Это нейтральная территория!
– Что с того?! Поговорим с Ксорта, Арриера опять будут объявлены вне закона, наши действия получат формальную основу. Это не проблема.
– Да очнись, Глаакх! Это же академия! Там дети! И что, ты предлагаешь устроить там посреди бела дня похищение?! Ты хоть понимаешь, какой это даст резонанс?
– Во-первых, не «посреди бела дня», а, разумеется, ночью. Тихо и неслышно. Сейчас каникулы, и большинство адептов разъехались по домам. Так что я не думаю, что тут возникнут проблемы, – уверенно сказал черный маг.
– Не думаешь? А Неелерк, который не отлипает от сыновей Арриера? На его голову ты тоже выбьешь у Ксорта ордер? Или ты думаешь, что их сходство – просто дело случая?
– Нет, не думаю. Но Ксорта так и не признал его как своего официального наследника. Собственно, и как неофициального тоже. А осенью планируется его свадьба с одной из принцесс Гелионосского Эмирата. Так что весьма сомнительно, чтобы он сильно обеспокоился исчезновением бастарда. Напротив, это только развяжет ему руки.
– Ох, не думаю я, что все будет так просто, – покачал головой Квадраат.
– В любом случае, что нам мешает сначала похитить детей, а потом одного из них отпустить? Мои люди будут применять минимум магии, и Неелерк просто не поймет, кого обвинять, даже если у него и возникнет такая возможность. А мы тем временем успешно разрешим нашу проблему.
– Не нравится мне эта идея. Все-таки дети… Я так понимаю, у тебя уже есть на примете люди, которым ты собираешься поручить эту щекотливую миссию?
Глаакх небрежно пожал плечами:
– Разумеется.
– Послушай, я соглашусь на этот план только при одном условии: в академии не должно случиться резни. Ты меня понял?
– Я и не собирался устраивать резню. Светлейший, ты плохо меня слушаешь. Все будет очень тихо. Никто ничего и не заметит.
Квадраат отер вспотевший лоб. Да, конечно, план был не самый лучший… Но выбора-то у них все равно нет. Пусть уж лучше так. Кроме того, в итоге дети не пострадают. Несколько дней под замком – это лишь мелкое неудобство. А что до их родителей, то тут ограничиться мягкими методами просто невозможно.

ГЛАВА 26

Каверилл, наставник седьмого курса академии Высокой Магии, проснулся от какого-то неприятного ощущения опасности. Маг покосился на окно. Судя по небу, спал он всего ничего – полночь еще не миновала. Каверилл зевнул и перекатился на другой бок, но сон упорно не желал возвращаться. Ощущение опасности нарастало, сопровождаемое весьма явными колебаниями магического фона. Наставник выругался и спустил ноги с постели, нашаривая тапочки. Ну что еще могло случиться? А ведь каникулы проходили на редкость спокойно! Несмотря на то, что этим летом на территории академии жил Винс Арриера.
Хотя, конечно, какие могут быть шалости, когда родная мать пропала неизвестно куда! Слухи об исчезновении леди Арриера циркулировали по академии довольно долгое время, пока не заглохли в связи с полным отсутствием информации. Каверилл поддержал лорда Арриера, когда тот попросил разрешения оставить на некоторое время в академии своего второго сьша, отправляясь на поиски своей жены. Несмотря на возможное неудобство от проказ детей, Каверилл полагал, что в такой сложный момент им лучше быть вместе.
Но пока дети вели себя тихо. Пока. Так почему же он сейчас не может уснуть?
Спальни учащихся размещались на последнем, самом верхнем ярусе здания. Стараясь не производить лишнего шума, Каверилл направился туда. Когда маг преодолел последний пролет, он слегка взмок от незапланированной физической нагрузки. В коридорах все было спокойно. Тускло светили ночники, бросая на стены мягкие тени. Каверилл подошел к двери спальни мальчиков и прислушался. Ничего необычного, все тихо. Но неприятное ощущение не желало оставлять наставника. Он неуверенно потоптался пару минут, но все же приоткрыл дверь и максимально тихо скользнул внутрь. В комнате, как и предполагалось, было темно. Каверилл задумался, имеет ли смысл зажечь слабый светильник или лучше оставить детей в покое и перестать рыскать по их спальне, когда его окликнули из дальнего угла:
– Учитель Каверилл? Это ведь вы?
– Винс? – Наставник повернулся в сторону голоса. – Ты узнал меня по походке?
– Нет, я вас вижу. – Обычно бодрый и жизнерадостный, сейчас голос Винса был довольно испуганным.
Каверилл потер лоб. Видит? Как он может его видеть, когда в комнате темнота – хоть глаз выколи? Или это ему просто так кажется после освещенного коридора? Наставник двинулся в направлении голоса мальчика, но почти сразу же обо что-то споткнулся. Закусив губу и мысленно выругавшись, Каверилл активировал простенький аркан, зажигая над левым плечом небольшой огонек. Свет его был достаточно слаб, чтобы не потревожить спящих – но все же он позволит магу не сбивать своими коленками все углы.
Теперь Каверилл смог увидеть Винса. Точнее, он смог увидеть всю бедовую троицу: дети сидели на постели Грея, прижимаясь друг к другу, как напуганные котята. В них не было ничего от тех горе-сорванцов, что в начале лета устроили шоу с обгоревшими шпилями и «драконом».
– Вы тоже это чувствуете, да, учитель? – тихо спросил Грей. Глаза у него были расширены и казались не зелеными, а черными.
Каверилл поморщился. Что за бред! Если дети тут ни при чем, то кто занимается несанкционированной магией в его секторе? Да еще такой, от которой мороз по коже?!
– Сидите здесь, – приказал он после некоторого размышления. – Я схожу, разберусь, кто тут развлекается.
– Не ходите! – неожиданно возразил Винс.
– Это еще почему? – Каверилл нахмурился.
Винс сполз с постели, подошел к нему и схватил наставника за руку.
– Не надо. Там ходит смерть.
– Чего? – Маг опешил. – Это еще как понимать, Винс Арриера?
– Не знаю. Я ее чувствую.
– Смерть чувствуешь? Винс, не глупи. Просто кто-то занимается запрещенной магией, вот и все. Это обычные колебания магического поля. Естественно, восприимчивые люди плохо себя ощущают, находясь рядом с работающим арканом, если он не экранирован должным образом.
– Учитель Каверилл! Я же не могу чувствовать магию! Это что-то другое! Пожалуйста, поверьте мне!
– Гм. Ну и что мне, по-твоему, теперь поселиться в вашей спальне?
– Нет. Вам нужно вернуться к себе. Пожалуйста!
– Винс, это уже полнейший бред! – Каверилл передернул плечами. Дети просто перевозбуждены. В таком состоянии они не то что смерть – армию зомби в состоянии увидеть на ровном месте. – Ладно, я все же схожу, посмотрю, все ли… – Грохот, раздавшийся в коридоре, прервал его слова. Маг быстро подошел к двери и выглянул наружу. Все ночники погасли. Здесь стояла абсолютная темень, еще более непроницаемая, чем в спальне детей, и казавшаяся какой-то живой.
Мальчишки высыпали в коридор вслед за наставником и теперь настороженно выглядывали из-за его спины. Каверилл уже хотел приказать детям вернуться в спальню, когда в конце коридора из окружающей мглы выступило пять черных фигур, скользящих бесшумными тенями. Когда они проплывали под самой дальней аркой, та на несколько секунд вспыхнула белым.
Каверилл выбросил защитную сеть еще прежде, чем успел до конца осмыслить происходящее. Арка, среагировавшая на чужаков, была охранным арканом. Арканом, призванным реагировать на нежить. Но аркан оказался слишком слаб, чтобы остановить их.
На этаже располагались только спальни адептов. И, насколько Каверилл помнил, этой ночью в белом секторе не должно было быть других детей, кроме той троицы, что жалась к нему сзади. Так какая же паскуда взорвала защитные заклинания академии и собралась натравить на детей умертвия?!
– Мальчики, немедленно уходите отсюда! Спускайтесь вниз! – стараясь говорить абсолютно спокойно, обратился к детям Каверилл. – Ну же!
Черные тени были уже на расстоянии нескольких шагов. Каверилл почувствовал, как прогибается его защитная сеть под их ударами.
Мальчишки словно пробудились от летаргического сна – и бросились к лестнице. Винс на несколько мгновений задержался, дотронувшись до руки Каверилла:
– Спасибо вам, учитель. И… простите.
Кавериллу некогда было осмысливать странную реплику мальчишки. Он пытался усилить блокирующее заклинание. Маг максимально сконцентрировался и вложил в аркан все имеющиеся силы. Но этого оказалось недостаточно. Одна из черных теней подняла вверх сцепленные в замок руки. От них оторвался и полетел в сторону Каверилла сгусток ярко-алого пламени. Когда сгусток соприкоснулся с защитным полем мага, раздался страшный взрыв. Каверилла отшвырнуло почти на полкоридора назад. Он успел порадоваться, что дети успели уйти с яруса.
Ноги держали плохо, в ушах звенело от взрывной волны. Цепляясь за висящий на стене гобелен, Каверилл поднялся на ноги – только для того, чтобы лицом к лицу встретиться с оскаленной пастью вампира.
– Мерзкий червь! Ты помешал нам! – прошипел вампир.
Каверилл успел рассмотреть, как блеснул свет на его клыках, и почувствовал режущую боль в шее. Боль все усиливалась, пока не сломала его самообладание, заставив дико закричать. Впрочем, боль была недолгой. Вскоре она сменилась абсолютной пустотой, где не было уже ничего.

Мальчишки успели пробежать вниз только три пролета, когда странное ощущение вновь полоснуло по натянутым нервам.
– Они поднимаются снизу! – выдохнул Винс.
– Откуда ты знаешь? – уточнил Неелерк.
– Не знаю я, откуда знаю! Но там мы не пройдем! – Он дернул дверь, ведущую на десятый ярус. Здесь находились лаборатории. Ночью этот этаж не освещался вообще. Грей и Неелерк попытались создать что-то вроде огоньков, аналогичных сделанному Кавериллом. Пока они возились, Винс успел пробежать довольно далеко вперед. – Ну же!
– Да подожди немного! Мы же не видим в темноте, как некоторые!
– Быстрей! Оно снова рядом!
Дергаясь от каждого шороха, подростки пробежали длинный коридор и вылетели к развилке.
– Куда?
– Налево! – предложил Грей.
– Направо! – возразил Винс.
– Там же тупик! Там только балкон, и все! – не согласился с ним брат.
– Да быстрее же решайте! – нервно вмешался Неелерк.
– Направо! – И Грей первым повернул в указанном направлении. Впрочем, вскоре оказалось, что он был прав в своих опасениях: в этом конце коридора лестницы не было. Ярус заканчивался открытым сектором, огражденным перилами и служившим для изучения арканов, требующих открытого пространства.
Мальчишки вылетели на открытую часть и замерли. В противоположном конце коридора уже мелькали черные силуэты.
– И куда теперь? – тихо спросил Неелерк.
Винс нервно облизнул губы:
– Вниз! Вы же можете создать эту… ну как ее… воздушную подушку… Вы мне показывали неделю назад, когда прыгали со стены!
– Там была высота в несколько раз меньше! Отсюда с трудом землю видно! – несколько нервно возразил Грей. – И потом, ты-то колдовать не умеешь!
– Ну вы сначала спрыгнете, а потом, уже когда будете на ногах, создадите для меня. Мы же пробовали так сделать!
– Вот именно что пробовали! Но у нас же не получилось, дурак! – разозлился Грей. – Ты что, хочешь в лепешку размазаться?!
– Лучше размазаться, чем нас сожрут эти черные!
– Они уже близко! – Неелерк отшатнулся к парапету.
– Прыгайте!!! – завопил Винс.
Грей с Неелерком метнули косой взгляд на черные тени – и сиганули за ограждение. А в следующую секунду черные ворвались на балкон. Винс отшатнулся к перилам.
– Ты пойдешь с нами! – гулко пророкотал черный. Глаза его сверкали безумными огнями и казались ярко-алыми.
– Нет! – Винс поспешно полез на парапет. Но еще слишком рано, его друзьям надо время, чтобы приземлиться.
Черный взмахнул руками. Волна странной силы покатилась к Винсу, стараясь схватить. Мальчишка отшатнулся и потерял равновесие, падая вниз.

Ветер с бешеной силой бил в лицо. Земля и небо то и дело менялись местами. Винс кружился, падая, падая, падая. Ему было невыносимо страшно. Ему до безумия не хотелось так глупо умирать. Ах, если бы у него было хоть немного способностей к магии!
До земли оставалось уже всего ничего. Винс зажмурился, словно это могло отдалить момент падения. Но вместо удара о камни он вдруг почувствовал, как его подхватил ветер и потащил вверх. Воздух наполнил маленькие крылья, надежно удерживая мышонка.

Грей с Неелерком едва успели приземлиться, когда заметили, как падает Винс. Грей начал создавать новую воздушную подушку, но он уже видел, что не успевает. Он даже не успел придумать что-то еще – так быстро все произошло. Грей уже почти видел, как Винс разбивается о камни, как вдруг он исчез. Было темно, и что-то понять Грей не смог. Он побежал к месту, куда должен был упасть Винс – но там ничего не было.
Эльфенок в полнейшем недоумении закрутил головой. Но где же?!
Прямо ему на голову, бешено перебирая крыльями, спикировала летучая мышь. Грей дернулся от неожиданности и попытался оторвать от своих волос грызуна. Но тот проявил настойчивость, не желая выползать из шевелюры Грея.
А спустя миг Грей почувствовал толчок в спину, и на него грохнулся Винс.
– Ты живой? – глупо спросил его Грей.
– Н-не знаю. – Винс был бледен как мел, что жутковато смотрелось при его загаре, и дрожал с ног до головы.
– Они снова здесь! – нервно закричал Неелерк, подбегая к братьям.
Грей посмотрел в указанном им направлении. Там действительно появились черные тени, стремительно приближавшиеся к подросткам. Но как они смогли так быстро спуститься? Грей повернулся было в другую сторону – но там тоже маячили черные силуэты. Мальчишки замерли, окруженные широким кольцом черных. Кольцо быстро сжималось, пока черные не остановились на расстоянии нескольких шагов.
– Даже не пытайтесь больше убежать! – холодно произнес один из черных. – И пусть вот это послужит вам предупреждением. – С его пальцев сорвалась зеленая молния, скользнувшая в сторону Грея. Тот попытался отшатнуться, но молния настигла его почти мгновенно. Острая боль пронзила ногу, Грей неловко упал на бок, сжимая руки на правой лодыжке. Сквозь пальцы просочилась кровь. Эльфенок попробовал встать, но не смог – поврежденная нога слишком сильно болела. Винс и Неелерк попытались ему помочь, но даже с их поддержкой он с трудом поднялся. Куда-то идти, не говоря о том, чтобы бежать, в таком состоянии он не мог.
Боль почему-то продолжала усиливаться, распространяясь вверх. Грей тихо вскрикнул и снова начал оседать на землю. Один из черных приблизился к детям и небрежно схватил Грея за шкирку, перекидывая его через плечо. Еще двое приблизились к Винсу и Неелерку.
Прошло всего несколько минут – и на площадке под балконом уже никого не было.

Утром о ночном визите свидетельствовали лишь опаленные перекрытия на верхнем ярусе и труп одного из наставников, найденный там же.
Куда пропали дети, ректору выяснить так и не удалось.

ГЛАВА 27

Галлика решено было отправить в ближайшее селение. К удивлению Ралернана, вампир построил портал почти сразу после того, как эльф привел адепта и Лакерру в сознание. Вероятно, кровь Кретвика давала Л'эрту необходимые силы. Правда, раны свои он так и не смог залечить. Или на это требовалось больше времени? Ралернан не знал ответа.
Лакерра согласилась остаться с Галликом и проследить за его выздоровлением. Согласилась легко – по первой же просьбе Л'эрта. Правда, взгляд, которым она их проводила, был до безумия тоскливым. На смерть Кретвика девушка почти не отреагировала. На миг эльфу показалось, что эту новость она восприняла даже с некоторым облегчением. С другой стороны, это было бы слишком уж странно – с учетом того концерта, что она устроила несколькими днями ранее. Наверное, ему действительно только показалось.
Вампир предпочел не вдаваться в детали случившегося поединка. Факт потери руки он скрыл, закутавшись в просторный плащ и старательно держа дистанцию с Галликом и Лакеррой как минимум в несколько шагов.
Обратный портал выбросил Ралернана с вампиром почти к самому подножию Драконьих Пиков – точно в то самое место, что Л'эрт показывал на своей карте. Отсюда им предстояло несколько дней пешего продвижения. Сначала эльфу показалось, что им повезло: они наткнулись на едва заметную горную тропу, ведущую на первый взгляд как раз в нужном направлении. Вероятно, все-таки кто-то путешествует через эти горы. Правда, тропа была слишком крутой и узкой, но все равно это было куда лучше, чем ничего.
Ралернан предполагал, что, если они будут двигаться достаточно быстро, до искомой точки доберутся максимум за неделю. Но вскоре в этот план пришлось вносить коррективы. Во-первых, вампир двигался значительно медленнее эльфа, и пару раз чуть не сорвался: одной рукой цепляться за скалы было не очень удобно. А во-вторых… К исходу вторых суток они уперлись в неожиданную преграду.
Мерцающий заслон густого черного цвета, возникший на их пути после очередного поворота горной тропы, имел явно магическую природу. Ралернан покрутил головой. Снизу они не видели ничего подобного – вероятно, преграда действовала по принципу хамелеона, принимая истинный окрас только вблизи. Черная завеса простиралась в обе стороны от тропы – столь далеко, насколько хватало взгляда. Спускаться и искать другой путь? Но это значит потерять как минимум четыре дня… Да и не факт, что им повезет наткнуться на аналогичную тропу, да еще идущую в нужном направлении – а прыгать через разломы и взбираться по отвесным кручам эльф, к несчастью, не умел.
Ралернан повернулся к своему спутнику:
– Ты встречался с чем-нибудь подобным?
Вампир задумчиво коснулся пальцами черного заслона. Тот слегка спружинил под его нажатием.
– Нет, но… Серебрянка, нам лучше вернуться.
– Эта вещь опасна?
– Преграда? Нет, я могу ее пробить.
– Так пробивай! Чего же ты ждешь?
Л'эрт вздохнул:
– Послушай, я тоже хочу вытащить Керри как можно быстрее, но нельзя же совсем терять голову! Полагаешь, эту штуку поставили здесь только ради красоты?
– Мне все равно. Полагаю, она просто мешает пройти тем, у кого нет ключа. Своего рода ворота.
– Да, но ворота куда? Эта штука создана с помощью магии крови. И довольно специфической магии. Странно, я не могу точно распознать опорные точки заклинания. И она маскирует своих создателей. Очень странно…
– Что ты хочешь этим сказать? – нахмурился Ралернан. – Это творение Черной Лиги?
– Не знаю. – Вампир снова коснулся пальцами завесы. – Тот, кто это сделал, сильнее меня. Я вижу в заклинании только кровь, и ничего больше. Серебрянка, нам не стоит туда соваться. Сомневаюсь, что поставившие эту игрушку будут рады гостям.
– Глаакх не станет ввязываться в драку со мной! Это автоматически будет означать объявление войны Белой Лиге!
– В открытую? А то, что его человек напал на Галлика, – не в счет?
– Но не на меня же! И потом, не факт, что это был его человек! Насколько я знаю, вампиры напрямую Глаакху не подчиняются.
– И что, тебя будет греть этот факт, когда кто-нибудь еще, не подчиняющийся Глаакху напрямую, пристрелит тебя? Аккуратненько так, втихую?
– Бред! И потом, ну что тебе мешает пробиться через эту стенку, а если что пойдет не так – построить портал и уйти? – не согласился Ралернан.
Л'эрт задумчиво смотрел на завесу. Ему показалось, что на черной поверхности появились разводы, которых раньше не было – как масляная пленка на воде.
– Серебрянка, давай вернемся? Это несколько идиотски звучит… Но я боюсь.
– Ты?! – Эльф издал язвительный смешок. – Да ты совсем спятил! Может, опять слишком много крови выпил, а?
Л'эрт вздохнул. Он устал от долгого подъема, раны от последних драк еще даже не до конца закрылись, не говоря об излечении. Спуститься и попробовать найти другую тропу, несомненно, было бы безопаснее. Но, с другой стороны… Может, эта завеса – часть охранной системы, скрывающей артефакт? Тогда им по-любому придется прорываться через нее. В целом эльф прав – преграда не выглядит чем-то серьезным. У него вполне должно хватить сил на построение портала, если что-то пойдет не так.
– Хорошо, попробуем пробиться. Дай руку.
Л'эрт протянул Ралернану открытую ладонь. Их фигуры окутало серебристое свечение, когда вампир начал пробивать проход. Эльф думал, что тот создаст в преграде некое подобие дыры, но вампир просто пошел сквозь нее, как будто попросту ее не видел. И они полностью погрузились в вязкую черноту.
Л'эрт предполагал, что толщина черной завесы составляет несколько шагов – так ему показалось снаружи. Но они сделали шаг, другой, третий… А ощущение того, что преграда скоро кончится, все не было. Четвертый, пятый, шестой шаг…
– Я думал, эта штука несколько меньше, – пробормотал себе под нос эльф. Дыхание вырывалось изо рта серебристыми облачками. Звуки почти мгновенно рассеивались в окружающей тьме.
Седьмой шаг, десятый, двадцатый… Эльф начал терять представление о времени. Ему казалось, что они будут вечно ползти через эту черную муть. Постепенно начала кружиться голова. Ощущение чем-то напоминало то, что приходило после сильной кровопотери. Кольнуло и пропало чувство голода. Ралернану стало холодно, по спине поползли мурашки.
Вампир, все еще державший его за руку, покачнулся и замер.
– Я идиот, серебрянка… Я полный идиот, – прошептал он.
Ралернан также вынужденно остановился.
– Ну что еще? Давай двигаться вперед. А то мне скоро начнет казаться, что эта темнота пытается кормиться нами. И так уже в ушах звенит.
– Она и пытается. – Л'эрт резко развернулся и попытался сделать шаг назад. Тьма взорвалась рыжими всполохами, брызнувшими в лицо вампиру. Тот отшатнулся. Ралернан почувствовал запах паленой кожи. – Вот дерьмо!
Эльфу показалось, что температура вокруг еще сильнее понизилась – словно кто-то перенес их на самую вершину гор. Он пошевелил окоченевшими пальцами.
– В чем дело? Зачем нам назад? Что ты опять творишь, а?
– Это ловушка. Назад нас не пустят. – Кожу на лице вампира еще жгло после недавней вспышки.
– И что теперь? Стоять здесь, пока не окоченеем?
– Тебе холодно? – Л'эрт повернул к нему голову.
– А что, тебе нет?
– Нет. Но это неважно. – Вампир резко тряхнул головой и решительно двинулся вперед. Ралернану показалось, что его рука ощутимо дрожит, а лицо постепенно приобретает странноватый оттенок плесени.
Шаг, шаг, еще шаг. И вдруг мгла исчезла, оставшись за спиной. Перед ними по-прежнему вилась едва заметная в ночном сумраке узкая горная тропка, петляющая между скал. Только скалы – и ничего больше. Ралернан обернулся. Черная завеса отсекала путь назад. По поверхности ее плыли разводы, собираясь время от времени в жутковатые подобия человеческих лиц.
Вампир чуть слышно охнул и начал оседать вниз. Эльф едва успел его подхватить. Глаза Л'эрта были сплошь белыми, зрачки превратились в едва различимые точки.
– Прости… я переоценил свои силы, – едва слышно выдохнул он. – Скажи им мое имя… Это единственный шанс. Если он все еще жив, возможно… Если я поговорю… – Вампир обмяк в руках эльфа, не закончив фразы.
– Кому сказать? С кем поговоришь? – Ралернан встряхнул его, но никакого эффекта это не возымело: голова Л'эрта лишь безвольно мотнулась из стороны в сторону. – Проклятье! – Эльф аккуратно опустил своего спутника на землю. Ну и что ему теперь делать? Тащить на себе? Но он слишком тяжел, чтобы это было хорошей идеей! Ралернан снова потряс вампира – и снова безрезультатно.
А миг спустя ему показалось, что по горам пронесся ледяной порыв ветра.
– Так-так-так. Как мило. Ужин сам пришел к нам, – раздался язвительный голос, слегка искажающий гласные. Ралернан резко вскочил, оборачиваясь к говорящему. Рука его скользнула на рукоять меча.
На тропе, в нескольких шагах перед ним, стояли трое мужчин, закутанных в плащи. Лица их было сложно различить из-за наступившей темноты, но у Ралернана возникло неприятное впечатление, что они улыбаются.
– Ну и кто же ты такой, наш нежданный гость? – продолжил тот, что стоял в центре. – Надо же знать, что вписать в меню. – Он издал противный смешок.
Эльф выпрямился, выдергивая меч из ножен.
– Меня зовут Ралернан Арриера, и мне не нравятся ваши шутки, господа.
На несколько минут наступила абсолютная тишина. Потом тот, что стоял справа, недоверчиво уточнил:
– Арриера? Лорд Арриера? Тот самый, что призвал богиню Света?
– Тот самый, и вы еще пожалеете, что пытаетесь преградить мне дорогу!
Ответом ему был слитный хохот, породивший многоголосое эхо. Эльф выставил меч перед собой, внимательно следя за своими противниками. Он был уверен, что хотя бы одного он сможет одолеть. Он ошибся.
Стремительного движения он просто не заметил: кажется, еще секунду назад их разделяло несколько шагов – и вот они уже стоят вплотную перед ним, и рука одного из незнакомцев держит обнаженный меч за лезвие. Еще секунда – и страшный рывок вынудил эльфа выпустить свое оружие. Незнакомец небрежно отбросил меч себе за спину. Лезвие глухо звякнуло о камни, заваливаясь в какую-то щель.
– Лорд Арриера… Надо же… Вы даже не представляете, лорд, насколько мы вам благодарны. Благодаря вашему визиту мы получим столько… – Новый взрыв смеха оборвал конец фразы. – Но я смотрю, вы даже не один, а с другом? – Он кивнул на безвольно лежавшего Л'эрта. – Пожалуй, не стоит вас разлучать. Быть может, наш Мастер захочет поиграть и с ним тоже… Полагаю, он приготовил вам нечто особенное. Он так долго жаждал пообщаться с вами, лорд, но у него все не получалось.
Ралернан закрыл глаза и сосредоточился. Его способности в управлении магией были весьма слабы, но защитный купол он сумеет создать.
К сожалению, завершить заклинание ему не дали. Рывок за руку вернул эльфа к действительности.
– Но я не думаю, что Мастер рассердится, если с лордом сначала поиграем мы, – заявил один из троицы, обращаясь к своим спутникам. – Ведь верно?
Ралернан выдернул свою ладонь:
– Что вам надо?! Вы даже не в состоянии честно сражаться!
Один из его противников приблизился к нему вплотную и широко улыбнулся. И эльф наконец заметил, что клыки у него слишком длинные для человека.
– А-а-а, лорд, я смотрю, ты начинаешь понимать, в какой теплой компании ты очутился… Тебе нравятся мои зубки?
– Мне противно разговаривать с вами. – Ралернан демонстративно отвернулся.
– Ой-ёй! Ему противно, подумайте только! – Снова издевательский смешок. – Интересно, а будет ли тебе все так же противно, если ты станешь одним из нас, а?
Эльф опешил:
– Что?! Вы не в состоянии превратить меня в монстра!
– Да ну? А давай проверим!
Стремительный бросок вампира Ралернан даже не успел отследить. Шею кольнуло болью. Эльф шатнулся назад, стремясь отбросить от себя прочь противника, но державшие его руки казались стальными.
– Из тебя получится забавный вампирчик, лорд, – вставил другой из троицы.
Боль, пронзавшая шею, казалась огненными иголками. Эльф сжал зубы, чтобы не заорать. Они не могут так просто превратить его в одного из своих! Не могут! Но… Л'эрт ведь никогда не кусал его…. Быть может, именно потому, что не хотел обращать? Ралернану стало невероятно холодно.
– Эй, а мне? – Еще один укус, еще одна вспышка боли. Голова кружилась все сильнее. – А он вку-у-усный…
– И я тоже! Я тоже хочу принять участие! – Снова резкая боль.
Ралернан почувствовал, что ему не хватает воздуха. Колени его плавно подогнулись, и он начал заваливаться вправо, повисая на руках своих врагов. Последнее, что он слышал – чавкающие звуки, сопровождаемые взрывом хохота. А потом наступила темнота.

ГЛАВА 28

Л'эрт моргнул, открывая глаза. Тело болело, словно пропущенное через мясорубку. Перед глазами плавали какие-то пятна и разводы. Он глубоко вздохнул и попытался прийти в себя. Попытка пошевелиться сопроводилась неприятным звоном цепей.
Л'эрт сделал над собой усилие и сел. Кажется, его бросили в какой-то каменный мешок – и сковали. На ногах болтались толстенные кандалы, уцелевшая рука была прикована к поясу. Он попытался разорвать цепи, но то ли слишком ослаб, то ли цепи были того же качества, что и примененные Кретвиком, но высвободиться у вампира не получилось. Окон в помещении не было – только глухие стены из неровно отесанных камней – и такой же пол. Узкая дверь, выполненная целиком из железа, была не меньше трех ладоней в толщину. Под потолком камеры плавали маленькие фосфоресцирующие шары, отбрасывающие на стены мертвенно-призрачный свет. Пожалуй, в абсолютной темноте было бы уютнее.
Легкий вздох привлек его внимание. Л'эрт обернулся, стараясь не качаться. На полу у дальней стены сидел Ралернан. Судя по всему, его тоже сковали – вампир уловил тусклый блеск металла, полускрытого плащом. Эльф бессмысленно уставился в какую-то точку на стене. Л'эрту совершенно не понравилось выражение его лица: тот выглядел, словно только что похоронил близкого человека.
– Серебрянка? Слушай, что мы тут делаем? Что вообще случилось? – Он медленно подошел к эльфу, производя жуткий грохот своими цепями.
Ралернан повернул голову в его сторону:
– Лаэрт, скажи… Вампиры могут питаться животными?
– Чего? – Л'эрт опешил. Эльф что, головой приложился?! Нашел время обсуждать гастрономические предпочтения!
– Тебе сложно ответить?
– Э… да нет, не сложно. Ну я не могу питаться. А что?
– А не ты? Вообще, в целом – могут? Керри же могла?
Л'эрт опустился рядом с ним на пол. Глаза эльфа были до странности пустыми. Может, действительно спятил? Странно как-то…
– Керри могла, потому что я сделал из нее не совсем вампира. Нет, некоторые из нас могут время от времени пить кровь животных, но этого недостаточно для нормального функционирования. Слушай, ты себя вообще нормально чувствуешь? Зачем тебе все это знать-то?
Ралернан закрыл глаза и прислонился затылком к каменной стене.
– Убей меня, а?
– Ч-чего?! – Л'эрту показалось, что у него слуховые галлюцинации. Наверное, это от слабости.
– Убей меня!!! – зло бросил ему эльф. – Ты же сам этого хотел, разве нет?! Я не буду сопротивляться!
– Э-э-э… Ну я, конечно, хотел… Но…
– Так убей! Ты же можешь, не так ли?! Выпить всю мою кровь или придушить… Только прошу тебя, поскорее.
– Так. – Л'эрт уселся поудобнее, позвенев цепями. – Я тебя, несомненно, с большим удовольствием отправлю на тот свет. Но не раньше, чем ты мне детально объяснишь, что с тобой происходит. Ты не похож не психа.
– Я не хочу ничего объяснять. Я хочу, чтобы ты меня убил.
– Не, серебрянка. Так не пойдет. Я что-то стал жутко любопытен в последнее время. Так что, не услышав всей истории, я ничего делать не буду.
Ралернан скользнул по нему пустым взглядом.
– Хорошо, тогда я сам. – Он потянулся руками к своей шее. Л'эрт схватился за цепь, сковывавшую руки эльфа, и дернул вниз. Даже раненый, он был сильнее Ралернана.
– Ну уж нет. Никаких суицидов, пока я не услышу объяснения. В конце концов, серебрянка, войди в мое положение. Это же мне придется находиться в обществе твоего разлагающегося трупа. Должен же ты хоть как-то это компенсировать.
Ралернан некоторое время молча смотрел на него, потом дернул руками.
– Пусти. Я… объясню.
– Н-ну? – Л'эрт разжал пальцы, сомкнутые на цепи эльфа.
Ралернан снова начал поднимать руки вверх, но вроде не к горлу. Схватившись за воротник рубашки, он сильно оттянул его вниз, открывая шею. Глаза Л'эрта изумленно расширились. Красные точки, несомненно, были следами укусов.
– Когда мы прошли через барьер, ты потерял сознание, – глухо проговорил эльф. – По другую сторону были трое… таких, как ты. Им захотелось поиздеваться надо мной. И они решили превратить меня в вампира.
Л'эрт еще раз скосил глаза на его шею. Следов от укусов было несколько. Нетипичный вариант для обращения.
– Ты пил их кровь? – как можно более нейтрально поинтересовался вампир.
– Я?! Ты что, меня не слушаешь? Они меня искусали!
– Только искусали?
– А что, разве этого мало?! Они сказали, что теперь в моей крови яд, и я начну мутировать. Через сутки я стану одним из них.
– Яд. Ага. – Л'эрт с трудом сдержался, чтобы не улыбнуться. Надо же, на пару минут они вправду чуть не поверил, что эльфа обратили. Хотя чего он так за него разволновался? Враг все же. Вампир небрежно отмахнулся от своих размышлений. – Но, знаешь, серебрянка, это в корне меняет дело. Я не могу так просто убить тебя.
– Почему? – Ралернан нахмурился.
– Ну ты же сейчас находишься в активной фазе мутирования. Если тебя просто задушить, то ты запросто воскреснешь. Тут надо применить довольно специфический алгоритм. Значит, так, слушай меня внимательно. – Л'эрт нацепил максимально серьезное выражение лица. – Сначала тебе надо избавиться от предметов, на которые могла попасть твоя кровь во время превращения. Ну там плащ, рубашка…
Ралернан потянулся скованными руками к завязкам плаща. Кое-как ему удалось их размотать, и он смог отбросить плащ в сторону.
– Рубашку снимать обязательно? – хмуро уточнил он.
Л'эрт сосредоточенно кивнул.
– Конечно. На воротнике остались пятна крови. Хотя я понимаю, это несколько сложно. Да и холодно, наверное… Но ты же все равно скоро умрешь… Я бы тебе помог, но сам видишь, – вампир подергал руку, прикованную к поясу, – тебе оставили несколько больше свободы.
Эльф процедил что-то нелицеприятное и рванул ткань рукава, раздирая его по шву. Иного способа снять рубашку, кроме как порвав ее, не было: руки эльфа были скованы спереди. Спустя четверть часа, почти непрерывно ругаясь, Ралернан освободился от данного предмета своего гардероба. Клочки белой ткани разлетелись по всей камере.
– Ну? Что дальше?
– Дальше… тебе нужно встать на четвереньки.
– Зачем?
– Серебрянка, тебе нужен результат или мои объяснения? Я не очень хорошо себя чувствую, так что ты бы лучше поторопился. А то тебе придется искать кого-нибудь другого на роль убийцы. Будь любезен, встань вот у этой стены. Она как раз обращена на запад. То, что надо. – Эльф тихо вздохнул, но все же опустился на пол. – Нет-нет, чуть ближе к стенке. Ага, вот так. А сейчас главное – не шевелись. – Л'эрт неторопливо подошел к стоящему на карачках эльфу и уселся ему на спину. Надо заметить, теплая спина была куда удобнее камней пола. Уголки губ вампира изогнулись в улыбке. Впрочем, эльф не смог бы увидеть эту улыбку, не свернув шею.
Ралернан некоторое время покорно стоял, удерживая вес вампира, но наконец терпение его истощилось.
– И долго мне так стоять? Что теперь?
– Теперь? – Л'эрт глубоко вздохнул и широко улыбнулся. – А теперь покатай меня, лошадка.
– Что-о-о?! – взвыл Ралернан, резко дергаясь и сбрасывая с себя вампира. Тот, уже не в состоянии сдерживаться, громко захихикал. – Ты, гад! Ты надо мной еще и поиздеваться решил! – Он с размаху саданул наручниками по лицу Л'эрта. Тот почти успел увернуться, отделавшись легкими царапинами.
– Эй, не бей меня! Я же тебя еще убить должен, разве ты забыл?!
– Да я скорее сам сдохну, чем еще раз тебя хоть о чем-нибудь попрошу! – Ралернан метнулся в сторону вампира, намереваясь повторить процедуру с наручниками.
– Да не бей же меня! Я тебе страшную тайну открою! – Душивший вампира смех мешал ему уклоняться с нужной скоростью. Ралернану удалось поймать вертлявого противника и повалить того на пол. – Не станешь ты вампиром! Честное слово!
– Чего?! – Эльф от неожиданности выпустил Л'эрта. – В смысле?
– Да в прямом! Те типы, что приволокли нас сюда, просто хотели тебя напугать! Для того, чтобы инициировать вампира, нужно выпить всю кровь жертвы – и поделиться несколькими каплями своей. От простого укуса ничего не будет. Ну же, серебрянка! Ты же видел, как я обращал Керри. Давай, вспомни!
Ралернан задумался.
– То есть… Я действительно не вампир? И не буду? – К его глазам медленно начало возвращаться более-менее живое выражение.
– Ну сейчас точно нет. Хотя, если ты настаиваешь, я могу тебе помочь! – Л'эрт подмигнул ему.
– Ты… ты мерзкий, паскудный, наглый… – Эльф запнулся, прикусив губу. – Ох-х. Спасибо.
– Всегда пожалуйста. Я знал, что тебе понравится. Кстати, представление с рубашкой – это было нечто! Особенно когда ты зубами отгрызал тот шов…
Если бы взгляды могли убивать, Л'эрту надлежало бы испепелиться на месте.
– Кстати, серебрянка. А с какой радости они тебя все-таки не сожрали и что мы тут делаем?
Эльф потряс головой, пытаясь перестроиться на другую тему:
– Не знаю. Они что-то твердили про то. как обрадуется мне их Мастер.
– Именно тебе? – Л'эрт задумчиво склонил голову.
– Ну да. Наверное. Я представился, до того, как заварилась вся эта каша с укусами.
– Угумс. Так. Очень плохо. А мое имя ты им называл?
Эльф припомнил, что Л'эрт действительно просил что-то такое сделать – до того, как хлопнулся в обморок.
– Нет, я не успел. Но, полагаю, это легко исправить. Явится же за нами кто-то сюда.
Л'эрт уставился на грубо отесанные камни пола.
– Нет, знаешь, пока не надо. Вероятно, те, кто нас схватил, все же не знают меня в лицо – иначе нас навряд ли запихнули бы в одну камеру. И неизвестно, кто у них сейчас рулит. Все-таки довольно много лет прошло… Я и не знал, что в этих горах есть лежбище ковена.
Поразмышлять ему не дали – железная дверь с мерзким скрежетом распахнулась вовнутрь. В проеме возникла мужская фигура, задрапированная во что-то вроде савана. Л'эрт отметил, что кое-где «саван» заляпан чем-то красным. Именно «чем-то» – вампир не ощущал запаха крови. Л'эрт слегка нахмурился. Что за идиотский карнавал?
Тем временем закутанный в саван вплыл в комнату и свистящим шепотом обратился к Ралернану:
– Следуй за мной, презренный червь. – Он сделал драматическую паузу. – И друг твой пусть следует также. Ну?! – Пришедший выпростал из складок савана руку и дернул за цепь, сковывавшую запястья эльфа. Ралернан с трудом сохранил спокойное выражение лица: рука незнакомца не имела кожи и мышц. Это была высушенная длань скелета.
– Ладно, ладно, мы идем, – вмешался Л'эрт, подталкивая эльфа к выходу и встряхивая головой так, чтобы черные пряди волос упали на лицо, скрывая его.
Узкий коридор, ведущий из камеры, перешел в спиралевидную лестницу. Ралернан думал, что лестница будет вести вверх – обычно ведь заключенных располагали в подвалах – но она вела вниз. Каменные ступени были мокрыми и осклизлыми. Эльфу приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не поскользнуться. Шедший перед ними человек – если это был человек, – словно плыл над лестницей. Эльф не слышал даже слабого эха его шагов. В стенах по сторонам появились ниши – сначала пустые, но постепенно в них стали встречаться различные предметы. Разглядев в очередной оторванную и истекающую свежей кровью человеческую кисть, эльф предельно сосредоточился на ступенях под ногами. Воздух пах кладбищенской гнилью и кровью. Лестница сделала очередной виток. Сбоку начали доноситься какие-то шорохи и скрежет, перемежаемые постанываниями. Ралернан старался смотреть только вниз. Становилось все более и более сыро. Наконец по ступеням слабыми ручейками заструилась вода. А еще через мгновение эльф понял, что это не вода, а кровь.
Ралернан невольно покачнулся и, несомненно, упал бы, если бы шедший сзади Л'эрт не успел схватить его за ремень штанов, удерживая в вертикальном положении.
– Это иллюзии, серебрянка, –  раздалось в голове эльфа. – Тебя пытаются напугать. Не поддавайся. 
Ралернан выдохнул и зашагал несколько увереннее.
Л'эрт задумчиво разглядывал стены и лестницу. Место было на редкость мерзким. Он солгал Ралернану: никакими иллюзиями здесь и не пахло. Вывалившийся им под ноги на очередном пролете трупик новорожденного младенца был самым что ни на есть настоящим. Но на сей раз эльф не споткнулся.
Л'эрт никогда не был в этом месте. Собственно, он даже не слышал ни про что похожее. В период правления Аластры такого точно не было. Аластра не имел идиотской склонности к театральным эффектам и запугиванию. И еще он очень не любил сырость. Интересно, эта лестница – выдумка Карвена или у ковена снова сменился глава? С Карвена-то как раз могло статься устроить подобное местечко.
Л'эрт передернул плечами, когда на них из стены выплеснулось как минимум с ведро свежей крови. Счастье еще, что не человеческой, а коровьей. Эльф слегка побледнел. Да уж, представление по высшему разряду.

Лестница кончилась внезапно. Еще минуту назад Ралернану казалось, что он видит ступени, ведущие ниже, как вдруг все вокруг подернулось на миг туманной дымкой. Когда дымка рассеялась, они оказались перед массивной дверью, украшенной гравировками из черного металла. Их проводник постучал в дверь и замер. Видимо, надлежало ждать.
Из-за вынужденного промедления Ралернан начал рассматривать дверь – и почти сразу пожалел об этом. Гравировки, весьма искусно выполненные, отображали все самые жестокие и отвратительные способы убийства, какие только могли прийти на ум. Изображенные на них люди казались живыми.
Эльф сглотнул и уставился в пол.
Дверь распахнулась неожиданно – и совершенно беззвучно. Проводник в саване сделал приглашающий жест – и исчез, обернувшись летучей мышью.
Ралернан шагнул вперед. Открывшаяся его взглядам зала казалась огромной – стены и потолок ее терялись в колеблющемся свете. Сначала ему показалось, что зал освещен свечами, но вскоре он понял, что природа светильников аналогична той, что была устроена в камере – странного вида фосфоресцирующие шарики плавали под потолком, время от времени объединяясь в сложные фигуры – только для того, чтобы вскоре разлететься в стороны.
Вдоль стен залы стояли люди. Хотя нет, не люди – вампиры – ненормально белая кожа и улыбки, которые они время от времени демонстрировали, заставили эльфа думать именно так. Все они были облачены в изысканные одежды и выглядели бы вполне аристократами, если бы не отпускаемые ими время от времени смешки.
Ралернан старался не обращать на них внимания, медленно продвигаясь вперед.
В противоположном от него конце залы был устроен массивный трон – достаточно массивный, чтобы вместить чудовищного монстра. Ралернан вспомнил, что однажды видел нечто похожее – еще во времена, когда он был главой разбойников, а Л'эрт пытался разобраться с ним из-за эльфийки.
Но создание, что было тогда с Л'эртом, можно было счесть милой домашней кошечкой по сравнению с тем монстром, что сейчас возвышался на троне. Роста он был как минимум в четыре человеческих, а то и больше. Голова у чудовища была ящерообразная, сильно вытянутая вперед. Над глазами имелись крупные роговые наросты, из-за которых глаза казались глубоко запавшими дырами. В провалах глазах переливалось пламя. Время от времени узкие языки этого пламени вырывались из глазниц и лизали чешуи, покрывавшие монстра. Огромная пасть, оснащенная острейшими зубами, была полуоткрыта, выпуская наружу два длинных клыка. Голову чудовища венчала корона из рогов. Ралернан понадеялся, что она просто надета сверху, а не является частью тела.
Брюхо монстра имело грязновато-желтый цвет, выпущенные когти могли поспорить по своим размерам с крестьянским серпом. На шее, безумно контрастируя со всем обликом монстра, висела крайне изящная пентаграммка на тонкой цепочке.
Справа от трона перекатывал кольца своего туловища огромный змей цвета сожженной травы. Изо рта его то и дело высовывался раздвоенный язык, облизывавший морду. Глаза змея смотрели холодно и бездушно.
– Стоять!
Ралернан не понял, кто отдал приказ, но на всякий случай повиновался. Л'эрт остановился за ним, перекрываемый от взглядов спиной эльфа.
– Лорд Арриера… – На этот раз звук явно исходил из пасти монстра на троне. – Какая приятная неожиданность. Ну и как вам, нравится в моих скромных владениях? – От этого голоса мурашки ползли по позвоночнику.
Сзади раздался легкий перезвон цепей: Л'эрт стремительно шагнул вперед.
– Не знаю, как ему, а лично мне абсолютно не нравится. И бижутерия тут никуда не годится. – Он выразительно позвенел наручниками, одновременно встряхивая головой, чтобы отбросить с лица волосы.
– ТЫ?! – Монстр на троне стремительно вскочил и сделал шаг вперед. По залу разнеслось громкое эхо.
– Нет, не я. Ты перебрал, и у тебя началась белая горячка, – издевательски фыркнул Л'эрт. – Кстати, забавный облик, Карв. Долго практиковался?
Эльф заметил, как по стенам залы пополз удивленный шепоток. Глаза змея утратили ледяное выражение и отражали вполне человеческую растерянность.
Монстр сделал шаг вперед, заколебался, сделал еще один. И вдруг вся фигура его поплыла, как тающий на ярком солнце воск. Мускулы перестраивались, меняя облик того, что шло им навстречу. Зеркальная чешуя исчезла, на миг мелькнуло обнаженное мясо, истекающее кровью, еще миг – и морда зверя превратилась в нечто совершенно непонятное. Кости плавились, меняя очертания. Последний шаг – и перед пленниками стоял молодой человек лет двадцати – двадцати двух. Высокий, довольно красивый – но какой-то жутковатой, нечеловеческой красотой. Одежда его изобиловала огромным количеством кружев и драгоценностей. Ралернану подумалось, что не каждый монарх может позволить себе аналогичный гардероб. Длинные прямые черные волосы рассыпались по плечам потоками тьмы. Прозрачно-белая кожа казалась подсвеченной изнутри. Черты лица чем-то напоминали эльфа – но уши были обычные, человеческие. Только глаза вампира почти не изменились – в них по-прежнему билось мертвое алое пламя.
– Ты жив? Действительно жив? – В человеческом облике голос его был даже приятным. – Но что… Что ты делаешь в его обществе?! – Он ткнул пальцами в сторону эльфа. – Он же убил тебя!
На губах Л'эрта заиграла довольно неприятная улыбка:
– Видимо, не убил, раз я здесь.
Глава вампиров потер пальцами виски, словно у него разболелась голова.
– Но все равно… Почему… почему вы вместе?
– Ну-у-у… Вообще-то изначально мы немного поссорились. Но сейчас он мой друг, – любезно ответил Л'эрт.
Ралернан опешил. Друг?! Вампир пытается его защитить? Или закопать в одну с собой яму? Видимо, скорее последнее: возникшее на лице собеседника Л'эрта выражение эльфу категорически не понравилось.
– Друг? – Глава вампиров сощурил алые глаза. – В каком смысле «друг»?!
– Ах, Карвен! – Л'эрт пошел ему навстречу, сопровождая свое движение звоном цепей. – Не будь это абсолютно  невозможно, я бы подумал… Но ведь это абсолютно невозможно, не так ли? Ведь не может же быть, что ты… ревнуешь? – Он замер, приблизившись к своему собеседнику почти вплотную и изучающе уставившись тому в лицо. Последнее слово Л'эрт произнес слишком тихо – эльф его не расслышал.
Ралернан не смог понять, почему глава вампиров судорожно сглотнул и неожиданно заорал:
– ВСЕ ВОН!!!
Приказ вспорол воздух, как щелчок кнута.
Вокруг немедленно расцвели разноцветные вихри порталов. Несколько секунд – и в зале никого не осталось, кроме них троих и огромного змея.
Змей беззвучно скользнул в их сторону – и Ралернан понял, что тот тоже меняется. На сей раз метаморфоза была чуть менее жуткой, чем с главой вампиров, но все равно более чем неприятной. Монстр словно вывернулся наизнанку, еще и еще раз – пока на его месте не возник невысокий вампир со светлыми, слегка отдающими в рыжину волосами. Одежда его казалась взятой с чужого плеча – особенно сильно это было заметно по контрасту с элегантным главой вампиром.
– Мне тоже уйти? – уточнил он.
– Ты… А, ладно, оставайся пока… – Глава вампиров устало отмахнулся и снова уставился на Л'эрта. – Ты все еще должен мне, помнишь?
Л'эрт нахмурился. Ралернану показалось, что ему не понравился вопрос.
– Помню, но я сейчас сильно занят, Карвен. Я не могу так надолго здесь задержаться. Или ты собираешься оставить меня силой? – Л'эрт погремел цепями. Его собеседник скользнул взглядом по пустому рукаву рубашки.
– Что с твоей рукой?
– Был слегка неосторожен. Знаешь, это на тебя не похоже – увиливать от ответа.
– Нет, не собираюсь я тебя удерживать. – Глава вампиров вздохнул. – Что ты здесь ищешь? Стражи сказали, что кто-то из вас пробил защитное поле.
– Ну я же не знал, что здесь твоя резиденция. Уверяю тебя, я бы постарался войти более культурно. Мне просто надо прогуляться вверх по этой части гор. Я не виноват, что ты попался на моей дороге.
– Вверху почти ничего нет. Во всяком случае, ничего такого, что могло бы тебя заинтересовать.
– Кто знает. У меня разносторонние интересы. Ну если ты нас не собираешься удерживать, то может, снимешь эти милые кандалы, и мы пойдем? – нейтрально спросил Л'эрт.
– Я не собираюсь удерживать тебя.  Но не твоего спутника. Возможно, он захочет детально поведать мне об истоках вашей дружбы. –  Пламя в его глазах шевельнулось и снова застыло.
– Гад! – Л'эрт сплюнул. – Чего ты хочешь?
– Твой долг. – По лицу главы вампиров скользнула почти незаметная улыбка.
– Я действительно сейчас не смогу остаться так надолго.
– Ты думаешь, я поверю, что ты заскочишь ко мне на обратном пути? – язвительно поинтересовался он.
– Я и не предлагаю. Возможно, на обратном пути у меня будет та же проблема со временем.
Глава вампиров какое-то время пристально разглядывал Л'эрта.
– Тогда ты задержишься до рассвета. На моих условиях. И тебе придется доказать, что они тебе нравятся. Кроме того, ты выполняешь свое обещание, как только решишь временные проблемы.
– И ты не трогаешь Арриера.
– Да, если только он сам не начнет драку.
– Хорошо, договорились.
Глава вампиров повернулся к рыжему:
– Выведи лорда Арриера отсюда. Он подождет своего спутника снаружи.
Тот кивнул и потянул Ралернана за цепь, сковывавшую ручные кандалы.
– Серебрянка, ни в коем случае ни во что не вмешивайся! –  острой иглой ворвался в мозг Ралернана приказ Л'эрта. – Тебе покажут иллюзию – несомненно, жуткую и отвратительную! Они будут пытаться тебя спровоцировать, но ты должен остаться просто сторонним наблюдателем! Слышишь?! Все, что они тебе покажут, – обман! Не верь тому, что увидишь! 
Ралернану пришлось тщательно сконцентрироваться, чтобы ответить:
– Я понял. Я не буду вмешиваться. 
Рыжий вампир довел его до двери в зал и толкнул в спину, побуждая первым подняться по лестнице. Перед выходом Ралернан успел еще раз оглянуться.
Глава вампиров заключил Л'эрта в объятия и, кажется… плакал?
Эльф помотал головой и решительно направился вверх по скользким ступеням. Если они отсюда выберутся, он потребует у Л'эрта детально объяснить всю эту бредовую сцену.
Обратный путь напоминал дорогу вниз – те же лужи крови, те же оторванные конечности. Правда, где-то на середине пути рыжий вампир толкнул его вправо, заставляя войти в залитую какой-то желчью нишу – где обнаружилась другая лестница, и потребовал идти именно по ней. Ралернан даже слегка порадовался: этот путь, хотя и имел запах свежей крови, все же был несколько менее жутким.
Через почти час ковыляния по осклизлым ступеням Ралернан увидел впереди легкий свет. Сначала он принял его за дневной, но вскоре понял, что это те же шары, что использовались здесь для освещения помещений. Шары висели над проемом, которым заканчивалась лестница – и начиналось что-то вроде сада. Эльф недоуменно огляделся. Странно, ведь они же в горах. Откуда здесь сад?
Сад был, несомненно, прекрасен. Деревья и кусты выглядели ухоженными и подстриженными, дорожки посыпаны свежим мелким гравием. Зеленая листва мягко колыхалась под порывами ветерка. Издалека долетал аромат роз и жасмина. Сад освещался уже привычными фосфоресцирующими шарами.
Ралернан поднял голову вверх. На ночном небе ярко горели звезды. Ночь… значит, они пробыли в темнице почти сутки. Впрочем, это соответствовало предположениям эльфа.
Рыжий вампир подтолкнул эльфа к одному из деревьев.
– Стой здесь. Если подождешь до рассвета, Л'эрт найдет тебя здесь. – Незаметным движением он вытащил откуда-то из карманов небольшой ключ и, повозившись минуту, разомкнул кандалы Ралернана. – Полагаю, так тебе будет удобнее. – Слова вампира были вполне вежливыми, но улыбка, которой он их сопроводил, вызвала мороз по коже. Ралернан проводил вампира долгим взглядом. Что тот хотел ему сказать? Удобнее для чего? Но рыжий ушел, бесследно растворившись в ночной темноте.
Ралернан еще раз посмотрел на небо. Если оно – не иллюзия, ночь еще только начиналась. Что ж… он подождет. Все равно у него нет другого выхода.
Тишина и спокойствие сада убаюкивали. Ралернан не заметил, как глаза его начали закрываться, и он задремал.

Как долго он провел в полудреме, эльф не знал. Разбудил его отдаленный шорох бегущих шагов. Постепенно шум становился все ближе и ближе, и через несколько мгновений Ралернан уже увидел бегущего – юная девушка в полупрозрачном белом одеянии мчалась прямо на него, преследуемая (или сопровождаемая?) гроздью танцующих огоньков. Не добежав до эльфа нескольких шагов, она резко остановилась – и уставилась прямо на него.
– Нет! Не тронь меня! – пронзительно закричала она, начиная пятиться. Ветер взметнул ее длинные светлые волосы, и Ралернан заметил, что уши у девушки заостряются кверху. Эльфийка? Эльфийка-вампир?
Пятясь спиной, девушка споткнулась о корень дерева и опрокинулась навзничь, издав жалобный писк. Ралернан уже сделал шаг в ее сторону, чтобы помочь ей встать, когда в его памяти всплыло предостережение Л'эрта – и эльф поспешно вернулся к своему дереву. Нет, он не будет шевелиться, что бы ему ни показали. В конце концов, Л'эрт вполне мог выйти отсюда и один, если Ралернан правильно понял его диалог с главой вампиров. Но, раз уж он решил вытащить и его тоже, навряд ли он солгал про иллюзорность происходящего.
Эльф покачал головой. До чего он дошел! Верить одному вампиру, чтобы выбраться из логова другого! Какой позор…
Девушка тем временем поднялась на ноги. Танцующие в воздухе огоньки окружили ее горящим ожерельем, слепя глаза и мешая сдвинуться. За деревьями беззвучно замелькали какие-то черные тени, придвигаясь все ближе и ближе к замершей девушке. Наконец они вытекли на открытое место, и Ралернан разглядел, что это вампиры – но, вероятно, не те, что он видел в зале. Эти были одеты довольно просто, можно даже сказать – строго: все в черном, – из-за чего эльф и перепутал их сначала с тенями. Но полуоткрытые рты с выставленными клыками, несомненно, указывали на их упыриную природу. Вампиров было семь – пять мужчин и две девушки. Все они выглядели довольно молодо, хотя Ралернан уже знал, что на самом деле им может быть и не одна сотня лет.
Вампиры заскользили вокруг девушки в белом в каком-то странном танце, то и дело стараясь коснуться ее пальцами. Девушка тоненько вскрикнула и заметалась в их кольце, как пойманная рыбка, жалобно заламывая руки.
– Отпустите меня! Умоляю вас! Прошу! Я же не сделала вам ничего дурного! За что? Ки'рер'н'к кн'ик'кер авал'ла'нр цв'ер'л! – Девушка перешла на Верхнюю Речь, хаотично перемежая ею просьбы на всеобщем.
Ралернан невольно напрягся. Даже если это иллюзия… Было неприятно смотреть, как вынуждено унижаться это юное создание.
Кольцо вампиров внезапно распалось. Один из них метнулся к девушке, обхватил ее руками. Она попыталась оттолкнуть вампира, но безрезультатно – не прилагая видимых усилий, он заломил ей руки за спину и рванул вниз вырез на платье. Ткань подалась с легким треском. Девушка жалобно крикнула, вырываясь. Лунный свет скользнул по округлостям ее грудей. Вампир по-хозяйски положил одну руку ей на обнаженную грудь и слегка сжал. Остальные вампиры встали чуть в стороне и, казалось, с интересом наблюдали за происходящим – все, в том числе и девушки.
Ралернан сглотнул. Во рту внезапно пересохло. Это всего лишь иллюзия. Иллюзия. Ему нельзя вмешиваться…
Вампиру тем временем, вероятно, наскучило лапать грудь девушки – она перешла в полуобморочное состояние и почти перестала вырываться. Он развернул ее к себе лицом и попытался поцеловать. Девушка дернула головой в сторону, отодвигаясь. Вампир позволил ей это, а потом снова схватил, притягивая к себе.
– Разве я тебе не нравлюсь? – Его голос напоминал шорох гравия под ногами.
– Пустите меня! – снова стала умолять девушка. – Пустите!
Вампир одним резким движением оборвал все остатки ее платья выше пояса, погладил рукой по позвоночнику.
– Не нравлюсь, значит… А кто нравится? Кого ты хочешь? – Он развернул ее лицом к остальным вампирам. – Ну?
– Не трогайте меня! – Она попыталась прикрыться ладонями, но вампир ей не дал. Резким толчком он отбросил ее к ближайшему дереву. Девушка ударилась спиной и упала на колени. Другой вампир, оказавшийся к ней ближе всех, рывком поставил ее на ноги. Одной рукой он дернул ткань ее юбки, разрывая вдоль по шву, другой рукой – прижал к стволу дерева.
Ралернан до боли стиснул кулаки и закрыл глаза, не в состоянии наблюдать сцену насилия. Он помнил, что все это иллюзия, но спокойно смотреть на происходящее просто не мог. К несчастью, крики девушки он продолжать слышать и с закрытыми глазами.
А потом эльф почувствовал прикосновение ледяных пальцев к своей щеке.
– Почему же ты не смотришь, лорд Арриера? – прошелестел у него над ухом голос того, первого, вампира. – А ведь мы так стараемся… Может, тебе помочь открыть глаза? – Ледяной палец коснулся его века и дернул за ресницы. – Мы ведь откроем. Это не запрещено. Так как, помочь? – Чужая рука, казалось, вырвала не меньше половины ресниц из его века поднимая его вверх и заставляя Ралернана смотреть на происходящее.
Девушка все так же была прижата к дереву. На остатках белой юбки появились кровавые пятна. Насильник сменился – теперь это был уже другой вампир. Свои действия он сопровождал громкими стонами и циничными комментариями. Девушка извивалась, словно насаженная на булавку бабочка. Кажется, она прокусила губу, чтобы не кричать – из уголка ее рта стекала струйка крови.
– Я должен здесь ждать! Но я не обязан все это смотреть! – очень тихо произнес эльф. Голос его дрожал от сдерживаемого бешенства.
Л'эрт сказал, что все происходящее будет ложью. Ложью, которая должна его спровоцировать на вмешательство. Никакой девушки на самом деле нет. Ничего нет. Скорее всего, и сад этот – тоже иллюзия! Ну конечно же! Откуда в горах быть саду!
– А ведь ты успокоился, – задумчиво пробормотал стоявший рядом с ним вампир. – Твой пульс стал ровнее. Интересно, с чего бы?
Ралернан покосился на небо. Оно светлело, но медленно, безумно медленно… Еще как минимум два часа…
– Ты снова не хочешь смотреть! – Холодные пальцы дернули его за веко, привлекая внимание.
Быть может, Ралернану и удалось бы заставить себя отрешиться от происходящего, но надрывный крик девушки, исполненный страшной боли, вынудил взгляд эльфа вернуться к ней.
Кажется, следующий насильник был четвертым по счету. Эльф старался об этом не думать. Но кричала девушка не из-за этого. Еще один вампир оттянул ее голову в сторону и медленно, словно стараясь в деталях продемонстрировать Ралернану процесс, вонзил зубы в ее тонкую шею. Брызнула кровь. Вампир отер лицо и снова приник ртом к кровоточа-шей ранке.
Ралернан с присвистом втянул воздух. Это иллюзия. Никакой девушки на самом деле нет. Он не должен вмешиваться. Это иллюзия…
Еще один вампир скользнул к шее девушки с другой стороны – и тоже запустил в нее зубы. Несколько минут ничего не менялось – вампиры сосредоточенно пили кровь, девушка пыталась кричать – но все слабее и слабее.
Наконец к ним приблизился тот вампир, что первым развязал весь этот кошмар. Вампиры, тянувшие из нее кровь, медленно, с явным сожалением отстранились. Он неторопливо, плавными движениями, погладил пальцами нервно ходящее горло девушки – и вгрызся в него зубами, еще и еще раз. В стороны полетели ошметки мяса и кожи – вампир рвал горло девушки, словно хищный зверь.
Ралернан вцепился пальцами в ствол дерева, не замечая, как продавливает кору, как щепки до крови царапают ему ладони. Ничего этого нет. Это все иллюзия. Обман. Обман. Обман.
Девушка издала высокий, пронзительный крик – и обмякла, обвисая тряпичной куклой. Еще несколько стремительных движений – и в руках вампира оказалась отгрызенная голова. Он поднял ее за волосы и отпихнул прочь обезглавленное тело.
Вампир медленно подошел к Ралернану, держа голову убитой за волосы. Из разодранной шеи на белый гравий капала кровь. Посмертная гримаса девушки исказила ее лицо, делая его пугающим и нечеловеческим.
– Понравилось, лорд Арриера? – небрежно поинтересовался вампир, покачивая в пальцах голову.
Ралернану больше всего на свете хотелось сломать ему шею. Удерживался он только запредельным усилием воли. Ведь все это обман.
Вампир медленно поднял оторванную голову на уровень глаз эльфа и качнул ее из стороны в сторону. Капли крови обильно брызнули на тело Ралернана, заставляя его вздрогнуть.
– Вижу, вы все-таки впечатлились, лорд Арриера. Надо сказать, мы тоже впечатлились. Такое самообладание! Не ожидали от вас. Что ж, вас ждет еще один приятный сюрприз, но это будет несколько позже. А пока мы вынуждены оставить вас. Светает.
Вампиры обернулись стайкой летучих мышей и порскнули в разные стороны, бесследно растворяясь среди деревьев. Голова девушки упала на гравий перед ногами Ралернана и так и осталась лежать там. Эльф даже не мог найти в себе сил, чтобы немного отодвинуться.
Небо действительно стремительно голубело. Еще несколько минут – и Ралернан увидел, как разгорается алая полоса восхода.

В паре шагов слева полыхнул овал портала. Эльф повернул голову в ту сторону. Портал завис над травой, мерцая беловатыми переливами. Что это? Выход? Он должен туда подойти?
Прошло несколько минут томительного ожидания – и эльф уже хотел шагнуть в сторону портала, когда из него кто-то выпал. Еще несколько долгих минут выпавший неподвижно лежал на дорожке лицом вниз, но потом, чуть пошатываясь, поднялся – и Ралернан узнал Л'эрта. Эльф облегченно выдохнул и сделал шаг ему навстречу, когда заметил, что у вампира присутствуют обе руки. Что это? Продолжение представления?
Л'эрт тем временем приблизился к нему. Он был закутан в плотный плащ, но Ралернан четко ощущал идущий от вампира стойкий запах крови.
– Пойдем. – Голос Л'эрта был абсолютно бесцветен и лишен эмоций. Он протянул эльфу руку.
– А как я узнаю, что ты не иллюзия? – тихо произнес Ралернан.
– Никак. – Л'эрт схватил его за запястье и потащил за собой. Портал все еще висел в шаге от них, переливаясь белыми всполохами. Л'эрт толкнул в портал Ралернана и тут же шагнул туда сам.
Громкий взвизг ударил по барабанным перепонкам, окружающий мир на несколько мгновений растворился в беловатой мгле. А когда мгла рассеялась, Ралернан стоял на горной тропе, вьющейся между скал. Позади влажно блестела черная стена, покрываясь время от времени маслянистыми разводами. Восходящее солнце окрасило скалы в нежно-розовый цвет. Их отпустили? Неужели их действительно отпустили? Кошмар закончился? Ралернан с невыразимым облегчением вздохнул.
– Пойдем. – Л'эрт потянул его за руку, увлекая за собой по горной тропе. – Нам нужно уйти подальше, – тихо добавил он.
Ралернану пришлось почти что бежать за ним. Тропа сделала один поворот, другой, третий. Прошло два часа непрерывного бега. Черная завеса скрылась в изломах гор.
– Все. – Л'эрт неожиданно остановился, тяжело и хрипло дыша. – Больше я не выдержу. – И грохнулся на колени.
– Проклятье! – Ралернан склонился над ним. – Зачем нужно было так бежать, если ты еще так слаб?!
– Чтобы уйти из зоны видимости.
– Но нас ведь выпустили! Я выполнил это дурацкое условие, я ни во что не вмешался!
– Выпустили? – Л'эрт поднял на него глаза. Радужка у него была почти белой, зрачки сузились в вертикальные линии. – Ты действительно думаешь, что Карвен вот так просто взял – и отпустил тебя?
– Но… подожди, я не понимаю…
– И не надо… Серебрянка, мне нужна твоя кровь.
– Слушай, я сейчас не в лучшем состоянии. Мне надо немного поесть. Давай чуть позже? Нам все равно прямо сейчас не нужно колдовать.
– Немедленно! – В глазах Л'эрта полыхнул какой-то шальной огонь. Но спустя мгновение он взял себя в руки и продолжил относительно спокойно: – Мне нужно сейчас. Иначе ситуация может выйти из-под контроля.
Ралернан недоуменно покосился на вампира.
– Хорошо, хорошо. – Он протянул Л'эрту руку. – Только не очень много, договорились?
Л'эрт размотал бинты, перевязывавшие старые порезы, – и тихо выругался.
– Эй, ты чего?
Не отвечая, вампир схватил его за другую руку и освободил от бинтов и ее. И неподвижно замер, уставившись в землю.
– Эй, да в чем дело? – Ралернан высвободил правую руку и попытался вернуть бинты обратно. Старые порезы уже не кровоточили, но все равно прикосновение к ним было довольно неприятным.
– Серебрянка… – Л'эрт нервно взлохматил волосы. – У меня с собой нет ничего режущего или колющего. У тебя тоже… Мне нужно, чтобы ты прокусил себе запястье до крови.
– Чего?! – Ралернан остолбенел. – Это что, очередной розыгрыш?! Еще одна «лошадка»?! Чтобы я сам погрыз себе руку? А потом мне лечь на тарелку и украсить себя укропом?! – Накопившееся за последние сутки напряжение прорвалось наружу.
– Замолчи! – Вампир схватил его за плечи и яростно встряхнул. – Сейчас не время! Я прошу тебя, поверь мне! Мне действительно очень надо, чтобы ты прокусил руку сам!
– Тогда, может, ты объяснишь мне, в чем дело? – хмуро поинтересовался эльф.
– У меня нет времени! Серебрянка, я клянусь, я расскажу тебе все, что ты захочешь, – но чуть позже! Мне сейчас безумно нужна кровь! Я говорю правду!
– Но ты какую-то чушь просишь! Да и как я себе руку прокушу? У меня же нет таких клыков, как у тебя!
– Постарайся! У тебя должно получиться! – Л'эрт лихорадочно сжал в своих ладонях ладонь Ралернана. – Я клянусь, это не розыгрыш!
Эльф чувствовал, как дрожат руки вампира. Глаза Л'эрта стали совершенно ненормальными, Ралернану было страшно даже в них смотреть.
– Хорошо, будь по-твоему! Но если это опять шутка, мы будем драться прямо здесь и сейчас! – Эльф с силой сомкнул зубы на собственном запястье. Прокусить кожу у него получилось только с третьей попытки. Почувствовав во рту солоноватый привкус, Ралернан с омерзением сплюнул и протянул кровоточащую руку вампиру. – Ну? Сойдет?
Л'эрт не ответил, приникая к маленьким ранкам. Эльфу категорически не понравилось прикосновение его губ. Какое-то оно было… слишком интимное, что ли. Пожалуй, хорошо, что раньше вампир пользовался замораживающим заклинанием. Надо будет сказать ему, чтобы и впредь пользовался.
Минуты все текли и текли, а вампир все не отрывался от руки эльфа. Ралернан почувствовал приближение слабости, в ушах зашумело. Он тряхнул рукой, пытаясь сбросить вампира.
– Эй, хватит! Хватит, я говорю! У меня уже голова кружится!
Л'эрт никак не отреагировал. Ралернан слегка испугался и попытался вырваться более активно. Л'эрт оторвался от его руки. Глаза вампира стали абсолютно черными – и чужими. Резким толчком он уронил Ралернана на спину и прижал к земле, лишая возможности двигаться. А в следующий миг Л'эрт снова приник к прокушенному запястью.
Ралернан резко дернулся, но это ни к чему не привело. С равным успехом он мог пытаться сдвинуть многотонную плиту. В ушах звенело все сильнее. Перед глазами поплыли какие-то черные точки. Точек становилось все больше и больше, пока их черная масса не поглотила его сознание. Боль исчезла. Темнота была спокойной и мягкой, как ватное одеяло.

ГЛАВА 29

Черное, золотое, черное… Туман клубился вокруг нее, меняя цвет. Шаг, шаг, новый шаг. И новый кошмар, который лабиринт неведомо как создавал на основе ее памяти. Ей казалось, что дорога шла спиралью – и с каждым витком кошмары все усиливались и усиливались. Наверное, Керри не смогла бы пройти этих иллюзорных миров, рождаемых туманами, затерялась бы в очередном облаке, потеряв разум. Но рядом по-прежнему спокойно шел Варрант – и иллюзии рассыпались, не выдерживая его присутствия. Керри не хотелось вспоминать увиденные кошмары. Она складывала их в самый дальний уголок памяти. Когда-нибудь потом, когда она отсюда выберется и окончательно успокоится – возможно, она найдет в себе силы подумать над ними. Но не сейчас. Сейчас ей просто надо пройти.
Очередное золотое облако рассеялось, распадаясь мелкой трухой. Керри подсознательно уже настроилась на черный сектор – но ошиблась: перед ней расстилалась равнина. Обычная равнина, если не считать огненно-красного цвета.
Керри замерла.
– Красный сектор? – неуверенно повернулась она к Варранту. Девушка так и не решила, относился ли эльф к порождениям лабиринта. Да, вроде бы он пока помогал ей – но вдруг это так и задумано? Ее слишком напугали первые шаги в разноцветном тумане, чтобы она могла полностью довериться своему спутнику. И Варрант по-прежнему держал небольшую дистанцию, шагая чуть левее.
– Полагаю, да. – Эльф задумчиво уставился на алые травы, колеблемые невидимым ветром. – Мы идем слишком медленно, Кер. Осталось всего три дня, а пройдена только треть. Если бы ты меня слушала…
– Я знаю. Ты считаешь, что мы двигались бы быстрее. Но ты ведь не можешь доказать, что тот путь, что предлагаешь ты, – не очередная ловушка!
– Не могу, но… тебе надо рискнуть.
– Не думаю. Я успею вовремя. Черный сектор был самым тяжелым. Теперь должно быть легче.
– Почему ты так решила? – Варрант вопросительно изогнул бровь.
– Это же очевидно! – Керри недовольно фыркнула. – Кажется, Клиастро пыталась воздействовать на меня страхом. Но Ойенг и Акерена навряд ли прибегнут к тем же способам.
– Боги весьма слабо могут влиять на это место. По большей части оно существует – и действует – самостоятельно. А что касается секторов… Кер, ты ошибаешься. Богиня Тьмы действительно хотела запугать тебя. Возможно, алый сектор тебе будет пройти несколько проще – все же это твоя стихия. Но вот белый… – Он нервно побарабанил пальцами по поясному ремню.
– А что белый? Разве он может быть тяжелее черного?
– Иногда несбыточные надежды удерживают человека куда прочнее аркана страха. Если бы богиня Света не умела драться, она бы давно уже исчезла. Вот только методы ее понятны далеко не сразу. – Он посмотрел на алую равнину.
– Варрант? А Акерена правда предлагала тебе стать ее помощником?
– Что-то в этом духе.
– Ты именно поэтому отказался? Потому что не доверяешь ей?
– Возможно. А возможно – потому, что я не люблю быть марионеткой. И не люблю выискивать недоговоренное.
– Очень смешно! Мне уже надоели постоянные загадки! – Она раздраженно попыталась ткнуть кулаком ему в грудь, забыв об осторожности. Все те иллюзии, что являлись ей в лабиринте, были вполне материальны: она царапалась о камни, ее кусали и могли избить. Руки, пытавшиеся схватить ее, обладали значительной силой – и даже в самом лучшем случае оставляли синяки на ее коже. А сейчас… ее рука прошла сквозь Варранта, как сквозь туман. Керри резко дернулась назад, отскакивая и принимая оборонительную позу. – Ты тоже ненастоящий! Я так и знала!
Варрант вздохнул:
– Кер, ну я же в некотором роде умер. И потом – мне тяжело находиться в этом месте. Оно слишком привыкло поглощать в себя субстанции вроде меня. Я могу придать своему образу более… материальную форму – но совсем ненадолго.
– Но ты же был вполне себе живым на маскараде!
Эльф улыбнулся:
– Я помню. Но мне скорее просто повезло.
Керри зло вскинула голову, смерив его ледяным взглядом снизу вверх.
– Так значит, просто повезло?!
– Сильно повезло. – Его улыбка стала теплой-теплой.
Керри отвернулась. Он призрак! Призрак из этого проклятого дурацкого лабиринта! И вообще, его все равно нельзя обнять, даже если ей и хочется. Он – не более чем обман зрения! Она зло пнула ногой какой-то камушек под ногами.
Камушек покатился вперед, подпрыгивая на ярко-красной земле. Керри не заметила, как земля постепенно потеряла красный цвет, перейдя в посыпанную мелким светлым песком дорожку. Она подняла глаза.
Равнина исчезла. Она стояла в большом саду. Слева и справа от дорожки на ветках деревьев были подвешены различных размеров клетки с птицами. То и дело слышался птичий клекот.
Керри недоуменно замерла. Она знала это место. Или очень на него похожее. Когда-то давно… очень давно… У ее родителей был такой сад. Ее отец любил коллекционировать красивых птиц.
Девушка пошла вдоль аллеи. Птицы в клетках провожали ее взглядами – то нейтральными, то ожидающими, то злыми. Здесь было множество самых различных видов – от домашних белых голубков и разноцветных попугайчиков – до хищных соколов и стервятников.
Аллею на миг заволокло красной дымкой. Когда она исчезла, в противоположном ее конце появилась маленькая девочка – лет четырех, не больше. Она была похожа на фарфоровую куколку – изящное личико, огромные глаза, завитые длинными локонами рыжие волосы, перехваченные на макушке светло-зеленой – под цвет платья – шелковой лентой.
Керри настороженно глядела на ребенка.
– Очередное воспоминание, – тихо пробормотала она.
– Я пока не чувствую опасности, – заметил Варрант, неслышной тенью стоявший за ее левым плечом. – Тебя опять хотят натолкнуть на идею о суициде?
– Не думаю. Я плохо помню этот день. Тогда я была слишком маленькая и многого не знала.
– Не знала чего? – В руках Варранта затанцевал неизвестно откуда вытащенный ножик.
– Наверное, ты сам увидишь. Если я не ошиблась…
Тем временем девочка подошла к ближайшей клетке. Там сидел крупный голубь светло-серого цвета с голубоватым отливом. Грудка у него была розовая, на животе светлеющая до белого оттенка. На крыльях виднелись мелкие белые пятнышки. Девочка просунула руку в клетку, пригладила мягкие перья птицы. Вытащила из кармана горстку зерен и насыпала их в клетку. Голубь тут же принялся склевывать подношение.
– Бедная птичка. Тебе, наверное, плохо в этой клетке. Ты ведь не можешь летать… Птички должны быть свободны. Сейчас я тебя выпущу. – Девочка завозилась с дверцей. Замок был несложный – и всего спустя пару минут дверца распахнулась. – Ну же, лети!
Голубь неуверенно покосился на распахнутую дверцу, склевал остатки зерна – и медленно вылетел наружу. Он покружился вокруг своей клетки – и почти сразу же опустился на нее сверху, цепляясь коготками.
– Почему ты не летишь? – Девочка протянула к птице руку, но та сдвинулась чуть назад, перебирая по прутьям клетки лапами. – Наверное, ты боишься. Ладно, я подожду. – И девочка сделала шаг вперед по аллее, останавливаясь у следующей клетки.
Эта клетка была существенно больше. В ней держали пепельно-серого орла. Девочка сыпанула на пол клетки зерна. Птица пошевелила его лапой, но есть не стала. Зерно явно не выглядело привлекательным с точки зрения хищника. Девочка попыталась погладить его сквозь прутья – но орел резко отпрыгнул, неуклюже взмахнув крыльями в ограниченном пространстве.
– Тебе тоже хочется летать, да, птичка? – Девочка снова завозилась с дверцей. На этот раз потребовалось немного больше времени – но ей удалось отпереть и эту. Она пошире распахнула дверцу. – Ну же, лети! Ты свободна, птичка!
Орел, будто недоумевая, подошел к появившемуся проему в прутьях. Секунда – и он вылетел наружу, широко распахнув сильные крылья. Голубь, до того мирно сидевший на соседней клетке, заволновался – и тоже взмыл в небо.
Девочка захлопала в ладоши:
– Ура! Они летают!
Голубь старательно молотил крыльями воздух, но набрать скорость у него не получалось. Он слишком давно жил в саду, его обильно и сытно кормили. Потребовалась всего пара минут, чтобы орел настиг его. Хищная птица резко спикировала сверху, вцепляясь в голубя острыми когтями. Мгновение – и голубь рухнул вниз, пятная песчаную дорожку кровью из ран, – прямо под ноги девочки. Она испуганно вскрикнула и склонилась над упавшей птицей. Но орел не собирался уступать свою добычу. Хищно клекоча, он бросился на ребенка, широко раскрыв клюв и угрожающе выставив когти.
– Нет! Плохая, гадкая птичка! – Девочка попыталась его прогнать, махнув рукой. Когти орла легко вспороли зеленый шелк платья, оставив на коже кровавые царапины. Девочка ойкнула и сделала шаг назад. Орел взмыл вверх и развернулся, явно собираясь пойти на второй заход.
В воздухе раздался свист камня, брошенного сильной рукой. Камень настиг хищную птицу, не дав ей приблизиться к ребенку. Безжизненной кучей перьев орел рухнул вниз. Камень перебил ему шею. На песке растеклась еще одна лужица крови.
– Юная госпожа! – К девочке спешил высокий мужчина, облаченный в ливрею слуги. – Вы в порядке? Вы целы? Как же она выбралась наружу? Надо мне лучше проверять замки.
– Они умерли. – Девочка села на песок рядом с трупами птиц. Ноги ее не держали. Из оцарапанной руки медленно сочилась кровь, пачкая платье. – Они совсем-совсем мертвые? – Она потянулась пальцами к вспоротой тушке голубя, но так и не коснулась серых перьев.
– Они вас больше не потревожат. Пойдемте, – слуга с легкостью подхватил ребенка на руки, – я перевяжу вам руку. Какое несчастье! Господин так любил этого орла… Редкий и очень ценный экземпляр… Ну-ну, юная госпожа! Не плачьте! Ваш отец купит другого, еще лучше. И я починю замки. Все будет хорошо.
Красная дымка начинала заполнять все вокруг, скрывая деревья по обеим сторонам аллеи, взволнованно шумящих птиц, слугу с ребенком. Осталась только дорожка из светлого песка под ногами – и окровавленные трупики двух птиц.
– Как думаешь, что лучше? – Справа появилась фигура в алой мантии с низко надвинутым на глаза капюшоном. – Жить в неволе или умереть свободными?
– Я не знала тогда, что орлы – хищные птицы. Я думала, они тоже едят зерно, – хмуро ответила Керри. Ее уже не удивляли непонятные собеседники. Она успела привыкнуть к этой странности лабиринта.
– Но теперь-то знаешь.
Трупики птиц стали исчезать. Но не растворяясь в воздухе – а превращаясь в какую-то странную двумерную картинку. Рисунок на песке. Красный подошел поближе и взмахнул рукой. Песок зашевелился, словно живое существо. Когда красный отодвинулся чуть в сторону, Керри увидела, что на песке – там, где недавно лежали тела птиц, – появился кусок ткани. Ее собеседник небрежно подцепил ткань одним пальцем, разворачивая и стряхивая песчинки. Черный шелк с серебряной вышивкой. Орел, падающий от удара молнии. – Ну так что же ты скажешь?
– Это просто совпадение! – фыркнула Керри. – Мало ли каких глупостей я наделала, будучи ребенком! То, что эта птица – часть его герба…
– Вся наша жизнь – это цепь совпадений. – Красный подкинул ткань вверх. Вниз на его ладонь упал уже не черный шелк, а белый – с ромбом посередине. Уголок белой ткани был измазан в красных пятнах. – Вся наша жизнь… – Он застыл неподвижной статуей.
Керри обернулась к Варранту:
– Почему ты не вмешиваешься?! Нам нужен проход!
– Он не мешает тебе пройти, Кер.
Красный действительно стоял чуть в стороне от песчаной дорожки, изучая кусок ткани в своей руке.
Керри подозрительно на него покосилась и двинулась вперед, подсознательно ожидая какой-нибудь пакости. Если бы она была в черном облаке – до нее наверняка попытались бы дотянуться, схватить, удержать… Толкнуть в другую сторону – чтобы она потеряла представление о том, куда идти. Но фигура в красной мантии не предприняла никакой попытки помешать ей. Она только еще раз подкинула кусок ткани, когда Керри проходила мимо, и исчезла, пропав так же беззвучно, как и появилась. Кусок ткани, кружась, упал на песок перед ногами девушки. Теперь цвет его было не определить – обычная тряпка, обильно залитая кровью. Керри решительно переступила через нее и двинулась дальше. Все это иллюзия. Обман, порождаемый волшебством Нейира. Ничего вокруг на самом деле нет. Просто ее разум пытается найти выход, только и всего.
Она шла и шла вперед, сосредоточенно смотря под ноги. Главное – идти быстро и не останавливаться. Тогда она успеет.

Золотистый туман мягко рассеивался. Керри внутренне собралась, готовясь к очередному «представлению». Преодоление золотых секторов не было особенно тяжелым – по сравнению с черными и уж тем более с красными. Ее никто не пытался задержать или остановить. Но вот образы, которые являл золотой туман, были весьма и весьма мучительны.
На этот раз перед Керри предстала высокая старуха, облаченная в просторную серую мантию. Полы были расшиты сложной вязью непонятных формул. Седые волосы плотным плащом падали на чуть согбенную спину, колышась от невидимого ветерка. Лицо гордое, слегка надменное – и немного печальное.
– Нам нужно поговорить, девочка, – надтреснутым голосом сказала старуха и шагнула к Керри.
Варрант резко прыгнул вперед, вставая между ними:
– Кер, назад! Она – не призрак! Это может быть опасно!
– В каком смысле «не призрак»? – пробормотала девушка. – Тут же все – иллюзия…
Варрант не стал отвечать. Натянутый лук уставился в сторону старухи.
– Ты не подойдешь. Еще шаг – и я стреляю!
– Не стоит. Тебе нужно провести ее до конца, Хранитель. А ты и так потратил слишком много сил. Если ты потратишь еще кусочек своей сущности, чтобы отбросить меня – тебя не хватит на оставшийся путь. – Тем не менее старуха прекратила свое продвижение и скрестила руки на груди. Кисти у нее были сморщенные и обильно покрытые пигментными пятнами. – Я просто хочу поговорить.
– Говори! Но не приближайся! – Рука эльфа по-прежнему удерживала лук в натянутом состоянии.
Старуха перевела взгляд на Керри.
– Твой спутник прав. Я действительно не вполне принадлежу этому месту. Нейир – хищное творение. Он многое готов поглотить. Но некоторые души не по зубам даже ему. Боги считают, что лабиринт полностью им подчиняется. Полностью ими контролируем. Они почти правы. Но не совсем. И только благодаря этому я смогу предупредить тебя.
– Кто ты?
Старуха слегка пошевелила скрюченными пальцами.
– Ты меня знаешь. Но не такой, какая я сейчас. – Справа от нее золотистый туман заколебался, пропуская небольшую книгу. Книга зашелестела страницами, пока сама собой не раскрылась на одной из иллюстраций. Иллюстрация начала увеличиваться, выползая за пределы книги – до тех пор, пока не стала размером с саму старуху. На разросшейся картине была изображена молодая женщина в алых одеяниях Лиги Равновесия. Керри озадаченно перевела взгляд на старуху. Сходство, несомненно, присутствовало. Но… при чем тут красные? Она же сейчас в золотом, а не в алом тумане! – Этот облик, – тем временем продолжила старуха, – то, как меня стали изображать впоследствии в ваших книгах. Еще одна часть обмана. Я хочу рассказать тебе историю, девочка Огонь. Попроси своего спутника опустить лук. Это не самая короткая история. Он и так слишком устает, сражаясь с этим местом.
Керри нерешительно прикусила губу. Старуха не выглядела опасной. Но ведь тут поначалу большая часть призраков не выглядит опасными!
– Говори так.
Старуха пожала плечами:
– Дело твое. Этой истории много, очень много лет. Прошло всего ничего с момента, когда Изначальные боги оставили созданный ими мир. Боги ушли – но привнесенное ими волшебство осталось. Остался Орден Высокой Магии, повелевавший стихиями. Маги могли сделать почти все, что угодно. Всесильные и безнаказанные… Их не любили. Их не любил никто, кроме них самих. Люди боялись магов. Последствия битвы богов были еще слишком свежи в их памяти. Это была благодатная почва для создания нового культа. Так возник Орден Пресвятой Церкви. Послушники Церкви проповедовали любовь, доброту и всепрощение. Но, чтобы заслужить эту любовь, человек должен был изменить себя и начать вести исключительно праведный образ жизни. И, разумеется, отказаться от какого-либо сотрудничества с магами.
Я была третьим ребенком в семье. Я знала это, потому что мне рассказывали. Моих старших братьев убили почти сразу после рождения. Убили, потому что моему отцу показалось, что новорожденные дети обладают магической силой. Отец считал, что его кто-то проклял. Что на самом деле – это вовсе не его дети, а нечисть. Периодически он напивался и избивал мою мать, обвиняя ее в продажности темным силам. Мне было семь лет, когда магический дар проявился и у меня. Моя мать первой узнала об этом – и чуть не сошла с ума от ужаса. Она учила меня скрывать мои способности. Два года это получалось. А потом правда всплыла наружу. Случайно, неожиданно. К нам зашел один из служителей Пресвятого Ордена. Я не знаю, как он вычислил мои способности – но каким-то образом ему это удалось. Он поставил в известность моего отца. Тот хотел самолично убить меня, но церковник удержал его – и попросил позволения забрать меня с собой. Дескать, возможно, еще не все потеряно и ему удастся заставить злых духов покинуть мое тело. Разумеется, отец согласился. Разумеется, он щедро вознаградил служителя за столь любезное предложение.
Я не понимала, в чем я провинилась. Меня поили какими-то составами, от которых я начинала грезить наяву. Скоро я перестала отличать сон от яви… Иногда грезы были приятными, иногда – кошмарами. И никогда я не понимала этих грез. Они были образами – смутными образами. Каждый раз, когда я приходила в себя, церковники требовали рассказывать видения, что являлись моему взору. Я рассказывала. Они записывали.
Время текло непрерывной лентой. Не было ничего нового. Мне давали еду, периодически разрешали поспать. Купали, одевали в чистую одежду. И поили странными отварами. Постепенно грезы становились все сильнее и ярче. Кажется, церковники были мною довольны. Меня никто не ругал и не бил. Во время пауз между грезами церковники разговаривали со мной об окружающем мире. Но меня никогда не выпускали в этот мир. Я жила в маленькой комнатке с глухими стенами. Я спрашивала, когда я смогу вернуться домой – мне говорили «скоро», однако все оставалось по-прежнему. Я замечала, как меняется мое тело – но в комнатке не было даже зеркала, чтобы я могла посмотреть на себя. Только случайные отражения в чашке с водой – все, что было мне доступно. Я не знала, что отвары, которыми меня пичкают, не только помогали видеть мне странные сны – они еще и крали тот срок, что был отпущен мне природой, преждевременно изнашивая мое тело.
Постепенно я начала разбираться в своих грезах. И задумываться над ними. Я спрашивала у церковников, зачем им мои видения, но они не отвечали. Они детально записывали сны – слово в слово, но ничего не желали объяснять.
А потом настал день, когда я увидела два сна. И во втором из них была я сама. Сон предрекал мне гибель – если я расскажу первое видение. Я не стала рассказывать. Но другие видения перестали приходить в мою голову – только эти два. И наконец церковники озаботились моим молчанием. Мне дали еще один состав. Другой. Он также погрузил меня в сон, но не вызвал грез. Это была вязкая муть, в которую упало мое сознание. Муть, сквозь которую я слышала вопросы церковников. Я не хотела отвечать – но не могла сопротивляться. Я рассказала им первый сон. Наверное, они записали его – как и все предыдущие. А второй я рассказать не успела. Потому что этот сон превратился в реальность.
Я думала, разум исчезает после смерти. В моем случае почему-то оказалось не так. Мою душу отдали этому месту, призрачному лабиринту, подкармливаемому призраками. Они думали, что Нейир поглотит мое сознание – и я исчезну, затерявшись одной из бесчисленного множества искр, что составляют здешнее пространство. Они ошиблись, – старуха сделала паузу и внимательно посмотрела на Керри. – Девочка Огонь, мой первый сон люди назвали Пророчеством Сиринити. Но если мой второй сон был верен до конца – церковники скрыли часть правды. Ту часть, что была невыгодна им, потому что мешала их планам. Ту часть, что могла бы не дать воплотиться их желанию единоличного господства.
– Э-э-э… – Керри слегка поежилась. – И теперь ты хочешь рассказать эту часть мне?
– Я не могу. – Старуха вздохнула. – Это место влияет на меня. Не в полной мере, но все же. Но я могу предупредить тебя, девочка. Не допусти третьей крови.
Керри нахмурилась. Третьей крови? О чем говорит старуха? Текст пророчества завертелся в ее памяти – и она вспомнила. «И когда прольется трижды в Огне кровь, объединятся в нем Свет и Тьма, и откроется третий глаз дракона». 
– А… эм… А что такое третья кровь? Если Огонь – это я, то это как-то странно. Меня ранили куда больше трех раз. Нет, правда!
Старуха едва заметно улыбнулась. Улыбка у нее была горькой.
– Истинная кровь, девочка. Истинная боль. Два раза это уже произошло. Не допусти третьего. Он изменит твое сердце, расколет его на те кусочки, что собрать уже нельзя. И Огонь погрузится во Тьму.
По позвоночнику Керри пробежал неприятный холодок. Она постаралась его прогнать.
– Это лишь игра слов! Я не понимаю!
– Я могу дать тебе одну подсказку. Надеюсь, ты поймешь…
И старуха бесследно растворилась. Керри недоуменно покрутила головой. Вокруг никого не было. Безучастно мерцал золотистый туман.
– Варрант? – Девушка повернулась к эльфу, только сейчас опустившему лук. – Ты сказал, она была настоящей? Не призраком?
– Нет, не совсем… – Он закинул лук за спину. – Она была чем-то вроде меня. Не такие иллюзии, что порождает Нейир. Возможно, она и связана с ним, но это явно не галлюцинация, вытащенная из твоего разума.
– И что тогда означают ее слова? – Керри нервно передернула плечами. – О чем она хотела меня предупредить? Ох, как же я не люблю все эти дерьмовые загадки! – Она шагнула вперед, намереваясь продолжить движение. И в этот момент золотой туман распался.
Они стояли на холме. Под ногами хлюпала жидкая грязь пополам со снегом. В воздухе пахло кровью. Кажется, недавно здесь был бой – взгляд Керри то и дело натыкался на трупы. Впереди виднелись остатки разрушенной крепостной стены – и город за ними. В небо устремлялись густые клубы черного дыма: часть города горела. Вдалеке за рядами домов возвышался дворец, изрядно опаленный и отнюдь не блистающий. На крыше дворца возилась человеческая фигурка, менявшая флаги на главном шпиле. Всего несколько минут, и красно-черный стяг, разорванный во многих местах, был сброшен на землю – на его месте заколыхалось в темнеющем вечернем воздухе белое полотно, украшенное ромбом.
– Керхалан, – произнес Варрант.
В его голосе Керри послышались странные нотки. Она обернулась:
– Что-то не так?
– Нет. Просто я этого не видел. – Эльф смотрел, как окончательно закрепляют над шпилем белый флаг. – Не успел.
Керри задумчиво покосилась на поле битвы.
– Ну и куда теперь? С кем нам тут драться? – Она запнулась. – Хотя нет, это же золотой сектор. Они обычно ограничиваются иллюзиями… Я хочу уйти отсюда. Это место мне не нравится. – Девушка решительно повернулась к разрушенной стене спиной и сделала шаг в сторону.
Вдалеке на поле виднелось несколько фигур. Солнце садилось, и лиц их девушка не видела – только черные силуэты на фоне неба. Ветер донес до Керри обрывок разговора.
– …Ты не мог убить кого-нибудь еще? Или ты специально уничтожаешь тех, кто хоть сколько-то мне дорог?
– Какая теперь разница…
– Свяжите… Казнить завтра на рассвете…
Керри побежала в сторону черных силуэтов, по щиколотку проваливаясь в жидкую грязь. Но почти сразу же все снова заволокло золотой дымкой – и поле битвы исчезло, будто его и не было.
Керри запнулась и едва не упала. Сердце ее билось быстро-быстро. Варрант неслышной тенью подошел сзади. Кажется, он хотел что-то сказать – но туман снова начал рассеиваться, являя новую картинку.
Теперь под ее ногами был выложенный мозаикой гранитный пол. Темные плитки чередовались со светлыми, сплетаясь в затейливый узор. По плиткам медленно растекалась лужа ярко-красной крови, подбираясь к ее ногам.
Керри подняла голову. На мозаичном полу неподвижно лежало тело, частично перекрытое от ее взгляда фигурой девушки в белой мантии. Кажется, девушка плакала. Керри не было видно лица того, кто лежал в луже крови, – только рассыпавшееся по полу облако черных волос.
Она замерла, не в силах сдвинуться. Это всего лишь волосы… Сколько на земле брюнетов? Керри повернула голову в другую сторону. По залу медленно перемещались фигуры, закутанные в белые и черные мантии. Белых было существенно больше. Картинка затуманилась, подергиваясь дымкой. Керри нервно вздохнула и потянула ладонь к лицу? стирая непрошеные слезы.
Золотистый туман снова окутал все вокруг. Минута, другая, третья… Но туман оставался туманом.
– Кер, не плачь. Он ведь жив. Правда, – послышались над ухом мягкие слова Варранта. Керри дернулась, как от удара, и уставилась ему в лицо.
– Подсказка, – почти беззвучно прошептала она. – Варрант, пожалуйста… Нам нужно отсюда выбраться! Как можно быстрее! Если… ох боги… Я не должна опоздать! – Она попыталась схватить его за руку, но пальцы снова прошли насквозь, не ощутив ничего.
– В чем дело? – Тонкие брови эльфа сдвинулись в одну линию.
– Пожалуйста, помоги мне! – В глазах Керри скользнула паника. – Третья кровь – это Ралернан!

ГЛАВА 30

Все вокруг плавало в зыбкой темноте. Ему иногда казалось, что он выплывает на поверхность – но не было сил даже открыть глаза и осмотреться. И он позволял темноте утянуть себя обратно. В ней было безопасно и спокойно. И пусто. Иногда сквозь темноту пытались прорваться звуки. Ему казалось, что в них есть что-то знакомое. Возможно, что-то важное. Но от попыток сосредоточиться начинала болеть голова – и он тут же прекращал свои потуги. Зачем? Ему и так хорошо. А звуки… Им скоро надоест нарушать его уединение – и они уйдут. Надо просто подождать…
Прикосновение чего-то твердого к губам. Слабый, щекочущий обоняние съедобный запах. Бульон? Да, кажется, именно так…
– Проклятье, да открой уже рот! С какой радости ты решил начать сопротивляться? – Слова долетали глухо, теряясь в бесконечности зыбкой тьмы. – Ну же, серебрянка! Всего пару глотков, и я отвяжусь!
Он мотает головой, пытаясь вырваться из удерживающих его ледяных пальцев. Миска у рта дергается, раздается тихая ругань. Несколько капель попадает ему на кожу. Горячо… Зачем все это? Голод ворочается где-то глубоко внутри, но он слишком далеко, чтобы начать управлять остальными инстинктами. Больше всего хочется спать.
Он поворачивается, надеясь снова провалиться в черную пустоту и обрести покой.
– Ну уж нет! – Разозленное шипение прямо над ухом. – Ты будешь есть. Ты выкарабкаешься! Ты должен! Ты слышишь меня? Слышишь же?
Он слышит, но отвечать нет сил. Так же, как нет сил открыть глаза. Он не хочет слушать назойливый голос и снова мотает головой. Пусть он уйдет. Ему нужна тишина.
– Серебрянка, ну соберись же! Ты нужен Керри! Неужели ты готов бросить ее умирать?!
Керри, Керри… Имя падает в глухую пустоту, не рождая никаких ассоциаций. Что нужно от него этому голосу? Зачем все это? Кажется, это важно, но почему… Он не помнит. Хочется спать.
Резкий рывок ледяных пальцев, давящих ему на челюсть. Губы вынужденно разжимаются, и в рот тонкой струйкой капает теплая жидкость. Новое нажатие пальцев – и он глотает влитую в него субстанцию. Движения повторяются снова и снова. Ему кажется, что это будет продолжаться бесконечно, и иногда он пытается вырваться из ледяных рук. Но ему не дают.
Но, в конце концов, пытка заканчивается, назойливый голос замолкает – и он уплывает в свой темный и уютный омут – до того момента, пока ледяные пальцы опять не потревожат его покой.

Прикосновение мокрой прохладной ткани к лицу вырвало Ралернана из состояния полудремы. Ему снились какие-то кошмары, которых он не мог вспомнить. Разлепить глаза оказалось неожиданно тяжело – каждое веко весило не меньше, чем каменная плита.
Он почувствовал, как его что-то дергает, переводя в сидячее положение – и медленно сфокусировал взгляд. Над ним склонилось бледное лицо вампира.
– Лаэрт?.. – Слова получились едва слышным сипением.
– Ох… – В синих глазах отразилось нечто, похожее на облегчение. – С добрым утром тебя! Ну ты и соня, оказывается.
– Что?.. Что случилось? – Память реагировала как-то вяло. Постепенно из смутных образов выплыл вампирский замок… Иллюзорная девушка… Нападение… – Ты хотел убить меня? – Уже задавая вопрос, эльф понял, что он звучит несколько глупо.
– Нет. Пей. – Вампир вложил ему в руки теплую кружку. От нее клубами поднимались легкие облачка пара. Ралернан вдохнул запах – и тут же закашлялся. Пахло варево на редкость омерзительно. Кружка задрожала в его руках. Если бы вампир не обхватил его ладони своими, Ралернан наверняка опрокинул бы втиснутую ему мерзость.
– Что… за дрянь? Зачем? – Сил было мало, их хватало только на очень короткие предложения.
– Лекарство. Серебрянка, пей. Или я заставлю тебя. – В глазах вампира сверкнуло что-то непонятное. Ралернан попытался поднести кружку ко рту, но это оказалось безумно тяжело. Он сделал маленький глоток и опустил посудину на землю рядом с собой, не перевернув только чудом.
– Зачем? Сначала доводить меня почти до смерти, а потом вытаскивать? – Память постепенно возвращалась, помогая Ралернану более адекватно оценить происходящее. Слабость, так напугавшая его в первые минуты после пробуждения, слегка отступила, позволив говорить более-менее связно. Но двигаться он все еще не мог.
Вампир вздохнул:
– Прости.
Ралернану показалось, что он ослышался.
– Что?
– Что слышал! Я сожалею, что получилось так, как получилось! Могло быть и хуже!
– Куда уж хуже! – Эльф сделал еще один маленький глоток. На вкус напиток был еще противнее, чем на запах, но он явно помогал прийти в себя. – Я думал, ты себя контролируешь! Ты что, хотел выпить всю мою кровь?
– Я не хотел, но… Я тоже думал, что я себя лучше контролирую. – Л'эрт устало взъерошил черные волосы. Эльф автоматически отметил, что выглядит тот вполне свежим и отдохнувшим. Впрочем, с учетом того, что вампир едва не отправил его на тот свет, это было неудивительно.
– И что только на тебя нашло? Я думал, у нас договор. Если бы я знал заранее… Честное слово, проще было бы выяснить с тобой отношения на мечах.
– На мечах всегда проще. – Вампир криво усмехнулся. – Я же уже извинился. Чего тебе еще надо?
– Ничего мне от тебя не надо. – Эльф вздохнул, делая новый глоток лекарства. – Я просто не понимаю. Если ты хотел меня убить – то почему не убил? А если не хотел – почему не остановился, когда я попросил об этом?
– Я… я был ранен, серебрянка. Я думал, что смогу контролировать свой голод, но у меня не вышло. То есть вышло, но несколько позже, чем надо.
– Придурок! Надо же, а ведь я уже начал тебе доверять. А ты мало того, что чуть меня не убил, так еще и поиздевался в свое удовольствие. Вот объясни, зачем нужно было меня заставлять руку прокусывать, а?
– Кажется, ты приходишь в себя. – Л'эрт улыбнулся. – А руку… Ну как же, ты ведь их не мыл. Зачем мне кусать грязную кожу? Это негигиенично.
Ралернан попытался выплеснуть остатки лекарства в лицо своему собеседнику, но вампир вовремя удержал его. Эльф смерил его злым взглядом, но поделать ничего не мог: силы его все еще были слишком слабы.
– Ты все время врешь. Мне надоело. Либо ты сейчас рассказываешь, что тут творится на самом деле, либо мы продолжаем путь по отдельности.
– Продолжаем путь? – удивился Л'эрт. – Да ты сам не в состоянии удержаться в вертикальном положении и двух минут!
– Тем лучше. Иди один, не буду тебя задерживать. Кажется, именно так ты в самом начале и собирался поступить?
– Серебрянка, ты не дойдешь. Ты слишком ослаб. Не говоря о том, что эти горы далеко не безжизненны. Ночами я пару раз видел довольно крупных кошек, вышедших на охоту. Тебя сожрут, если я тебя брошу.
– Все лучше, чем общаться с таким лгуном, как ты, – зло возразил Ралернан.
– Хорошо, хорошо! – Вампир примирительно поднял руки. – Я расскажу. Просто правда выглядит еще более идиотски, чем все мои шуточки.
– Я слушаю, – сухо обронил Ралернан, испытующе уставившись ему в лицо.
– Я просто не хотел тебя к себе привязывать. Поэтому и не кусал. Керри вряд ли пришла бы в восторг, если бы ты бегал за мной вроде дрессированной зверушки.
– В каком смысле? Что-то вроде гипноза? – Ралернан нахмурился. – То есть получается, если я случайно встречу тех вампиров, что меня искусали – они смогут мною манипулировать?
– Что? – Л'эрт не сразу понял. – Нет, укус не дает возможности подчинять своим приказам. Просто ты… хм… некоторым образом привяжешься ко мне. А манипулирование… В общем, большинство вампиров умеют устанавливать что-то вроде ментального контроля. Как правило, он кратковремен. Если захочешь, потом покажу. Для этого достаточно только посмотреть в глаза. Поэтому вне зависимости, кусал тебя кто-то или нет – в глаза вампирам лучше не смотреть.
– Так. То есть ты в любой момент можешь мне приказать что захочешь, если я тебя правильно понял? – Эльф скрипнул зубами. – Просто посмотрев в глаза? Вот как сейчас?
– Если ты не поставишь защиту.
– Прекрасно! – Ралернану очень захотелось выругаться. – Я начинаю ощущать себя кем-то вроде блохи. Ну и чем же тогда отличается твой укус? Если уж даже загипнотизировать меня ты можешь, не прикасаясь?
– Ну… скажем так… последствия моего укуса будут несколько хуже. Особенно для тебя. И с учетом… хм… твоего ко мне отношения. – Л'эрт упорно рассматривал жухлый клочок травы под ногами.
– Не понял? Куда уж хуже!
– Ну… Я вообще-то инкуб. И мой укус вызывает у жертвы скачок вожделения к моей персоне.
Ралернан переваривал пару минут.
– Все равно не понимаю. Я же не женщина! Какое это имеет ко мне отношение?
Л'эрт оторвал взгляд от земли, в синих глазах сверкнули смешинки.
– А вот пол жертвы на мои способности не влияет. Так что, если я тебя покусаю, ты прыгнешь в мою постель вне зависимости от личных предпочтений. Вампирская магия – опасная штука, серебрянка.
Ралернан раздраженно сплюнул:
– Тебе не мешало бы урезать свое самомнение. Я не прыгну, как ты выразился, в твою постель, даже если ты обкусаешь меня с ног до головы. Хвала богам, я не увлекаюсь подобными извращениями.
Л'эрт уже почти откровенно смеялся:
– Ну тебе тоже не мешало бы урезать самомнение. Но проверять, действует ли на тебя моя магия, я, пожалуй, не буду. Я до сих пор не могу расхлебать последствия одного аналогичного спора на тему «кто круче». И при укусе я несколько хуже себя контролирую. В части необходимости остановиться, чтобы не убить жертву.
– Что, еще хуже, чем в последний раз? Может, хоть объяснишь, почему ты едва не убил меня?
Л'эрт посерьезнел и снова отвернулся, рассматривая землю.
– Карвен вовсе не собирался отпускать тебя живым. Вампиры… почти не контролируют свой голод в некоторых ситуациях. В частности, если полученные ранения превышают определенный предел… Даже высшие не всегда являются исключением. Я старался, но…

– Я… скучал. – В полумраке глаза Карвена светились алыми точками.
Л'эрт фыркнул:
– Ты не мог скучать. Ты же считал, что я мертв.
– Знаю, но… Что тебя связывает с Арриера?
– Какая разница?
– Ты высоко его ценишь. Настолько высоко, что решил спасти его жизнь. А ведь он убил тебя. – Карвен перевернулся на живот и приподнялся на локтях. Длинные черные волосы змеями скользнули по белой коже. – Из-за чего вы дрались в башне?
– Карв, отцепись. Ты что, действительно ревнуешь, что ли?
– А если да, то что?
– Да ничего. Кто я такой, чтобы лишать тебя данного удовольствия?
– Тебе хочется, чтобы я сказал вслух?
– Что именно? Мою личностную характеристику? Так я вроде в курсе. У меня неплохие информаторы.
Карвен улыбнулся, алые глаза на несколько мгновений потеплели.
– Ты… нужен мне. В каком-то плане это можно назвать любовью.
– Чушь. Что тебе нужно – так это прибить меня поизощреннее.
– Я думал над этим. Но твоя магия слишком сильна, чтобы мне хватило сил на такой шаг.
Л'эрт устало вздохнул.
– В любом случае, это не любовь, а лишь последствия моего укуса.
– Это только твое мнение. Я вправе иметь собственное.
– Да ну? Но разве тогда ты не действуешь несколько нелогично, развлекаясь данным образом? – Он поднял руку. Из порезов, идущих ниже локтя, выступила кровь. Пока что ее было совсем мало, а порезы были неглубокими. Но до конца ночи было еще очень далеко…
– Я же не могу по-другому. Зато я восстановил твою оторванную конечность.
– Чтобы больше было плацдарма для последующих издевательств? Или ты у нас как Валина – не любишь калек в своей постели?
На лице Карвена мелькнула растерянность.
– Нет. К тому же ты и сам мог бы регенерировать, но не захотел.
– Я не хотел платить за свое тело чужими жизнями! – Л'эрт сел в кровати, подтянув колени к груди. В синих глазах плескалась злость. – Я тебя просил об этом? Нет, разве просил?! Пять трупов только ради того, чтобы я был цел и невредим!
– Это всего лишь люди. Пища.
– Они не «всего лишь пища»! Они – разумные существа! Честное слово, Карвен, если бы я мог тебя прибить – я бы это сделал!
– Так сильно меня ненавидишь?
– У меня есть на то основания!
– Или ты так думаешь. Ты слишком хочешь быть похожим на человека. – Пальцы Карвена скользнули по волосам Л'эрта, убирая упавшие на лицо волнистые пряди.
– Это моя жизнь. И мои желания. – Он дернулся, отодвигаясь в сторону.
– Говорят, от ненависти до любви всего один шаг.
Л'эрт криво усмехнулся:
– Ты веришь тому, о чем болтает твоя пища?
– Когда мне удобна эта болтовня.
– Ну помечтай, помечтай.
Л'эрт резко откинулся на спину, закидывая руки за голову. Простыни украсились новой россыпью кровавых пятнышек. Красное на белом. Как рассыпавшиеся лепестки роз. Карвен задумчиво уставился ему в лицо.
– Что от меня требуется, чтобы ты сделал этот шаг? – неожиданно серьезно спросил он.
– Карв, ты впадаешь в маразм. Или ты полагаешь, что у меня на сей случай в тумбочке лежит талмуд с пожеланиями?
– А все же?
– Прекрати издевательства над смертными. – Л'эрт небрежно пожал плечами. – Мне неприятен твой образ мышления и восприятия жизни.
– Только и всего-то? – Улыбка Карвена была горькой.
– Ага. Поменяйся. А там посмотрим.
– Мне тысяча лет. Не находишь, поздновато для изменений?
– Не-а. Самое время. Карв, заканчивай с этим. Ты ведешь себя как влюбленная сельская дурочка наутро после потери невинности.
– Возможно, в каком-то смысле так и есть.
– Н-да… Зря ты не предупредил, что тебе захочется пофилософствовать. Возможно, я бы переиграл условия нашей сделки.
– Все равно ты ее нарушишь.
– В смысле? Мне казалось, я играю честно.
– Я про остаток твоего долга.
– А-а… Нуда, я и забыл. А ты отпустишь Арриера? Действительно отпустишь? Если да – я верну долг.
– Ты же знаешь, что я не могу его отпустить. Даже если он не будет вмешиваться.
– Почему нет?
– Он убил тебя. – Пальцы Карвена скользнули по шраму на груди Л'эрта – тонкой розовой полоске напротив сердца. Этот шрам останется навсегда: раны от освященного серебра полностью не регенерируют. – Я так и не могу понять, как случилось, что ты все еще жив. Я был абсолютно уверен в твоей смерти.
Л'эрт поморщился. Он не хотел рассказывать Карвену, что, возможно, своим «воскрешением» он в какой-то степени обязан подаренному главой ковена артефакту. Это только усложнит ситуацию.
– Ты ж ему должен благодарственные молитвы петь. Моя смерть освобождала тебя от последствий укуса. Карв, ты же мечтал об этом освобождении!
– Освобождение несколько запоздало, – чуть отстранение прокомментировал Карвен. – Впрочем, ладно… Я действительно теряю время. – Он поймал Л'эрта за руку и потянул на себя. Второй рукой Карвен скользнул к кинжалу. Л'эрт проследил его движение и вздохнул.
– Ты против? – Пальцы Карвена замерли на рукоятке.
– Я дал слово играть по твоим правилам. Я играю. Но изображать бурный восторг несколько выше моих сил.
– Хорошо, не изображай…
Карвен приложил его ладонь к деревянному изголовью кровати. Л'эрт предположил, что тот хочет пришпилить его к дереву. Но вот чего он предположить не мог, так это того, что за мгновение до удара Карвен переплетет с ним пальцы. Кинжал пробил руки обоих вампиров и вошел в изголовье почти на половину длины лезвия. Кровь тонкой струйкой закапала вниз, пятная белье.
– Ты спятил? – выдохнул Л'эрт, стараясь не морщиться от боли: кинжал был серебряным. – Садизма тебе мало, решил в мазохиста поиграть?
– Ты… сможешь… двигаться? – Зрачки Карвена расширились на всю радужку, дыхание участилось.
– Смогу, естественно. Это ты не сможешь.
– Тогда… пожалуйста…
– Да понял я уже, понял.
– …Л'эрт…

– Но я же выполнил все условия, – прервал его воспоминания Ралернан. – Получается, он тебя обманул?
– Нет. Он обещал, что не тронет тебя. Он не тронул. Просто он предположил, что я выполню его пожелание своими руками. У него почти получилось, – Л'эрт грустно усмехнулся. – Я не собирался тебя убивать, но жажда крови была слишком сильной, чтобы я мог с ней справиться.
– Но зачем тогда нужно было устраивать все это представление, если он с самого начала хотел заставить тебя убить меня? Это же, наверное, потребовало огромного расхода сил! Девушка выглядела совсем как настоящая. – Ралернан вздрогнул, вспоминая, как из оторванной головы эльфийки на его тело брызнула теплая кровь.
Л'эрт поднял голову. Синие глаза казались бездонными колодцами, их выражения Ралернан не мог определить. Иллюзия… Никакой иллюзии не было. Конечно, Л'эрт не мог точно знать, что именно показали эльфу, но догадывался, что это была сцена убийства – несомненно, достаточно жестокого и достаточно медленного, чтобы наблюдавший захотел вмешаться. Л'эрт вспомнил брызги крови, которыми был покрыт Ралернан. Эта кровь была самой что ни на есть настоящей. Наверное, это тоже было частью плана Карвена. Вид и запах свежей крови еще сильнее подстегнул чувство дикого голода вампира. С учетом того количества ран, что были на теле Л'эрта, удивительно, что он сумел не наброситься на эльфа прямо у портала.
Но Ралернану все это знать совершенно необязательно. Он просто сойдет с ума, осознав, что был свидетелем убийства – и не вмешался. Неважно, что его намеренно провоцировали, неважно, что, скорее всего, соотношение сил было один к десяти – и не в пользу эльфа. Он бы все равно попытался. Просто потому, что не смог бы иначе. И гарантированно погиб бы.
– Возможно, сначала он не хотел использовать меня, а потом передумал. Сложно сказать. Полагаю, у тебя нет желания вернуться и выяснить ответ на свой вопрос?
– Нет… но все это слегка странно. Мне показалось, что он… ну, соскучился по тебе, что ли. А ты говоришь, что он тебя ранил? Или я не так понял? Вы там дрались?
– Серебрянка, я же не прошу тебя в деталях рассказывать о том, как ты провел время? Или ты расскажешь?
Ралернан невольно сглотнул.
– Мне бы не хотелось вспоминать то, что я увидел.
– Вот и мне не хотелось бы. Хорошо? Мои взаимоотношения с Карвеном не имеют никакого отношения ни к тебе, ни к текущей ситуации.
– Извини. – Эльф нахмурился. – Я не подумал.
– Чудненько. А теперь, раз мы наконец-то все выяснили и ты пришел в себя, может, продолжим путь?
Ралернан честно попытался встать, но почти сразу же сполз вниз, цепляясь за каменистый склон за спиной.
– Я не могу, – стараясь унять головокружение, тихо сказал он. – Кажется, я действительно становлюсь обузой.
– Вообще-то я и не предполагал, что ты будешь устраивать кросс по пересеченной местности.
– Тогда как…
Вместо ответа Л'эрт небрежным движением подхватил его на руки. Ралернан попробовал вырваться, но эффекта это не возымело.
– Ты с ума сошел?! Я что, девица, чтобы меня на руках носить?!
– У нас мало времени. Я не собираюсь его терять.
– Не собираешься? Да ты в любом случае недалеко уйдешь таким образом!
– Я же не человек. – Л'эрт усмехнулся. – Уверяю тебя, я в состоянии потаскать не только тебя, но и вещи весьма существеннее. Так что заткнись и не дергайся. Пока я не решил, что нести тебя, перекинув через плечо, будет несколько удобнее.
Ралернан заставил себя проглотить возражения. Насколько он успел узнать этого проклятого вампира, с того вполне станется таскать его и как мешок с картошкой. Лучше уж как есть.

ГЛАВА 31

Прошло почти четыре дня, прежде чем Ралернан смог ходить самостоятельно, да и то – с большим трудом и постоянно цепляясь за плечо вампира. И, естественно, все эти дни они продолжали двигаться крайне медленно. Горная тропа была слишком узкой и крутой.
Ралернану начинало казаться, что они ходят кругами, когда за очередным поворотом тропка неожиданно закончилась. Эльф едва успел остановиться. Перед его ногами простирался широченный разлом в скальной породе. Далеко внизу белыми облачками клубился туман, скрывая дно ущелья. Когда-то, возможно, здесь был мост: на камнях сохранились остатки полуистлевших веревочных креплений. Но, кроме креплений, ничего не говорило о том, что по этой дороге кто-то ходил.
Насколько эльф мог различить, на другой стороне ущелья крепления пострадали несколько меньше. Там даже присутствовали остатки веревочного моста, бессильно провисшего в разлом. И маленькая, уже едва угадываемая тропка – или точнее след ее – шла дальше, в горы.
– Ну и зачем нужно было мостик ломать? – ворчливо поинтересовался вампир, изучая обрывки веревок.
– Почему ломать?
– Потому что края слишком ровные. Их спилил кто-то, а потом представил дело так, словно мост рухнул сам по себе.
Ралернан покосился на веревки в руках Л'эрта. Даже после пристального разглядывания он не увидел в них ничего странного. Как можно было назвать кусок истлевших волокон «ровными», он не понимал.
– Все равно это было довольно давно, судя по состоянию остатков, – наконец сказал он.
– Да. Пожалуй, Карвен был прав. Он обосновался в здешних горах явно уже после того, как мостик подпилили. Но, с другой стороны… Что же тут пытались спрятать? – Л'эрт отвлекся от созерцания разлома и перевел взгляд на Ралернана, что-то шепчущего с закрытыми глазами. – Эй, серебрянка! Не время спать!
– Я пытался восстановить мост! – недовольно произнес эльф, открывая глаза. – Нам же надо как-то перейти на другую сторону!
– Ты еще слишком слаб, чтобы так бессмысленно тратить свою силу, – небрежно заметил Л'эрт. – Не дергайся, я и сам справлюсь.
Над пропастью, послушное желанию вампира, затанцевало облако черных искр. Искры множились, как пчелиный рой, пока не вытянулись в плоскую ленту, соединившую оба края разлома. Л'эрт ступил на ближайший к нему конец «пчелиной» ленты и полуобернулся в сторону эльфа. – Ну? Пошли, что ли?
Ралернан вздохнул, наступая на полотно из черных искр. Новый «мост» пружинил под ногами, словно натянутая тетива. Эльф не знал точно, какое заклинание применил вампир, но примерно догадывался. У нормального мага такое заклинание получается именно так – парой минут сосредоточения. А ему, чтобы создать аналогичное покрытие, потребовалась бы концентрация не менее чем в течение получаса. «Великий маг» Ралернан неожиданно зло пнул упругое полотно под ногами. Он умеет даже меньше, чем адепт выпускного курса первой ступени! И не потому, что не способен, а потому, что его не хотели обучать. И какой толк от его магии, если единственное, что более-менее у него получается – это защитные арканы, да и то если только он время от времени обновляет их формулу в памяти. Ралернан передернул плечами, автоматически вспоминая означенный аркан. Может, как-то его усовершенствовать? Хоть какая-то польза будет… Размышляя, он незаметно пересек пропасть. Л'эрт подождал, пока он ступит на твердую землю, и небрежно развеял заклинание. Мост растворился в воздухе, словно был умело наведенной иллюзией.
Они снова двинулись вверх по тропе. Ралернану казалось, что они поднялись уже как минимум на две трети от высоты горного массива, но, конечно, точно определить это было сложно. По предварительным прикидкам Л'эрта, цель их поиска находилась чуть ли не на самой вершине. И, как ни странно, тропка пока что вела именно туда, куда надо, – словно давний путник проложил ее специально для них. Ралернану уже который раз с того момента, как они вырвались от вампиров, пришло в голову, что слишком уж эта тропка похожа на ловушку. Даже с учетом разрушенного моста. Он снова принялся прокручивать в голове элементы защитного аркана.
Они обогнули по широкой дуге какой-то кусок острой скалы, несколько отличавшийся от однородных гор: он был золотисто-прозрачного цвета и, казалось, светился на солнце – как янтарь. Но откуда бы янтарю, да еще и такого размера, взяться высоко в горах? Ралернан еще обдумывал эту мысль, когда вдруг заметил, что тропа ведет вовсе не в обход камня – а через  камень. В дальней части странной породы было выбито нечто, отдаленно напоминавшее арку портала, но, в отличие от портала, эта арка казалась сквозной: сквозь нее эльф видел продолжение тропы, все те же горы и все то же небо. А над аркой красовался крупный крест.
Вампир уверенно шагнул в сторону арки, не меняя темпа ходьбы. До портала ему оставалась пара шагов.
– Лаэрт, стой! – окликнул его Ралернан. – Ты не находишь, что это несколько странное место?
– Странное? – Л'эрт удивленно вскинул бровь. – Прости, а чем оно более странное, нежели то, где мы были час или два назад? Тебе что, голову напекло? – Он отвернулся от эльфа, собираясь продолжить движение.
Ралернан почувствовал странное сосущее ощущение под ложечкой. Он моргнул – и на миг и камень и арка поплыли, словно были мороком, – но почти сразу же он снова увидел их четко.
– Стой!
Не полностью отдавая отчет в своих действиях, он прыгнул вперед, хватая вампира за руку и одновременно выбрасывая над ними обоими защитный аркан, все еще вертевшийся в голове. Но вампир уже занес одну ногу за линию арки. Крест над порталом полыхнул ослепительно-белым – и все вокруг окутала золотая дымка. Пару мгновений эльф ощущал себя мухой, расплавленной в янтаре, – но почти сразу же дымка рассеялась.

– Вот дерьмо! – И Л'эрт дополнил свое высказывание парой витиеватых слов. Ралернан не разобрался в деталях, но вполне мог понять его реакцию. Действительно, с точки зрения вампира, они были далеко не в шоколаде.
Горы исчезли. Портал, оказавшийся отнюдь не просто каменной аркой, перенес их в какое-то странное место – видимо, под землю, так как над головой вместо привычного ярко-голубого неба Ралернан видел только каменные своды. Пещера казалась огромной. Даже не так – невероятно, фантастически огромной. Словно кому-то ради шутки вздумалось накрыть как минимум целую страну каменным колпаком.
Сравнение со страной вовсе не было праздным: перед ними простиралась длинная и высокая каменная стена, сложенная из идеально подогнанных друг к другу прозрачно-янтарных брусочков. Стена чем-то напоминала пограничный рубеж. И, как и на любом рубеже, здесь были ворота – довольно небольшие (повозка протиснулась бы с изрядным трудом), целиком вытесанные из все того же «янтаря». На обеих створках ворот был выгравирован уже знакомый Ралернану крест.
Эльф обернулся. Позади гроздью рассыпались порталы – аналогичные тому, в который они так неосмотрительно вступили. Ралернану показалось, что этих порталов тысячи, но всматриваться было больно: глаза начинали слезиться. Над каждым из порталов светился крест.
А еще кресты, если присмотреться, украшали и саму стену перед ними – выделяясь в каменной кладке кусочками более темного янтаря.
Да, наверное, с точки зрения нежити, место было не самое уютное. Хотя как знать… Возможно, эти кресты и не реагируют на вампиров.
– Ну и как мы сюда попали? Ты что-нибудь понял? – Л'эрт наконец произнес что-то отличное от нецензурных выражений.
– Ты шагнул в портал. Как те, что у нас за спиной.
Вампир обернулся – и застыл. Ралернан потряс его за плечо:
– Эй?
– Я ничего не вижу. Никаких порталов. – Голос вампира звучал несколько неуверенно и глухо. – Ты поэтому пытался меня остановить?
– Ну да. – Ралернан нахмурился. Он уже привык к тому, что в магии его спутник разбирается значительно лучше. А в том, что они имеют дело с магией, сомневаться не приходилось.
– Плохо. – Л'эрт уставился на свои руки. Эльф невольно проследил за его взглядом – и крайне удивился: открытые участки кожи вампира выглядели, будто их опустили в кипяток. И прямо на глазах Ралернана приняли еще более неприятный оттенок. – Меня что-то блокирует. Не пойму что… Но я не могу задействовать ни одного заклинания.
Ралернан вспомнил про созданный им защитный аркан. Как ни странно, он еще действовал – но уже довольно слабо. Эльф поспешно влил в него энергии, стабилизируя и упрочняя. Л'эрт повернулся к нему:
– А твоя магия действует. Не снимай пока эту защиту. – Он помедлил, но все же добавил: – Кажется, у меня хорошие шансы сгореть здесь заживо без этого поля.
После стабилизации заклинания кожа вампира прекратила свои метаморфозы и начала медленно бледнеть, возвращаясь к обычному цвету.
– Нам надо попробовать вернуться, – высказал вполне логичную мысль эльф. Место, в которое они попали, ему лично тоже казалось не самым приятным. Впрочем, как любой представитель своего народа, Ралернан в принципе не любил замкнутые помещения – особенно подземные.
Эльф направился в сторону порталов. Л'эрт послушно следовал за ним. Но по мере того как Ралернан пытался приблизиться к порталам, они все отдалялись и отдалялись – словно незваные гости двигались не вперед, а назад. Через несколько минут эльф остановился и обернулся в сторону янтарной стены. Она ни на йоту не отодвинулась.
– Кажется, нам придется искать другой выход. Возможно, все-таки имеет смысл войти внутрь.
– Хорошо, – неожиданно покладисто согласился вампир. – Но не снимай, если можно, свой щит. Я чувствую себя как-то… не в себе. Странное место.
Медленно и неуверенно они подошли к янтарным воротам. И тут же, словно по мановению волшебной палочки, ворота распахнулись вовнутрь, пропуская их. Как только они вошли, ворота беззвучно закрылись за их спинами, блокируя пути к отходу. Впрочем, в той стороне все равно не было никакого пути, как показалось эльфу. И они пошли вперед.
За воротами прятался город – довольно большой, насколько смог оценить Ралернан. Во все стороны разбегались узкие улочки, замощенные янтарными камушками. Дома были небольшие – максимум пара этажей, а в большинстве и вовсе одноэтажные. Располагались они почти вплотную друг к другу и имели все тот же, уже слегка резавший эльфу глаза, золотистый цвет. Мелькнула безумная ассоциация, что неведомый хозяин этого места попросту облил все жидким золотом – чтобы покрасоваться перед менее богатыми соседями. Только высокий каменный свод над головой выглядел, как обычный потолок самой обычной пещеры – хотя и громадной.
– Красивое место, хотя и неприятное, – прокомментировал Л'эрт.
– Красивое? – Ралернан недоуменно нахмурился. Золото слишком уж било в глаза.
– Вроде да. – Вампир неожиданно сбился с шага и заставил эльфа остановиться. – Или, быть может, я опять чего-то не вижу?
– Не знаю. – Ралернан слегка растерялся. Что тут не видеть? Дома – дома и есть, самые что ни на есть обычные. Правда, у него возникло впечатление, что дома пустуют.
– Опиши, что ты видишь, – попросил Л'эрт. Ралернан, все еще пребывая в некотором недоумении, выполнил его просьбу. Судя по озабоченному выражению, возникшему на лице вампира, тот наблюдал явно что-то другое.
– Ну и? В чем дело?
– Я не вижу никакой пещеры. Мне кажется, что мы находимся под открытым небом. Вот только солнце мною ощущается, как чересчур жаркое. И, похоже, я вижу все те дома, что ты описал, – но для меня они выглядят разноцветными, между ними растут деревья, трава… Справа журчит фонтан. Играет какая-то музыка. На ветках щебечут птицы. Редкие птицы, таких не каждый богач себе может позволить завести. А уж чтобы они просто порхали по улицам… – Л'эрт хмурился все сильнее и сильнее. – Серебрянка, мне уйма лет, и за все это время я ни разу не вляпывался в хоть сколько-нибудь значимый морок. Вампиры вообще довольно устойчивы к магии иллюзий… И еще… После того как ты рассказал мне, что видишь, мне иногда кажется, что я вижу что-то похожее – самым краем глаза, будто на мгновение искажается картинка. Но потом все снова возвращается. Ага, а теперь я вижу людей. – Л'эрт уставился вперед.
– Я тоже, – подтвердил Ралернан, проследив за его взглядом. К ним приближались двое неопределенного возраста мужчин, закутанных в просторные серые плащи. Эльфу эти плащи показались весьма похожими на мантии Пресвятого Ордена. Что видит вампир, он не успел уточнить: серые подошли к ним слишком быстро.
– Приветствуем вас в Карелунге, путники! Пройдемте с нами, и мы покажем вам, где вам лучше поселиться, и расскажем в подробностях о нашей жизни. Конечно, проводник рассказал вам кое-что, но с течением времени вам понадобится более обширная информация. – Серые старались говорить в унисон, но не попадали, и их не вполне слитный хор слегка резал слух эльфа. Ралернан покосился на своего спутника. Л'эрт смотрел на серых так, словно они как минимум предлагали ему ключи от господства над всем миром. Эльф закусил губу. Да что же это за место такое?
Тем временем серые разделились. Один из них мягко взял Л'эрта за руку и повел за собой. Вампир даже не подумал сопротивляться. Выражение на его лице было ненормально-счастливое. Второй в сером потянул за собой Ралернана. К облегчению последнего, пока что их вели в одном направлении. Защитный аркан эльфа имел предел дальности, и проверять его у Ралернана не было ни малейшего желания.
Но пока им везло: через час плутаний по янтарным улочкам серые привели их к очередному пустующему домику – и гостеприимно распахнули его двери. Никаких ключей не было и в помине.
– Вероятно, вы уже знакомы, раз пришли вместе, – обратился к Ралернану его спутник. – На первое время вам будет проще адаптироваться, проживая вблизи. Ну а потом, конечно, вы все сможете изменить. Здесь все предназначено только для вашего счастья. Располагайтесь и не беспокойтесь ни о чем. Вы сделали правильный выбор, доверившись нашему проводнику. Обо всем остальном мы позаботимся. – И серые плащи откланялись. Л'эрт какое-то время тупо смотрел им вслед, а потом резко встряхнул головой, словно собака, выбравшаяся из реки на берег.
– Серебрянка, у нас проблемы, – констатировал вампир.
– Да ну? – мрачно съязвил эльф. По его мнению, они попали в на редкость неприятную ситуацию. И их явно принимают за кого-то другого.
– Угу. Мне хочется тут остаться.
– В смысле? – Ралернан опешил.
– В прямом. У меня стойкое ощущение, что я нашел именно то, чего мне не хватало, и именно тут я могу быть счастлив. С учетом того, что я еще помню о необходимости срочно вытащить Керри из Нейира, это несколько странно, ты не находишь?
– Я нахожу, что вообще все тут странно. Меня больше пугает то, что мы видим разные вещи.
– И очень хорошо! – неожиданно возразил вампир.
– Ты это… может, они тебя загипнотизировали? – неуверенно спросил его эльф.
– Да нет. В смысле… то есть да, пока они говорят, на меня действительно действует что-то вроде гипноза, судя по всему. Но я имел в виду не совсем это. Хорошо, что ты видишь истинный мир. Это дает нам шанс выбраться отсюда.
– Гм. А ты уверен, что истинный мир – то, что вижу я? Может, как раз наоборот?
– Ну правда обычно несколько непригляднее лжи. И потом, ты видел портал перехода, а я нет. Конечно, остается еще вариант, что мы оба видим морок – но разный. Но я предпочитаю пока что над этим вариантом не думать. Иначе у меня окончательно съедет крыша. Она и так уже почти съехала.
– Гм? – Эльф решил поддержать беседу нечленораздельным мычанием. Вампир выглядел не самым лучшим образом. Глаза его лихорадочно блестели, на бледных щеках появились какие-то болезненного вида пятна.
– Я так полагаю, в этом доме никого нет, кроме нас? Иначе ведь ты не дал бы мне трепаться, не так ли?
– Ну да. Пустой дом.
Эльф обвел взглядом их временное пристанище. Все тот же золотистый камень. Голые стены, узкое окно на улицу, витая лестница на второй этаж. Надо полагать, там устроены спальни. На первом этаже практически ничего из мебели не было: только массивный стол в центре, да несколько лавочек по периметру помещения.
– Ну вот. А я слышу какую-то музыку сверху. Словно кто-то играет на арфе… Знаешь, мне все больше и больше это не нравится.
Эльф опять отделался однозвучным высказыванием. Впрочем, что именно не нравится его спутнику, он так и не узнал: в дверь дома легонько постучали – и почти сразу же вошли.
Вошедший также был в сером плаще, но, в отличие от первой пары, он был низенького роста, лысоват и сложением напоминал шарик. В руках серый держал большой горшок, из которого пахло едой. Умильно улыбаясь и бормоча какую-то запредельную чепуху, будто разговаривая с пятилетними детьми, серый водрузил котелок на стол – и ретировался.
Ралернан приподнял крышку. В горшке была самая обычная каша. Подгорелая и с комочками. Видимо, серый был не очень хорошим поваром, несмотря на свою комплекцию.
Л'эрт заглянул в горшок через плечо эльфа и задумчиво втянул воздух.
– Любопытно… – протянул он вслух. – Кажется, я нашел слабое место в этом наваждении.
– Запах? – с сомнением уточнил эльф.
– Нет. Видишь ли, когда эта милая женщина приволокла сюда сию посудину…
– Это был мужчина, – автоматически поправил его Ралернан.
– Мгм. Я видел тетечку. Такой упитанный колобок в накрахмаленном переднике. Она мне даже чем-то напомнила мою няню из детства. – Вампир запнулся и совершенно нелогично закончил: – Твою мать…
– Лаэрт? – Эльф потряс его за плечо, пытаясь вывести из состояния углубленного созерцания комочков каши.
– Да, да, я тебя слышу, – тихо откликнулся Л'эрт. – Просто я тут внезапно понял… Эта иллюзия… что-то абсолютно запредельное… Но тогда… Тогда то, что видишь ты, тоже может быть иллюзией.
– Не понял?
– Оно умеет проникать в подсознание. Женщина, которая принесла корзинку… звуки арфы… яблоки… Оно копирует воспоминания моего детства. Причем так, что я даже не сразу понял это… – Вампир потер пальцами виски, будто у него разболелась голова. – Собственно, я и понял это случайно. Ты ведь видишь в горшке кашу?
– Э… ну да. А откуда ты знаешь, если не видишь всего остального?
– Я видел, как женщина принесла корзинку с яблоками. Знаешь, я был абсолютно уверен, что это яблоки – и даже почувствовал чувство голода. Я уже хотел съесть яблоко, когда вспомнил, что я вообще-то вампир. Даже при всем моем желании мой организм просто не переварит твердую пишу. И словно повернули какой-то выключатель – я перестал видеть яблоки и увидел горшок с кашей. Возможно, иллюзия не рассчитана на вампиров.
– Возможно, это место  не рассчитано на вампиров. Тут же кругом все крестами обвешано.
– Да? Вот проклятье, а я не вижу. Убийцы-невидимки. Даже смешно.
Ралернан попытался вернуть Л'эрта к основной теме беседы:
– А почему ты решил, что видишь что-то из детства?
– Потому что, когда я был ребенком, я любил яблоки. Довольно редкий сорт, тогда его выращивали в горах. Он выродился несколько столетий назад, и сейчас его навряд ли можно найти где-то, кроме как в архивах учебной литературы по сельскому хозяйству. Но женщина принесла в корзине именно эти яблоки. Недозревшие, как я и любил. Слишком странное совпадение, чтобы быть просто совпадением. – Вампир нервно побарабанил пальцами по столешнице.
– Даже если и не совпадение. Допустим, тебя зачем-то заставляют увидеть картинки из детства. Допустим, на меня оно не действует. Причем неясно – почему. Но это никак не приближает нас к поиску выхода из этого царства иллюзий. – Ралернана не очень интересовала местная загадка. В голове эльфа по-прежнему тикал счетчик, отмеряющий потерянное время – время, которое Керри заперта в Нейире. И хорошо, если просто заперта, а не мучается или умирает.
– Ты прав. – Вампир скользнул взглядом за окно. – К нам опять гости, если я не ошибаюсь.
Л'эрт не ошибся – спустя пару минут в дверь домика снова постучали – и вплыли уже знакомые эльфу серые плащи: те самые, что встретили их парой часов раньше.
– Пойдемте, мы покажем вам устройство Карелунга.
Ралернан послушно позволил взять себя за руку. Ладонь серого была неприятно влажной. Эльф покосился на своего спутника. Зрачки вампира постоянно менялись, то сужаясь в едва заметные точки, то расширяясь на всю радужку. Не нужно было быть экспертом, чтобы определить, что вампир нервничает – и довольно сильно.
Их повели в глубь улиц с однотипными домиками, удаляясь от ворот. Сначала домики казались пустыми и безлюдными, но вскоре эльф начал замечать в них обитателей. Частенько слышался довольно беззаботный смех. Невольно Ралернан напрягся. Настоящие ли жители или на него тоже начал действовать гипноз? Но дома выглядели все теми же янтарными коробками, а над головой по-прежнему висел каменный свод пещеры.
После часа плутания серые плащи вывели своих подопечных на некое подобие площади. Возможно, центральной. Площадь была заполнена народом. Люди чинно прогуливались по кругу, разбившись на пары. Кое-кто вел за руку детей. И абсолютно у всех было нереально-счастливое выражение лица. Нереально-счастливое и пустое. Как у зомби. Ралернан почувствовал, как по спине ползет холодок страха. Что же это за место?
Они пересекли площадь, не останавливаясь. Почувствовав, как Ралернан вертит головой, его спутник скупо пояснил:
– Это традиционное место ежевечерних прогулок для тех, кто обрел свой дом. Не сомневаюсь, что вы скоро к ним присоединитесь.
Ралернан еще раз обернулся через плечо на прогуливающиеся пары. Как может сочетаться настолько пустое выражение глаз с такой маской счастья на лице?
Серый потянул его за собой. Эльф поспешил подчиниться: вампир со своим поводырем успели несколько уйти вперед.
Они пересекли еще несколько улиц – и несколько аналогичных же площадей, после чего остановились у узкого длинного дома, слегка выбивающегося из типовой архитектуры города. Дом почему-то показался Ралернану похожим на какой-то барак.
Серые толкнули дверь, которая, как и везде, была не заперта, и вошли внутрь. Ралернан последовал за ними. Внутри оказалось две длинные комнаты – во всю длину здания, разделенные коридором. Перегородки, отделявшие комнаты от коридора, были полупрозрачными, и эльф довольно четко видел, что находится внутри. Справа на узкой скамье сидели в ряд несколько женщин. Глаза у них были закрыты, губы беззвучно шевелились. Головы женщин обвивала шапка золотистого сияния. Слева на аналогичной же скамье сидели мужчины, также погрузившись головой в золотые облачка. Как Ралернану показалось, и женщины и мужчины были довольно молоды – что-то от двадцати до тридцати человеческих лет.
Серые открыли левую дверь и втолкнули их в комнату с мужчинами. Так же, как и остальных, их посадили на лавку. Ралернан невольно скосил глаза на вампира и заметил, как над его головой начинает кружиться золотое облако. Интересно, что все это значит? Сам себя он не видел и понять, погрузили ли его голову в аналогичную субстанцию, просто не мог.
Против ожидания, серые не покинули комнату, а остались, рассматривая новичков и что-то тихо обсуждая.
Ралернану показалось, что они сидят уже несколько часов. Конечности эльфа затекли, ему хотелось встать и размяться. Но под испытующим взглядом серых плащей он не рискнул этого сделать: никто из других людей в комнате не шелохнулся.
Прошла еще пара часов, когда один из серых встрепенулся и подошел к вампиру, что-то прошептав тому на ухо. Вампир покорно поднялся. На лице его застыло какое-то отстраненно-потерянное выражение. Ралернан заметил, как одновременно с вампиром поднялась и подошла к двери одна из женщин: высокая блондинка довольно нескладных форм. Вампир и женщина вышли в коридор и о чем-то там долго беседовали под надзором серого плаща. А потом пошли наружу.
Ралернан удержался на месте только значительным усилием воли. Одна половина его разума кричала, что нельзя разделяться в таком опасном месте, что потом он рискует потерять вампира – тем более что тот не вполне соображает, где находится. Другая половина разума твердила, что, если он сейчас бросится за ним – он неминуемо выдаст себя, и кто знает, не кончится ли это их совместной гибелью. Да, вампир необходим ему, чтобы вытащить Керри, но бежать за ним слишком опасно.
И Ралернан остался сидеть. Призвав всю возможную концентрацию – тем более, что обстановка очень этому способствовала – он постарался расширить свой аркан на максимально возможное расстояние. Теперь оставалось только надеяться, что вампир не уйдет слишком уж далеко.
Прошло еще несколько часов, когда мужчины, как по команде, поднялись с лавочки. Ралернан отметил, что золотистое облако над их головами рассеялось. Чтобы не выделяться, он повторил их движение. Сквозь перегородку он заметил, что женщины также встали. Словно повинуясь неведомому дирижеру, мужчины подождали, пока женщины покинут здание, после чего вышли сами. Сначала они шли достаточно централизованно, но, пройдя некоторое расстояние в сторону ворот городка, слитная группка людей распалась. Ралернан понял, что они расходятся по местам своего обитания. Эльф опасался, что он не найдет дом, в который их отвели (все домики были слишком уж похожи), но отыскать его оказалось неожиданно просто. Как магнитом, его вело чувство страшной боли, исходившее оттуда. Боли, принадлежавшей, несомненно, вампиру. Ралернану не хотелось сейчас задумываться, почему он воспринимает чужие эмоции. Странностей хватало и без этого.
Последние пару кварталов эльф уже 'бежал. Вероятно, Л'эрт все-таки выпал за пределы защитного поля. Но почему тогда ощущение боли не уменьшалось при его приближении?

Л'эрт сидел на полу в самом темном углу комнаты. Глаза его были широко распахнуты и выцвели до светло-голубого оттенка. Вампир довольно заметно дрожал.
Ралернан невольно оглянулся, ожидая увидеть неподалеку что-нибудь пугающее, но в доме явно никого не было, кроме них двоих. Ощущение чужой боли начало понемногу затихать. Но внешне вампир не выглядел ни травмированным, ни обожженным. Так в чем же тогда дело?
– Лаэрт? – Эльф подошел к вампиру и сел перед ним на корточки. – Что с тобой?
– Я схожу с ума, – неожиданно очень четко ответил Л'эрт. – Еще чуть-чуть, и тебе придется разговаривать с психом. Или не придется.
– Что-то случилось? Куда тебя уводили?
– Погулять, – вампир нервно хихикнул. – На свидание.
– Но почему ты тогда в таком состоянии?
– Потому что я чувствую себя обкурившимся веселящей травы. Проклятое место. Если так будет продолжаться… Пока мне везет. Но это только пока! – Он покачал головой и запустил пальцы в и так уже слегка взъерошенные волосы.
– Может, ты пояснишь?
– Что ты видел сегодня? Что здесь на самом деле? – Вампир проигнорировал его вопрос.
– Ничего особенного. Все тот же золотой город. Видел местных жителей. Они кажутся заколдованными, хотя и счастливыми. Чем-то напомнили мне заводных кукол. Хотел бы я понять, почему на меня не действует эта магия.
Л'эрт пожал плечами:
– Ты не человек.
– А при чем тут это? Ты тоже не человек.
– Ну… я им был когда-то. Ты видел тут хотя бы одного представителя Старых рас?
Ралернан задумался. Действительно, все встреченные и виденные им жители относились строго к человеческому роду.
– А откуда ты-то знаешь, что здесь только люди? – Эльф слегка нахмурился. – Если ты видишь только иллюзии?
– Ну временами иллюзии пропадают. Когда мне удается вспомнить, кто я на самом деле. Девушка, с которой меня отправили выгуливаться, случайно подняла одну тему… В общем, напомнила про некоторые отличия людей и вампиров. После чего я стал воспринимать окружающее более адекватно. Как с яблоками.
– Но если это место предназначено только для людей – почему серые позволяют мне свободно разгуливать?
– Ты себя в зеркало давно видел? – фыркнул вампир. – Если ты случайно забыл, то накануне нам никто баню с девочками не устраивал. На тебе такой слой пыли пополам с грязью, что и родная мама с трудом узнает. Даже твоя хваленая шерсть, – он подцепил пальцем спутанный локон эльфа, – , сейчас больше на мочалку смахивает. И пока ты эту мочалку в хвост не завяжешь, твои уши тоже не видны. Не, конечно, если присмотреться, то вся эта конспирация распадется как карточный домик. Но ведь они к тебе особенно-то и не присматривались. Насколько я понял, обычно сюда без приглашения не попадают. Это только мы такие везунчики.
Ралернан потер виски.
– М-да. Ладно, оставим это. Нам необходимо сосредоточиться на поисках выхода из этого странного места. Порталы работают только в одну сторону: на вход. Но тогда, вероятно, здесь должны быть и другие порталы, через которые можно выйти. Даже если местные жители и не покидают город, серые наверняка как-то поддерживают контакт с окружающим миром.
– Ты можешь отследить местные силовые потоки?
Ралернан мысленно выругался. Естественно, потоки! И почему он сам не додумался? Вампир, похоже, даже в помраченном сознании рассуждает логичнее его.
Эльф сосредоточился. Вокруг все казалось пропитанным какой-то странной магией, и выделить отдельные ее ветки было несколько проблематично. Но вскоре он понял, что над городом висит некая энергетическая сеть. Сила концентрировалась в ее центре и волнами растекалась оттуда к краям. Ближайший край сети соответствовал городской стене, сложенной из прозрачного янтаря.
Ралернан описал свое видение вампиру, стараясь использовать максимально точные формулировки.
– Центр, говоришь? – Л'эрт задумчиво сцепил пальцы в замок и уставился на них. – А в центре у них стоит храм. Довольно внушительная махина, надо сказать. Я его видел издалека во время сегодняшней прогулки, но принял за очередной морок. Сдается мне, именно туда нам и стоит прогуляться… Серые что-то болтали насчет того, что обретшие счастье каждый день посещают некий храм, чтобы воздать благодарность за полученное. Может, это место кормится молитвами?
– Может. Мне безразлично, чем оно кормится. У нас не так много времени, чтобы разгадывать эту загадку. Пошли, покажешь, где этот храм.

Сказать оказалось несколько проще, чем сделать. Ралернан предположил, что лучше все-таки добраться до храма незамеченными. Его не оставляло чувство непонятной уверенности, что хозяева города не обрадуются, если узнают, что их никто не приглашал, и вдвойне не обрадуются, если поймут, что их морок не действует – как минимум на эльфа. Ощущение опасности было иррациональным. Лица жителей были дружелюбными, никто из них явно не носил при себе оружия. Серые плащи были услужливы и предупредительны. Но Ралернан по-прежнему считал золотой город ловушкой.
Эльф решил подождать, пока по местному времени наступит ночь – разумеется, полагаясь на то, что видит вампир – определить истинное время суток под землей было невозможно. Но, к его сожалению, «ночью» на улицах также встречались люди. Л'эрт и Ралернан старались двигаться максимально осторожно, никому не попадаясь на глаза. Иллюзии, которые то видел, то не видел вампир, существенно этому мешали. Периодически он пытался выходить чуть ли не в самый центр улицы, утверждая, что «тут темнее», или резко шарахался в сторону от пустоты. В конце концов, эльф был вынужден схватить его за руку и тащить за собой, как ребенка – иначе продвижение грозило затянуться на неопределенный срок.
Чем ближе они подбирались к центру города, тем выше становились домики. Кое-какие из них были окружены небольшими пустырями. Ралернан и без подсказки вампира догадался, что околдованные жители должны видеть здесь сады или нечто аналогичное. На эльфа произвело жутковатое впечатление зрелище девочки, которая выползла из окна одного из таких домиков и стала делать некие странные движения в воздухе: будто что-то срывала. Л'эрт пояснил, что «срывала» она цветы.
– Их здесь держат против воли. Люди выглядят счастливыми, но это обман, – тихо произнес эльф, следя, как закрылись ставни за вернувшейся в дом девочкой. – Это надо прекратить.
– Не сейчас. Ты же сам говорил, мы и так потеряли лишнее время из-за этой ловушки.
– Да, не сейчас. – Ралернан едва заметно вздохнул, медленно продолжая движение к центру. Он уже начал думать, что до храма удастся добраться без особенного труда, когда в нескольких кварталах от желанной цели на улицах стали появляться патрули. Л'эрт не видел их в упор. Ралернан видел снующие парами и тройками группы, закутанные в серое. Серые не имели оружия, но на этот раз эльф чувствовал, что они чуть ли не по уши напитаны неизвестной ему магией. Те, первые проводники, такого впечатления не производили.
Очередная пара серых плащей возникла совсем близко. Ралернан шарахнулся назад, практически вдавливая вампира своей спиной в стену здания. Патрулю достаточно было лишь чуть-чуть изменить траекторию движения – и они засекли бы незваных гостей. Но серые спокойно прошли мимо. Ралернан чуть сдвинулся, провожая их взглядом. Вдалеке мелькнул еще один патруль.
– Что бы они тут ни прятали, они явно пытаются это охранять, – задумчиво произнес эльф. Вампир отклеился от стенки и зло сплюнул попавший ему в рот серебристый волос.
– Ты не мог бы поаккуратнее затыкать мне пасть? – нелюбезно осведомился он. – Я не в восторге от вкуса твоей гривы.
– Тише. Здесь слишком много серых, – одернул его эльф.
Их продвижение существенно замедлилось. По времени вампира, уже наступал рассвет – он утверждал, что небо светлеет. Ралернан обратил внимание, что с «рассветом» количество патрулей сократилось – но на улицах стало появляться куда больше простых жителей.
Но вот, прокравшись под аркой какого-то пустующего дома, они увидели большую округлую площадь, в центре которой и возвышался храм. То, что видел Ралернан, почему-то на сей раз до мелочей совпадало с восприятием его спутника.
Огромная махина храма возвышалась над городом янтарной горой. Здание было бы довольно красивым, если бы не его значительные размеры. Излишняя массивность огрубляла линии. Снаружи храм украшали витые колонны и барельефы. Сюжета рисунков со своего места наблюдения эльф не мог разглядеть. Было понятно только то, что на многих из них отображен солнечный диск. Крышу венчали широкие приплюснутые купола, переходящие в острые шпили. Над входом в храм висел традиционный уже крест.
С легким, почти мелодичным звоном двери храма распахнулись. Внутрь потекла тоненькая струйка жителей. Ралернан некоторое время наблюдал за ними. Непохоже, чтобы жителей как-то. проверяли на входе. Он уже хотел присоединиться к местному населению, когда вампир остановил его:
– Ты привлечешь внимание серых.
– Чем? Я просто хочу смешаться с толпой и попасть внутрь.
– Я уже понял. Скажи, это у меня очередная галлюцинация, или жители идут туда исключительно парочками?
Эльф пригляделся внимательнее. Странно, но вампир был прав: одиночек среди направлявшихся в храм не было. Жители, все с тем же пугающе-счастливым и отрешенным выражением на лице, шли по двое, взявшись за руки – будто пылкие влюбленные. Правда, влюбленные обычно не ходят чуть ли не строевым шагом. Строевым… Ралернан почесал нос. Вот на что это похоже. Армия заколдованных, покорных чьей-то неведомой воле…
– Ты что, заснул? – Тычок вампира вывел его из задумчивости.
– Отцепись. Я пытаюсь понять, как нам попасть внутрь, не привлекая внимания.
– Да какие проблемы? Сейчас мы по-быстрому переоденем тебя в девочку и изобразим семейную пару, – фыркнул вампир. – Все равно у тебя слишком изящное лицо для представителя человеческой расы.
Ралернан смерил спешащих в храм еще одним взглядом и повернулся к вампиру.
– Жди меня в этом доме. – Эльф кивнул на пустующую громаду за их спинами. – И никуда не высовывайся.
– Ну и куда ты собрался, о Великий Герой? – проворчал Л'эрт.
– Твоя идея не лишена разумного зерна. Я попробую позаимствовать на время женское платье.
– Серебрянка, подожди! – Вампир попытался удержать его.
– Позже поговорим. Время слишком дорого. – Ралернан скользнул в глубь улицы, придерживаясь тени, даваемой стенами.
– Вообще-то я пошутил, – сообщил Л'эрт пустоте перед собой, растерянно ероша волосы. Ну какая из эльфа девчонка? С его-то ростом?

ГЛАВА 32

– Что скажешь? – Ралернан обернулся к вампиру. Зеркал, к сожалению, в доме не водилось, и ему пришлось использовать в этой роли своего спутника.
Л'эрт разлегся на жесткой лавке с таким видом, будто под его спиной была мягчайшая из перин, и скучающе изучал эльфа.
Ралернан отсутствовал неполный час и действительно принес с собой ворох предметов женского гардероба. Ему было неудобно заниматься воровством, но другого выхода он не видел.
По мнению вампира, пользы от всего этого карнавала не было. Ралернана можно было бы перепутать с женщиной, только пока он стоял – и, желательно, с закрытыми глазами. Двигался эльф слишком размашисто, к тому же постоянно путаясь в складках непривычной юбки, правая рука то и дело автоматически пыталась лечь на рукоять отсутствующего меча. Да и смотрел он слишком решительно и прямо, а отнюдь не потупив глазки в пол.
– Не, серебрянка, ты абсолютно безнадежен. Ничего из этого не выйдет. Ну не примут тебя за девчонку, хоть ты наизнанку вывернись.
– Ну и что ты предлагаешь?! – разозленно бросил Ралернан. – Может, чем критиковать чужие идеи, предложишь свою?
– Да нет, зачем. Можно использовать и твою идею. Только мы внесем в нее небольшие коррективы. – Вампир закинул ногу на ногу и покачал носком сапога в воздухе.
– Ну и? Что я из тебя вечно каждое слово клещами тяну?
– Девочкой буду я.
– Ч-ч-чего?! – Эльф наступил на подол юбки и чуть не грохнулся на пол. – Местные галлюцинации, похоже, отрицательно воздействуют на разум, – добавил он уже тише, уставившись на Л'эрта. – Ты похож на женщину еще меньше, чем я. Тебе лицо гримировать придется. Да и то… У тебя скулы слишком резко очерчены, это никакой краской не скроешь.
– Не скроешь, говоришь? – Л'эрт плавно поднялся. – А давай на спор?
– Прекрати паясничать! Нашел время спорить! Хочешь пробовать – на, пробуй! – Ралернан сорвал с себя платье и швырнул его в лицо вампиру. Тот непринужденно уклонился, и одежда шлепнулась на лавку, с которой он встал.
– С гардеробом я разберусь чуть позже. Сначала мне потребуется твоя помощь.
– Ну? – все еще неприязненно спросил Ралернан.
– Мой… хм… маскарад… В общем, я собираюсь слегка поколдовать. Постарайся удержать защитное поле. – Вампир почесал нос. – Как-то не хочется заканчивать свои дни прямо здесь и сейчас.
– Подожди. В каком смысле – «поколдовать»? Ты же уже пробовал. Твоя магия в этом месте не работает, разве нет?
– То, что я хочу сделать – это не совсем магия… Кстати, я не уверен, что у меня получится. Но попытаться стоит. Да, и еще… Ты лучше на меня не смотри. Вероятно, процесс будет не самым симпатичным. И не вмешивайся. А то обожженными руками может не ограничиться.
Ралернан пожал плечами, проверяя опорные точки защитного аркана.
– Ну давай, колдуй.
Л'эрт, словно в нерешительности, побарабанил рукой по бедру, а потом стремительно поднес пальцы к вискам, запрокидывая голову. Черные волосы взметнулись вокруг его головы, подхваченные невидимым ветром. Защитный аркан прогнулся, будто по нему ударили изнутри. Ралернан увеличил концентрацию, не давая заклинанию разорваться. Вопреки предостережению, на вампира он все-таки смотрел. Пока что ничего пугающего не происходило. Точнее, вообще ничего не происходило. Вампир замер, застыв в судороге, и только черные волосы метались в воздухе, развеваемые невидимым силовым потоком. Минута, другая, третья… Ралернан мигнул. Волосы вампира стали стремительно светлеть, приобретая снежно-белый оттенок. И тут же они начали удлиняться – пока тело вампира не оказалось закутано в них, будто куколка бабочки. Изнутри «куколки» полыхнул яркий свет – настолько яркий, что Ралернан вынужден был заслониться. Когда эльф опустил руку, вампир валялся на полу, полностью скрытый облаком белых волос. А вокруг него медленно растекалась огромная лужа свежей крови.

Эльфу хватило выдержки подождать где-то с четверть часа, после чего он уже серьезно забеспокоился. Да, вампир требовал не вмешиваться, но что-то ситуация не была похожа на плановое завершение заклинания. Конечно, он не разбирался в черной магии, но все же… Вампир не шевелился и вообще не подавал признаков жизни. Может, он что-то перемудрил со своей магией?
– Лаэрт? – неуверенно позвал Ралернан, склоняясь над закутанным в волосы телом. – Эй, с тобой все нормально?
Л'эрт не отреагировал. Эльф осторожно перевернул его – и приглушенно охнул. Нет, иллюзия у вампира получилась очень хорошая – Ралернан видел перед собой определенно девушку. Ни чертами лица – откровенно «кукольными», ни сложением она даже отдаленно не напоминала Л'эрта. Хотя вообще-то вампир мог бы и одежду наколдовать. На щеках эльфа проступили красные пятна. Он поспешно схватил валявшийся на лавке плащ и накрыл им измазанное в крови тело «девушки». Конечно, это было несколько нелогично – с учетом абсолютной иллюзорности того, что он видел, – но сработали рефлексы, вбитые воспитанием.
– Лаэрт, очнись! – Ралернан встряхнул «девушку» за плечи. Интересная иллюзия… Он же вроде на ощупь должен чувствовать настоящее тело. Но… – Лаэрт!!! – Эльф встряхнул сильнее. Опушенные длинными ресницами веки дрогнули и медленно поднялись. Глаза вампира оказались единственным, что осталось прежним – ярко-синие бездонные омуты. В какой-то степени Ралернан этому обрадовался – а то уж слишком качественной была иллюзия.
– Не тряси… – Голос тоже изменился, став тоньше и выше. – У меня и так голова кружится. – В подтверждение своих слов Л'эрт схватился руками за виски. Плащ при этом, разумеется, съехал в лужу крови. Ралернан подхватил его и снова накинул на вампира. Тот недоуменно уставился на своего спутника. – Ты чего? Мне не холодно.
– Ты не одет, – сухо пояснил свои действия эльф. – Я не привык находиться в обществе голых девушек.
– Надо будет сводить тебя в бордель… – прокомментировал вампир. Он вытянул вперед руки и с откровенным интересом их разглядывал. Минутой позже переключился на ноги. Еще через минуту Ралернан повернулся к вампиру спиной, не желая лицезреть устраиваемое последним шоу. – Эй, серебрянка! Слушай, а у меня ведь получилось! Нет, правда!
– Я заметил.
– Надо же. Даже лучше, чем я думал. По-моему, я гениален, нет? – довольно заключил Л'эрт. – Ты так и будешь стоять ко мне спиной?
– Пока ты не оденешься.
Л'эрт хихикнул. Звук получился откровенно девчачьим, и эльфу захотелось ущипнуть себя. Пару минут Ралернан слышал шорох ткани.
– Все, можешь поворачиваться, о блюститель морали. Меня уже вполне можно показывать людям.
Эльф с некоторым опасением развернулся. Л'эрт нацепил на себя украденное платье и сейчас занимался тем, что отрывал от юбки снизу полосу ткани: его «иллюзия» была несколько ниже ростом, чем последняя хозяйка одежды.
– Ты в состоянии ходить? – Ралернану показалось, что движения вампира были несколько дергаными и неточными.
– Будем надеяться, что да. В крайнем случае, понесешь меня на руках, – Л'эрт состроил глазки. На кукольном лице «иллюзии» это смотрелось довольно мило.
– Не думаю, что это разумно. Серые не развеют твою магию, если мы подойдем к храму?
– Нет. – Л'эрт усмехнулся. Зубы «иллюзии» были идеально белыми и ровными, никаких клыков. – Но тебе по-прежнему надо удерживать защитное поле.
– Не понимаю. Твои способности блокируются выборочно? Странно как-то.
– Скажем так, вот это, – вампир покрутил в пальцах длинную прядь белых волос, – несколько другой тип магии.
– Ты опять начинаешь говорить загадками, – поморщился Ралернан.
– Нет, я могу объяснить, просто это долго.
– Тогда пошли. Мы теряем время. А нюансы твоей магии мне не настолько интересны. – Эльф двинулся к двери.

Поток жителей, спешащих в храм, все еще был довольно плотным. Л'эрту и Ралернану удалось быстро смешаться с ними. Люди шли парами, причем каждая пара держалась от других несколько обособленно. Никто ни о чем не говорил. Ралернану снова пришло на ум сравнение с армией зомби. Над входом в храм ярко полыхал крест. Проходя под ним, Л'эрт поднял голову и почти неощутимо поморщился. Первый знак церковников, который он здесь видел, несмотря на морок. Кресты над домами ему разглядеть не удавалось.
Внутри храм казался еще огромнее, чем снаружи. Здание заливали потоки слепящего света – хотя источника его не было видно. Свет падал откуда-то сверху, из-под приплюснутых куполов. Впереди, в стене, противоположной входу, была сделана ниша, в которой стояла огромная статуя мужчины, закутанного в непонятные просторные одеяния. Как показалось эльфу, статуя была отлита из чистого золота. Перед статуей в два ряда выстроились серые плащи. Глаза у них были закрыты, а сами служители мягко покачивались из стороны в сторону, словно под некую музыку. Ралернан музыки не слышал. В храме царила гулкая тишина. Спросить, что слышит вампир, эльф не рискнул – слишком уж было тихо.
Жители неторопливо проходили внутрь и усаживались прямо на пол, на голые янтарные плитки. Садились они строго правильными рядами, будто ими руководил невидимый кукловод. При помощи вампира Ралернану удалось занять место, не нарушая здешней гармонии.
Эльф почти непрерывно пытался сканировать пространство на предмет поиска портала – но потоки силы в храме слишком тесно сплетались, чтобы можно было выделить конкретное место. Единственное, что ему удалось понять – портал явно находился за пределами молитвенного зала. Вот только как же его искать… Ралернан кожей чувствовал силу, исходящую от служителей в сером. Сила ощущалась как морозные уколы – в виде быстрых и острых прикосновений. Эльф усомнился, что серые не заметят их поисков. Пока они сидели в толпе молящихся, все было в порядке, но если они начнут шастать по закоулкам храма, то, несомненно, привлекут внимание.
Тем временем храм заполнился жителями, и началась служба. Серые запели – несколько неловко и не в унисон, но, вероятно, заметил это один лишь Ралернан. Покачивания серых стали убыстряться, пока не перешли в странный дерганый танец. Жители распластались ниц на янтарных плитках, эльф последовал их примеру. Он все еще пытался искать портал – и потому почти мгновенно уловил сначала тоненькие, а потом все более устойчивые потоки, исходившие от молившихся – и текущие в сторону золотой статуи. Статуя непрерывно поглощала энергию, постепенно начиная светиться изнутри. По прошествии часа она уже сияла настолько ярко, что слепящий свет, падавший из-под купола, по сравнению с ней начал казаться эльфу мягкой полутьмой.
А затем свечение резко оборвалось – вместе с пением служителей и их танцем. Все так же медленно и неторопливо жители стали подниматься с колен и направляться к выходу из храма. Судя по всему, на этом служба кончалась. Ралернан с вампиром вышли вместе со всеми. Л'эрт болезненно щурился: вероятно, яркий свет статуи был перебором для чувствительных глаз вампира.
– Ну и что мы имеем? – поинтересовался Л'эрт, когда они добрались до пустующего дома, ставшего им временным пристанищем.
– Я не знаю, где портал. Не в общем зале, это точно… Но там слишком сильная магия. – Ралернан потер гудящую голову. – Статуя порталом не является, она только собирает энергию.
– Артефакт-хранилище. М-да-а-а… Интересно, сколько Орден Магии заплатит за эту информацию? Похоже, они думали, что благополучно уничтожили церковников. Ан нет, те устроили себе тут неплохое местечко. Да еще и энергию про черный день собирают.
– Я не уверен, что это церковники.
– А кто еще? Пока все указывает на то, что хозяин здесь – Пресвятой Орден. По сути, это же их пресловутый Золотой город, в который должны попадать праведники после смерти – и обретать истинное счастье. Только, похоже, праведников не так уж и много, и церковники решили попользоваться живыми. М-м-да. А часок в молитвах в качестве платы за абсолютное счастье – разве высокая цена? Вот извращенцы. – Вампир сплюнул. С учетом образа «кукольной» девушки это выглядело несуразно. – Интересно, сколько лет у них ушло на разработку системы арканов, на которых держится это место? Общая иллюзия плюс индивидуальная иллюзия, к тому же внутри храма и на самих служителей явно идет еще один вид морока… А ведь считалось, что церковники магией не владеют! Ага, щазз… Это место явно не вчера возникло.
– После того как мы вытащим Керри, надо будет разрушить этот морок. Это издевательство над людьми.
– Угу. Ты это уже говорил. Ладно, давай подумаем, как искать портал. – Вампир нервно прошелся взад-вперед по комнате. Шаги его сопровождало легкое эхо. Ралернан слегка недоуменно склонил голову: обычно вампир передвигался абсолютно бесшумно. – Так. Скорее всего, раз портал не в молитвенном зале и довольно плотно изолирован – он в одном из служебных помещений. И, зуб даю, доступ туда есть только у самих служителей.
Эльф нахмурился:
– Значит, придется прорываться с боем. Это не очень хорошо. Твоя магия не работает, а я не знаю атакующих заклинаний. А сил поддержать защитное поле на все время сражения мне может не хватить – площадь храма слишком велика, чтобы мы могли надеяться сразу наткнуться на этот портал. Разве что повезет…
– Да подожди ты прорываться… Слушай, ты обратил внимание на то, как выглядят служители? В смысле – внешне?
– Да, в целом, ничего особенного. Я бы даже сказал, довольно невыразительные лица – даже для представителей человеческой расы.
– Ага. Так, а вот, к примеру, не помнишь, как выглядел стоявший в первой шеренге, крайний справа?
Ралернан задумался, вспоминая.
– По-моему, как и все. Невысокий, полноватый… Лицо немного неприятное – вероятно, оспой переболел.
– Чудненько, – Л'эрт улыбнулся. – Так я и подумал, когда увидел этот обворожительный хор.
– Чего? – эльф его не понял.
– Ну морок. В мороке все серые выглядят так, что любой эльф с горя повесится. Хрустальная мечта девушки.
– И что? Если я правильно понимаю, в данном случае морок основывается на пожеланиях самих служителей, а не их паствы. Как нам это поможет?
– Серебрянка, ну ты это… Ежели серые – действительно Пресвятой Орден – а я думаю, что это они, – то их служители должны соблюдать целибат. В силу чего им должно быть грустно, одиноко и все такое прочее. Я попробую их очаровать. – Л'эрт кокетливо похлопал длинными ресницами.
Ралернан ошеломленно воззрился на него.
– Боги, ты окончательно спятил! А если они вычислят, что твой вид – просто морок? Да и вообще…
Л'эрт беспечно пожал плечами:
– Ну а вдруг не вычислят? Это же проще, чем передушить их всех в лобовой атаке. Так что пошел я. Добывать ключ от храма.
– Ключ! – Эльф фыркнул. – Можно подумать, они его тебе так просто дадут!
Вампир полуобернулся и одарил Ралернана белоснежной улыбкой:
– Мне – дадут!

ГЛАВА 33

«Очаровывать» служителей вампир отправился той же ночью, проскочив за ворота храма, когда они уже начинали закрываться. Потянулись часы ожидания. Сон не шел, и Ралернан пытался вычислить местонахождение портала, восстановив в памяти картину силовых потоков. Получалось как минимум десять возможных мест, и сколько эльф ни бился, сократить их число он не мог. Оставалось надеяться, что вампиру удастся его идиотский план.
Периодически Ралернан посматривал на запертые ворота, не желая пропустить момент возвращения своего спутника. Нет, он не думал, что тому удастся выскользнуть среди ночи, но все же то и дело косил глазами на храм. Однако в итоге он все же не смог отследить момент возвращения Л'эрта.
Шаги за дверью застали его врасплох. Ралернан сначала даже подумал, что дом решил посетить кто-то из местных, но в распахнувшемся проеме возник образ беловолосой девушки. Л'эрт слегка шатался и двигался, цепляясь за стену. Не дойдя до эльфа пары шагов, он медленно сполз на пол. Ралернан успел его подхватить буквально в самый последний момент.
– Ты чего?!
Тело вампира на ощупь казалось ненормально горячим. Правая рука эльфа коснулась чего-то мокрого и липкого. Непроизвольно отдернув руку, он увидел на пальцах красные пятна. Вампир слегка качнулся, длинные волосы съехали в сторону, открывая край рваной раны на спине. Часть волос казалась порозовевшей от пропитавшей их крови.
– Кажется, я слегка… переоценил свои… способности… – Голос Л'эрта был слабым, глаза приобрели светло-голубой цвет.
– Лаэрт, что происходит?! Твой облик – это же иллюзия! Откуда тут кровь?!
Вампир поднял голову, губы его на мгновение изогнулись в улыбке.
– Сам ты… иллюзия… Высшие вампиры… могут менять… форму тела… Ну ты видел… в замке… как Карвен…
– Глава вампиров на троне? Но он же выглядел, как монстр…
– Ну вот он может… превращаться… в монстров… При этом… его сила… и защита… возрастают… А я могу… в любого… человека… Ну из тех… кого близко… видел… и хорошо… помню… – Л'эрт запнулся, восстанавливая дыхание.
– То есть это у тебя сейчас – настоящее тело? Не морок? – Ралернан неуверенно коснулся пальцем его плеча. Рука снова ощутила жар, исходящий от кожи вампира.
– Да, но… Я не могу… питаться не в базовой форме… Не могу регенерировать… И… это тело смертно… В общем… я сейчас по силе… примерно как человек…
– Тогда зачем ты полез в этот храм?! – взвился эльф. – Решил доказать мне, что ты – истинный герой?!
– Тебе? – Л'эрт слабо усмехнулся. – Я просто недооценил… ситуацию… Перекидывание… не должно происходить… с такой… потерей крови… Это место… слишком подавляет… мои способности… Когда меня поймали… серые… я просто хотел перекинуться обратно… и убежать… У меня не вышло… и я потерял время…
– Идиот. – Ралернан откинул волосы с его спины и выругался. Казалось, вампира высекли шипастой плеткой – одежда вместе с кожей была вспорота полосами чуть ли не до костей, ткань платья насквозь пропиталась кровью. И как он только дошел в таком состоянии?
– Но я все-таки узнал… где выход…
– Что? Но ты же сказал, что тебя поймали?
– Поймали… Потом… Уже когда я узнал… У них… хорошая… слежка… друг за другом… Того, кто рассказал… они его убили… за нарушение… обетов… А я успел… выбраться… Нам нужно сейчас идти туда… Они наверняка меня ищут…
– Ты едва дышишь, – хмуро заметил эльф.
– Ну серебрянка… ты же рыцарь… неужели ты бросишь здесь… такую милую девушку?.. – Улыбка вампира получилась кривой.
– Я не смогу одновременно тащить тебя, драться и держать защитный аркан!
– Смотри. – Л'эрт обмакнул палец в натекшую на пол лужу крови и принялся рисовать многоугольник. – Это заклинание иллюзорности… Но оно черное… Центровые точки… вот, вот и вот. – Он показал на соответствующие узлы фигуры. – Тебе надо… изменить… чтобы ты смог использовать… для себя…
– Я не умею! Это высшая магия, меня не обучали такому!
– Сумеешь… Ты же умный, верно?.. Смотри, вот внутренняя… раскладка… – Палец вампира начал выписывать рядом с фигурой вязь формул. – Просто представь, как его перекинуть… на твой источник… силы… У тебя получится…
Ралернан следил за красными символами, пытаясь перестроить аркан. Он не обратил внимания, что вампир, закончив последний ряд, устало прислонился к стене и закрыл глаза. Кожа Л'эрта приобрела пепельный оттенок.
Если изменить здесь, здесь… И…
Эльф отколол от стены кусочек штукатурки и начал аккуратно рисовать рядом свой многоугольник. Если он правильно понял, то должно получиться. Три раза он останавливался и стирал нанесенные на янтарные плитки пола линии. В четвертый раз завершил фигуру до конца. Линии аркана вспыхнули желтыми мерцающими огоньками, в воздухе разлился запах лимона и миндаля. Ралернан выдохнул. Получилось? Он поднес руку к лицу. Контуров не было видно, линии тела казались смазанными тенями. Эльф облизнул пересохшие губы. Теперь надо было сделать так, чтобы аркан действовал и при его перемещении… Но ему удалось и это. Вот только вряд ли он сможет продержать аркан достаточно долго…
– Лаэрт! – Ралернан потряс вампира за плечо. – Очнись, нам надо идти!
Л'эрт с трудом разлепил глаза.
– Я не смогу идти.
– Если я тебя понесу, это слишком явно привлечет внимание. Давай, пошли. – Он поднял вампира на ноги и закинул его левую руку себе на шею.
Л'эрт процедил вслух кучу нелицеприятного относительно своих пожеланий и отношений с родственниками Ралернана, серых мантий и Наисвятейшего персонально. Удерживаться в вертикальном положении ему удавалось с величайшим трудом. Пока они дошли до ворот храма, пару раз вампир был на грани того, чтобы потерять сознание.
– Сворачивай в служебный коридор… Нет, левее… Теперь почти до конца и четвертый поворот направо… Дальше, думаю, сам увидишь…
Ралернан послушно следовал его указаниям, активировав иллюзорное заклинание. Они превратились в незримые тени, невидимые остальным присутствовавшим в храме. До конца коридора им удалось добраться без проблем. Встретившиеся по дороге серые смотрели сквозь них: заклинание работало. Эльф отсчитал четвертую дверь и свернул. Этот коридор был еще уже первого, одновременно в ширину здесь могли пройти не более трех человек. Стены, пол, потолок были выложены из все того же прозрачного янтаря. Ралернан ощущал себя попавшей в смолу мухой.
Их шаги отдавались в коридоре гулким эхом. Ралернан прикусил губу. О звуке он не подумал. Хорошо еще, раньше эхо было не столь громким.
Коридор повернул раз, еще раз. И за новым изгибом путь им перегородила толпа серых.
Ралернан насчитал не меньше десятка человек. Лица у встречных кардинально отличались от всех виденных им ранее в Золотом городе – это были лица хищных зверей. Один из серых – судя по всему, главарь – властно махнул рукой в направлении незваных гостей и жестко приказал:
– Убить их!
Ралернан почти мгновенно расширил защитное поле, висевшее на вампире, на них обоих – и в тот же миг вокруг засияли золотистые сполохи. Поле прогибалось, но держало. В дальнем уголке сознания проскользнула легкая тень удивления. Как серые смогли так точно их засечь? Ведь заклинание иллюзорности все еще действовало. Впрочем, обдумать это не было времени. С дальнейшим продвижением возникла существенная проблема: серые полностью перекрывали коридор. А атакующей магией Ралернан не владел.
Серые начали плести новое заклинание – эльф заметил, как их фигуры наливаются изнутри солнечным свечением. Он максимально усилил защитный аркан, но возможности защиты не бесконечны. И долго она не выдержит.
Л'эрт тихо выругался, прилагая все силы, чтобы не свалиться на пол.
– Нам надо прорываться, серебрянка… Второго шанса нам не дадут…
Ралернан лишь зло выдохнул. Можно подумать, он этого не понимает! Но чтобы прорваться, им нужно оружие – а у них его нет… Только щиты… щиты… Но… кто сказал, что щитом можно только обороняться?
Серые выбросили в их сторону новую волну золотых стрел. Ралернана качнуло: поле не могло компенсировать всю силу удара. Л'эрт застонал.
Повинуясь скорее интуиции, чем голосу рассудка, эльф предельной концентрацией создал внутри действующего поля еще одно – и, на долю мгновения разорвав первое, бросил оба защитных аркана в сторону серых. Изолированные поля закрутились друг вокруг друга, как намагниченные шарики, и пролетели вперед несколько метров, прежде чем распасться, взаимно уничтожившись. Вырвавшаяся на волю спонтанная сила расшвыряла серых в стороны ударной волной. Ралернан бросился в образовавшийся проход, перекинув бессильно обвисшее тело вампира через плечо.
Серые явно не ожидали такого удара, и эльф успел проскочить через разорванный заслон, прежде чем они перегруппировались. Ему вслед полетело несколько золотых шаров. Один из них ударил Ралернана в спину, протащив вперед почти до конца коридора. Еще два пролетели над головой, пока он поднимался. Эльф подхватил упавшего вампира и метнулся вправо – падая, он успел заметить там портал.
Спина горела от боли, ноги отказывались слушаться. Тело вампира казалось неподъемным грузом. Он уже видел портал – до него оставалось всего несколько шагов. Но сзади раздавался тяжелый топот догоняющих серых. Ралернан обернулся через плечо. Бежать он уже не мог – скорее, он едва шел, хромая и волоча за собой тело Л'эрта. Кожа последнего покрылась красными волдырями и слегка дымилась, распространяя в воздухе запах паленого.
Один из серых поднял руку, собираясь нанести новый удар. Ралернан успел заметить, как главарь пытается остановить его, но с пальцев серого уже сорвался очередной золотистый шар – и полетел на эльфа. Взрыв опалил его легкие огнем, еще немного отбросив от нападавших. Ралернан повернул голову. Арка портала была на расстоянии руки до него.
Сумасшедшим усилием воли он перекатился под нее и дернул на себя безжизненное тело вампира. Полыхнул яркий свет. Ралернан едва успел сформулировать желаемую точку перехода. Оставалось надеяться, что он сделал это не слишком поздно и они не окажутся снова у входа в подземное царство.
Когда дымка перехода рассеялась, он увидел знакомый уже разлом горных пиков. Вернулись! И, кажется, они попали почти на самый верх, к нужному месту.
Ралернан дрожащими ногами сделал неверный шаг, выходя из-под арки. Л'эрт валялся рядом с порталом, распластавшись на животе. Кожа его приобрела цвет и вид опаленного дерева. Эльф потянул вампира в сторону, оттаскивая подальше от арки. Л'эрт закашлялся, сплевывая на землю сгустки крови, и попытался приподняться на руках.
И в этот момент магическое поле снова заколебалось. Ралернан обернулся. По краю портала бежали золотистые искры. Эльф в бессильной ярости стиснул кулаки. Ну конечно же! Он идиот! Как он мог не подумать, что серые банально отследят его переход!
Портал засветился, готовясь к завершению перемещения.
Из-за спины эльфа вылетел ярко-синий сгусток и ударился в портал. Арка изогнулась, словно от боли, и покрылась сеткой тоненьких сполохов. Силуэты серых уже начали проявляться – сначала полупрозрачными тенями, постепенно они уплотнялись, приобретая материальную форму. Ралернан успел заметить недоумение, проступившее на лице главаря – а потом огромной силы взрыв разнес портал в клочья.
Остаточной волной эльфа отбросило на камни и протащило спиной по скальной породе. Он ударился виском обо что-то твердое и наконец позволил себе отключиться.

ГЛАВА 34

Красное. Пустая равнина, по которой гонит пыль сухой ветер. Уже который раз – просто пустая равнина. Только одна-единственная иллюзия, воспоминание из ее раннего детства – и все. Больше красные отрезки пути не показывали ничего.
– Варрант, это нормально? Мы точно идем туда, куда надо?
– Да. Почему ты спросила? – эльф полуобернулся и подождал, пока Керри подойдет ближе.
– Потому что нас перестали останавливать. И пугать.
– Хиис по-прежнему пытается тебя остановить, – возразил эльф.
– Он просто пытается воззвать к моей совести. Но стихии раньше хотели меня удержать.
– Не стихии. Клиастро.
– Но была же эта картинка с иллюзией из сада с птицами.
– Возможно, тебя пытались предупредить.
– Предупредить? – она наморщила лоб. – О чем? Что птиц лучше не выпускать на волю?
– Не думаю. Скорее, напоминали о возможных последствиях ошибки. – Он повернулся к ней спиной и пошел дальше. Керри поспешила догнать эльфа.
– Варрант, постой! О чем ты?
– Не я. Ойенг. Кажется, он решил тебе напомнить, что хищник всегда остается хищником. – Варрант едва заметно пожал плечами.
– И что? Они убьют друг друга? Как в иллюзии?
– «Они» – это кто?
– Ну как… Ралернан и Л'эрт, – озадаченно ответила Керри.
– Мгм… А ты уверена, что иллюзия касалась именно их? – Он не замедлял шага. Золотые волосы, собранные в хвост, змеей вились по спине.
– Ну… да… Второй раз платок же стал белым. И эмблема Абадосса…
– Эмблема? Такая, как у меня на плече?
– Варрант! – Она попыталась схватить его за руку, но не преуспела: пальцы провалились через несуществующее тело. – Что ты хочешь этим сказать? Иллюзия касалась не Ралернана, а тебя?.. Но ты же уже мертв!
– Я помню. – Эльф приостановился, по лицу его скользнула печальная улыбка. Керри смутилась.
– Ну я в смысле… Я имела в виду… Не обижайся, пожалуйста! И… я в любом случае не хочу никаких убийств! Про кого бы эта иллюзия ни была!
– Кер, ты такая смешная. Ты не сможешь изменить ни нашего соперничества, ни его последствий.
– Я не понимаю… – Но выяснить подробности у девушки не получилось. Красная равнина кончилась, сменившись золотым облаком. И на самом краю золотого сектора стояла уже знакомая ей фигура, закутанная в мерцающий плащ.
– Хиис? – удивленно вырвалось у нее. – Я думала, боги не могут участвовать во всех этих представлениях.
– Мы можем все. Но на это приходится тратить слишком много сил. – Его лицо плыло, постоянно переходя от возраста прекрасной юности к мудрой старости – и наоборот. – Ты слишком далеко зашла, дитя. Это неразумно. Мы все полагали, что ты остановишься куда раньше.
– Мы? – переспросила Керри.
– Мои внутренние сущности, – отмахнулся Хиис. – Неужели ты думаешь, что мне хватило бы силы в одиночку противостоять стихиям? Нет, изначально я также представлял собой три формы разума. Но теперь мы объединились. Пришли к единому пониманию концепции мира. Того мира, что следует подарить вам, смертным.
– Сдается мне, нам и так неплохо живется. Вся эта каша не заварилась бы, если бы не твои – и Изначальных богов – амбициозные планы по поджариванию задниц друг друга!
– Ты дерзка, дитя. Это почти неприлично.
– Ты не мой бог! Ты никогда не помогал мне! С чего мне быть с тобой вежливой?
– Не со мной. Ты женщина. Ты должна быть мягкой и податливой. А ты жесткая и колючая.
– Точно, – встрял Варрант. – Как ёж. И, кажется, этот ёж попал под чью-то голую задницу.
– Призрак… – Хиис медленно повернул голову к эльфу. – Тебе не место здесь. Эта зона контролируется моей властью.
– Это Нейир. Он никем не контролируется.
– Почти не контролируется.
Хиис сделал едва заметный жест рукой. Золотой туман взорвался слепящими брызгами, выпуская несколько огромных щупалец. Варрант не успел ни среагировать, ни уклониться – слишком уж быстро все произошло. Щупальца оплели тело эльфа, мешая ему двигаться. Одно из них сдавило ему голову, затыкая рот.
– Отпусти его! – Керри шагнула к шевелящейся горе щупалец – но та тут же отодвинулась.
– Не беспокойся, дитя. Я не причиню вреда твоему проводнику. Но он доставляет мне много беспокойства. Заставить его замолчать было сложно – особенно учитывая его физическую сущность – но все же вы сейчас на моей территории.
– Отпусти его! – Керри сжала руки в кулаки. – Что ты от него хочешь?
– Ничего. Он всего лишь мне мешает. Ты можешь идти дальше.
– Я не оставлю его здесь! – Девушка покосилась на обвитое щупальцами тело эльфа.
– Почему нет? Это место – хранилище душ. А он – лишь один из них. – Хиис уставился на нее своими пугающими глазами, напоминавшими расплавленный металл. – Впрочем, я дам тебе шанс выбрать, дитя.
– Я уже говорила тебе. Я не буду заниматься здесь самоубийством. Твои доводы неубедительны. К тому же я спешу.
– Спешишь? И не хочешь оставить здесь своего проводника? – Хиис плавно придвинулся к ней ближе. Керри показалось, что от его одежд исходит слабый запах ладана. – Что тебе нужно для счастья, дитя? Именно тебе?
Она нахмурилась:
– Какое это имеет значение?
– Большое. Как ты можешь искать выход из лабиринта душ, если даже в своей душе разобраться не в силах? Ты запуталась, дитя. Ты не можешь сделать выбор, мечешься на перекрестке. Бросаешься то в одну, то в другую сторону. Но ты не одна такая. Мир, созданный стихиями, несовершенен. Часто случается, что люди не в состоянии разобраться в своих чувствах. И потому они приносят боль – и своим избранникам, и себе самим. Я исправлю это. Я создам иной, верный мир. Где любовь будет взаимной и счастливой. Я устраню то, чего каждое живое существо в глубине души сильнее всего опасается – одиночество. В моем мире никто никогда не будет одинок. Ни одна живая душа не будет мучиться сомнениями, колебаниями, ревностью и завистью. Люди перестанут воевать друг с другом – исчезнет сам повод для войн, ссор и даже просто споров. Никто никогда не будет расходиться во мнениях относительно чего бы то ни было. Белое – это всегда белое, а черное – всегда черное. И черное никогда не станет белым, как его не оттирай. Я дам вам понимание истинной правильности поступков. Мир абсолютного счастья.
– Я не верю в твой мир! Так не бывает – чтобы были счастливы абсолютно все! Эмоции – не та вещь, которую можно подчинить разуму!
– Разуму – нет. Но иной силе – да. И ты зря не веришь… Я никогда не стал бы задумываться о преобразовании целого мира, если бы не проверил реальность моих планов. Мои адепты помогли мне реализовать небольшую модель. Своего рода тест. И тест этот оказался успешен. Достаточно небольшого воздействия на человеческий разум – и они начинают поступать именно так, как хочется мне.
– И чем ты тогда отличаешься от той же нечисти? От так ненавидимых тобой вампиров? Они тоже могут манипулировать людьми, околдовывая их взглядом!
– Я несу жизнь, а не смерть. Люди, которыми я управляю, – счастливы.
Керри скрестила руки на груди и пристально посмотрела на своего собеседника.
– Вампиры тоже это могут, Наисвятейший. Но только счастье это кончается с приходом смерти. У тебя такой же подход?
– Наш разговор заходит в тупик! О чем вообще мы можем говорить, если ты считаешь, что вампиры могут принести счастье?! – Хиис неприязненно передернул плечами. – Довольно об этом. Я знаю, ты полагаешь, что все окружающее – лишь иллюзия, не так ли?
Керри молча на него воззрилась, ожидая продолжения.
– Я задам тебе небольшую задачу. Посмотрим, насколько хорошо ты понимаешь, что происходит. Если все это – лишь сон, то все, что ты видишь, слышишь, чувствуешь – сплошной обман. Допустим, наяву ты рассуждаешь здраво и вполне рационально. Но раз сейчас ты находишься в мире обмана, то ты также становишься одной из иллюзий – и начинаешь оценивать все вокруг превратно – как и они сами.
– Размечтался! Если тебе – или еще кому-нибудь – хочется, чтобы я сошла с ума в этом идиотском лабиринте, еще не значит, что я так и сделаю!
– Значит, ты считаешь, что ты все еще в здравом уме?
– Разумеется, да! Это ты – сумасшедший! Со всеми твоими идеями об идеальном мире! Только ненормальному могла прийти в голову такая мысль!
– Я бог, дитя… Ты опять пытаешься меня оскорбить? Ответь лучше на вопрос. Действительно ли ты в здравом уме? И можешь идти дальше. Если «да» – направо, если «нет» – налево. – За его спиной из поредевшего тумана проявились две тропки. Каждая из них вела к расколу в горной гряде из прозрачного янтаря.
Керри недоуменно посмотрела на Хииса. Бред какой-то.
– Загадка?
– Это не загадка. Тебе придется обосновать ответ. Если он будет верным – я освобожу твоего спутника. Я думаю, что ты думаешь, что я не в своем уме. А в своем ли уме ты? Если тот из нас, кто в здравом сознании, обо всем  рассуждает верно, – а тот, кто не в своем уме, обо всем  рассуждает ошибочно?
Девушка закусила губу. У нее и так ум за разум заходит от этого места, так нет – еще и загадки всяких золотых божков решать!
«Так, хорошо… Подумаешь, какая-то глупая загадка. Как он сказал? Он думает, что я думаю, что он не в своем уме… – Керри задумалась. – Допустим, что сумасшедший – это он. Тогда получается, что он ошибается – и в действительности я не думаю, что он не в своем уме. При этом получается, что я не могу быть в здравом рассудке – ведь, находясь в здравом рассудке, я должна бы в данном случае видеть, что он сумасшедший – и именно так и считать. Так… А если он – не сумасшедший, то все его идеи верны. Тогда получается, что он прав, и я в самом деле думаю, что он ненормальный. Но тогда получается, что я опять не в своем уме, потому что мое видение не является истинным».
– В твоей задачке именно я получаюсь сумасшедшей, – недовольно пробурчала девушка, озвучивая логическую цепочку. – Левый путь.
Хиис нахмурился.
– Да, решение верно. – Он сдвинулся чуть в сторону, освобождая проход. Керри уверенно повернула налево. Ловушка, сжимавшая Варранта, распалась, позволяя эльфу последовать за ней. Правый проход подернулся зыбкой дымкой и начал таять. – Вот только, дитя… Задумайся над своим ответом, – бросил он ей уже в спину. – Ты ведь сейчас сама признала, что ты неразумна.
Керри не стала останавливаться, лишь слегка обернулась:
– Наш мир отличается от твоего идеального, Наисвятейший. В нашем мире далеко не все безумцы ошибаются и далеко не все, кто находится в своем уме, говорят истину. – И она ускорила шаг, не дожидаясь его ответной реплики.
Девушка уже полностью скрылась в ущелье, когда золотой мир слегка покачнулся – и с легким хлопком впустил в себя Ойенга. Бог Огня с усмешкой посмотрел на своего давнего противника.
– Думал, у нее не получится, Хиис? – чуть язвительно полюбопытствовал он. – Ан нет, получилось. Она ведь умная девочка, разве ты не знал? Может, тебе следовало придумать что-то не настолько простое?
– Ум – не то достоинство, которым должна обладать женщина, – сухо промолвил Хиис.
– Да, я и забыл. По твоему мнению, женщине положено бегать босиком и беременной. И хранить домашний очаг. Я ничего не перепутал?
– Счастье всего живого невозможно, если отдельные индивидуумы будут вести себя так, как она. Вешаться на шею сразу троим! – Хиис брезгливо сморщился. – Абсолютно никаких моральных устоев! Впрочем, что еще можно ожидать от воровки, выросшей среди бродяг и нищих? И как только тебе пришло в голову выбрать ее своей помощницей? Я бы понял, если бы то был выбор Клиастро, но твой…
– А она мне нравится. – Ойенг небрежно улыбнулся и развел руками. Вокруг него затанцевали язычки пламени. – Она непостоянна, импульсивна и не умеет сдаваться. Совсем как я. А мораль… Что мне до твоей морали? Я люблю созданный нами мир, со всеми его достоинствами и несовершенствами. И я не верю в реальность твоего, в котором все будет «правильно» и «хорошо».
– Не верь. Я исправлю все ваши ошибки, чтобы никто больше не страдал.
– Навряд ли. Ты ведь пока проигрываешь, Хиис. Ты надеялся, тебе удастся ее остановить и перетянуть к себе. Но у тебя не получается. Потому ты и начал злиться, верно?
– Я бог. Я не испытываю человеческих эмоций.
Ойенг задумчиво качнул головой. С его волос сорвались и почти тут же растаяли яркие искры.
– Но ведь это мы их создали. Возможно, то, что они испытывают, – как раз наши эмоции.
– Это неважно. Я не собираюсь больше терять время на бессмысленный разговор с тобой. А что до твоей протеже… Она, конечно, пока еще не отступилась… Но она ведь опаздывает к назначенному тобой сроку, не так ли? И чтобы попасть в их мир… чтобы не допустить моей победы… Тебе придется ее уничтожить.

ГЛАВА 35

– Красивый… – Ралернан печально смотрел вверх.
– Угу. Красивее некуда. Золотая птичка. Я щаз просто обделаюсь от восторга! – неприязненно буркнул вампир. – Что делать-то будем, а?
Л'эрт тоже уставился взглядом на возвращавшегося в логово золотистого дракона. Солнце огненными бликами вспыхивало на чешуе зверя, делая его облик сказочно-нереальным.
Вампир с удовольствием оказался бы где-нибудь в другом месте, желательно – подальше отсюда. Но карта, показывавшая местонахождение артефакта, абсолютно четко указывала именно на ту пещеру, где сейчас скрылся дракон. Сначала они предполагали выждать, пока дракон улетит – и обследовать его жилище. Но эта идея потерпела крах: за двое суток наблюдения дракон ни разу не удалялся достаточно далеко, чтобы не заметить незваных гостей в своем гнезде. Имело ли смысл выжидать дальше? Но, с другой стороны, на открытое столкновение они сейчас пойти не могли: визит в Золотой город обошелся им слишком дорогой ценой. И эльф и вампир были сильно изранены и с трудом держались на ногах. Драться в таком состоянии с драконом было абсолютным самоубийством.
Л'эрт вернулся к своему истинному облику, но выглядел даже хуже, чем в виде обугленной девушки – сейчас он больше всего напоминал ходячий труп. Ему нужна была кровь – но эльф был слишком слаб, чтобы выступить донором.
Они попали в абсолютно патовую ситуацию. Добрались до цели, но забрать артефакт были не в силах.
– Может, все-таки как-то подобраться незаметно? – неуверенно предложил Ралернан.
– Ну как ты к нему подберешься? – отмахнулся Л'эрт. – Накроешься сверху веточками и будешь громко кричать «Не ешь меня, я кустик!»?
– Но нельзя же просто сидеть и ждать!
– А что еще делать? Нет, ну серьезно? Ты мне уже все мозги выел своим занудством! Можно подумать, я могу спеть ему на ушко колыбельную, и он заснет! Так я ж все-таки не сирена, чтоб от моих песен все в летаргию впадали!
– Как ты сказал? – Ралернан нахмурился. – Сирена?
– А что, у тебя есть знакомые сирены? – фыркнул Л'эрт. – Нам бы парочка не помешала.
Ралернан нахмурился еще сильнее и снова посмотрел на дракона. Ящер улегся перед входом в свое логово и нежился на солнышке, свернувшись в кольцо.
– Вроде да…
– Э-э-э… – Л'эрт недоуменно уставился на своего собеседника. – В каком смысле «вроде да»?
– Заткнись.
– Нет, подожди, я чего-то не понял. У тебя что, действительно есть знакомые сирены? А чего мы тогда тут дурака валяем? Им же этого дракона зачаровать – как пальцами щелкнуть! А ящерку потом хоть на ремни резать можно – он и бровью не шевельнет.
– Лаэрт, заткнись. Пожалуйста.
Вампир настороженно покосился на эльфа. Серые глаза последнего смотрели куда-то в пустоту, лицо застыло каменной маской.
– Серебрянка, что-то не так?
– Нет. Я действительно знаком с одной сиреной. Я попробую ее позвать. – Голос эльфа был лишен какого-либо выражения. Л'эрт нахмурился. Как правило, это означало, что ситуация для его собеседника либо слишком болезненна, либо до безумия неприятна. Что там такое с этой сиреной?
Ралернан глубоко вздохнул. Вампир прав. Он должен позвать ее. На карте стоит жизнь Керри. Быть может, если они сейчас промедлят, это окажется той крупинкой, что качнет чашу весов в сторону ее гибели. Он не может допустить этого. Но цена… Он на мгновение спрятал лицо в ладонях, но почти сразу же нацепил бесстрастную маску. У них нет другого выхода! Время слишком ценно!
Эльф внутренне сосредоточился. Полузабытое имя само всплыло в памяти.
– Аллиойя! Мне нужна твоя песня… 
Некоторое время ничего не происходило, и Ралернан успел решить, что сирена просто позабыла про свое предложение. Но вот воздух перед ним заискрился мириадами красных сполохов, привнеся из ниоткуда клочок алого тумана. Еще мгновение – и из тумана выпорхнула юная девушка, прекрасная, как мраморное изваяние, и одетая лишь в струящийся шелк волос.
– Благородный эльф, – она сверкнула жемчужными зубками, – я уже и не надеялась, что ты позовешь меня. Ты действительно передумал?
– Мне нужна твоя песня, Аллиойя. – Эльф сумел подавить вздох. – Ты можешь усыпить дракона?
– Дракона? – Сирена удивленно приподняла тонкие брови и проследила за его взглядом. Золотой ящер по-прежнему нежился на солнце, поблескивая чешуями. – Этого? Да, смогу. Это твоя просьба?
– Да…
– Но сначала ты выполнишь мою. – Она протянула ему тонкую руку.
Ралернан покорно шагнул ей навстречу, когда вампир, до того спокойно слушавший диалог, внезапно вклинился между ними.
– Ну он, несомненно, выполнит твою просьбу, о прекраснейшая… Но мы тут подумали… Может, ты согласишься на небольшое изменение сделки?
– Изменение? – удивленно протянула сирена. – Какое?
– Мое участие вместо него. – Л'эрт улыбнулся, ловя ее руку за кончики пальцев.
– Твое?! Какая глупость! От тебя же никакой пользы!
– Пользы никакой, факт. Зато сколько удовольствия! – В синих глазах запрыгали смешинки.
Сирена чуть презрительно изогнула пухлые губки:
– Ты слишком высоко себя ценишь, вампир. Впрочем, как и все мужчины. Ты думаешь, мне это интересно? Я испытала в своей жизни очень и очень многое. Тебе нечем меня удивить.
– Мм… А если так… Я попробую тебя удивить – и если у меня получится, то ты не трогаешь моего друга. Ну а если нет – он твой. – Улыбка Л'эрта была мягкой и обволакивающей.
Сирена тихо рассмеялась:
– У тебя не получится. Ты только зря потратишь время. И силы.
– Но что тебе мешает попробовать? – Он испытующе заглянул ей в глаза, поглаживая пойманные пальцы.
Аллиойя некоторое время играла с ним в гляделки, а потом небрежно пожала плечами:
– Хорошо. Будь по-твоему. Это может оказаться забавным. – Она слегка прищурилась, оценивающе изучая Л'эрта.
– Вот и чудненько. – Неуловимым для взгляда движением он подхватил ее на руки.

Ралернан закрыл глаза, зажал уши руками и старательно пытался думать на отвлеченные темы. Например, о шершавых камнях, колющих спину. Получалось паршиво: большую часть звуков он все равно слышал – и потому чувствовал себя довольно неуютно. Время тянулось невыносимо медленно, словно застывающая патока. Ему показалось, что прошло не меньше четырех часов, прежде чем звуки стихли. Хотя, наверное, он просто слишком неадекватно воспринимал время… Эльф несколько отвлекся на свои размышления, и от прикосновения ледяной руки к своему плечу едва не подскочил на месте.
– Ты так и проведешь остаток жизни, зажмурившись? – насмешливо прозвучал над его ухом голос вампира. – Просыпайся уже, серебрянка.
Ралернан медленно взглянул на него. Л'эрт вытрясал камни и какой-то мелкий мусор из спутанных волос. Сирены не было видно.
– А где Аллиойя? – тихо спросил эльф.
– Как где? Пошла петь колыбельную. – Вампир усмехнулся, плюхаясь рядом с эльфом на камни. В воздухе повисло тонкое облачко сухой пыли. – Сказала, примерно с час времени повозится.
– Ты ее… уговорил? – неуверенно уточнил Ралернан.
– А что, ты сомневался? – Л'эрт выдал сдавленный смешок. – Хотя, конечно, такие подвиги на голодный желудок – несколько перебор. Когда со всем этим разберемся, стребую с тебя пару ведер крови.
– Лаэрт?
– Ну?
– Зачем ты вмешался?
Смешинки исчезли из глаз вампира. Он небрежно пожал плечами:
– Ну… у тебя было не самое счастливое выражение лица. Скажем, сильно не самое счастливое. Примерно как у приговоренного к казни. Возможно, мне стало тебя жалко.
Ралернан уставился на пыль под ногами.
– Я же твой враг…
– И чего? Я теперь обязан радоваться, наблюдая за твоими проблемами? И потом, ты же не виноват, что я втрескался в твою жену. А меня угрызения совести из-за пары часов бурной любви с этой Ал-ли-как-ее-там терзать не будут, в отличие от некоторых. Опять же с ней мне было куда приятнее, чем в Золотом городе.
Эльф недоуменно повернулся к нему:
– В Золотом городе? Но…
– Тьфу ты, серебрянка. Ты что, всерьез думал, что про портал мне рассказали только за красивые глаза?
– Ох… – Глаза Ралернана стали круглыми, как блюдца. Вампир покосился на него и захихикал. – Но… ты же не женщина! Это же только образ был… Как…
– Тебе никто не предлагал пойти в монастырь? У тебя очень подходящее отношение к морали.
– Ты… ты просто не понимаешь. – Эльф вздохнул, снова уставившись себе под ноги. – Я выгляжу как идиот, да?
– Ну есть немного, – любезно согласился Л'эрт.
– Тут не в моем отношении к морали дело… Не знаю. Меня просто так воспитывали…
– Угу. Ты у нас настоящий Белый Рыцарь, весь из себя сверхбла-а-ародный. – Вампир покровительственно похлопал его по плечу.
– Из меня просто сделали героя… И в войну с Некшарией, и сейчас, после стычки за Белую Башню. Но это не я, а кто-то совершенно другой. Кто-то на самом деле правильный и идеальный. – В голосе эльфа перекатывался песок.
– Гм. Ты решил на свою тяжелую жизнь пожаловаться, что ли? – Вампир недоуменно изогнул бровь. – Тоже мне, нашел время и место. А уж в особенности – собеседника.
Ралернан его не слышал.
– Я люблю ее. Понимаешь?! Люблю! Я не могу, не готов от нее просто так отказаться. Наверное, это глупо. Наверное, это безумно глупо. Я даже не уверен, что мои чувства действительно взаимны. Я сначала думал, что все дело в тебе, что ты мне вечно мешаешь, становясь поперек дороги. Я пытался убедить себя, что ты ее околдовываешь, что она ни в чем не виновата…
– Хех… Меня что, реабилитировали? – с издевкой полюбопытствовал Л'эрт.
– Но я не уверен, что можно околдовать человека до такой степени. Если бы ей были абсолютно неприятны эти отношения… – Эльф покачал головой. – Но дело не в этом. Это абсолютное безумие, но я готов простить ей что угодно – и кого угодно – лишь бы она оставалась со мной. Но… сам я не могу вести себя так. Даже если она ничего не узнает. Мне неприятна даже мысль о возможной связи с другой женщиной.
– Да ладно! А с Ратти ты переспал, скрипя зубами и в силу высшей необходимости? Так, что ли? – Вампир слегка разозлился. Обсуждать Керри в каком бы то ни было аспекте ему не хотелось. А от душевных излияний эльфа он начинал чувствовать себя кем-то средним между последним подонком и проституткой.
– С кем?
– Ратиниара. Эльфийка с черными волосами. Она была моей любовницей.
Эльф мучительно покраснел.
– Я не могу объяснить… Я сам не понимаю, как я мог допустить эту ситуацию. Я тогда жутко поссорился с Керри. У меня не получилось сразу смириться с тем, кем она стала. Я только потом понял, что мне неважно, вампир она или нет… А тогда… Я злился, что не поймал тебя… – Он запнулся и уставился на вампира. – Зачем ты мучил эту девушку? Она рассказывала, что ты шантажировал ее жизнями ее близких.
Л'эрт устало вздохнул и посмотрел эльфу в глаза. Как же ему надоело, что этот клятый рыцарь винит его абсолютно во всем! Включая даже те вещи, в которых он ну ни на йоту не замешан.
– Всю ее семью уничтожил Пресвятой Орден. Она была рабыней. Я выкупил ее из борделя. И никого я не мучил. Я думаю, ты напугал ее тогда – напугал чуть ли не до смерти. Вот она и рассказала тебе душещипательную историю, чтобы ты отпустил ее живой.
Ралернан несколько секунд изучал его лицо.
– Мне сложно поверить в твои слова.
Вампир зло фыркнул:
– Я и не прошу тебя верить. В конце концов, я же монстр и убийца. Давай заканчивать с этим дурацким диалогом.
Эльф устало потер ладонями лицо. Вампир прав. Это бессмысленный разговор. Он попытался переключиться на другую тему:
– А почему сирена сказала, что от тебя никакой пользы?
Л'эрт отвернулся, уставившись на верхушки горных пиков.
– Лаэрт? Я опять что-то не то спросил? – недоуменно поинтересовался Ралернан.
– Да нет, – с деланой небрежностью ответил вампир. – Сиренам неинтересны особи мужского пола как таковые. Им интересны потенциальные дети. А от меня ей действительно никакой пользы. Видишь ли, природа позаботилась о том, чтобы монстры вроде меня не размножались. Высшие вампиры стерильны, серебрянка. – Л'эрт поднял какой-то камушек и кинул его вниз по склону.
Ралернан озадаченно проследил глазами за подпрыгивающим на уступах камнем. Стерильны?! Но как же тогда Винс?
– Э-э-э… А ты уверен?
Л'эрт резко развернулся к нему и шагнул почти вплотную. Кажущееся спокойствие его лопнуло, как мыльный пузырь.
– Да, мать твою, я уверен! Я, не поверишь, проверял! Тебе сказать, сколько раз?! Ты даже не представляешь, насколько ты счастлив, рыцарь! Тебе не приходилось терять детей и потом всю жизнь вспоминать об их утрате! Ну что еще ты хочешь узнать?! Что?! – Вампир перешел на крик.
– Ну… ты мог бы кого-нибудь усыновить… – нерешительно произнес Ралернан, окончательно сбитый с толку.
– Да пошел ты! – Л'эрт сплюнул ему под ноги и стремительно двинулся прочь – в ту сторону, где сирена заканчивала петь свою песню.
Ралернан некоторое время заторможенно смотрел ему в спину, а потом направился следом. Ладно, он обдумает это позже. Сейчас действительно не время.

Ящер лениво пошевелил огромными кожистыми крыльями, устраиваясь поудобнее. Вообще-то он не собирался спать, но на солнце было так уютно… И эта музыка… Неясно откуда доносившееся пение завораживало, окутывая его теплым коконом. Оно сулило покой и безопасность, оно манило и расслабляло. Человеческая сущность недовольно встрепенулась в ящере. Откуда здесь этот певун? Это же явно магия! Ей нельзя поддаваться! Надо найти ее источник и…
Но ящер не хотел слушать слабый голос человеческого разума. Уже прошло много лет с тех пор, как их сознания объединились. И если в первые годы в мыслях и действиях доминировал человек, то сейчас брала верх животная сущность. И ящер сложил крылья в тугие валики на спине, снова сворачиваясь огромным золотым кольцом. Костяные наросты, идущие от головы до кончика хвоста, опустились, почти соприкасаясь с позвоночником. Ящеру было тепло и уютно, и он собирался вздремнуть. К тому же накануне он удачно поохотился и был сыт. Последние дни его мерное существование не нарушали даже визиты золотого божества. Жизнь шла по удобной, накатанной колее. Беспокоиться было совершенно не о чем. А песня… Что ж, почему бы тут и не быть песне? Если хорошенько подумать – люди ведь частенько что-то поют. Значит, одну из таких песен он и слышит.
Ящер прикрыл глаза. Дыхание его становилось все более медленным и размеренным. Человеческая сущность предприняла последнюю попытку, пытаясь убедить свою вторую половину в надвигающейся опасности. Ящер лишь слегка пошевелился и окончательно смежил веки, проваливаясь в сладкую дрему. Певун… Он найдет певуна. Найдет, не надо об этом волноваться. Вот только сначала немного отдохнет. Это же так важно – восстановить силы перед поиском.
Ему снились бескрайние зеленые луга, залитые солнцем. На лугах паслись тучные отары, принадлежавшие ему одному. Ему больше не надо было прятаться, опасаться, убегать. Все было хорошо.

Когда Ралернан и Л'эрт добрались до площадки, на которой свернулся дракон, Аллиойя уже исчезла, допев свою песню. Дракон спал. Появление незваных гостей не потревожило его сна, он даже не пошевелился.
– Не понимаю… – Вампир вызвал сканирующее заклинание и пытался отследить артефакт.
Эльф уже успел обшарить пещеру – но ничего не нашел там, за исключением горы белых костей. Не только желанного артефакта, но и никаких гор драгоценностей, приписываемых людской молвой драконам, также не обнаружилось.
– Не понимаешь – что? – поинтересовался он, выбираясь обратно на солнце. В пещере было сыро и воняло тухлятиной – неудивительно, что дракон предпочел находиться снаружи.
– Если верить аркану, то наш артефакт – это вот этот самый дракон и есть. – Вампир задумчиво изучал линии заклинания, повисшие перед ним в воздухе. – Но как нам его тогда тащить… И самое главное – как использовать… Я чувствую какой-то блок, но не могу понять, в чем дело. – настроение Л'эрта было весьма далеким от радужного. Источник силы, который он не сможет использовать, был для них абсолютно бесполезен. А ведь Керри не может ждать в Нейире вечно! Даже если Варрант выведет ее к точке выхода. – Нейир запросто высосет из нее всю жизненную силу, если они слишком промедлят. Искать какой-то другой источник уже слишком поздно. Но как же активировать этот?
– Сам дракон? – переспросил Ралернан, уставившись на огромную тушу. Одна только голова дракона была размером с крупного быка. О впечатлении, производимом всей массой ящера, говорить и не приходилось. Эльф задумчиво прошелся вдоль хребта дракона, рассматривая блики солнца на золотых чешуях. Н-да… Он не ожидал, что «живой» артефакт окажется настолько огромен. – Может, его как-нибудь уменьшить?
– Серебрянка, не смеши меня. Магия – все же не универсальная вещь. Компрессия такого объема потребует затрат сил, как раз сопоставимых с тем, что нам необходимы для прорыва в Нейир..
– А если отрезать его часть?
– Говорят, толченые зубы драконов очень хорошо повышают потенцию. Нуждаешься? Запасайся! Тут этого добра навалом! – недружелюбно бросил Л'эрт.
– Лаэрт! Я же серьезно! Если, к примеру, мы отрежем его хвост… – Эльф задумчиво посмотрел на указанную конечность. Идея была не очень хорошей. – Ну или один из костяных выростов… Если он сам по себе – источник силы, части его тела тоже должны эту силу аккумулировать.
– Угу. Вот только будет ли нам достаточно этой части… – Вампир подошел к полуоткрытой пасти ящера и заглянул внутрь, будто собирался что-то найти там.
Ралернан снова прошелся вдоль хребта дракона. В месте, где основания крыльев крепились к позвоночнику, его внимание привлекло странное сияние. Часть кожи имела чуть отличный оттенок и слегка мерцала – будто под чешуями спрятался маленький протуберанец.
– Лаэрт? Посмотри-ка на это. – Эльф ткнул пальцем в обнаруженное место. – Кожа здесь будто живая.
Л'эрт подошел к нему, всматриваясь в мерцающие чешуи; склонился ближе, осторожно касаясь дракона. Пальцы его пробежали вверх и вниз по странной коже, ощупывая и оглаживая.
– Это какой-то нарост, – пробормотал он. – Вообще, будь это обычное животное, это было бы похоже на опухоль, вызванную инородным телом. Но в анатомии драконов я не разбираюсь. – Вампир надавил на мерцающие чешуи посильнее, стараясь прощупать, нет ли чего под ними.
Дракон резко дернулся и раскрыл глаза. Л'эрт неосознанно вцепился пальцами в его хребет, не давая себя стряхнуть. Кожистые крылья внезапно распахнулись, и дракон рванулся с каменного уступа в небо. Воздушной волной эльфа протащило почти до края площадки. Вниз он не сорвался только чудом.
Режущая боль острой вспышкой пронзила сознание ящера. Враг! Он был слишком беспечен и позволил врагу подобраться слишком близко! Драгоценный предмет, который нужно было сохранить любой ценой! Руки врага уже едва не коснулись его!
Ящер кувыркнулся в воздухе, пытаясь сбросить непрошеного наездника вниз. Человеческая составляющая слишком волновалась и мешала летать. Маневр получился неловким – ящер потерял высоту и судорожно забил крыльями, пытаясь выровнять полет. Врага так и не удалось отшвырнуть – он слишком крепко держался за его спину. Опасный враг! Ни одно человеческое существо не смогло бы удержаться на гладких чешуях на вертящемся драконе!
Ящер резко взмыл вверх – почти что свечкой – и так же резко начал пикировать вниз. Он надеялся, что встречный поток воздуха сметет опасного противника с его спины, но надежды его не оправдались. Ящер кувыркнулся снова – в этот раз более тщательно контролируя человеческие эмоции, чтобы они не мешали его движениям, – но и это не принесло результата. Напротив, ему показалось, что неведомый враг вцепился в него еще сильнее.

– Прочь!.. Уйди прочь!.. – вырвалось из пасти ящера. Л'эрт от неожиданности едва не разжал руки. Монстр разумен? – Я не отдам тебе его!.. – Голос ящера изобиловал свистящими и шипящими звуками – тем не менее вампир его понимал.
Дракон завис в воздухе, медленно поднимая и опуская крылья. Голову он повернул назад, уставившись на своего наездника огромными глазами, наполненными расплавленным золотом.
– Не отдашь мне что? – Л'эрт решил, что от парочки вопросов хуже явно не будет.
– Дар богов!.. Он принадлежит мне!..
– Ну если бы ты аргументировал, почему именно тебе, – я бы не стал тебе досаждать.
– Он принадлежит мне и находится под моей защитой! Ты умрешь! – В золотых глазах мелькнула ярость. Дракон покачнулся в воздухе – человеческая сущность брала верх, удерживать равновесие становилось все труднее.
– Хех, как сильно сказано… – Договорить вампир не успел. Пасть дракона распахнулась – и огромный поток ярко-алого пульсирующего пламени устремился на Л'эрта. Тот едва успел прикрыться наспех активированным арканом. Пламя обтекло его по бокам и безвредно стекло по чешуям дракона, растворяясь в воздухе.
Дракон изогнул шею еще сильнее и попытался схватить зубами своего врага. У него не получилось: рывок нарушил шаткое равновесие, поддерживавшее тело ящера в воздухе, и огромная туша, крутясь, понеслась вниз. Прошло несколько томительно долгих мгновений, прежде чем дракон смог прервать падение.
Голова Л'эрта кружилась из-за кульбитов ящера. От частой смены перед глазами земли и неба начинало подташнивать. Пальцы, вцепившиеся в золотые чешуи, жгло каким-то ледяным огнем. Кожа на руках покраснела – словно от контакта с серебряным предметом.
Дракон послал в сторону своего противника еще одну струю пламени – и тут же ушел в штопор, пытаясь его скинуть. Действия ящера были несколько нелогичными, но противостояние им все же слишком выматывало и без того ослабленного вампира. Л'эрт понял, что долго не продержится.
Ящер выполнил еще несколько резких кувырков, сопровождаемых периодическими огненными атаками. Его собственному телу пламя не причиняло никакого вреда – но необходимость поворачивать голову каждый раз нарушала его положение в воздухе, заставляя тратить дополнительные силы на поддержание равновесия.
Удерживаясь на вертящемся монстре одной рукой, второй Л'эрт пытался прощупать, что же находится под кожистым наростом. Но чешуи были слишком толстыми и жесткими. И вампир решил рискнуть. Сбросив защитную сеть и призвав все остатки имевшихся сил, он направил атакующий аркан на хребет под своими пальцами. Синие льдинки взрезали золотое покрытие, вызвав множественные брызги крови.
Невыносимо острая боль пронзила тело дракона. Боль рвала изнутри, мешая думать, мешая сосредоточиться. Он еще раз изогнул шею, направляя огненную струю на врага.
Заклинание сорвало верхний слой кожи с хребта дракона – вместе с защитными чешуями. Л'эрт погрузил руку в обнажившиеся ткани, сочившиеся кровью. Ему показалось, что он нащупал что-то определенно инородное. Новой атаки дракона он не заметил, поглощенный попытками ухватить странный предмет. Струя пламени хлестнула по телу вампира, заставляя заорать от боли. Казалось, он ослеп от сияющего пламени, окутавшего тело. Боль пропитала каждую клеточку, не осталось ни одного незатронутого участка. Рука, которой Л'эрт удерживался на хребте дракона, бессильно разжалась. Он соскользнул вниз, удерживаясь только той рукой, что запустил внутрь вспоротого нароста.
И в этот момент дракон снова свечкой взмыл вверх, намереваясь окончательно избавиться от своего противника. Где-то на границе затухающего сознания Л'эрт почувствовал, как то, за что он держался, дернулось – и оторвалось. Тело вампира заскользило вниз с нарастающей скоростью.
Боль, не имевшая никакого сравнения со всеми предыдущими уколами, вспыхнула в сердце дракона огромным солнцем. На краткий миг он вспомнил, кто и что он, понял, что произошло, но – поздно, слишком поздно.

Ралернан увидел, как, в очередной раз изогнувшись, ящер сбросил с себя непрошеного наездника. Тело вампира понеслось вниз, кувыркаясь в воздухе. Л'эрт никак не останавливал падение. Эльф нервно прикусил губу. Может, вампир слишком сильно ранен? Поглощенный наблюдением за Л'эртом, Ралернан не заметил момента, когда тело дракона вспыхнуло ослепительно-золотым сиянием, затмившем на несколько мгновений солнечное – и начало стремительно падать.
Эльф не умел создавать левитационного заклинания – он просто собрал всю возможную силу и бросил под падающего вампира самую обычную воздушную подушку. Быть может, это хоть как-то смягчит приземление.
Но скорость падения вампира была слишком велика – при ударе о воздушную линзу последняя распалась, лишь ненамного смягчив контакт с каменной площадкой. Тело вампира впечаталось в скальную породу, вызвав фонтан кровавых брызг.
Ралернан поспешил к месту его падения. Он надеялся, что вампир все же жив – несмотря на страшный удар. В конце концов, эти упыри почти бессмертны! Эльф не успел добежать до тела Л'эрта пары шагов, когда на ту же площадку грохнулся дракон. Скальный уступ покачнулся, покрываясь трещинами. Трещины начали стремительно углубляться. Площадка под ногами мелко задрожала. Ралернан поспешно преодолел расстояние, отделявшее его от упавшего вампира. Л'эрт явно был без сознания, кожа его была местами содрана – а местами сожжена до костей. Если бы это был человек, Ралернан даже не стал бы возиться с явным трупом. Но ведь вампир сумел выжить после прямого удара серебром в сердце… Эльф сгреб кровоточащее тело в охапку. Пальцы правой руки вампира были судорожно сжаты, стискивая какой-то небольшой предмет. Разглядеть его Ралернан не успел: площадка покачнулась снова. С края ее откололся довольно крупный кусок – и ухнул вниз, в клубящуюся туманом бездну у подножия гор. Дрожь под ногами усилилась. Эльф стиснул зубы. Никакая воздушная линза не защитит их, если они грохнутся отсюда на острые скалы внизу. Что же еще можно… Боги, ну почему же он не настоял на более качественном обучении! Наверняка даже его сын и то знает больше него! Скальная порода под ногами резко дрогнула, эльф упал на колени, проехав немного в сторону по накренившейся площадке. Неприятная волна страха пробежала по позвоночнику, на мгновение стиснув горло ледяной хваткой. Перед глазами замельтешили спутанные воспоминания.

– Раль, ну почему ты против? Если мы воспользуемся порталом, мы потратим на дорогу до Гринатаира всего несколько минут! А так нам придется ехать почти месяц! Неужели тебе не хочется провести этот месяц вместе с Греем?
– Твоя магия может привлечь внимание Ордена. Это слишком опасно. Даже месяц общения с сыном не стоит такого риска.
– Фу. Ты только и твердишь, что об Ордене. Можно подумать, им заняться больше нечем, кроме как меня отслеживать! И потом, ну кто тебе мешает самому построить портал?
– Я не умею, солнышко. Меня же этому не учили.
– Ты просто не хочешь меня послушать.
– Но ты же не белый маг, а красный.
– Ну и что! Основные принципы те же! Ты мог хотя бы попробовать! Ну вот, посмотри! Это же так просто! Надо просто сосредоточиться…

Прошлое путалось с настоящим. Под ногами раскололась и начала стремительно углубляться новая трещина. Площадка наклонилась еще сильнее – и с ужасающим шумом рухнула вниз. Но за секунду до падения на ней расцвел ослепительно-белый цветок портала, в который и провалился эльф со своей ношей.
Крупные осколки скальной породы катились вниз стремительной лавиной, сметая все на своем пути. В воздухе густой взвесью зависло каменное крошево. Горный рельеф изменился до неузнаваемости, но оценить эти изменения было уже некому.

ГЛАВА 36

Л'эрт моргнул и медленно открыл глаза. Над ним склонилось несколько озабоченное лицо эльфа. Серебристая прядь волос выбилась из прически Ралернана и сейчас щекотала подбородок вампира.
– Я же сказал, что не буду жрать твою шерсть, серебрянка, – хрипло прошептал вампир. Говорить было трудно, горло жгло. – Постригся бы ты, что ли.
Ралернан улыбнулся:
– Кажется, ты все-таки жив.
– Кажется, ты кретин. Вампиры изначально мертвы, – не удержался от подколки Л'эрт. Он попытался пошевелиться. Тело подчинилось, хотя и не без сопротивления. Он лежал… в кровати? – Где это мы?
– В Залерке. Селении, где мы оставили выздоравливать Галлика.
– Залерк? – Вампир нахмурился. – Это же три месяца пешего хода от Драконьих Пиков! Сколько я был без сознания?!
– Пять дней. Сегодня шестой.
Л'эрт приподнялся на подушках, принимая полусидячее положение. Зашевелилась задремавшая было боль, но вампир не обратил на нее внимания.
– И как мы попали сюда за пять дней? – подозрительно уточнил он.
Ралернан несколько смутился:
– Ну… я построил портал.
– Ты сделал… что?! – Челюсть вампира мало что не отвисла до земли. – Серебрянка, ты что, издеваешься?! То ты говоришь, что вообще ничего не умеешь, а то выдаешь заклинания, которые не у каждого высшего мага гладко получаются? Какого… ты мне мозги пудрил?! – Л'эрт попытался схватить эльфа за грудки. При этом обнаружилось, что в правой руке у него что-то зажато. Вампир несколько недоуменно уставился на свою ладонь. В покрытых засохшей кровью пальцах он стискивал сильно измятый пергаментный свиток. Л'эрт тупо смотрел на него пару минут, пока до него не дошло. – Серебрянка, я что, вот эту цацку из дракона вырвал?
– Наверное. Я не мог заставить тебя разжать пальцы, как ни пытался. Это артефакт?
– Э-э-э… – Вампир еще раз посмотрел на измятую бумагу. – Ну будем надеяться. Иначе зачем было прятать ее в этом проклятом ящере? – Он попытался сосредоточиться, чтобы оценить магический потенциал предмета, лежавшего в его руке. Руку тут же кольнуло острой болью – будто старая бумага неожиданно превратилась в огненный шар. Л'эрт шумно выдохнул, голова его закружилась от накатившей слабости. Свиток выпал из разжавшихся пальцев и покатился по полу. Ралернан поспешно подхватил пергамент.
– Тут какой-то текст, – задумчиво констатировал эльф, разворачивая свиток.
– Текст?
– Да… Как странно! – Ралернан стремительно пробежал по диагонали документ, нахмурился и вернулся к началу. – Очень странно. Знаешь, а это ведь текст пророчества Сиринити.
– Что? – удивился вампир. – Бред какой! Пророчество не может быть артефактом! К тому же оно никак не касается Пресвятого Ордена. Может, это защитный морок?
– Не знаю. Во всяком случае, я не чувствую никакого морока. Но это явно не просто бумага. – Кончики пальцев Ралернана покалывало от пульсирующей в свитке силы. Точно определить ее уровень он не мог, но предмет, несомненно, имел магическую основу. – И еще… – Эльф более внимательно посмотрел на последнюю часть документа. – Похоже, текст немного другой.
– Покажи, – вампир нетерпеливо протянул к свитку чуть дрожащую руку. Ралернан отдал ему документ. Л'эрт пару минут внимательно смотрел в пергамент, потом зло ругнулся и перевел взгляд на эльфа. – Это Верхняя Речь. К тому же совсем старый диалект. Я не могу это прочитать!
Ралернан удивленно покосился на пергамент. Верхняя Речь?! О чем это он?
– Ну я могу прочитать…
– Так читай! – подстегнул его вампир.

«Тьма, Свет и Огонь суть есть погибель, спасение и сила этого мира. И должны они таиться за заслонами, и заслоны те должны быть надежными скрепами связаны. Но внемлите мне!
Ибо когда откроется левый глаз дракона, ослабнут скрепы на Тьме, и прорвется она в мир в обличье обольстительном и коварном. И укроется до времени от взглядов, и спрячется от чар. Но лишь тот, кто достоин силы Тьмы, вместит ее и будет носить, сам сначала того не подозревая. И не будет он человеком, ибо не вместит Тьму человеческая суть.
И когда откроется правый глаз дракона, ослабнут скрепы на Свете, и ворвется он в мир, неся сожаление и счастье. И будет голос Света поначалу слаб и тих, и долгими будут поиски его. И лишь тот, чья душа чиста и светла, вместит Свет и будет нести его людям. Но будет он сам не человеком, а одним из тех, кто судьбой обречен на вымирание.
И возродится Огонь, пройдя неповрежденным сквозь многие времена. И вползет он тонкой струйкой тепла в мир, покорив надеждой. И будет вместивший Огонь доверчив и открыт. Но не сможет он остаться человеком, ибо разрушит тогда Огонь его суть.
И очистится Тьма, повернув лицо к востоку, и падет Свет, утопив душу в отражениях колодца. И станет Тьма Светом, и станет Свет Тьмой».

– Все это – один в один текст пророчества, что хранится в Черной Лиге, – прокомментировал вампир.
– Да, но вот как раз отсюда начинается несколько другой текст. Слушай.

«Но нельзя допустить, чтобы трижды пролилась в Огне кровь. Ибо, пройдя через кровь и боль, станет Огонь силой Тьмы, и не останется в нем тепла – того тепла, что призвано обогревать живущих. И обрушится небо на землю, и взорвется земля Огнем, и смешаются они. И станет воздух пылью. И погибнет вокруг все живое. И застынет Огонь камнем. И заснет навсегда.
Но, стремясь уберечь Огонь от Тьмы, нельзя качнуть весы в другую сторону. Ибо велико будет искушение затопить Огонь силой Света. Так же, как велико искушение воззвать ко всем доступным силам – всем, что способны противостоять стихиям. Но если весы слишком сильно качнуть – они перевернутся. И войдет в мир четвертая сила. Сила, которая притворится Счастьем. Сила, которая загасит опасный Огонь – навсегда. И нарушит равновесие, сохранявшееся веками. И ворвется на землю страшный холод. Холод, иссушающий сердца и души, холод, оставляющий лишь пустые оболочки с глазами кукол вместо живых. И жизнь исчезнет, растворившись в мириадах своих отражений, среди которых уже нельзя будет отыскать истинное.
Но если не дать смерти одержать верх, если приручить Огонь, не позволив ему коснуться Тьмы – и не дав утонуть в Свете… Если заставить стихии довериться друг другу… и объединиться… Если пройти по тонкому волосу между Тьмой и Светом, если побороть Искушение Счастьем… То появится шанс… Шанс сохранить шаткое равновесие… Шанс на равный поединок.
И откроется тогда третий глаз дракона. И, быть может, будет это красиво. Если еще останутся те, кто сможет на это посмотреть».

– Все. – Эльф прекратил чтение. – Это конец документа.
– Ну там же должно быть предупреждение насчет того, чтобы убить носителей стихий, – припомнил Л'эрт.
– Больше ничего нет. Это конец текста. Вампир покосился на свиток.
– Жаль, что я сам не могу прочитать. Странно все это. Зачем прятать этот текст – да еще в теле дракона? Да и какое отношение Сиринити имеет к Пресвятым? Она же была жрицей Красной Лиги…
Ралернан задумчиво посмотрел на пергамент, перевел взгляд на Л'эрта, потом снова посмотрел на пергамент.
– Но ты ведь можешь читать на Верхней Речи.
– На базовом диалекте, – недовольно проворчал вампир. – А этому тексту явно не меньше пары тысяч лет.
– Ну и не больше уж точно. Но ты же наверняка сталкивался за свою жизнь с различными текстами. Неужели слухи об идеальной памяти вампиров лживы?
– Ты о чем? – Л'эрт нахмурился.
– Попробуй разобрать хотя бы отдельные слова. Я уверен, твоего знания Верхней Речи будет достаточно, чтобы понять основное. Наши диалекты не так уж и сильно изменились за прошедшее время.
– То есть как не изменились? Я же говорю тебе – на этом листке сплошные иероглифы!
– Мм… Лаэрт… Людям кажется, что мне чуть меньше тридцати. Фактически мой возраст составляет сто пятьдесят восемь лет. Как ты думаешь, откуда мне знать древние диалекты?
Вампир озадаченно уставился на него. Снова посмотрел на свиток. В голове тоненько и неприятно зазвенело. Буквы, минуту назад бывшие идеально четкими – и каллиграфически красивыми, несмотря на свою непонятность, – начали исчезать. И на их месте возник совершенно другой текст. Настолько другой, что Л'эрту захотелось одновременно протереть глаза и ущипнуть себя. Буквы были прыгающие и неровные, то и дело встречались помарки и чернильные пятна. Кажется, присутствовало и несколько грамматических ошибок – автор строк явно не был очень грамотен.
Текст был написан на всеобщем. Не на современном, не подвергавшемся изменениям последние несколько сотен лет, а на совсем еще древнем. Но большую часть текста Л'эрт мог понять.
– Ёкл… Серебрянка, что это за муть?! Это вообще не Верхняя Речь!
– Я знаю. Но если бы я тебе сказал, ты бы мне не поверил.
Л'эрт медленно поднял на него глаза:
– Иллюзия? Очередная иллюзия – как в Золотом городе?
Ралернан кивнул.
– Полагаю, да. Так же, как в храме, – люди видят то, что должны видеть.
Вампир потер ладонью лоб.
– А ты видишь истину. Потому что ты не человек. Хех. Серебрянка, а уж не поэтому ли Пресвятой Орден так активно охотился за всеми представителями Старых рас? Чтобы они не могли разоблачить их иллюзии? На Старые расы их магия не действовала. – Он замолчал, разглядывая свиток. – Вот почему тексты предсказания неполны и противоречивы…
– Прости? – Эльф не понял его мысль.
– Иллюзии действуют на всех немного по-разному. Переписчики видели каждый раз иной текст – чуть-чуть иной, что и рождало расхождения. Считалось, что первоначальный текст пророчества существовал в трех экземплярах – и хранился по одному в библиотеке каждой из Лиг. Но также считалось, что сама пророчица Сиринити была неграмотна – в то время такое часто случалось. Тексты, хранившиеся у Лиг, были составлены переписчиками. И я готов спорить на что угодно, что переписчики эти были людьми!
– Возможно. Но это не объясняет того, как первоначальный текст попал к Пресвятому Ордену.
– М-да… Текст, составленный алой жрицей, становится артефактом церковников… Нет, это я никак объяснить не могу… Интересно, что видел на этом пергаменте Кхенеранн? – протянул Л'эрт.
– Предлагаешь найти его и спросить?
– Да нет. Просто интересно. Но если это истинный текст пророчества…
– Во всяком случае, очень похоже на то.
– …то мы в полнейшем дерьме, серебрянка, – закончил свою мысль вампир. – Я в принципе не понимаю, что тут имеется в виду. И как этого достичь. Но нам нужно показать этот документ Главам Лиг. Они должны понять, что Керри нельзя уничтожать – иначе все полетит в пропасть.
Ралернан вздохнул:
– Редкий случай, когда я полностью с тобой согласен.
– Тогда строй портал, раз ты согласен.
Эльф слегка нахмурился:
– Я еще не настолько хорошо овладел этой магией. Вообще-то, я хотел вернуть нас в Гринатаир, а почему-то получилось сюда. Мне не хотелось бы показывать мою неловкость. Это может оказаться опасным – если мы с Орденом не придем к взаимопониманию.
– Тренироваться надо чаще, – фыркнул Л'эрт. – Ладно, тогда помоги мне встать.
– Зачем?
– Ну раз выход на Глав Лиг придется устанавливать мне, то я хочу немного поохотиться. – Поймав непонимающий взгляд эльфа, он пояснил: – Кровь мне нужна, кровь. Иначе толку с меня не будет.
– Лаэрт, послушай… Ты можешь выпить мою кровь.
– Это, мягко говоря, глупо. Зачем ослаблять тебя, когда мы далеко не в безлюдном месте?
– Но…
– Да не собираюсь я никого убивать, – поморщился вампир. – Успокойся. Ты же кормил меня – и ничего, жив. – Цепляясь за спинку кровати, он встал.
– Лаэрт?
– Ну что еще?
– Про тебя ходят довольно жуткие слухи. В плане количества людей, что ты убил. Говорят, ты в одиночку разрушил пару крупных городов и уничтожил все их население. Это ложь?
– Нет. Еще что-нибудь?
– Ты отличаешься от тех вампиров, что мы встретили в горах.
– Ты думаешь, это комплимент, серебрянка?
– Я тебя не понимаю, – вздохнул Ралернан. – Неужели ты так осторожно обращаешься со мной только из-за того, что тебя беспокоят чувства Керри?
– Ага. Я вообще делаю только то, что мне хочется. Я же у нас помощник Клиастро, разве ты забыл? Воплощенная Тьма. – Л'эрт в процессе разговора уже успел доползти до косяка двери, цепляясь рукой за стену, чтобы удержаться в вертикальном положении. – Вот завоюю ее сердце – и тут же превращу тебя в бифштекс. Медленно и с особым садизмом. – Он усмехнулся.

ГЛАВА 37

Ралернан не то чтобы не поверил в миролюбивый настрой вампира относительно своих доноров – но все же решил за ним проследить. На всякий случай. Сначала это казалось нетрудным: вампир был слишком ослаблен, чтобы перемещаться с привычной скоростью. Но уже после второй «жертвы» Л'эрт волшебным образом исчез – Ралернан не смог понять, куда тот направился, как ни старался. В итоге эльф был вынужден вернуться обратно на постоялый двор.
«Охота» вампира затянулась на несколько часов. Когда он вернулся в свою комнату, Ралернана там не обнаружилось. Зато обнаружилась маленькая записка, в которой эльф уведомлял вампира, что пошел навестить Галлика и Лакерру.
Л'эрт некоторое время задумчиво повертел записку в пальцах. Нельзя сказать, что ему не хотелось видеть студентов академии, но… В конце концов, это всего лишь пройти несколько комнат по коридору. И даже если он сейчас их и проигнорирует, глупо предполагать, что он сможет полностью уклониться от каких-либо контактов. Но раз уж убегать не получится…
Он перевернул руку ладонью вверх. Над пальцами вампира затанцевало холодное пламя, постепенно оформляясь в небольшой материальный объект.

Постучать перед тем как войти, Л'эрт, разумеется, не удосужился. Дверь распахнулась с противным скрипом, привлекая внимание всех находившихся в комнате. Ралернан резко обернулся, рука его дернулась к рукояти меча.
– Лаэрт… Кажется, ты уже в порядке?
– Думаю, да. В отличие от некоторых. – Вампир задумчиво скользнул взглядом по все еще лежавшему в постели адепту. При его появлении Галлик попытался сесть. Простыни, укрывавшие адепта, съехали, открывая множество повязок по всему телу. – Привет, Галлик. Какой-то ты слишком зеленый, тебе не кажется?
Фигура, стоявшая в изголовье кровати, повернула низко надвинутый капюшон плаща в сторону вампира.
– Полагаю, вы и есть герцог Саранциа. Я – лекарь. Прошу вас, убедите вашего друга, что ему еще рано вставать. Он отказывается меня слушать.
– Я вполне себя нормально чувствую! – возмутился Галлик. – Ну только голова немного кружится.
Легкий шорох ткани заставил Л'эрта чуть повернуть голову.
– Лакерра… Ты прекрасно выглядишь. – Его губы изогнулись в улыбке. В данном случае он даже не лгал: девушка сменила свою белую мантию на золотисто-кремовое платье. Теперь ее кожа потеряла болезненно-белый оттенок и казалась подсвеченной изнутри. Распущенные волосы падали на плечи тщательно завитыми льняными локонами.
– П-правда? – Зеленые глаза девушки широко распахнулись.
– Ага. А что, разве Орден теперь разрешает ученикам носить обычную одежду?
– Мм… – Лакерра внезапно очень заинтересовалась деревянным полом под ногами.
Галлик хихикнул:
– А это она так каждый день наряжается. Ну с тех пор, когда Ралернан сказал, что ты тоже здесь.
– Но… я… – Девушка покраснела.
– Правильно. – Улыбка вампира стала более явной. – Разумеется, ради меня надо наряжаться. Ты бы лучше взял с нее пример, Галлик. А то на тебя как ни посмотри – такое чувство, будто ты по помойкам лазал. Между прочим, это оскорбляет мое тонкое чувство прекрасного. Так что имей в виду – в следующий раз я желаю лицезреть тебя в чем-нибудь таком желтеньком. В цветочек.
Галлик недоуменно нахмурился и осторожно спросил:
– А почему именно в желтом?
– Потому что розовый тебе не пойдет. И кончай спорить. А то не буду тебя ставить на ноги. Так и останешься в этой дыре, пока мы не закончим свои поиски.
– А вы меня возьмете? Нет, правда возьмете?! А лорд Арриера сказал…
– Он пошутил. Так что ищи желтую ткань.
Упомянутый лорд Арриера наградил вампира весьма неласковым взглядом. Л'эрт лишь отмахнулся. Галлика в любом случае нужно было долечивать и возвращать в Гринатаир. Своим ходом адепт туда будет добираться несколько месяцев. Но убедить его отправиться домой будет намного проще, если он будет считать, что принимает активное участие в поисках.
Предоставив Галлику размышлять, пошутил ли он насчет смены гардероба, Л'эрт незаметным для взгляда движением передвинулся почти вплотную к Лакерре.
– Ты просто замечательно выглядишь. Но, мне кажется, чего-то не хватает…
– Да? – Руки девушки нервно огладили ткань юбки. – Чего?
– Вот этой мелочи. – Небрежным жестом вампир вытащил из кармана ожерелье. Лакерра еще не успела отреагировать, как Л'эрт защелкнул замок украшения на ее шее. – Надеюсь, тебе нравится?
Девушка недоверчиво коснулась камней ожерелья и повернулась к небольшому зеркалу, висевшему над тумбочкой. Л'эрт автоматически сдвинулся так, чтобы не стоять в поле обзора. Темно-зеленые изумруды, оправленные в тонкую золотую вязь, почти полностью совпадали с оттенком глаз Лакерры. На миг ей показалось, что камни светятся изнутри – но стоило присмотреться поближе, как это впечатление исчезло.
– Г-герцог… Оно же очень дорогое… Я… я не могу его принять. – Лакерра растерянно взглянула на Л'эрта. – Это же наверняка фамильная драгоценность!
– Так тебе нравится или не нравится? – вампир вопросительно изогнул бровь.
– Мне нравится, но… – Девушка отошла от зеркала и нерешительно потянулась пальцами к застежке.
Л'эрт перехватил ее руку:
– Не снимай. Это не просто камушки. Оно должно тебе помочь контролировать себя. – Он понизил голос: – Я надеюсь, что пока оно на твоей шее, ты будешь оставаться человеком.
– Оно волшебное? Ты все-таки маг, да? Белый маг?
Л'эрт криво улыбнулся:
– Нет. Я не белый маг.
– Но… но как же тогда… И потом, я же видела, как ты лечил Галлика…
– О, это страшная тайна. – Вампир сделал большие глаза. – К тому же я еще не уверен, что это украшение сработает именно так, как надо. Надо будет проверить. – Его пальцы пробежались по шее девушки, заставляя ее сердце забиться часто-часто. Лакерра сглотнула и сделала шаг назад. Ей безумно хотелось броситься Л'эрту на шею, но вокруг было столько людей!..
Ралернан резко схватил Л'эрта за руку и дернул на себя.
– Ты вообще понимаешь, что ты творишь? – прошипел он на ухо вампиру. – Зачем ты пудришь девушке мозги?
– А ты-то почему против? – тихо ответил Л'эрт, неприязненно сощурившись. – Вдруг я ею действительно увлекусь? Ты же первый будешь счастлив, что я отцепился от Керри.
– Я не знаю, увлечешься ты или нет, но твоя игра запросто разобьет Лакерре сердце! А я не привык строить свое счастье на осколках чужого!
– Пра-а-авда? – Вампир уставился ему прямо в глаза. – Ах, какие мы благородные! Позволено ли мне пасть к твоим ногам и оттуда лицезреть твое неземное сияние? А как насчет тех осколков, в которые ты хочешь превратить меня? Или я – не в счет?
– Прекрати паясничать! Я серьезно.
– Серьезно? Ну если серьезно, то ты слегка опоздал со своими нотациями, Белый Рыцарь. – Л'эрт на долю мгновения показал клыки. Кроме Ралернана, его оскала никто не заметил.
Эльф уже хотел вправить своему собеседнику мозги более доходчивым способом – но ему помешали. В центре комнаты возник мерцающий черно-серыми сполохами овал проекционного портала. Л!эрт хотел заблокировать вызов – но контакт был слишком неожиданным, чтобы у него был шанс успеть. Единственное, что он мог сделать, – это переместиться к двери, выпадая из зоны охвата проекции. А всего секундой позже сполохи исчезли – и в центре овала возникло изуродованное взрывом лицо Главы Темной Лиги, Глаакха.
– Лорд Арриера… – Глаакх изобразил на своем лице любезную улыбку. Шрамы, стягивавшие половину его лица, превратили ее в довольно неприятную гримасу. – Рад видеть вас в добром здравии. Мы уже несколько дней подряд не можем к вам пробиться. Предполагаю, что вы сейчас довольно далеко от столицы, не так ли?
– Я польщен вниманием, которое мне оказывают, наблюдая за моей персоной. Но могу я узнать, чем обязан такой настойчивости? – Лицо Ралернана превратилось в холодно-бесстрастную маску.
– Как продвигаются поиски вашей супруги? – не затруднив себя ответом, поинтересовался Глаакх.
– Мне казалось, это мое личное дело?
– О, лорд Арриера… Разве Глава Белой Лиги не говорил вам, что мы просто не можем остаться в стороне?
– В любом случае, Черной Лиги это не касается.
– Отнюдь. Но вы не ответили на мой вопрос. Зря. Я надеюсь, вам не хочется потерять еще кого-то из вашей семьи?
– Что? – Ралернан уставился в тускло светящийся овал проекции. – Что вы имеете в виду?
– Я имею в виду ваших детей, лорд.
– С ними что-то случилось? – Ралернан ощутил, как. льдистые когти царапнули по позвоночнику. – Отвечайте же!
– Если вы будете благоразумны, с ними ничего не случится. – Глаакх скрестил руки на груди. Всякое подобие улыбки исчезло с его лица. – Я не знаю, зачем вы устроили все это представление с исчезновением леди Арриера. Но Орден Магии желает ее увидеть. И чем скорее, тем лучше. Ее жизнь принадлежит нам. И только получив ее, мы отдадим вам ваших драгоценных детей.
Эльф побледнел.
– Вы с ума сошли! Вы не смеете их сюда впутывать!
– О, еще как смею. Надеюсь, вам хватит недели на обдумывание, лорд. Мое терпение далеко не безгранично.
– Что вы с ними сделали?! – Он до боли стиснул руки в кулаки. Перед ним всего лишь проекция. Он не сможет дотянуться до Глаакха. Ралернана затрясло. – Отвечайте!!!
– Я покажу вам, лорд. – Изображение в овале помутнело, покрываясь рябью черно-серых сполохов, но почти сразу же снова стало четким. На сей раз оно показывало едва освещенную темницу. На узком окне красовались толстенные решетки, сквозь которые едва-едва можно было разглядеть клочок неба. По каменным стенам с тихим шумом стекали ручейки воды, образовывая на полу зеленоватые лужи. Угол обзора слегка поменялся – и теперь можно было разглядеть скрючившиеся в уголке три детских фигурки. Один из детей поднял голову. Под его левым глазом темнел внушительный синяк, смуглый лоб прорезало несколько кровоточащих царапин.
– Папа?! Папа, забери… – Ребенок бросился в сторону проекции. В тот же момент изображение мигнуло, снова сменяясь на апартаменты Глаакха.
– Ну как, лорд? – На лице Главы Темной Лиги по-прежнему была безучастная маска. – Вам понравилось?
– Ты… подлец! Зачем ты…
– Жизнь твоей жены, лорд. И я отпущу их. О, конечно, ты можешь попытаться и сам освободить свое потомство. Но при малейшем подозрении охране дан приказ убить их. Подумай, готов ли ты так рисковать…
– Глаакх! И ты и белые ошибаетесь! Керри нельзя убивать!
– Это решать не тебе.
– Но послушай же! Тот текст пророчества, что есть у вас, – он неверен!
– О-о-о… – На лице черного мага мелькнула легкая тень интереса. – Значит, я не ошибся. Ты все-таки знаком с пророчеством. Квадраату нужно улучшить систему охраны секретной информации. Но тем лучше. Тогда ты должен понимать, что у нас просто нет другого выбора.
– Ты меня не слушаешь! Я же говорю, что вас всех обманули! Истинный текст пророчества – совершенно иной! Я могу показать!
– Ну конечно, можешь. Кто бы сомневался, что тебе не хватит фантазии подготовить фальшивку!
– Но ты мог хотя бы его прочитать!
– Что ж… Покажи мне свой текст…
Ралернан поспешно вытащил из кармана пергамент и развернул его перед проекционным порталом. Установленная связь не позволяла передавать предметы, но текст черный маг мог рассмотреть и так.
– Это абсолютная копия нашего пророчества, – наконец сказал Глаакх, передернув плечами. – Идиотская шутка.
– Но концовка же другая!
– Не вижу отличий. Все, довольно морочить мне голову. Либо до конца недели вы представите нашему обществу вашу супругу, либо ваши дети умрут. Они и так уже не вполне здоровы, так что советую вам поторопиться, лорд.
С легким хлопком портал закрылся.
Ралернан уставился в пустоту. Почему Глаакх не захотел… не обратил внимания на истинный текст… Может, он преследует какие-то свои цели?
– Он человек. – Голос Л'эрта пробился сквозь туман, окутавший сознание Ралернана.
– Ну да, человек… Но при чем тут… – Эльф не договорил, уставившись на свиток в своих руках. Конечно же… Человек. Эта проклятая магия искажения не действует только на Старые расы! Глаакх не мог  видеть то, что действительно написано. – Ох, боги! – Ралернан схватился за голову. – Их надо вытащить… Как можно скорее!
– Сначала их надо найти. Или тебе показали место, где их держат?
– Нет. Только камера изнутри…
– Расслабься, серебрянка. – Л'эрт обнял его за плечи. Даже через одежду эльф ощутил волну холода, исходящую от пальцев вампира. – Все будет нормально. Вернем мы твое драгоценное потомство.
Ралернан встретился с ним взглядом.
– Ты… мне поможешь?
– Я подумаю. А если мне тоже предъявить тебе ультиматум? Как Глаакх?
– Какой еще ультиматум? – Эльф не мог до конца собрать прыгающие мысли. – Ты о чем?
– Ну как же, серебрянка. Почти то же самое. Только мне нужна не жизнь некоей леди, а нечто другое… Скажем, твое добровольное устранение. Умм? Как ты на это смотришь?
Ралернан глубоко вздохнул, изо всей силы сдерживаясь, чтобы не врезать по усмехающемуся лицу. Драка без оружия ничего не даст. Физически вампир сильнее. Он только позабавится…
– Я справлюсь сам, благодарю. – Слова эльфа падали осколками льда.
Движения вампира он не успел заметить – только совсем близко от его головы мелькнул отблеск стали кинжала. Ралернан рефлекторно дернул головой в сторону.
– Ты такой смешной, Белый Рыцарь. – Л'эрт подкинул на ладони отрезанную прядь серебристых волос.
Эльф уставился на его руку:
– Зачем тебе мои волосы?
– Смешной и глупый. У тебя совсем от нервов соображалку отшибло. Как это – «зачем»? Чтобы искать твое потомство. Конечно, лучше было бы взять их собственные волосы, но сейчас мы несколько ограничены в средствах.
– Я же сказал, что я не соглашусь на твое идиотское предложение! – Ралернан скрипнул зубами.
– Мое предложение? Я тебе ничего не предлагал. Я же сказал «если», или ты не помнишь? – Вампир с выражением полнейшего недоумения на лице похлопал ресницами.
– Это не тема для шуток!!!
– Да ладно. Мир слишком скучен, если все время быть серьезным. Но мы отвлеклись.
Л'эрт медленно подкинул серебристую прядь вверх и развел ладони в стороны. Отрезанные волосы зависли в воздухе, едва заметно вращаясь вокруг своей оси. Нижний конец их начал тлеть – медленно и неторопливо, распространяя в воздухе неприятный запах. Над ладонями вампира развернулась карта – сначала огромная, она постепенно начала сокращаться, увеличивая масштаб. Волосы сгорели почти до половины, когда изменение карты остановилось. В центре возник пульсирующий огонек света.
– Чилхонд, – прокомментировал вампир. – Не так уж и далеко отсюда, кстати.
– Чилхонд? – Молчавший все это время Галлик рискнул встрять в разговор. – Там находится новая пыточная Башня Черной Лиги… Я один раз попадал туда… ну, на практике…
Л'эрт тихо присвистнул:
– Весело. Я про это не знал. Ты сможешь показать точное место, Галлик?
Адепт смущенно опустил глаза:
– Да… Но… если дети лорда Арриера действительно там… Мы вряд ли сможем их оттуда вытащить…
– «Мы»? Ты опять решил поучаствовать в том, куда тебя не приглашали?
– Но без меня вы не найдете эту башню! Я видел, как действуют такие поисковые арканы! Они не дают точного места! А башня защищена от посторонних взглядов!
– О боги… – Л'эрт устало передернул плечами. – Хорошо, ты пойдешь с нами.
– А я? – Лакерра приблизилась настолько тихо, что человеческий слух навряд ли уловил бы ее движение. – Я… могу пойти? Я могу тоже оказаться полезной! Если придется драться…
– Леди, это исключено. – Ралернан не дал вампиру ответить. – Драться – это не женское дело. И потом, белые маги не владеют атакующими искусствами. Я не сомневаюсь, что вы весьма успешная студентка, но это не та ситуация…
– Я могу помочь! Я боевой маг! – Она в отчаянии стиснула кулаки. – Прошу вас, лорд Арриера. Умоляю вас… Позвольте мне пойти с вами…
Л'эрту очень захотелось выругаться. Ну зачем, зачем он опять все это устроил?! Он был готов голову заложить, что девчонка лезет в драку отнюдь не только для того, чтобы спасти детей эльфа.
– Герцог? – Лакерра повернулась к вампиру. – Герцог, прошу… – Зеленые глаза девушки подозрительно заблестели. Л'эрт вздохнул. Вот только слез им сейчас и не хватало.
– Хорошо, хорошо… Будешь отвлекать охрану. – Он криво усмехнулся.
Фигура лекаря, тихо сидевшего все это время в изголовье кровати Галлика, слегка пошевелилась. Ралернан покосился на него. Он уже успел забыть об этом человеке. Как много тот слышал? Эльф раздраженно прикусил губу.
Лекарь медленно встал и подошел к Ралернану.
– Я понимаю, что мое предложение граничит с наглостью, но я также хотел бы попросить разрешения присоединиться к вам.
– Вы?! Зачем? Я сожалею, что вам пришлось все это услышать, но, право же, это исключительно личное дело.
– Это наилучший способ для вас проследить, чтобы я сохранил все услышанное в тайне. А что до моих мотивов… У меня есть некоторые счеты к Ордену Высокой Магии. Когда-то давно я был белым магом, но меня выгнали. Я хочу отомстить.
– Белым магом? И ты не смог вылечить Галлика? – Л'эрт недоверчиво уставился на лекаря. – Не пудри нам мозги!
– Я мог его вылечить. Если хотите, я поставлю его на ноги в течение буквально пары минут.
– Ну и почему ты до сих пор этого не сделал?
– Магия исцеления требует много сил. – Голос лекаря был бесстрастен. – Ваши друзья не могли оплатить мои услуги в надлежащем размере.
– Угу. А за что же ты собрался мстить Ордену, лекарь? – язвительно полюбопытствовал Л'эрт.
– За это. – Лекарь легким движением отбросил капюшон назад. Ему было лет сорок на вид. Сухощавое, с приятными чертами лицо наверняка вызывало бы симпатию, – если бы не перьевой покров, растущий на месте волос. Перья начинались прямо надо лбом и черной волной спускались по голове, прячась под одеждой. На висках, чуть выделяясь из общей массы, торчало по нескольку белых перьев – более длинных и жестких. Глаза лекаря казались кристаллами горного хрусталя – абсолютно прозрачные, с крохотными точками зрачков в центре.
Лакерра придушенно выдохнула:
– Метаморф! Как…
Лекарь повернул к ней голову и кивнул:
– Все верно. Метаморф, как и ты.
Девушка слегка побледнела. Откуда он знает, кто она?!
Л'эрт задумчиво уставился в хрустальные глаза лекаря.
– Говоришь, тебя прогнали?
– Да. Я – результат опытов, которые ставила Белая Лига. Неудачный результат. Я открыл вам свою тайну. Вы возьмете меня?
– Почему бы и нет? – небрежно согласился вампир. Ралернан недоуменно покосился на него. Зачем он соглашается? Ведь вампиры умеют стирать память? Это странное существо, одержимое жаждой мести… Л'эрт словно почувствовал его сомнения. – Все в порядке, серебрянка. Возьмем его. Под мою ответственность.
Ралернан устало вздохнул. Логика вампира временами не поддавалась никакому осмыслению.
– Хорошо, будь по-твоему.
– Спасибо. Вы не пожалеете. – Улыбка у лекаря была чистой и открытой – и заставляла забывать о жутковатой короне из перьев на голове. – Меня зовут Рифф.
Он подошел к кровати Галлика. Вокруг его пальцев запрыгали светлые искорки: лекарь вызывал магию исцеления.
Л'эрт задумчиво следил за действиями Риффа. Месть? Ох, что-то не похоже… Есть столько вариантов отомстить и не ввязываясь в их авантюру. К тому же – Риффа создала Белая Лига. А они сейчас собрались надрать задницу Черной. Как-то не сходится. Да и магия исцеления… Никто из белых никогда  не торговал целительными силами за деньги. Но пусть пока Рифф думает, что он поверил.

ГЛАВА 38

Чилхонд. Довольно глухое и ничем не примечательное место на окраине страны, почти сплошь заросшее густым лесом. Вероятно, если бы не осведомленность Галлика, им бы пришлось потратить значительное время на поиски. Аркан, вызванный Л'эртом, указывал на слишком большую территорию.
Галлик сумел-таки показать спрятанную от обывателей башню. Она действительно оказалась весьма неплохо защищена. Способностей Л'эрта едва-едва хватало, чтобы пробиваться через наложенный морок. Выложенная из темно-серого кирпича башня казалась невероятно высокой – верхушка ее терялась в небесах, острой иглой пробивая клубящиеся облака. Нигде не было видно ни двери, ни окна – сплошной каменный монолит. Издалека казалось, что основание башни прячется в густом хвойном подлеске, но, подойдя поближе, они обнаружили более чем широкую расчищенную полосу – и, вероятно, очень неплохо просматриваемую.
Л'эрт потер виски. Интересно, а вот оба ли сына Арриера находятся в этой башне? Он не стал заострять на этом внимание эльфа, но поисковый аркан дал одну точку, в то время как их должно было быть две. Хотя, конечно, есть шанс, что из-за нахождения в одном месте точки совпали. Но он должен был успеть разглядеть именно две точки до слияния… Л'эрт встряхнул головой. Это неважно. Даже если там всего лишь один из детей, его все равно надо вытаскивать.
– Вы действительно думаете, что сможете попасть внутрь? – неуверенно поинтересовался Галлик, изучая кладку из серого кирпича. Они не рискнули подойти слишком близко к краю расчищенного леса и рассматривали башню издалека. – Тут же стоит защита от магического вторжения. Вокруг башни постоянно формируется нейтральная зона. Насколько я в курсе, она не меньше сотни шагов в ширину – и в ее пределах не работает ни один магический аркан. Когда я был там… В общем, туда нельзя попасть даже порталом, если вызов не исходит из самой башни. Там есть такое стационарное устройство на нижнем этаже…
Ралернан нахмурился:
– Ты хочешь сказать, что туда нельзя войти без приглашения? Вообще никак?
– Ну… я так думаю… Мне это показалось интересным, и я попытался выяснить, как у них это получается, когда был там… Но у меня ничего не вышло. Меня даже посадили в карцер на пару дней для острастки – чтобы не лез куда ни попадя.
– Галлик, а что за практику ты там проходил?
– Ну… Я же сказал, что это пыточная башня. Ну там учат, как добиться максимально большой концентрации силы путем воздействия на живые существа. – Глаза Галлика были безмятежными и светло-голубыми – как ясное небо.
Ралернан ошеломленно уставился на него. Этот абсолютно невинный взгляд… И этот юноша, почти еще ребенок, пытал людей?! «Практика»?!
– Серебрянка-а! – Л'эрт помахал ладонью перед его лицом. – Ты о чем задумался, а? Выглядишь так, будто тебя сейчас стошнит. Нет, правда. Переволновался, что ли? Может, тебе это… водички попить, а? – Над Ралернаном возникло небольшое туманное облачко, моментально обрушившее на голову эльфа ушат ледяной воды. – О, ну вот. Судя по всему, тебе намного лучше, – удовлетворенно констатировал вампир, встретившись с полным злости взглядом Ралернана. Серебристые волосы эльфа превратились в мокрую паклю и неприятно холодили кожу. – В любом случае, пока светло, что-либо тут выискивать бесполезно. Нужно дождаться ночи и смотаться на разведку.
– Но, герцог, я же говорил – там антимагическая блокировка. А если подойти без прикрытия слишком близко – вас засечет охрана…
Л'эрт небрежным жестом взъерошил светлые волосы Галлика:
– Я слышал. Не волнуйся, у меня есть парочка тузов в рукаве. Эй, серебрянка! Хватит глазеть на это чудо архитектурной мысли! Пошли уже отсюда. – Он схватил эльфа за рукав и потащил за собой. Вампир успел перехватить еще один недоуменно-печальный взгляд Ралернана, обращенный на Галлика, и едва заметно покачал головой. Можно подумать, эльф действительно  считал, что первый этап обучения в академии включает только изучение наглядных экспонатов и чтение книг. Черная магия изначально базируется на крови и смерти. И любой адепт Черной Лиги должен уметь мучить и убивать. Другой вопрос, что потом он может все это очень ограниченно использовать. Как Ферия Ксаель.

Когда окончательно стемнело, Л'эрт снова появился около башни. Защитное поле, в котором не действовала магия, было выстроено очень грамотно. Настолько грамотно, что вампир не мог даже точно определить его границ. Но это поле не могло помешать летучей мыши подлететь к башне почти вплотную. Просто потому, что изменение формы вампиров в чистом виде магией не было.
Как ни странно, окна в башне все-таки присутствовали. Но они начинались безумно высоко от земли – как раз там, где башня протыкала нижний слой кучевых облаков. Хотя окнами это назвать можно было только с большой натяжкой – узкие и сплошь зарешеченные. Покрутившись у пары таких окошек, Л'эрт понял, что комнаты за ними используются как тюремные помещения. Вероятно, наличие кусочка неба за решеткой действует более угнетающе, чем полное отсутствие окон. А может, и нет. Л'эрту не приходилось сидеть в таких казематах, и психологию устроителей этого места ему было не понять. Но Ралернан говорил, что в проекции, которую ему показал Глава Темной Лиги, окошко как раз было. Тогда, возможно, его дети где-то здесь.
Л'эрт потратил почти час, пока не нашел единственную камеру, в которой был кто-то живой. Он зацепился когтями за прутья решетки и повис на окне, заглядывая внутрь. Действительно – дети. Но не двое, а трое. Дети скорчились в углу и, кажется, пытались согреться, тесно прижимаясь друг к другу. На стенах камеры Л'эрт заметил иней. Все трое выглядели очень худыми и измученными. У черноволосого мальчишки было в кровь разбито лицо. Интересно, кто он? Грей – это, судя по всему, пепельный эльфенок с зелеными глазами. Л'эрт его однажды встречал – еще в Инсидоре. Конечно, тот вырос, но некоторое сходство с тем ребенком, что обрушил на его голову выводок желтых цыплят, все же сохранялось. А Винс, вероятно, это второй эльфенок. Вот только почему они выглядят погодками? Грей же должен быть старше.
Л'эрт сложил крылья и попытался пролезть между прутьями. Ничего не получилось: его тут же ожгла острая волна боли. Решетка явно была не просто решеткой. Потратив пару минут на обследование прутьев, Л'эрт пришел к выводу, что вполне мог бы сломать их – но это потребовало бы весьма значительных усилий. Он отцепился от решетки и снова закружился вокруг башни. Как же вытащить оттуда детей? Они еще достаточно малы, чтобы пролезть через окно, если он сломает прутья, – но что дальше? Антимагическое поле не даст активировать левитацию. А летать, как он, дети не умеют… Выбить дверь камеры и прорваться с боем? Если верить Галлику, в основании башни должен быть портал. Но сколько черных попадется на пути? Л'эрт заложил еще один круг и спикировал вниз. Может, у кого-нибудь из их теплой компании появятся более реальные идеи?

Ралернан ждал его возвращения, нервно ходя кругами. Судя по всему, он занимался этим все время отсутствия Л'эрта: трава на месте его «траектории» была полностью вытоптана. Адепты и лекарь держались от него в стороне, не желая попадаться под горячую руку.
– Нашел? – В глазах эльфа отчаяние мешалось с надеждой. Сколько бы он отдал, чтобы самому обследовать эту проклятую башню! Но, увы, шанса подобраться к ней незамеченным у Ралернана не было.
– Угу. Но я не знаю, как их оттуда вытащить, – озвучил Л'эрт свои недавние размышления. – Я могу долететь туда и сломать решетку, но пока я в форме летучей мыши, вес ребенка мне не по силам…
– Ты же говорил, что можешь превратиться во что угодно! – возразил Ралернан. – Ты даже в эту беловолосую девушку превратился! Почему бы тебе не стать крупной мышью? Или не мышью, а вообще драконом?
– Потому что, кроме летучей мыши, я могу принимать только человеческий облик. А люди у нас пока еще не летают. – Л'эрт задумчиво уставился на стоявшую с противоположной стороны опушки Лакерру, о чем-то спорившую с лекарем. – Хотя… Эй, Рифф! – прокричал он. – А у тебя животная форма – это птица? Или перья на твоей голове – чисто для украшения?
Лекарь подошел ближе. Хрустальные глаза его искажали свет, дробя на тысячи крошечных осколков.
– Да, птица.
– Крупная? Сможешь поднять ребенка?
Рифф передернул плечами:
– Я могу поднять лошадь. Но это слишком опасно. Я плохо контролирую свое сознание в другом облике. И у меня слишком острые когти. Достаточно малейшего случайного движения – и я нанесу ребенку смертельную рану.
Приблизившаяся Лакерра перебила его:
– Можно посадить мальчика на шею. Ну во всяком случае, мне можно, – слегка смущаясь, уточнила она. После присоединения Риффа она сочла необходимым рассказать Ралернану про свои возможности, но все равно каждый раз при упоминании о них чувствовала себя несколько неловко.
Рифф поправил капюшон, неосознанно опуская его пониже – чтобы лицо оказалось в тени.
– Это слишком опасно. Если ребенок испугается и не удержится – мы можем не поймать его. К тому же наблюдение наверняка засечет птиц такого размера.
Л'эрт задумчиво сцепил руки.
– Но альтернатива – это прорываться через все посты. Я понятия не имею, где там вход, Галлик в этом плане помочь ничем не может. К тому же он говорил, что в этой башне довольно много черных. Поскольку там происходят сложные тренировки – эти маги не самого низкого уровня. Плюс охрана, которую наверняка приставили непосредственно к детям. Шансов еще меньше. И я понятия не имею, сколько сил и времени уйдет на активизацию выходного портала. Думаю, твои мальчишки не такие уж задохлики, чтобы несколько минут не удержаться. Что скажешь, серебрянка?
Ралернан стиснул голову. Ему было безумно страшно соглашаться на этот план – но разве была альтернатива?
– Я думаю, ты прав, – с тяжелым вздохом согласился он. – Время играет против нас. Нам нужно попытаться прямо сейчас.
– Ладно. Тогда так, – Л'эрт перевел взгляд на перевертышей. – Я туда долетаю, выламываю решетку, проталкиваю к вам детей и отвлекаю охрану, пока вы сматываетесь. Ага?
– Долетаешь? – Рифф едва заметно нахмурился. – Но там не действуют левитационные заклинания.
– Ну не один ты можешь становиться птичкой. Только я превращаюсь в очень-очень ма-а-а-аленькую птичку. И ребенка поднять не смогу. Зато смогу пролезть через решетку.
Лакерра округлила глаза:
– Ты разве тоже метаморф? Но… почему тогда… Ты же не говорил…
– Звезда моя, это ужасная тайна! Старинное проклятие, которое преследует наш род. – Вампир поймал ее руку за кончики пальцев и запечатлел на ней легкий поцелуй. – Но это безумно долгая история, и сейчас у нас нет времени. Полетели, господа пернатики. – Легкий хлопок, и на его месте возникла летучая мышь, метнувшаяся вверх по ломаной траектории.
Лакерра проводила его изумленным взглядом:
– Это не совсем птица.
Рифф поморщился, начиная расстегивать плащ:
– Какая разница? Летает же.
Девушка поспешно отвернулась в сторону. В отличие от вампиров, «результаты опытов» Белой Лиги при изменении формы вынуждены были избавляться от одежды – если, конечно, хотели ее сохранить в целости.

Вокруг башни по-прежнему было тихо. До камеры, где держали детей, Л'эрт добрался без каких-либо препятствий. Прикосновение к решетке опять ожгло острой волной боли, но вампир упрямо рванулся сквозь прутья, абстрагируясь от болевых ощущений. Запахло паленой шкурой. Одно из крыльев оказалось повреждено разрядами, испускаемыми прутьями – и он несколько неуклюже шлепнулся на пол, еще в процессе падения перекидываясь обратно в человеческий облик.
Дети испуганно уставились на него. Пепельноволосый эльфенок остался сидеть на полу, укутанный в какое-то тряпье, а двое других детей вскочили, причем брюнет явно принял какую-то боевую стойку.
Л'эрт медленно шагнул вперед.
– Не бойтесь, я друг. Меня прислал лорд Арриера – чтобы помочь вам выбраться отсюда, – максимально доверительным тоном сказал он.
– Лжешь! – Черноволосый сжал руки в кулаки. – Ты один из черных! Тебе нас не обмануть! Ты такой же, как те, что караулят под дверью! Что тебе надо? Мы все равно не знаем, где отец! А если бы и знали – не сказали!
– Я не собираюсь причинять вам вред. Только хочу помочь выбраться.
Л'эрт сделал еще пару шагов вперед. Черноволосый мальчишка чуть сдвинулся, закрывая сидящего на полу Грея.
– Уходи! Ты лжешь! Отец не мог послать тебя! У него нет друзей среди нечисти!
– А почему ты решил, что я нечисть? – Еще шаг вперед.
– Потому что я это чувствую! На твоих руках кровь! Не подходи!
– Винс… – Грей пошевелился, выпрямляя спину. Зеленые глаза эльфенка казались потускневшими. – Не трогай его. Я… мне кажется, я его помню…
– Помнишь, помнишь. Ты мне целый выводок цыплят на голову опрокинул, – проворчал Л'эрт, косясь на черноволосого мальчишку. «Винс»? Ни на йоту он не похож на Белого Рыцаря. А кто тогда второй эльфенок?
– Верно… в Инсидоре… Тебя ведь Лаэрт зовут, да?
– Почти.
Грей потянул Винса за штанину:
– Не трогай его. Он друг.
Винс нахмурился:
– Он из черных. Он не может быть другом.
– Ребята, у нас мало времени. – Л'эрт начал терять терпение. – Может, вы потом разберетесь, друг я или враг, а? Мне надо вас отсюда вытащить, пока охранники не чухнулись. Я сейчас выбью решетку и протолкну вас наружу. Там будут ждать две большие птички. Сядете им на шею и будете хорошенько держаться – и они отвезут вас вниз. Хорошо?
– Я пойду с ними, – встрял эльфенок с золотисто-льняной гривой. – Я их друг, Неелерк.
Брови вампира недоуменно изогнулись:
– Естественно, ты пойдешь с ними. Или ты думаешь, я тебя тут оставлю?
– Ты сказал – там две птицы.
– Ну извини. Больше не нашлось. Заберем в два захода. Так, ладно… Грей, вставай.
Эльфенок вздохнул:
– Я… не могу.
– В каком смысле не можешь? – Л'эрт наклонился к нему. Грей аккуратно сдвинул закрывавшие его тряпки. Правая нога эльфенка ниже колена была сильно опухшей. Штанина намокла от крови и гноя.
– Когда нас ловили… меня задело… Они не стали меня лечить… Я не могу наступить на ногу.
– Вот проклятье! – Л'эрту очень хотелось добавить кое-что более емкое, но ввиду присутствия детей пришлось воздержаться. В таком состоянии мальчишка не удержится на шее птицы. Это даже не риск – это полнейшее безумие. Да он просто может отключиться, неудачно стукнувшись ногой! Если бы рана была недавней, вампир мог бы восстановить поврежденные ткани. Но воспаление явно длилось не меньше недели. А значит, своим воздействием он может запросто не принести пользу, а навредить. Такие раны по силам только белой магии. – Так, ладно. Вы двое, – вампир ткнул пальцем в сторону Винса и Неелерка, – вылезаете через окно, а Грея я вытащу через нижний выход.
– Я его не оставлю! – возмутился Винс. – Я пойду с вами!
Л'эрт рассердился:
– Я не в состоянии тащить двух детей! К тому же это слишком опасно! Винс, прекрати выпендриваться!
– Ты… – Палец Винса, наставленный на Л'эрта, слегка задрожал. – Ты, мерзкое создание… Во-первых, для тебя я не Винс, а Винселенк Арриера! Во-вторых, я не отпущу с тобой своего брата! Я не верю во все эти твои лживые рассказы!
– Все, консилиум закончен. – Л'эрт подошел к окну и рванул за прутья решетки. Его снова шарахнуло болевым разрядом, оставляя на руках алые пятна ожогов, – но прутья согнулись, словно мягкая глина, выламываясь из своих гнезд. Несколько минут усилий – и остатки прутьев с легким звоном упали на пол. Л'эрт схватил Винса поперек туловища. Тот ухитрился пнуть своего противника, но вывернуться из жесткой хватки ледяных рук было за пределами его сил. – Значит так, лорд Винселенк Арриера. Сейчас я пропихиваю тебя в это окно – и ты прыгаешь на хребет одной из птичек, что кружат под ним. Постарайся не промахнуться, а то отец увидит тебя в слегка сплющенной форме – и навряд ли обрадуется. Ты меня понял?
– Отпусти! Немедленно отпусти!
– Ты понял, я спросил? – Л'эрт встряхнул мальчишку. – Или мне просто вышвырнуть тебя наружу?
– Швыряй! Думаешь, я разобьюсь? Не дождешься! Ну же, швыряй! Что ты медлишь?
– То есть? – Л'эрт озадаченно уставился на него.
– Он умеет летать, – тихо пояснил Грей. – Когда на нас охотились, он упал с балкона, но не разбился, а полетел. Он превратился в летучую мышь – совсем как ты.
– Предатель! – Винс одарил брата не самым дружелюбным взглядом. – Зачем ты рассказал?
– Так. – Мысли в голове Л'эрта окончательно перепутались. Мышь? Гены Керри? Но она-то перекидывалась только потому, что стала вампиром. Насколько ему было известно, Винс родился уже после сделки Ралернана с Акереной – и Керри на тот момент должна была вернуть себе человеческую сущность. Правда, он так и не успел это до конца выяснить… – Так, ладно. Тем лучше. Не хочешь лететь на птице – полетишь за ними. Мне все равно. – Он толкнул извивающегося мальчишку в узкий проем, освобожденный от решеток. Винс несколько растерялся – он думал, ему слегка удалось озадачить проклятого монстра – и вылетел наружу, беспорядочно мельтеша руками. Почему-то сразу превратиться в мышь у Винса не получилось.
Стремительно сложив крылья, под его тело поднырнул иссиня-черный орел с двумя тонкими белыми полосами на голове. Винс инстинктивно схватился за его шею, слегка скользнув по гладким перьям. Птица снова расправила крылья и плавно начала снижаться, явно стараясь не стряхнуть своего пассажира. Л'эрт мельком глянул, как они удаляются, и протянул руку к Неелерку, пристально наблюдавшему за состоявшейся сценой.
– Ты тоже будешь драться?
– Нет, не буду. – В тоне эльфенка присутствовала определенная задумчивость. – Ты говоришь, что ты друг лорда Арриера?
– Слушай, сам у него спросишь, да?
– Он друг мамы. По-моему, – уточнил из своего угла Грей.
– А… Ну да. – Неелерк кивнул. – Я так и подумал.
– Да какая разница, чей я друг?! Ты лезешь или тебя вышвырнуть?
Неелерк воздержался от дальнейшего диалога и послушно протянул руку Л'эрту. Тот помог эльфенку вскарабкаться в дырку. Неелерк некоторое время примерялся – а потом спрыгнул наружу, упав точно на хребет янтарно-коричневого орла. Тому не пришлось ни перестраиваться, ни ловить подростка. Неелерк тут же вцепился пальцами в оказавшиеся довольно мягкими перья. Ему было слегка страшновато, но он скорее откусил бы себе язык, чем признался бы в этом. Второй орел также начал планировать вниз. У него это получалось не так гладко, как у первой птицы – но тем не менее Неелерку удавалось удерживаться. Л'эрт подождал, пока Лакерра с ребенком не скроется из зоны видимости, и отошел от окна.
– Так, ну ладно. Теперь давай вытаскивать тебя. – Он склонился над Греем. – Сможешь за шею схватиться?
– Попробую. – Эльфенок кивнул.
Л'эрт подхватил его, стараясь не задеть поврежденную ногу. Грей оплел руками его шею, прижимаясь вплотную. От тела эльфенка шла волна жара. Л'эрт поморщился. Вот гады! Держать больного пацана в ледяной камере… Ну сейчас он им слегка устроит…
Дверь в камеру была защищена от магического воздействия и была толщиной не менее чем с ладонь. Но под ударом ноги вампира она прогнулась, будто бумажная. Охрана не успела должным образом отреагировать, как дверь уже вылетела в коридор, по пути пробив голову одному из карауливших магов.
– Эй, стой! – Оставшийся в живых охранник вскочил, выставляя вперед руку в атакующем жесте. – Кто ты и что здесь делаешь?!
Л'эрт не стал терять время на ответы. Пока маг концентрировался для нанесения удара – он метнулся к противнику, ударом свободной руки отбрасывая его на стену. Удар оказался удачным – с хрустом треснули позвонки, и шея мага сложилась под неестественным углом. Вампир оглянулся. Так, больше в коридоре никого нет. Кажется, лестница у них справа. И он побежал в искомом направлении. Вес Грея он едва ощущал. Сердце подростка билось часто-часто. Судя по всему, ему было страшно, но виду он не подавал.
С лестницей Л'эрт угадал. К тому же ему пока везло – больше в коридоре никого не оказалось. Хотя это было несколько странно… Почему такая слабая охрана?
Несколько пролетов вниз он пробежал меньше чем за минуту. Магов на пути по-прежнему не было. Л'эрт уже начал задумываться, не заводят ли его в ловушку, когда очередной пролет под его ногами вдруг начал проваливаться вниз, разламываясь на две части. Вампир отпрыгнул назад, но и эти ступени, по которым он вполне спокойно только что спустился, начали осыпаться. Л'эрт оглянулся. Лестницы сзади больше не было. Сколько хватало глаз, чернел пустой провал между стенами. Ступени под ногами рухнули в пустоту. Грей тоненько пискнул, утыкаясь лицом в шею вампира и зажмуривая глаза.
Л'эрт попытался активировать аркан левитации, но без толку – видимо, на внутренние переходы башни также было наложено заклинание, блокирующее магию. Пересилить его у вампира не вышло.
Падение окончилось неожиданно быстро – Л'эрт грохнулся на нечто жесткое и довольно холодное. Естественно, упал он на спину, пытаясь защитить Грея, но подростка также довольно ощутимо тряхнуло. Не открывая глаз, тот застонал.
– Кажется, у нас гости. – Голос был холодным и злым. Л'эрт поднялся. Спина адски болела, но, судя по всему, позвоночник был цел – а значит, двигаться он сможет. Прямо перед вампиром стояли двое в черных мантиях. Вокруг их фигур распространялось призрачное фосфоресцирующее мерцание. В этом свете лица магов казались мертвыми.
– Угу, у вас гости, – флегматично ответил Л'эрт, перехватывая Грея поудобнее. Тот замер, боясь пошевельнуться. – Кстати, о гостях. Мне тут обещали праздничный ужин при свечах в обществе милых девочек. И где?
– Чего? – тупо переспросил один из магов, уставившись на него.
– Он издевается! – возмутился второй. – Я тебе сейчас покажу ужин! Сам попадешь к нам на стол!
– А вот это навряд ли. – Л'эрт покачал головой и резко хлестнул свободной рукой в воздухе. Он уже почувствовал, что в этом помещении, в отличие от коридора, его магия не блокируется. С кончиков пальцев вампира соскочили огненные искры, формируясь в длинную плеть. Плеть извивалась, будто живая, и пыталась коснуться черных магов.
Те синхронно выставили руки вперед. В воздухе между ними вспыхнуло голубое пламя. Мгновенно стало трудно дышать, словно пламя выжгло весь кислород. Л'эрт взмахнул плетью, наискось перечеркивая голубые язычки огня. С жутковатыми хлопками они начали исчезать, опадая на пол серой пылью.
– Ты так легко не уйдешь! – прошипел один из черных. Было видно, что предыдущее заклинание далось ему с трудом: руки его слегка подрагивали, из уголка губ вытекла тоненькая красная струйка.
– По-вашему, это легко? – чуть слышно проговорил Л'эрт.
– Оставь ребенка и дерись как мужчина! Нечего использовать его как щит!
– А-а-а… Значит, вам запретили бить на поражение? Очень хорошо…
– Ты напрасно надеешься! Нам разрешено убить его, если другого выхода не будет! – Вокруг мага возникло ядовито-зеленое облако. Л'эрт шарахнул по нему плетью, но ощутимого эффекта это не принесло – облако лишь едва изменило цвет. А вот в руке вампира удар отдался острой болью – будто кто-то одновременно вонзил миллионы заточенных иголок в ладонь. Даже не смотря на ладонь, Л'эрт понял, что она мокрая от крови. Он попытался взмахнуть еще раз – но плеть погасла, рассыпавшись искрами. Энергии для полноценного удара было недостаточно.
Черный маг язвительно рассмеялся. Облако отделилось от его фигуры – и туманной бабочкой метнулось к Л'эрту. Одновременно с этим второй маг швырнул по полу волну спрессованного воздуха, пытаясь подрубить противнику ноги. Л'эрт прыгнул вверх, резко взмахивая рукой. В сторону черных брызнул дождь ледяных осколков, вспарывая защитное поле. Заслониться маги не успели. Осколки настигли черных быстрее, чем зеленый туман – Л'эрта. Сотни крошечных острых лезвий прорезали тела магов, превращая их в кровавый фарш. Остро запахло свежей кровью. Зеленая бабочка рассеялась, не успев причинить вреда.
Л'эрт сделал шаг вперед, прижимая к себе дрожащее тело Грея. Его ощутимо шатало. И ему еще казалось, что все это слишком просто?! Он обвел глазами помещение. Круглый зал, в который он провалился, не имел никаких выходов – кроме частично отсутствующего потолка и дыры в полу, расположенной строго по центру зала. Л'эрт заглянул в темное отверстие. Кажется, это была шахта, уходящая далеко вниз. Черные маги, скорее всего, перенеслись сюда порталами. Л'эрт попробовал построить портал во внешнее пространство – но потерпел неудачу. Изолирующее кольцо вокруг башни блокировало его попытки. Значит, надо найти стационарный портал на нижнем уровне. Проблема состояла в том, что построить портал внутри незнакомого здания он не мог – слишком велик был риск оказаться замурованным в одной из стен. Вампир еще раз покосился на дыру и направился к истекающим кровью телам недавних противников. Небрежно схватив одно из тел за ногу, он подтащил его к дыре и швырнул вниз. Такую же процедуру он повторил и со вторым трупом – после чего прыгнул в дыру сам.
Грей придушенно выдохнул и снова зажмурился. Его уже трясло. Происходящее вокруг казалось подростку дурным сном.
Как и предполагал Л'эрт, примерно в середине шахты снова началась мертвая зона, блокирующая магию – и его аркан левитации распался. Падение оказалось довольно долгим. Ветер противно свистел в ушах, гладкие, будто выжженные огнем стенки шахты мелькали перед глазами. Шахта чуть изогнулась, на несколько мгновений утратив строго вертикальное направление. Л'эрта швырнуло об стены. На камнях остались клочки его одежды и кожи. Грей закричал – ему тоже досталось, вампир не смог полностью закрыть подростка от удара. Еще несколько секунд падения – и Л'эрт со всего маху врезался в окровавленные останки своих врагов. Изуродованные тела были мягче, чем камень, но удар все равно оказался слишком силен. Встать Л'эрт смог только с третьей попытки. Левая нога практически не слушалась. Каждый шаг отдавался режущей болью. Вероятно, была сломана одна из костей. Вампир зло выругался. Грей не шевелился. Л'эрт прислушался к его дыханию. Оно было слабым, но четким. Значит, всего лишь потерял сознание. Это ничего, это не страшно.
Вокруг было темно, но темнота не помешала ему понять, что они находятся в довольно большом помещении неправильной формы. В дальней стороне помещения виднелось нечто, очень напоминающее арку стационарного портала, вырезанную прямо в кладке стены. Л'эрт, наверное, обрадовался бы, если бы перед аркой не маячил черный силуэт женщины.
– Какая встреча! – Женщина двинулась ему навстречу мягкой, истинно кошачьей походкой. – Л'эрт Ра'ота, подумать только…
– Кинлера? – Л'эрт слегка нахмурился. До падения Аластры эта женщина считалась седьмой по силе в ковене. Сейчас, если бы он захотел принести клятву крови, ему бы пришлось с ней драться за третье место. Если он ничего не напутал. Он слишком мало и редко сталкивался с Кинлерой – несмотря на то, что когда-то, как и он сам, она входила в команду Карвена.
Женщина сделала еще один шаг. Черные волосы длинными змеями падали вниз, частично закрывая лицо. Л'эрт знал, что правая половина этого лица хранит следы ожога. Кинлера надеялась, что, став вампиром, она обретет утраченную красоту. Но вампир может восстанавливать только те повреждения, что произошли после инициации, а не до.
– Кинлера, я не желаю с тобой драться. Пропусти меня.
– Зачем? – Она небрежно пропустила черную прядь между пальцами.
– Карвен не будет в восторге, если узнает об этой стычке.
– Карвен? – Ее улыбка была отталкивающим оскалом. – Даже так? Он лично давал приказ похитить этих детей. Что-то не похоже, чтобы он играл в двойную игру. Зато ты… О да, сдается мне, ты хочешь наставить палок ему в колеса… Мечтаешь занять место главы ковена, Л'эрт?
– Пропусти. Или я буду пробиваться с боем. И я тебе гарантирую – если это дойдет до Карвена, он с тебя кожу живьем спустит.
– Угрозы. Но они бессмысленны. Как он узнает, скажи на милость? Я уничтожу тебя и даже воспоминание о твоем визите. От твоего тела останется лишь горстка серой трухи!
– Я сильнее тебя. И ты это знаешь. Не напрашивайся на смерть.
– Сильнее?! Если бы ты был здоров – да… Но ты, кажется, ранен? Не так ли? – Она поиграла черной прядью. – К тому же… Я не одна.
Тени вдоль стены сдвинулись, оживая. Четыре, пять, нет – шесть вампиров. Кажется, довольно молодых – в поединке один на один они не представляли для Л'эрта никакой угрозы. Но не сейчас…
– Кинлера, свяжись с Карвеном.
– Ты издеваешься? Думаешь, это отвлечет меня настолько, что я потеряю бдительность?
– Нет, думаю, это вправит тебе мозги! – Л'эрт зло сплюнул. Если бы он был одним из подчиненных Карвена, зона блокировки не была бы помехой для проекционного портала. Кинлера могла связаться с главой ковена. Он – нет. – Ты что, действительно полагаешь, что он не сможет отследить, где я нахожусь?
– В виде трупа? Ой, сомнительно… – Она издевательски улыбнулась. – Да и зачем ему тебя искать? Он, конечно, отменил награду за твою голову. Но лишь только затем, чтобы оторвать ее тебе лично. Думаешь, я не помню, насколько сильно он не мог тебя терпеть?
– Кажется, ты немного не в курсе. Ситуация слегка изменилась. Может, ты хочешь проверить? – Он улыбнулся ей в ответ, зло и холодно.
– В смысле? – Кинлера нахмурилась. От улыбки Л'эрта мурашки поползли по позвоночнику.
– В прямом. – Он вытянул в ее направлении правую руку. По оцарапанным при падении костяшкам пальцев сочилась кровь. – Моя память. Не хочешь посмотреть? Или ты боишься?
Кинлера некоторое время мерила его взглядом, но все же шагнула вперед. Он в любом случае не успеет опередить ее. А лишняя потеря крови не даст ему никаких преимуществ.
Л'эрт, все еще улыбаясь, поднял кисть на уровень ее губ.
– Если это увертка, ты об этом пожалеешь, – неприязненно процедила Кинлера, но все же схватила его за руку и потянула оцарапанные пальцы к своему рту, одновременно разворачивая аркан проникновения в чужие воспоминания.
За секунду до этого Л'эрт благоразумно заблокировал все, кроме последней встречи с Карвеном. Точнее, конца этой встречи. Это был совсем короткий отрывок воспоминания, но Кинлере его хватило.
Вампирка отшатнулась назад, изумление на ее лице мешалось с отвращением.
– Когда я была жива… За таксе…
– Угу. Скажи Карвену, он порадуется твоему мнению. Ты по-прежнему не желаешь меня пропустить? Или, быть может, тебе все же хочется связаться с главой ковена и уточнить… мои полномочия?
Кинлера сдвинулась в сторону и скрестила руки на груди. В глазах ее плескалось бешенство.
– Проходи. Память крови невозможно подделать. А я не желаю встревать в ваши идиотские игры.
– Благодарю, о прекраснейшая, – с явно ощутимой издевкой произнес Л'эрт и шагнул к порталу, подволакивая левую ногу. Грей по-прежнему был без сознания, безвольным телом обвиснув на его руке. Кинлера, не вмешиваясь, наблюдала, как Л'эрт активирует портал. Незаметное движение, которым вампир сопроводил последний этап активации, она заметила слишком поздно – и воспрепятствовать ему не успела.
Л'эрт шагнул под засветившуюся арку и исчез в облаке серых сполохов. А секундой спустя в портале взорвался ярко-синий сгусток пламени. Он был слишком слаб, чтобы задеть кого-то из вампиров или уничтожить сам портал. Но этого пламени вполне хватило, чтобы проследить направление перехода стало невозможным. Кинлера выругалась. Кажется, она все-таки допустила ошибку. Надо было связаться с Карвеном до того как отпускать этого хитрого лиса.

Л'эрт вывалился из портала с идеальной точностью – фактически в шаге перед Ралернаном. Эльф встревоженно уставился на покрытого кровью Грея. Большая часть крови принадлежала убитым магам, но Ралернан этого не мог знать.
– Что с ним?! Он жив? – Он выхватил своего сына из рук вампира, бережно прижимая к груди.
– Жив, жив. – Л'эрт устало опустился на землю. Поврежденная нога болела. – Позови Риффа, пусть подлатает ему шкуру. Черная Лига, кажется, сочла необходимым слегка над ним поиздеваться. И пусть мои кости тоже вылечит.
– Твои? Ты что, сам не можешь?
– Я устал, серебрянка. Ты что, не видишь, что ли? – Л'эрт раздраженно сплюнул.
Риффа звать не пришлось: хлопок портала привлек всеобщее внимание, и всего через минуту лекарь и адепты академии были около прибывших.
Лакерра, увидев Л'эрта, тоненько пискнула и бросилась к нему на шею, покрывая лицо вампира поцелуями. Ей уже было безразлично, что на нее смотрят.
– Ты жив, жив… Боги, я боялась, ты уже не вернешься оттуда… – Она плакала, не замечая этого. Л'эрт автоматически пригладил ее волосы. Больше всего на свете ему хотелось оказаться в мягкой постели – и заснуть. Ни на какие нежности сил не было. Устало подняв голову, он встретился взглядом с Риффом. Лекарь поспешно отвернулся, уделяя все свое внимание Грею, но Л'эрт успел заметить бешеный всплеск ненависти, полыхнувший в хрустальных глазах.
Вампир вздохнул. Так вот зачем этот метаморф увязался за ними… Ну правильно. И Галлика он не лечил именно потому, чтобы иметь предлог почаще видеть Лакерру. Боги, ну только еще одной драки на почве ревности ему не хватало…
– Лаэрт? – Ралернан, удостоверившись, что Грей в надежных руках, переключился на другие проблемы.
– Ну? – Вампир медленно повернулся.
– Тебе много времени нужно на восстановление? Я беспокоюсь за Керри… Мне бы не хотелось дальше тянуть с попыткой пробиться к ней…
Л'эрт слегка отодвинул Лакерру.
– Хорошая моя, мне надо поговорить с лордом Арриера наедине. Но я скоро приду. Договорились? – Его улыбка была мягкой и нежной. Девушка поспешно кивнула и отошла в сторону, вытирая мокрое лицо.
– Мы можем попробовать прямо сейчас, серебрянка. Только портал придется строить тебе.
– Послушай, может, тебе лучше слегка отдохнуть и…
– Ну ты же сам сказал, что беспокоишься за нее. – Вампир пожал плечами. – А отдыхать мне бесполезно. Разве что еще раз устроить охоту за кровью невинных людей. Но это все-таки лишняя потеря времени. Мы справимся и так. – Вампиру не хотелось уточнять, что это будет слишком  большой потерей времени – с учетом всех тех ран, что он получил, вытаскивая Грея из пыточной башни. К тому же… Почему-то последние несколько часов его не отпускало чувство опасности. Керри нужно вытащить как можно скорее.
– Но… это не тот случай, когда можно допустить ошибку… а мои навыки… Лаэрт, я отдаю себе отчет в том, что как белый маг я весьма мало стою!
– Неважно. Не дергайся, серебрянка. Все будет нормально. Ты же мне доверяешь? – Л'эрт усмехнулся.
Ралернан очень хотел ответить колкостью, но неожиданно сдержался. А действительно – доверяет ли он этому проклятому вампиру? Вампир мог как минимум несколько раз отправить его на тот свет – да к тому же под вполне благовидным предлогом. Но не отправил же! И даже если вампир пытается сохранить ему жизнь только из-за Керри, навряд ли он будет сейчас мухлевать. Особенно с учетом того, что жизнь Керри вампир ценит не меньше, чем он сам.
– Хорошо. Что я должен сделать?

Аркан, который собирался использовать Л'эрт, был довольно сложен – но сложен скорее с точки зрения подготовительного этапа. Многолучевую звезду с множественными сопряжениями углов, наложенную на несколько базовых фигур, прорисовать безошибочно было крайне затруднительно. А малейшая ошибка грозила попросту стереть в порошок неудачливых магов – с учетом того уровня энергии, который они собирались задействовать в аркане. У Л'эрта ушло почти полдня, пока качество прорисовки не достигло устроившего его уровня.
Несмотря на свои слова, Ралернана он собирался использовать только как фокусный источник. Ну разве что в самом крайнем случае подключить его непосредственно к стабилизации портала. Но уведомлять об этом эльфа он не планировал. Еще начнет выпендриваться со своей гордостью и всем прочим. А время… время уходило.
Наконец все этапы предварительной подготовки были завершены. Всех посторонних вампир потребовал выгнать на приличное расстояние – мало ли… Даже при правильном построении аркана они не застрахованы от спонтанного выброса энергии. На поляне остался только он сам и Ралернан. Маленький свиток пергамента, вырванный из тела золотого дракона, Л'эрт положил в центр нарисованной фигуры. Касаясь сложной вязи символов по краям рисунка, он начал активировать заклинание. Линии звезды затеплились неприятно-зеленоватым светом – будто гниющее тело. По траве пополз черный туман. Туман постепенно сгущался, скрывая из виду окружающее. Кусты и деревья потонули в вязкой черной дымке. Зеленоватое свечение стало ярче, метнулось вверх полупрозрачной стеной. Ралернану показалось, что от этой стены идет волна холода. Выдыхаемый им воздух клубился у губ ясно различимыми облачками.
Л'эрт коснулся руками зеленоватой стены. Кисти его на мгновение потеряли человеческую форму, превратившись в лишенные кожи и мяса когтистые клешни. Ралернан моргнул – и неприятное наваждение исчезло. Руки Л'эрта снова стали руками, только как-то странно светились изнутри. Вампир простер ладони в сторону пергаментного свитка. Из кончиков его пальцев вылетели длинные стеклистые нити и потянулись к пергаменту. Тот шевельнулся, будто живой, – и попытался сместиться. Но линии начертанной фигуры не давали ему двигаться. Кончики стеклистых нитей коснулись свитка – и тот взорвался изнутри. Из центра магической фигуры взметнулось ярко-алое пламя, рассыпающее грозди золотых искр. Языки пламени достигали верхушек деревьев, устремляясь к небу.
Л'эрт придушенно выдохнул. Было больно. Было безумно больно. Аркан требовал слишком много сил. Даже Ралернан не мог в полной мере скомпенсировать эту потребность. Разве что если его убить… Но Л'эрт не хотел убивать эльфа. И вампир бросил в аркан последнее из имеющегося в его распоряжении, в очередной раз рискуя и используя собственные жизненные силы.
Пламя перестало рваться ввысь. Медленно и недовольно, будто приручаемый дикий зверь, оно начало опадать – до тех пор, пока не превратилось во вполне мирного вида костерок. А над костерком стал формироваться ярко-золотой овал. Сначала маленький, не больше куриного яйца, он быстро рос, пока не превысил размером человека. Костерок вспыхнул еще несколькими язычками – и угас, оставляя труху на месте пергаментного свитка. Зеленоватые стены стали растворяться, исчезая в черном тумане. Вскоре от них не осталось и следа.
Л'эрт шагнул к светящемуся овалу. Золотистые отблески давали света ничуть не меньше солнечного, и Ралернан с некоторым ужасом отметил, что вампир превратился в нечто вроде живого трупа, причем довольно плохо сохранившегося. Кожа на его лице приобрела серовато-зеленый оттенок и местами потрескалась. Сквозь трещины сочилась неприятного вида мутная жидкость. Глаза превратились в пустые бельма, только в самом центре их горели ярко-красные точки. Словно почувствовав его взгляд, вампир накинул на лицо капюшон плаща. Еще шаг – и Л'эрт встал вплотную к золотистому овалу, погрузив в мерцающее марево руки.

ГЛАВА 39

Белое. Белое-белое небо от края до края. Белые облака, почти невидимые на нем. Белый песок под ногами. Белое солнце. Оно есть, но его не увидеть. Владения Акерены. Акерены? Или Нейира? Солнце жжет макушку, мешая идти быстро. Сколько она уже идет по этой белой пустыне? День, два? Год? Белый туман. Тут не оказалось надежд. Ее проводник ошибся. Просто пустыня. От края до края. Может, потому, что ей уже не на что надеяться? Шаг, еще шаг. Но ноги не слушаются, подгибаются, и она падает вниз. В белый песок.
– Кер? Кер, ты в порядке? Вставай! Да вставай же! Резкий рывок. Ее хватают за плечи, заставляя подняться.
Но она не может идти. Спать. Ей хочется спрятаться в песок и заснуть. Забыться нечутким сном – навсегда. Она устала. Устала от образов, которыми ее пичкают. Устала от чужих желаний, которые пытаются приписать ей. Зачем все это? Проще уйти. И тогда когда-нибудь… Они снова станут вместе. Там, где нет этого кошмара. Там, где не нужно решать загадки сумасшедших богов. Там, где тихо и спокойно.
– Кер!!!

Варрант подхватил на руки обмякшее тело девушки. И почти сразу же ощутил постороннее присутствие. Марево, висевшее над пустыней, исказилось, пропуская единорога – снежно-белого, с невероятно мудрыми глазами.
– Думаешь, тебе хватит сил донести ее? Ведь каждая попытка материализации в этом месте сжигает кусочек тебя. Даже если ты всего лишь выпускаешь стрелу. А уж сейчас… –  Единорог изучающе уставился на него.
– Я должен попытаться. Осталось совсем немного.
– Попытаться… Знаешь, а это ведь ты виноват в ее состоянии. Я бы не стала мешать ей, если бы проводником стал кто-то еще. 
Варрант криво усмехнулся:
– А еще говорят, что богиня Света – чиста и благородна. Разве это не мелко – мстить мне именно так?
– Ойенг хочет выступить против меня. Поддержка его протеже больше не в моих интересах. 
– А… Ну да. Конечно. Все для великой победы.
– Я только несу Свет. 
– Света без Тьмы не бывает, Акерена. Я говорил это тебе тогда и повторяю сейчас. Твой альянс с Хиисом едва не кончился катастрофой.
– Тьму всегда можно вернуть. 
– Не всегда. Клиастро и так уже ослаблена. Зачем тебе добивать ее?
– Меня устраивало ее состояние. Но намерения Ойенга до сих пор мне не ясны. Последний наш разговор… Его можно истолковать двояко. Если он поддержит Тьму, он может уничтожить меня. Это слишком опасно. Я хочу сохранить статус-кво. Тот, что установился сейчас. Если Ойенг развяжет войну, это кончится прескверно для всех – и для меня, и для всех живых. 
– А если он не вмешается? Если вмешается Хиис? Что тогда? Тебя больше устраивает погибнуть от руки Хииса?
– Хиис слишком слаб. Он не рискнет выступить против нас. 
– А если нет? Ты всегда выбираешь самый оптимистичный из всех вариантов, богиня Света. Но если твой выбор ошибочен?
– Ты мне по-прежнему не веришь. Как и раньше. Ты не поверил мне. Отказался от колоссальной силы… Ты не погиб бы, если бы согласился на мое предложение. 
– Никто из нас не в силах изменить прошлое. Если бы я мог, я бы очень многое сделал по-другому. Но я не могу. И ты не можешь.
– Ты знаешь, что ты можешь уйти отсюда? Вернуться в мир живых? 
– Не понял?
– Я не держу на тебя зла за твой отказ. Ты можешь вернуться. Вернуться по-настоящему. Изменить то, что случилось под Керхаланом. 
– Каким образом?
– Тебе бы этого хотелось? 
– Глупо говорить «нет» на предложение воскреснуть, богиня. Ты ответишь на мой вопрос?
– Да. В Нейире должна остаться одна душа – взамен забранной отсюда. Но она не обязательно должна быть твоей. Если ты пройдешь путь до конца – ты сможешь вернуться. 
Варрант посмотрел единорогу в глаза. Прозрачно-белые, они казались колодцами холодного света.
– Ты действительно думаешь, что я оценю свою жизнь больше ее? – тихо спросил он.
– Почему нет? Зачем ты пришел сюда, ведун? На самом деле? Ты просто не захотел быть потерянным между двумя мирами, не так ли? Быть бесплотным призраком, который не может уйти – и не может вернуться? Но ты можешь вернуться. Тебе всего лишь нужно оставить здесь другую душу. 
– Я не слишком благороден, Акерена. Но даже я не в состоянии обречь на смерть любимого человека. Этот разговор… Он напрасен. Ты действительно собираешься задержать меня?
– Нет, эльфийский ведун. Это было последнее испытание. 
Ты прошел его. 
Варрант опешил:
– Я?! При чем тут я, когда я просто проводник?
– Чтобы пройти этот путь до конца, недостаточно быть «просто проводником». Прощай. –  И единорог исчез, растворяясь в белом мареве.
Пошел дождь. Прозрачные капли падали вниз, уходя в песок. Совсем скоро он потерял свой белый цвет, став серым и мокрым. Обычный речной песок. Варрант поднял голову. Местность менялась. Справа от него возникли горы – местами черные, а местами – янтарно-прозрачные, будто пчелиные соты. Слева, журча, бежала небольшая речка. А впереди, перегораживая песчаную отмель, стояла арка. Прозрачная арка, почти сплошь украшенная жемчужинами. Под ее сводами клубился туман, в котором то и дело вспыхивали голубые искорки.
Керри зашевелилась на его руках, неуверенно смахивая капли дождя с лица.
– Варрант? Где мы?
– Полагаю, у выхода. – Он осторожно опустил ее на землю и сел рядом.
– Я… я не помню… – Она потерла кулачком глаза. – Я заснула?
– Что-то вроде. – Варрант отвел намокшие рыжие пряди с ее лица.
– Ой! – Керри вцепилась в его пальцы. – Ты настоящий? Больше не призрак?
– Просто очень хороший призрак. – Он едва заметно улыбнулся. – Материальный.
Керри задумчиво погладила его руку, потом перевела взгляд на арку и резко встряхнула головой.
– Если это выход, почему мы сидим здесь?
– Его нельзя открыть отсюда. Только из реального мира. Теперь мы можем только ждать. Надеюсь, не очень долго. Но немного времени еще есть.
– Варрант? – Она задумчиво уставилась на песок под ногами. Песок был уже влажный, и капли дождя впитывались не сразу, на несколько мгновений застывая прозрачной пленкой на его поверхности.
– Что?
– Ты сможешь… ну снова стать настоящим… как на карнавале?
– А тебе бы этого хотелось? – Эльф обнял ее за плечи и притянул к себе.
Керри некоторое время тщательно разглядывала вышитую у него на куртке эмблему: пересеченные синие молнии.
– Ну… да… наверное.
– Наверное? – Тонкая золотая бровь слегка изогнулась. – То есть ты не уверена?
– Я… я действительно хочу, чтобы… – Она замялась и ткнулась щекой в его куртку. Ткань казалась жесткой и мокрой от дождя. – Мне было хорошо с тобой.
– Всего лишь «хорошо»? – В его голосе прыгали смешинки.
– К'лах н'аал'ан л'иив'а… – едва слышно произнесла Керри.
– Три орфографические ошибки в такой маленькой фразе. Кто тебя учил Верхней Речи? Правильно будет «ар кс'аал'ан л'иив'а». – Варрант погладил ее по щеке.
– Но ты еще придешь? Правда же?
Эльф посмотрел в ее глаза – желто-зеленые, совершенно нечеловеческие глаза. Как жаль, что он не может изменить прошлое. Как жаль, что чувство, осветившее их, он не смог увидеть хоть немного раньше. Как прекрасно, что он видит это сейчас.
– Нет.
– Нет? – Изумление в шартрезовых глазах смешалось с болью. – Но почему нет?
– Тут положено отдавать плату за проход. Нейир выпустит тебя, но взамен потребует другую душу. В данном случае – мою.
– Но… Подожди, я не хочу, чтобы ты оставался здесь! Я что-нибудь придумаю, чтобы тебя вытащить! – Она вцепилась в его руку.
– Боюсь, что нет, Кер. Не в этот раз. – Варрант склонился к ее лицу, почти касаясь губ. – Обещай, что не сунешься больше в это проклятое место! Обещай… – Он поцеловал ее.
– Нет! – Керри мотнула головой. – Нет! Я не собираюсь тебя бросать здесь!
– Кер… ты не сможешь меня вернуть. Я ведь призрак. Я мертв уже восемнадцать лет.
– Мне плевать! Ты был живым на карнавале! Я хочу, чтобы ты снова был живым!
– Ну я тоже хочу. Но ничего не получится. – Эльф попытался сказать это слегка шутливо. – Мертвых нельзя вернуть.
– Но Л'эрт же вернулся!
– Он просто не был полностью мертв. Неудивительно – на нем был очень сильный защитный артефакт.
– Но я же сейчас с тобой разговариваю! Я даже могу до тебя дотронуться!
– Нейир питается душами. После того как ты уйдешь… я перестану существовать в каком-либо виде. Даже в форме призрака.
– Нет! – По щекам девушки потекли слезы, мешаясь с дождем. – Нет! Я не отпущу тебя!
– Не плачь. – Он коснулся губами ее щеки. – Все равно из моего «воскрешения» ничего хорошего бы не вышло. Я не готов тебя хоть с кем-нибудь делить. Даже с вампиром, хоть я и люблю его. Не плачь.

Арка портала засветилась изнутри. Свет был не белым, а красным – и жемчужины на арке тут же стали похожи на капельки крови.
– Тебе пора, Кер. – Варрант встал и потянул девушку за собой.
Керри обняла его за талию и прижалась к груди:
– Я никуда одна не пойду. Только с тобой.
– Кер, перестань. Тебя там ждут.
– Ты мне нужен! Слышишь?! Я не хочу… не могу… терять тебя… снова.
– Я буду возвращаться. В снах.
Керри не поняла, когда ласковое прикосновение его рук неожиданно стало жестким. Резкий удар швырнул ее прямо под арку. Она попыталась остановиться, повернуться назад – но ледяные пальцы, появившиеся из портала, мертвой хваткой вцепились в ее тело, дергая на себя. Девушка еще успела заметить, как фигура Варранта рассыпается, превращаясь в облако голубых искр. Как исчезают горы и речка, оставляя только клочья густой мглы. Мглы, испещренной ярко-голубыми звездами. А потом исчезли и они – и Керри провалилась в звенящую пустоту. И только ледяные руки, держащие ее тело, были настоящими.

ГЛАВА 40

Портал захлопнулся с резким звуком. На мгновение пахнуло озоном и паленой шерстью.
– Пусти! Пусти! – Керри резко дернулась, пытаясь вырваться. – Я не хочу! Не хочу, чтобы он оставался там! Пусти!
– Ш-ш-ш… Он сам так решил. – Ледяные пальцы погладили ее вздрагивающие плечи. – Не плачь, мышонок.
– Пусти! – Она оттолкнулась назад. Сквозь пелену слез проступили силуэты деревьев. В воздухе пахло хвоей и мокрой травой. – Я не просила! Зачем?! Я бы дошла сама!!!
– Керри, любимая, хорошая моя… Что случилось? – Ралернан обхватил ее в кольцо своих рук. Керри уткнулась в его рубашку и разрыдалась еще сильнее.
– Я не хочу… чтобы он был там… ну, пожалуйста… не хочу… пусть он будет живым…
– «Он» – это кто? – относительно спокойно уточнил Ралернан. Керри не ответила, тихонько всхлипывая. Эльф перевел взгляд на вампира. – О ком идет речь? Кто «он»?
– Варрант. – Голос Л'эрта был холоден и пуст.
Эльф замер неподвижной статуей.
– Он… но… ты же убил его.
– Я помню. – В голосе вампира добавилось льда.
Керри оторвалась от Ралернана, поднимая заплаканное лицо.
– Он не убивал…
– То есть как не убивал?! Я… я же сам видел!
– Он… не нарочно…
– О боги… В каком смысле?! Как можно убить «нечаянно»?!
– Неважно… – Керри повернулась к вампиру, только сейчас обратив внимание, что он с ног до головы закутан в плащ. – Л'эрт, я… ты можешь его оттуда вытащить?
Л'эрт отрицательно качнул головой:
– Нет, мышонок. Мне жаль…
– Но… почему? – Она высвободилась из рук эльфа и шагнула к вампиру. – Наверняка хоть что-нибудь можно придумать? Л'эрт? – Девушка попыталась заглянуть под низко надвинутый капюшон плаща. – Почему ты прячешь глаза? – Вампир не успел среагировать, когда она дернула за капюшон, отбрасывая его назад. – Боги великие!!! Что с тобой?! – Она уставилась на серовато-зеленую кожу, туго обтянувшую кости. Глаза вампира были почти полностью белыми, зрачки сузились до едва заметных точек. – Ойенг же обещал мне!!! – На ее лице отразился ужас.
Л'эрт шагнул назад, отстраняясь.
– Я просто голоден. Только и всего. Я же живой труп, разве ты забыла?
– Стой! – Керри схватила вампира за кисть, выдергивая его руку из складок плаща. На открытых участках кожа имела такой же серовато-зеленый цвет и казалась пересохшей. Местами ее пересекали трещины, из которых сочилось что-то мутное. – Боги…
– Мышонок, отпусти. Я знаю, что выгляжу не самым аппетитным образом. Не надо меня так пристально разглядывать – а то еще приснюсь в каком-нибудь кошмаре.
– Это больно? – Она осторожно коснулась пальцами потрескавшейся кожи. – Больно, да? – Керри придвинулась к нему почти вплотную и нагнула голову, откидывая волосы с шеи. – Если ты просто голоден – тогда пей…
– Я не могу питаться твоей кровью. – Он едва заметно усмехнулся. – Ты не совсем человек. Но все равно – спасибо.
– Но… ты же не умрешь?! Пообещай, что не умрешь! – Она коснулась рукой его щеки – едва-едва, боясь причинить боль.
– Конечно, не умру. Я вообще бессмертный.
– Дурак! – Керри выдохнула и закрыла глаза, прижавшись к его телу.
Л'эрт покосился на злое лицо Ралернана, но все же обнял ее – искушение было слишком сильным. Так безумно сладко было ощущать, как бьется рядом ее сердце… Он легонько погладил пальцами по ее спине. Теплота кожи чувствовалась даже сквозь одежду. Совсем как у живого человека. Как ему не хватало этого тепла…
– Лаэрт, ты это специально?! Чтобы ее разжалобить, да? Значит, сейчас ты можешь поставить иллюзию, а раньше не мог? – В голосе эльфа билось бешенство.
Л'эрт оторвал глаза от рыжей макушки и покосился на Ралернана:
– Ты о чем? Я ничего не делаю…
– Не делаешь?! А у меня что, зрительные галлюцинации? Ты хотя бы на свои руки посмотри!
Вампир послушно опустил глаза – и придушенно выдохнул. Кожа быстро светлела, уже почти став привычно-белой. Трещины исчезали. Он моргнул – но ничего не поменялось. Процесс восстановления тела не прекратился.
– Серебрянка… Это… не иллюзия…
Керри почувствовала, как напряглось его тело – и открыла глаза.
– Что случи… – Она не закончила фразы, уставившись ему в лицо. Вампир скосил глаза на руки, перевел взгляд на ее лицо – и расхохотался, крепко прижимая девушку к своей груди. – Пусти! Пусти немедленно! Чего ты смеешься?!
– А между прочим, действительно, чего ты смеешься? – сухо поинтересовался Ралернан. – Ты выглядишь так, будто тебе неожиданно подарили мировое господство.
– Лучше, намного лучше, – вкрадчиво промурлыкал вампир, медленно отпуская Керри. – Правда ведь, мышонок?
Она недоуменно уставилась на него, потом стремительно покраснела – и столь же стремительно побледнела. Чужая память любезно напомнила ей, какими еще способами, кроме крови, инкуб может восстановить свою физическую оболочку.
– Это не из-за меня!
– Да-а? Пра-авда? А из-за кого еще?
– Он демонстративно обвел взглядом полянку. Кроме него, Керри и Ралернана в обозримой близости никого не было. – Я вот только думаю, какая из эмоций более вероятна… Но ты же мне скажешь? Ведь скажешь же?
– Да что тут уже происходит?! – Ралернан сжал кулаки.
– О, ничего. Ровным счетом ничего. Но сдается мне, нам уравняли ставки. – Улыбка вампира была абсолютно лучезарной, несмотря на демонстрацию клыков. – Так что больше я тебе поддаваться не буду.
Керри медленно попятилась по направлению к Ралернану.
– Это все неправда! Я вовсе не люблю тебя!
– Нда-а? – Вампир чуть склонил голову на плечо. В его глазах – уже снова ярко-синих, – запрыгали смешинки. – Но если это не любовь, то тогда – вожделение? – Он задумчиво скользнул взглядом по своим ладоням, принявшим нормальный вид. – И та-а-акой силы… – Л'эрт поймал ее взгляд. – Ты имей в виду: если захочешь продолжить – я весь в твоем распоряжении. – Он отвесил шутовской поклон, прижимая руки к сердцу. – Хоть прямо сейчас!
Керри стала ярко-красной, как помидор, и больше всего на свете захотела провалиться под землю.
– Ты… ты мерзкий, отвратительный, самодовольный, наглый…
– Монстр? – предположил Л'эрт. Улыбка упорно не желала уползать с его лица.
– И монстр тоже! – возмущенно заявила Керри, делая еще шаг назад и утыкаясь спиной в Ралернана. – И вообще ты гад, каких поискать!
– Ужас какой. Неужели ты наврала Ойенгу?
– Чего? – Она озадаченно запнулась.
– Ну ты же ему говорила, что не считаешь меня монстром.
– А… а откуда ты знаешь, что я ему говорила?! Ты что, подслушивал?! Еще и шпионишь!
– Во всяком случае, одно можно сказать точно: ты явно пришла в себя. – Л'эрт усмехнулся.
– Я… – Керри демонстративно отвернулась и уставилась на уже начавшую желтеть листву. Осень… Осень?! – Сколько… сколько времени меня не было? Раль?
– Чуть больше, чем полтора месяца. А что?
– Мой договор. – Керри испуганно прижала пальцы к губам. – Когда я заключала сделку с Ойенгом… Мы договорились об отсрочке. Три месяца. То есть осталось меньше, чем половина. Если я ничего не придумаю за это время…
– Не бойся. – Эльф мягко погладил ее по голове. – Мы придумаем. Полтора месяца – это не так уж и мало. К тому же… мы нашли другой текст пророчества.
– То есть как это «другой»?
– Я тебе попозже покажу. Тебе надо немного прийти в себя. Нам всем надо немного отдохнуть.
Л'эрт недоуменно вскинул брови:
– Эй, серебрянка! Какой еще отдых? Мы же вроде драться собирались, ты не забыл? Кажется, самое время.
– Да, наверное. – Никакого энтузиазма в голосе Ралернана не ощущалось.
– В каком смысле – драться? – Керри нахмурилась. – Это совершенно не смешно!
– Да мы вроде и не смеемся, – флегматично заметил Ралернан. – У нас было что-то вроде временного перемирия. Поскольку мы тебя вытащили, оно закончилось.
– Но… нет, стой! – Она с силой вцепилась эльфу в руку. Ралернан хотел напомнить, что она может сломать ему кости, но не стал. – Я не хочу, чтобы вы дрались!
– Почему?
– Ты не должен умереть! – Она тревожно взглянула в серые глаза эльфа. – Иначе пророчество сбудется! Когда я была в Нейире, я видела… Твоя смерть – это третья кровь!
Ралернан задумчиво изучал ее лицо несколько мгновений, после чего медленно отцепил пальцы Керри от своей руки.
– Ну если пророчество, тогда да, конечно. Пророчество – вещь крайне, прямо-таки крайне важная. – Он шагнул в сторону. – Мне тут что-то захотелось слегка прогуляться. Подышать воздухом. Прошу меня извинить!.. – Ралернан резко развернулся и направился в сторону деревьев.
Керри уставилась ему в спину:
– Раль? Раль, ты чего?
Л'эрт лениво засунул руки в карманы и слегка склонил голову:
– А тебе не кажется, что ты его обидела?
– Но я же ничего такого не сказала!
– Мм… Ну я предполагаю, что он хотел услышать нечто иное. Например, что тебе ценна его шкурка, потому что ты его любишь. А не потому, что это важно для какого-то пророчества. – Вампир прищурился. – Или ты его уже не любишь?
– Да что ты в этом понимаешь! Конечно, я его люблю! И не смей его трогать, слышишь?!
– Ладно, не буду. Он слегка не в моем вкусе.
– Я имела в виду драку, идиот!!! – взвилась Керри.
– Мышонок, да перестань уже… Если бы я хотел его прихлопнуть, я бы это давно уже сделал. Даже сейчас, когда он обладает сумасшедшей магической силой, – все равно он мне не противник. Любая парочка подленьких приемов – и он на том свете. Он же слишком благороден, твой Белый Рыцарь, чтобы драться нечестно.
– Он победил тебя в Белой Башне. – Керри нахмурилась. – Получается, ты там подставился?
– Не помню. – Л'эрт развел руками. – Я не помню концовки драки. Словно кто-то стер ее из моей головы. Это тебе как раз проще выяснить у него. Кстати, мышонок, – вампир заглянул ей в глаза, – а зачем  ты согласилась на сделку с Ойенгом?
– Ну… – Керри неожиданно очень заинтересовалась разглядыванием своих ботинок. – Я не хотела, чтобы ты умер.
– Это я уже понял. Меня намного больше интересует, почему ты этого не хотела? Особенно с учетом того, что я гад, подлец и далее по списку?
– Я. Тебя. Не. Люблю! – медленно произнесла она, подняв взгляд. В шартрезовых глазах плескалась злость. – Слышишь?!
– Что? Ой, нет, мне какой-то мусор в ухо попал. – Л'эрт демонстративно потряс головой и незаметным движением придвинулся к ней вплотную. – Ты не повторишь еще раз? – Он склонил голову к ее лицу. Черные пряди волос скользнули по щеке девушки. Л'эрт обхватил руками ее за плечи. – Так что ты сказала? – едва слышно выдохнул он почти ей в губы.
Керри нервно сглотнула. Его глаза были такими теплыми… Бесконечное синее море, в котором так легко утонуть…
– Это неправильно. Я… я так не могу… Л'эрт, я действительно его люблю!
– Люби, я разрешаю. – Он едва ощутимо коснулся ее губ.
Керри дернулась, как от удара молнии, и шарахнулась назад:
– Не надо!!! Прекрати!
Л'эрт опустил руки, позволяя ей отодвинуться.
– Ты сама-то хоть знаешь, чего действительно  хочешь, мышонок? – с сарказмом полюбопытствовал он.
– Да пошел ты! Лучше бы вы меня оставили в этом проклятом Нейире! – Керри резко развернулась и бросилась в лес – в сторону, противоположную той, куда удалился Ралернан.
– Забавно. – Л'эрт уставился на качавшиеся ветки, скрывшие тонкий силуэт девушки. – Кажется, Варрант обошел нас с очень неплохой форой. Хех, я начинаю завидовать мертвым. – Он перевел взгляд на выжженные круги на траве, оставшиеся после построения портала. Пергаментный свиток превратился в кучку серого пепла. Л'эрт лениво пнул этот пепел носком сапога. – Но все это никак не избавляет нас от необходимости разгадать это идиотское пророчество, будь оно трижды неладно.
До того как использовать пергамент в качестве источника силы в аркане, Ралернан сделал точную копию текста. Впрочем, и без этой предосторожности вампир не забыл бы ни строчки предсказания. Вот только он не понимал, как его истолковать.
Л'эрт пожал плечами и направился в ту сторону, куда скрылся Ралернан, беззвучно скользя черной тенью между деревьями.

– Ну и что ты тут делаешь? – Невинный вопрос вампира заставил Ралернана подскочить на месте и ругнуться. Как Л'эрт подошел, он не слышал.
– Ты что, следишь за мной? – Эльф обернулся. Вампир стоял меньше чем в шаге от его спины. – Я думал, ты с Керри.
– С ней я уже пообщался, – лениво протянул Л'эрт. Поймав злой взгляд Ралернана, он слегка вздохнул и уточнил: – Просто поговорил. Не смотри на меня так, будто я болотная гадюка. Даже если я она и есть.
Ралернан уставился на траву.
– Знал бы ты, как мне хочется тебя придушить, – тихо заметил он.
– Я догадываюсь. – Л'эрт фыркнул. – Так что там с ответом на мой вопрос? Это было похоже на портал. С кем ты пытался связаться?
– С Квадраатом. Ты мне помешал.
– Зачем? Ты рискуешь выдать Ордену наше местонахождение.
– Я сделал ошибку, когда пытался показать Глаакху истинный документ с текстом пророчества. Но… я не уверен, что мы сможем сами в нем разобраться. Я хочу отдать Белой Лиге копию – ту, на которую не распространяется искажающая магия. Даже если они не поверят в истинность этого текста, они хотя бы задумаются.
– Угу. Задумаются. Как бы побыстрее нас найти и вздернуть на дыбу. Тебе хочется повторения истории с детьми?
– Белая Лига не применяет такие способы!
– Х-ха! Кретвика забыл?
– Ты собираешься и дальше мне мешать? – Ралернан нахмурился.
– Да нет, строй свой портал. Пожалуй, я поприсутствую на этом разговоре.
– Ты же не хотел раскрывать Ордену свое воскрешение!
– Я передумал. – По лицу вампира невозможно было что-либо прочитать. Бесстрастная маска с синими провалами глаз.
Ралернан пожал плечами и снова попытался сосредоточиться. Он абсолютно не был уверен, что у него получится, но если он не будет пытаться, то так ничему и не научится. А роль неумелой обузы эльфу уже стояла поперек горла.
Но опасался он напрасно. То ли помогла злость на вампира, то ли он просто лучше сконцентрировался – но в воздухе возник сверкающий белыми сполохами овал, внутри которого медленно проявилось лицо Главы Белой Лиги.
– Лорд Арриера? – Квадраат не смог полностью скрыть изумление, увидев своего собеседника. Но, когда маг заметил, кто стоит за левым плечом эльфа, водянистые глаза его откровенно округлились: – Черный маг Ра'ота?! Но ты же мертв!!! Что все это означает?!
– Вам известно о моей последней беседе с Главой Черной Лиги? – абсолютно спокойно спросил Ралернан, игнорируя вопрос Квадраата. – Полагаю, он должен был поставить вас в известность.
– Лорд Арриера, послушайте… Меры, которые пытается предпринять Орден, обусловлены жесткой необходимостью. Вы же понимаете, что мы пытаемся спасти этот мир.
– Я говорил Глаакху, что текст пророчества, который находится у вас, – неверен. Истинный текст – здесь. – Ралернан вытащил из кармана сложенный листок бумаги.
– Лорд Арриера, я бесконечно вам сочувствую, но ваши попытки изменить ситуацию ни к чему не приведут. Мы располагаем истинным текстом. Я понимаю, что ради спасения вашей супруги вам выгодно убедить нас в существовании некоего «другого» текста, но все это лишь потеря времени. Вы напрасно упорствуете. Даже с учетом того, что ваш портал защищен, мы найдем, где вы ее скрываете, – рано или поздно. Вы лишь увеличиваете риск прихода Ойенга в наш мир – и риск всеобщей гибели!
– Тем не менее вам стоит ознакомиться с этим документом. – Ралернан швырнул бумагу в центр проекционного овала. Листок вспыхнул белым светом и исчез на несколько секунд – только для того, чтобы появиться в руках у Квадраата. Глава Белой Лиги дернулся.
– Это невозможно! Совмещение проекционной связи с перемещением…
– Теперь возможно. Я быстро учусь, Квадраат. Вы напрасно пытались ограничить мои способности. Прочитайте текст. Я подожду.
Квадраат поколебался, но все же развернул листок и быстро пробежал его глазами.
– Да, последняя часть этого варианта действительно сильно отличается. Но, лорд Арриера, это всего лишь недавно выполненная копия. Заявлять, что этот текст – истинный, слишком самонадеянно с вашей стороны! При позднем копировании текстов возникали весьма разнообразные толкования! Где оригинал этого документа?
– Уничтожен. Он принадлежал Пресвятому Ордену. Это был тот самый пергамент, который Кхенеранн использовал во время нападения на Орден Магии.
– Это бред! Вы не могли его найти! Наш Орден искал его несколько лет, а вы утверждаете, что он был в ваших руках? Зачем тогда было его уничтожать?!
– Непредвиденное стечение обстоятельств. Вы собираетесь так просто отмахнуться от этого текста? А если я не лгу? Если смерть моей жены не отдалит, а приблизит крах этого мира? Вы готовы этим рискнуть?! Ведь проверить, истинен ли мой текст, так просто!
– Просто?
– Я не в состоянии самостоятельно понять, о чем конкретно идет речь в третьей части. Но если вы сможете расшифровать эту загадку – можно попробовать поступить именно так, как советует Сиринити. Чем вы рискуете в данном случае? Уничтожить человека всегда можно и позже! Даже если опыт окажется неудачен! Вы же так активно утверждаете, что пошли бы мирным путем, если бы имелась хоть малейшая на то возможность! Я предлагаю вам именно этот мирный путь! Или «мирные» намерения Белой Лиги – всего лишь сотрясание воздуха?!
Квадраат переплел толстые пальцы, задумчиво уставившись на своего собеседника.
– Хорошо, лорд Арриера. Мы потратим некоторое время на ознакомление с этим текстом. Надеюсь, вы нам не солгали. Если мои люди заметят хотя бы одно из знамений, указанных в трактовках пророчества и предшествующих гибели мира, – мы бросим на уничтожение вашей супруги силы всего Ордена. Даже вы не сможете выдержать противостояния против объединенной мощи всех магов.
– До тех пор пока вы не расшифруете текст, вы не будете предпринимать попыток уничтожения Керриалины…
– Мы свяжемся с вами через месяц, лорд Арриера.
– Квадраат, – Л'эрт наклонился вперед, почти касаясь лицом проекции. – Если ты вздумаешь нарушить договоренность – я вытащу тебя хоть из-под земли и лично перережу глотку. Ты знаешь – я в силах сделать это. И ни твой Орден, ни все твои маги ничем тебе не помогут. – Вампир неприятно улыбнулся одними кончиками губ и резким движением разорвал связь.

ГЛАВА 41

Керри задумчиво пинала камушек. Камушек, собственно, ни в чем виноват не был, но как-то вот попался не вовремя. Она никак не могла понять, что же ей делать… Охота, которую развязали за ее шкурой маги; измененное пророчество, которое не вполне ясно было как толковать; абсолютно сумасшедшая компания, в обществе которой она оказалась посреди леса; необходимость хоть как-то контролировать детей… Подростки довольно быстро пришли в себя после похищения и, кажется, начали воспринимать происходящее как занимательное приключение. Хотела бы и она так же думать… Л'эрт, который при каждом удобном и неудобном случае пытался к ней докопаться… Ралернан, который при каждом из этих случаев пытался набить ему морду… Керри так и не смогла разобраться в своем сердце и временно постаралась минимизировать свое общение с обоими мужчинами. Лучше сейчас сконцентрироваться на решении этого проклятого пророчества, а с остальным она разберется позже. В более спокойной обстановке. И потом, что ей делать с Винсом? Ралернан, кажется, Л'эрту ничего не рассказывал…
Она снова пнула камушек. Окатыш подскочил на очередной кочке и провалился в кротовую нору. Керри оторвала взгляд от земли. Похоже, она ухитрилась уйти слишком далеко от лагеря. А по прямой ли она шла? Вот только еще потеряться ей не хватало для полного счастья, это уж точно.
Девушка медленно повернулась, пытаясь рассмотреть собственные следы на траве. Трава была сухая и довольно жесткая, и Керри опустилась на четвереньки с целью более детального исследования. Впрочем, даже оно ничего особенно не дало. Керри как раз задумалась над тем, чтобы призвать на помощь себе небольшой магический арканчик, когда откуда-то справа до нее долетели голоса. Один из голосов определенно принадлежал Л'эрту. Керри пожала плечами. Значит, и вовсе она не заблудилась, а ходила кругами.
Поднявшись и отряхнув с коленей пыль, она направилась на голоса. Странно, место было довольно-таки незнакомым. Неужели она так и не запомнила, где они расположились? Обогнув очередное разлапистое дерево, Керри вышла на небольшую прогалинку. И ошеломленно замерла. Нет, Л'эрт там, конечно, был, она не ошиблась. Но, во-первых, это был не лагерь, а, во-вторых, ее присутствие явно было излишним.

Лакерра лежала спиной на земле, соломенные волосы светлым облаком разметались вокруг ее головы. Из всей одежды на девушке было только изумрудное ожерелье. Камни слегка светились, отбрасывая причудливые блики. Л'эрт медленно коснулся губами шеи Лакерры и склонил голову ей на грудь.
– Я тебе правда нравлюсь, герцог?
– Ты когда-нибудь перестанешь называть меня таким дурацким образом?
– Но ты не ответил.
– Разумеется, ты мне нравишься. Ты такая смешная, Лак.
– Нравлюсь, потому что смешная? – Тоненькая морщинка прорезала ее лоб.
Л'эрт хихикнул:
– Нет, потому что красивая. Твои волосы – словно льняное поле, колышущееся на ветру, твоя кожа – чистейший белый мрамор, твои соски – как спелые ягоды вишни, твоя п…
Лакерра поспешно заткнула ему рот рукой:
– Ты сейчас опять начнешь пошлить!
– Меня плохо воспитали, – сокрушенно согласился Л'эрт.
– Почему ты всегда отшучиваешься?
– Неправда, не всегда. Вот сейчас, например, я совершенно серьезен. – Он придвинулся к ее лицу и нежно поцеловал в губы. Руки Лакерры запутались в его волосах. Когда он наконец оторвался, у девушки вырвался тихий стон:
– П-перестань…
– Почему? – Л'эрт недоуменно вскинул бровь.
– Я думала, ты устал…
– Я устал?! Фу, меня обижают… – Рука вампира скользнула ей на грудь.

Керри поспешно шагнула назад, вырываясь из охватившего ее оцепенения. Какой-то сучок предательски хрустнул под ее ногой. Вампир моментально поднял голову, поворачиваясь на источник шума. Керри сделала еще шаг назад, молясь, чтобы листва оказалась довольно плотной, чтобы скрыть ее.

– Что-то не так? – Лакерра почувствовала, как остановилась рука Л'эрта. – Куда ты смотришь? Там кто-то есть?
– Маленькая мышка. – Губы вампира изогнулись в улыбке.
Лакерра испуганно пискнула:
– Мышь?!
– Ш-ш-ш… – Л'эрт успокаивающе погладил ее по плечу. – Я не думаю, что она опасна. Ведь не опасна же? – Он уставился в листву. В синих глазах откровенно прыгали смешинки.
Керри сглотнула и бросилась прочь, уже не заботясь об уровне производимого шума. Подлец! Он что это, специально подстроил, что ли?! Чтобы ей показать?! Гад! Мразь! Он же знал, знал, что она там! Он же точно ее видел! Смотрел прямо в глаза!.. Сволочь… Он же говорил, что любит ее…
Она споткнулась о корень дерева и пролетела несколько шагов вперед кувырком, рассаживая лоб и колени о землю. На глаза навернулись слезы. Но он же правда говорил, что любит ее! Почему тогда… Керри уселась на землю, оттирая налипшую зелень с одежды и одновременно размазывая слезы по лицу. Гад… Он так прижимался к этой девушке… И это влюбленное выражение на его лице… Неужели он ей врал? Выходит, она для него просто очередное развлечение? Потому он к ней и цепляется? Хочет добиться, чтобы она призналась ему в любви и поставить очередную галочку в своем списке? Гад, гад, гад…
Деревья мелькали перед ее глазами. Слезы мешали рассмотреть дорогу, но ей это было безразлично. Какая разница, куда идти…
Очередное дерево, которое она попыталась обойти, неожиданно сдвинулось, преграждая путь, и обхватило руками.
– Не трогай меня!!! – зло выкрикнула она, ткнулась носом в чужую рубашку и громко разревелась. – Пусти! Ну пусти же! Он гад, и я набью ему морду! Честное слово!
– Я буду участвовать, – спокойно согласился Ралернан. – Особенно если ты объяснишь, что случилось.
– Раль? – Керри протерла кулачком мокрые глаза и уставилась ему в лицо. – Что ты здесь делаешь?
– Мм… Ну я тут немного гулял…
– Врешь! Все мне врут! Тебе что, сложно сказать?! – Она схватила его за рубашку, вырвав почти половину пуговиц.
Ралернан устало вздохнул. Да что за день сегодня? Утром дети насыпали какой-то дряни в суп, а теперь еще и это…
– Дорогая, я пошел посетить кустики. Или тебе надо показать какие?
– Э… ой…
– Вот именно что «ой». Может, ты пояснишь мне, что случилось? Потому что выглядишь ты, будто тебя кто-то бил. – Он осторожно стер полосу грязи с царапины на лбу. – Нет, я понимаю, что я обещал не путаться у тебя под ногами, но ты пыталась забодать довольно широкий дуб. Мне стало его жалко.
– Дуб? – уточнила Керри.
– И дуб тоже. Так в чем же дело?
– Л'эрт – сволочь.
– А… Понятно. Тебя сильно удивит, если я соглашусь?
– Он большая сволочь! Омерзительно большая! Он… он… – Она снова ткнулась Ралернану в рубашку и заплакала. Одежду эльфа уже можно было выжимать.
– Понятно, но уже меньше. Он тебе что-то сделал? – На самом деле, несмотря на всю свою ревность, эльф не мог представить возможности физического насилия по отношению к Керри со стороны вампира.
Керри на минуту прервала процесс сморкания в его рубашку и уставилась в лицо..
– Нет! Да!.. Раль? Ты меня любишь?
Эльф окончательно перестал понимать происходящее.
– Разумеется, я тебя люблю. Но…
– Ты мне когда-нибудь изменял?
Ралернан взглянул в ее мокрое от слез лицо, понимая, что ответа от него ждут явно вполне однозначного. А именно – отрицательного.
– Почему ты молчишь? Ну почему? – Она снова расплакалась. Эльф махнул рукой на свои принципы. Вот только не хватало из-за того проклятого раза сейчас доводить ее до полнейшей истерики.
– Нет, конечно! Разве ты сама не знаешь? Я люблю и всегда любил только тебя. – Он обнял ее, успокаивающе поглаживая хрупкие плечи. Проклятье, вот пусть только этот вампир ему попадется – он ему такую выволочку устроит – до смерти будет помнить!
– П-правда? Честно-честно?
– Конечно, правда. Керри, любимая моя, ну не плачь так. Все будет хорошо, я тебе обещаю.
Она медленно скользнула руками по его груди и слегка откинула голову.
– Поцелуй меня… – Шартрезовые глаза блестели, как два драгоценных камня.
Ралернан поймал ее лицо в свои ладони и бережно поцеловал. Губы у нее были соленые от слез, но почему-то было сладко-сладко…
– Раль? – тихо выдохнула она.
– Что?
– Я тоже тебя люблю. Обещай мне… обещай, что никогда меня не отпустишь! Ладно?
– Конечно, не отпущу. Без тебя моя жизнь потеряет всякий смысл, любимая.
Она плакала и целовала его снова и снова. А потом слезы кончились как-то сами собой, прогнанные теплом его рук и его тела.

Винс увлеченно размешивал в котелке вязкую массу ядовито-желтого цвета. То, что котелок обычно использовался для приготовления еды, его нимало не беспокоило. Главное – не наделать шуму.
Кусты напротив зашевелились, пропуская Грея.
– Ты чего задумал? Это что за дрянь? Выглядит омерзительно!
– Я же не собираюсь ее всем скармливать, как ты! У меня, между прочим, живот весь день болел!
– И вовсе я не собирался никому ничего скармливать! Это была очень хорошая заготовка для эликсира! Откуда я знал, что они так плохо посуду моют?
– Вообще-то, мыть посуду была как раз твоя очередь!
– Неправда, не моя, а Риффа.
– Рифф? Это который с перьями на голове?.. Слушай, как думаешь, если у него потихоньку вырвать одно или два – он проснется?
– Винс, ты сошел с ума! Ты же благодаря ему не разбился! Тебе не стыдно?
– Нет, ну я же ничего такого не имел в виду… Наверняка он бы даже и не заметил. Всего-то парочка перьев. У него же их очень много!
– У Неелерка есть несколько штук, кстати. Он собрал их, когда Лакерра превращалась. Оказывается, они иногда теряют перья при изменении формы. Так любопытно!
– А она правда голая была, когда стала человеком?
– Не знаю. – Грей хихикнул. – Но, я думаю, это она ему фингал под глаз залепила. Хотя он и не признается. Кстати, а зачем тебе-то перья?
– Приклеить кое-кому, – Винс мечтательно улыбнулся. – Пойдешь со мной? Мне нужна будет магическая поддержка.
– Расскажи уже, что задумал. Я сейчас умру от любопытства. – Грей уселся на корточки и заглянул внутрь котелка. Желтая масса не стала ничуть привлекательнее.
– У меня получилась краска, которую нельзя смыть! – довольно заявил Винс. – И я собираюсь покрасить того черного, что притворяется другом отца. А ты мне нужен, чтобы он ничего не заметил. Он же маг.
– Винс! Во-первых, его зовут Лаэрт, а не «черный», во-вторых, ну чего ты так на него окрысился? По-моему, он хороший.
– Просто ты не видишь его ауру. Я готов спорить, что он самое меньшее – убийца каких поискать. Наверняка он втерся отцу в доверие с какой-то пакостной целью! К тому же он меня так из окна вышвырнул! Я действительно чуть не разбился!
– Мне кажется, ты сам его достал.
– Ты его только потому защищаешь, что у тебя о нем какое-то дурацкое детское воспоминание!
– И вовсе не дурацкое! И вообще, я тебя старше и умнее!
– Х-ха! Зато я взрослею быстрее! Скоро я тебя обгоню, и мы еще посмотрим, кто тут самый «старший и умный»!
Кусты снова зашевелились.
– Это вы обо мне, что ли? – полюбопытствовал Неелерк. В дополнение к синяку под левым глазом, под правым у него тоже красовалось аналогичное украшение.
– Это кто тебя так? – спросил Грей.
– Рифф. – Неелерк едва заметно шмыгнул носом. – Я так хорошо спрятался… Наверняка он тоже хотел подсмотреть! Иначе ни за что бы меня не нашел! – Эльфенок не стал уточнять, что, кроме фингала, ему еще и задницу надрали так, что сидеть было больно.
– Чего подсмотреть? – уточнил Винс, продолжая помешивать свою краску.
– Ну эту… Лакерру… Она там моется… – К сожалению Неелерка, его засада оказалась абсолютно напрасной: мало того, что ему всыпали, так Лакерра еще и не пришла.
– Тьфу ты… Я-то думал… Слушай, а может, ты влюбился, а? Ха, нет, точно! Грей, он влюбился!
– А ну повтори! – Неелерк схватил его за воротник куртки. – Ща я тебе покажу!
– Эй, руки! Да отпусти же, ты мою краску перевернешь! Или тоже хочешь быть желтым, как цыпленок?
– Нет. – Неелерк уставился на желтое пятно, появившееся на его рукаве. – А кого красим?
– Никого не красим. – Грей категорически мотнул головой. – Я не буду его заколдовывать. И потом, Винс, если Лаэрт действительно такой монстр, ты что, правда думаешь, что он тебе это так с рук спустит?
– Ну… я же не признаюсь. – Винс смущенно почесал кончик носа.
Грей взъерошил пепельную гриву и закатил глаза к небу:
– А так он не догадается! Ну хорошо, ну не на тебя подумает – так на меня или на Нела. На кого еще, сам посуди?
Неелерк задумчиво сорвал травинку и отправил ее в рот.
– Вообще, это довольно забавно.
– Что забавно? – Винс недоуменно нахмурился.
– Твое отношение к этому «страшному черному монстру», как ты любишь говорить.
– Ничего не забавно! Просто я его терпеть не могу и все тут!
– Ну-ну. – Неелерк переместил травинку из одного уголка рта в другой.
– Тьфу, Нел, как я не люблю вот это твое загадочное выражение на лице! Чего сказать-то хочешь, а?
– Еще не уверен. Поэтому я пока не буду. – Улыбка Неелерка была прозрачно-издевательской.
– Ну хоть с магией ты мне поможешь?
– Не-а.
– То есть как нет? – Винс разозлился. – Вы чего, сговорились? Вы его защищать решили? Ну и ладно! Я сам все сделаю! А если меня поймают, то всыпят всем сразу! Вот так! – Он демонстративно отвернулся, начиная закутывать котелок широким листом какого-то растения – чтобы краска по дороге не пролилась.
Керри разбудил отдаленный шорох. Она слегка пошевелилась, выбираясь из объятий Ралернана, и приподняла голову. Шорох повторился – чуть слышный, будто кто-то осторожно пробирался по подлеску. Девушка беззвучно натянула на себя одежду, продолжая прислушиваться. Кому и зачем потребовалось посреди ночи красться через лагерь? Ралернан говорил ей, что пытался убедить магов прочитать новый текст пророчества – но что, если они сочли это излишней тратой времени? Шорох переместился, понемногу удаляясь. Керри метнулась в сторону источника шума, зажимая в руке кинжал. Ближе, ближе, еще ближе…
– Винс?! Ты что тут делаешь?! – Она ожидала увидеть кого угодно, но только не собственного сына, с ног до головы обвязанного зелеными ветками. Ветки и производили тот самый непонятный шорох.
– Э-э-э… – Мальчишка замер. Надо же, как неудачно! – Ну… я тут просто… случайно…
– Случайно притворяешься ходячим кустом? – Керри нахмурилась. – Мне казалось, что сейчас несколько поздновато для игр.
– Я не играю! Я прячусь, – возмущенно возразил Винс.
– Ну хорошо. Прячься дальше. Но в сторону своей постели.
– Ладно-ладно!
– Эй, подожди… А что это у тебя в руках?
– Н-ничего! Нет, правда, там нет ничего интересного. – Мальчишка поспешно спрятал краску за спину.
– Винс! – Керри нахмурилась.
– Это нечестно, – пробурчал Винс себе под нос. – Если бы Грей меня прикрыл, меня бы никто не заметил… Вот так всегда! Ну что мне так не везет?
– Винселенк Арриера! – Керри скрестила руки на груди. – Я тебя очень  внимательно слушаю. Что ты собрался выкинуть?
– Да ничего такого! Просто немного выкрасить одного человека! Ну может быть, постричь чуть-чуть! Но от этого же еще никто не умирал!
– Какого человека?
Винс насупился:
– Ну этого… черного… Его Лаэрт зовут…
Глаза у Керри медленно округлились:
– Л'эрта?! Зачем?!
– Он мне не нравится. И вообще. Вот. Мне кажется, что он не тот, кем притворяется. – Мальчишка вздохнул. – Только ты же мне все равно не поверишь.
– Не нравится. Ага. – Она потерла рукой голову. – Какой кошмар. Только этого еще и не хватало.
– Мам? Можно, ты не будешь отцу рассказывать? Он расстроится…
Керри издала нервный звук.
– Расстроится? Н-не уверена… – Она качнулась с пятки на носок, размышляя. – А Грей, значит, должен был делать тебя невидимкой?
– Он тут ни при чем! Он отказался. Это исключительно моя идея.
– Любопытно… Ладно, пошли. – Она потянула его за рукав.
– Мам, – Винс замялся, – но ты идешь не в ту сторону…
– В ту. Ты же хотел красить Л'эрта?! Мы туда и идем.
Винсу показалось, что небо шлепнулось на землю. Может, он головой ударился? Или от этих проклятых остатков эликсира Грея, которые тот растворил в супе, с ума сходят?
– Э-э-э… ты не будешь мне мешать? – осторожно уточнил он.
– Я тебе помогу. Тебе же нужно, чтобы он не проснулся в процессе твоих художеств. – Керри сдвинула брови в одну линию. Это ему за ту наглую улыбку! Будет знать, как издеваться!
Винс почесал затылок. Надо будет спросить у Грея, что конкретно он тогда насыпал в котелок. Полезная штука!

Керри даже не думала, что заклинание сна сработает так быстро – и так легко. То ли вампир забыл поставить защиту, то ли она научилась лучше владеть своими силами – но все прошло на удивление чисто.
Л'эрт спал, закинув руку за голову. Керри показалось, что он не дышал – будто перед ней была статуя. Впрочем, он же мертв…
Винс деловито потыкал вампира пальцем, проверяя, не проснется ли тот. Но заклинание работало безупречно – Л'эрт даже не пошевелился.
– Здорово! Мам, а я и не знал, что ты так умеешь! Это куда лучше, чем арканы Грея. Эх, жаль, что я не могу этому научиться. – Он вытащил котелок с краской. – Так, но сначала надо еще немного постричь… Я хотел сделать ему такой хохолок на голове…
– Давай я. – Керри вытащила кинжал.
Винс несколько настороженно на нее покосился, но все же кивнул:
– Ну давай ты.
Керри провела пальцами по черным волосам вампира. Мягкое облако пушистой тьмы. Интересно, отрастут ли они снова, если их обрезать?
– Мам! – прошипел Винс. – Мам, ты чего? Зачем ты его гладишь?
– Я не глажу! – Керри отдернула руку. – Я прикидываю, как лучше остричь! – Она уставилась на лунный блик, скользнувший по лицу вампира. – Подожди… но как ты видишь, что я делаю? Темно же!
Винс прикусил губу. Так глупо проговориться…
– Я… я не вижу… Мне просто показалось…
– Винселенк!
– Ну хорошо, хорошо. Ну вижу! И что? Что? – Он сжал кулаки. – Но я же не такой! Я не монстр! Слышишь?! Ну почему?! – Голос его запрыгал, пытаясь сорваться.
Керри нахмурилась:
– Разумеется, ты не монстр. Ты что?
– Я… я ничего не понимаю! Я хочу быть, как Грей! Он же нормальный! А почему я – нет? Во что я стал превращаться?! Раньше ничего такого не было! Сначала эта идиотская способность видеть в темноте, а потом и все остальное! Почему  я превращаюсь в одно из этих существ? – О пнул спящего Л'эрта. – Я вижу его ауру. У него за спиной вьются черные тени, залитые кровью. Эта кровь почти ощущается на зубах – как привкус яда. Он такой же, как те, что напали на нас в академии! Точно такой же, я чувствую это, хотя он и не признается! Я уверен, что он пытается вас всех одурачить! Он убийца, мам! Почему мне никто не верит?!
– Эмм… ну… я верю. Но он… в последнее время… немного исправился… – растерянно ответила Керри.
– Как убийца может исправиться?! Он несет смерть! И… я не хочу становиться таким же… – тихо закончил Винс.
– Ты и не станешь. При чем тут это? Ты же не вампир.
– Нет?! Я вижу в абсолютной темноте! Совсем как они!. И… когда на нас напали в академии… Я поскользнулся на перилах балкона… упал вниз… Я думал, я разобьюсь… Лучше бы я действительно разбился! Но я стал летучей мышью! Я даже не знаю, как!!! Я не хочу становиться убийцей, мам… – Винс потер кулаками влажно блестящие глаза. – Меня что, кто-то проклял?! Откуда все это берется?
Керри переместилась к нему ближе и обняла за плечи.
– Скажи, ты ведь меня  не считаешь монстром? – спросила она.
– Тебя? – Винс опустил руки. – Нет, конечно. Ты чего?
– Ну я тоже умею видеть в темноте. И тоже умею превращаться в мышь. Честное слово.
Винс уставился на нее:
– Ты это серьезно?! Но… я ни разу не видел…
– Ну… это не те способности, которые принято показывать на людях. – Она пригладила его встрепанные волосы, вороньим гнездом торчащие во все стороны. – Но я действительно могу. Так что это всего лишь мои гены. И никакой ты не монстр.
– А… э… это точно? – недоверчиво спросил он.
– Ну да. Давай заканчивать с твоим окрашиванием, и я тебе покажу. Честно. – Керри улыбнулась. – Только отцу не рассказывай. Он не любит, когда я всякие нетипичные способности демонстрирую.
Винс почесал кончик носа. Настроение его существенно улучшилось.
– Жалко, я раньше тебе не рассказал, – заметил он, начиная покрывать спящего вампира пятнами ярко-желтой краски. – А что еще ты умеешь? А почему тогда у меня способностей к магии нет?
– Этого я не знаю. Может, они тоже появятся чуть позже. – Керри отнюдь не была в этом уверена, но что еще оставалось сказать?
– Хорошо бы. – Винс сосредоточенно нанес на правую сторону лица Л'эрта россыпь желтых узоров. – Я хочу когда-нибудь стать великим волшебником. Это так забавно.
Керри сдвинулась в сторону, начиная обрезать волосы вампира кинжалом. Черные пряди неровными клоками падали в траву. Интересно, сможет ли она когда-нибудь рассказать Винсу правду про Л'эрта? Во всяком случае, сейчас момент был явно неподходящий…

Ночь была какая-то странная. Л'эрт встряхнул головой, прогоняя остатки сна. Было еще довольно рано, рассвет только-только коснулся первыми лучами верхушек деревьев. Пока еще серое небо пряталось за низко ползущими облаками.
В голове неприятно звенело, во рту поселилась сухость, будто он жевал песок. Л'эрт потер ладонями лицо. Ладони почему-то тут же попытались прилипнуть. Он озадаченно уставился на руки, покрывшиеся желтыми пятнами какой-то вязкой и довольно едко пахнущей субстанции.
– Э… мм… – задумчиво протянул он, продолжая разглядывать желтые пятна. Проснувшиеся глаза любезно проинформировали его о наличии аналогичных пятен и на большинстве доступных взгляду частях тела. Кто-то с тщанием, достойным явно другого применения, раскрасил его в крупный желтый горошек. – Чтоб я сдох…
Более детальный осмотр выявил наличие достаточно большого количества фигурных вырезов в одежде. По сути, рубашку можно было теперь использовать только как бинты – оставшуюся бахрому посчитать одеждой мог разве что последний нищий. Хорошо еще, со штанами обошлись несколько более лояльно, ограничившись дырками на коленях.
С головы на землю упало длинное светло-коричневое перо. Л'эрт отрешенно поизучал его некоторое время, после чего рискнул дотронуться до волос, крайне жалея о невозможности увидеть себя в зеркале. Судя по тому, что удалось выяснить на ощупь, перо явно было не единственным. Кто-то закрепил как минимум с десяток перьев у вампира на макушке – и закрепил хорошо. Вырвать одно из них удалось только с клоком собственных волос.
Л'эрт уставился на траву, испещренную желтой краской и кучками неровно состриженных волос. Ну надо же… Вампир хмыкнул и встал, потягиваясь. Кажется, ему надо поблагодарить за столь трепетную заботу об его внешнем облике.

– Па-а-адъем! – Веселый голос, звенящий в непосредственной близости от головы, прервал спокойный сон Ралернана. – Любовь моя, просыпайся! – Эльф заморгал, узнав голос вампира. Но, кажется, будили не его. – Звезда моих очей! И как долго ты будешь продолжать прятаться под одеялом? Это абсолютно излишний предмет гардероба. – Резкий рывок сорвал одеяло, заставив Ралернана поежиться от утреннего холода. Керри перестала прижиматься неподвижным клубочком к его боку и что-то возмущенно заверещала.
Ралернан протер глаза, озадаченно уставившись на склонившееся над ними лицо. Голос, несомненно, принадлежал вампиру. Но зачем тот остриг волосы, оставив только хохолок на макушке, понавтыкал туда перьев и выкрасил все это в желтое? Что за дурацкий розыгрыш?
– Ты спи, спи, серебрянка, – переключился на него Л'эрт. – У меня тут исключительно частный разговор.
– Верни одеяло! Кто дал тебе право меня раздевать, подлец?! – взорвалась Керри, пытаясь выхватить искомый предмет из рук вампира.
Ралернан автоматически передвинулся, закрывая ее своим телом. Было слишком рано, и он все еще был немного сонный.
– Что тут происходит?! Лаэрт, ты с ума сошел? Зачем ты устроил это дурацкое представление?
– Я?! – Вампир сделал шаг вправо, чтобы Ралернан не мешал ему смотреть на Керри. – А мне кажется, что не я. Вот, действительно. Мышонок, как ты думаешь, кто мне тут помог с прической? – Вампир демонстративно выдернул очередное перо из склеенных волос и сунул ей под нос.
– Я ничего не делала! Отдай одеяло и перестань на меня пялиться!
– Еще и не начинал. Спасибо, что напомнила. – Л'эрт демонстративно уставился на ее грудь, чуть ли не облизывая взглядом.
Керри моментально покраснела:
– Раль, прогони его!!!
– Лаэрт, я буду вынужден вызвать тебя на…
– Ага, щаз, разбежался! – некультурно перебил его вампир. – Между прочим, я не просил меня раскрашивать под цыпленка. Это исключительно творческая самодеятельность твоей супруги. Не мог же я не поблагодарить ее за доставленные мне минуты наивысшего блаженства от созерцания своего нового облика?
– Керри? – Эльф озадаченно повернулся к девушке. – Это действительно ты его раскрасила?
– Я ничего не делала!
– Да-а? – Вампир изогнул бровь. – А у меня склероз или в этом лагере не так уж чтобы сильно много магов, которые могут незаметно меня заколдовать? Я бы даже сказал, их количество ограничено всего двумя. Но вот второй из них скорее вызовет меня на дуэль, чем будет так по-детски пакостить! И где ты только краску ухитрилась достать?
– Не знаю, – растерянно возразила Керри. – Краску достал Винс.
– Ч-что?! – У Ралернана глаза полезли на лоб. – Его Винс раскрасил?!
– Ну… ну, не совсем… мы вместе. – Она окончательно смешалась.
– Но зачем, дорогая?!
– Полагаю, из ревности. – Л'эрт широко улыбнулся, демонстрируя клыки. – Она меня с Лакеррой застукала.
Керри насупилась:
– Сам виноват! Вел бы себя нормально…
– Я и вел. Разве я что-то сделал не так? – Он состроил невинное лицо. – А ей вроде понравилось. Да нет, однозначно понравилось.
– Ты подлец! И лгун! – вскипела она.
– Пра-авда? – протянул вампир.
– Ты же говорил, что меня  любишь! – вырвалось у Керри.
– Ну и? Связь-то какая? Или я теперь должен целибат хранить?
– Не помешало бы!
– Гм… Любопытная идея. Ладно, я над ней подумаю. Но ты начнешь первая. А то несколько нечестно получается.
– Что нечестно? – озадаченно спросила она.
– А что, ты хочешь сказать, ты с ним, – вампир ткнул пальцем в молчавшего эльфа, – ночью в куличики играла? Ой, не похоже…
– Он мой муж!
– М-да? То есть, если я женюсь на Лакерре, все будет в ажуре?
– Ты не можешь. – Керри нахмурилась. – Ты же уже женат…
– Не-а. Пока ты гуляла по Нейиру, я слегка изменил ситуацию. Так что пойду я делать ей предложение руки и желудка. Зуб дам, она от восторга в обморок хлопнется.
– Подлец!!! – Керри вскочила и попыталась садануть его кулаком, напрочь забыв про свою раздетость. – Да как ты можешь!!!
– Нет, ну чем ты недовольна, а? Я просто уравниваю шансы.
– Ты ее нелюбишь!
– Ну это пока. К тому же у нее грудь больше.
– Ах ты дерьмо! – Девушка попыталась заехать ему коленкой в пах, но вампир благоразумно уклонился, одновременно накидывая трофейное одеяло ей на голову.
– Ш-ш-ш-ш… Мышонок, не надо меня бить. Я могу испортиться.
– Гад! Пшел прочь, пока я тебе остаток волос не выдрала! – Керри стянула одеяло с головы и завернулась в него.
– Как прикажет леди. – Л'эрт отвесил издевательский поклон. – Спи крепко. Я пойду поищу краску.
– Краску? Какую еще к демонам краску, сволочь?!
– Как, мышонок? Ты на самом деле думаешь, что вот это, – он выдернул из прически еще одно перо, – так просто сойдет тебе с рук? Кстати, я тебя сильно огорчу, если ты узнаешь, что твои художества надолго не сохранятся? В отличие от моего ответного подарка. Спорим, тебе потребуется куда больше пары часов на восстановление? Наслаждайся предвкушением, радость моя. – Он нахально подмигнул и двинулся прочь. Разрезанная рубашка лентами полоскалась по ветру.
– Гад! – Она кинула ему вслед подобранную с земли шишку, но, разумеется, не попала.
Ралернан обхватил колени руками. Серебристые волосы эльфа окутывали его, словно драгоценный плащ.
– И ты утверждаешь, что не любишь его? – задумчиво сказал он.
– Нет! Он гад! – Она подошла к Ралернану и шлепнулась рядом с ним на траву.
– Дорогая, твое поведение… не свидетельствует о равнодушии.
– А я и не говорила о равнодушии! Я его ненавижу! И пусть только попробует меня покрасить! Я ему такое устрою!
– Вот что устроишь, я не сомневаюсь. – Ралернан обнял ее, притягивая к себе. – Кажется, еще чуть-чуть, и я начну сходить с ума.
– Ты хороший. – Керри ткнулась носом в его теплое плечо.
– Угу. Вот только я не уверен, что в данном случае это достоинство.
– Я тебя люблю.
– Мгм…
– Правда люблю! Перестань отворачиваться, когда тебя целуют!
– Ох… ладно, будем считать, что я уже  сумасшедший, раз все еще здесь…

ГЛАВА 42

Веренур Ксорта, повелитель Абадосса, был в весьма нерадужном настроении. И лицезрение Главы Белой Лиги это настроение не улучшало.
– У нас с вами есть прекрасная договоренность, Квадраат. Вы не лезете в мои дела, а я не лезу в ваши. Вам мало того, что вы уничтожили Пресвятой Орден? Вы еще и на трон решили замахнуться?
Глаза у Веренура были подернуты сеткой красных прожилок. Правитель плохо спал прошлой ночью и предпочел бы продолжить прерванный сон, чем общаться с белым магом. Вся эта мышиная возня с магией… Как же она ему надоела! Сначала Пресвятые, теперь и Орден Магии туда же… Только он успел понадеяться, что с ролью марионетки покончено – так нет, вот вам, пожалуйста…
– Лорд Ксорта, мы не собираемся лезть в ваши дела. Я хотел обсудить с вами недавнее происшествие в академии.
– Это ваша школа. Какое мне до нее дело? – Веренур тряхнул головой. Бриллиантовые подвески в остроконечных ушах на миг вспыхнули огоньками света.
– Разве вам не докладывали об исчезновении нескольких учеников?
– Бред! Это ваша  школа, Квадраат. – Эльф по-прежнему сохранял высокомерное выражение лица, но глаза выдавали его.
– Да, разумеется. Извините. Я просто подумал, что вам могут быть интересны новости об исчезнувших детях. – Белый маг тщательно следил за малейшим движением своего собеседника.
– Раз уж вы меня разбудили… – Веренур постарался сказать это небрежно. – Итак, что за новости?
– Похищение было фальсификацией. Очень хорошей и тщательно проработанной. И целью ее был только один ученик. Неелерк Краивх. – Слова гладко падали с языка Квадраата, не рождая и тени сомнения.
Лицо Веренура чуть-чуть побледнело:
– Что значит – «фальсификацией»?
– Истинный похититель – лорд Арриера. Он подговорил своих детей, чтобы они помогли ему тайно вывезти Неелерка из академии. Судя по всему, мальчика заранее усыпили. Пожар и имитация нападения были устроены для того, чтобы замести следы. Это выяснилось в результате кропотливого анализа повреждений, законченного только недавно. Грей Арриера обладает силой более чем достаточной для обеспечения данной иллюзии.
– Арриера? – Совершенный лоб Веренура прорезала тоненькая морщинка. – Зачем Арриера это нужно? Я не понимаю.
– Он недавно связался с нами. Вероятно, ему не хватило магической силы, чтобы построить портал прямо в ваши апартаменты, или он опасался прямых переговоров… Но суть в том, что он хочет потребовать выкуп за похищение Неелерка. Вероятно, для него это один из способов отомстить вам. Навряд ли он позабыл, что именно из-за вашего приказа его преследовали по всей стране и чуть не уничтожили. Он хочет, чтобы вы подписали отречение от престола. Тогда он готов вернуть мальчика. Если вы этого не сделаете в течение ближайшей недели, он пригрозил начать отрезать по одному пальцу на руках и ногах ребенка и высылать вам – до тех пор, пока пальцы не кончится. Потом он убьет Неелерка.
– Это глупо. Мне нет никакого дела до этого мальчишки. – Руки Веренура стиснули резные подлокотники.
– Я именно это ему и сказал. Но он настаивал на том, чтобы я передал вам его требования. Я приношу извинения, что прервал ваш сон. Конечно же я отдаю себе отчет в том, что потревожить вас из-за какого-то адепта академии было непозволительной наглостью. Но, с другой стороны, нельзя же безнаказанно спустить с рук данное похищение. К тому же лорд Арриера, судя по всему, повредился в рассудке, если выдвигает вам такой нелепый ультиматум.
Веренур некоторое время молча смотрел на своего собеседника.
– Что вы от меня хотите? – наконец произнес он.
– Мне кажется, было бы вполне адекватным наказать лорда Арриера за проявленную наглость. Несмотря на его участие в сражении за Белую Башню, психика его явно неустойчива. Наш Орден планирует организовать поимку лорда. Однако было бы лучше, если бы вы также поддержали наше решение. Получив силы богини Света, Арриера стал весьма опасным противником. Конечно, наших сил хватит, чтобы его уничтожить, но я бы предпочел сделать все более аккуратно. Загнать его в угол, чтобы он добровольно согласился выдать заложника. Если бы вы оказали Ордену Магии поддержку путем предоставления части регулярных войск, шансы вытащить Неелерка в целости значительно возросли бы. Арриера не рискнет одновременно противостоять магам и армии.
Веренур медленно погладил резную ручку кресла.
– Я предоставлю вам поддержку, Квадраат. Но вы должны мне вернуть Неелерка живым. Если нет – следующей целью моих войск будете вы.
Квадраат удовлетворенно кивнул и отключил проекцию.

Глаакх потягивал сок из высокого стакана, выслушивая рассказ своего коллеги о недавнем разговоре… Квадраат не стал лично посещать резиденцию Глаакха, и черный маг общался с ним через портал. Это доставляло определенные неудобства – несмотря на тщательные работы в части восстановления транспортной магии, порталы до сих пор работали не вполне качественно, и изображение белого мага время от времени подергивалось сеткой помех.
– Итак, Веренур все же подписал приказ?
– Да. Нам остается окончательно отработать стратегию атаки и подтянуть недостающие силы, – ответил Квадраат. – Использование его войск будет отвлекающим маневром, чтобы распылить внимание лорда Арриера. Хорошо, что удалось получить эту месячную отсрочку.
– Да, ожидания Арриера воистину смешны. Сначала он показывает мне старый текст пророчества, потом дает тебе какую-то собственноручно нацарапанную писульку. Он что, думал, мы не узнаем его почерк?
– Возможно, он слегка повредился в рассудке? – Квадраат пожал плечами. – Это странное исчезновение и последующее волшебное появление его супруги… Сдается мне, он просто пытался ее спрятать, но что-то у него не сложилось. Вот и бросается теперь во всевозможные крайности. Глупо.
– Тем не менее тщательное завершение нашего плана потребует как минимум дней десять. А месяц, о котором ты договорился с Арриера, уже истек.
– Ничего, я переговорю с ним еще раз и объясню, что анализ текста оказался сложнее, чем первоначально предполагалось. Уверен, его это не насторожит. К тому же он полагает себя в безопасности, спрятавшись в этих лесах.
– Он просто не знает, что мы обладаем образцом его крови, – ответил Глаакх. – Алеса… Это даже неплохо. Население не будет путаться под ногами во время его поимки.
– Да, это позволит минимизировать жертвы.
Глаакх задумчиво потер ладони:
– Да, всего десять дней, и мы решим эту проблему. Но спешить не стоит. Необходимо однозначно разделить Арриера с женой во время нападения.
– Дети должны также остаться живы.
– Зачем? – Глаакх вскинул обожженную бровь. Черты лица его неприятно исказились. – Идея похищения себя не оправдала.
– Рискну заметить – не оправдала по твоей вине, темнейший. Именно на твоей территории содержались дети. И именно твои люди их упустили. А ты даже не наказал виновников.
– Это несколько сложная ситуация. Я так и не смог выяснить досконально, что произошло и кто дежурил в ночь похищения.
– Темнейший, это смешно. Ты не в состоянии разобраться со своими людьми?
– Портал на нижнем этаже охраняли не мои люди, а наемники. А они не полностью мне подотчетны. Все мои люди были убиты в результате атаки. Не говоря уже о том, что я абсолютно не понимаю, как  люди Арриера проникли в башню. Там огромная зона отчуждения вокруг. Такое впечатление, что они превратились в мух и пролезли в щели.
– Все это лирика. А детей действительно необходимо сохранить в живых. У нас могут возникнуть трудности с уничтожением Керриалины. Вся эта цепь совпадений, в результате которых ей удавалось ускользать… Если пригрозить ей убийством детей, она добровольно согласится пожертвовать собой.
– Когда я выдвинул такую же идею в отношении лорда Арриера, ты не был в восторге, Квадраат. Несколько странно слышать такие слова из уст белого мага.
– Я еще раз просмотрел имеющиеся в нашем распоряжении документы. Сбывается слишком много знамений, чтобы можно было продолжать игнорировать опасность. Если архивы Пресвятого Ордена не лгут, материализация бога Огня может состояться с минуты на минуту.
– Я тебе говорил это еще несколько месяцев назад! Почему ты тогда мне не поверил?
– Тогда было не настолько много совпадений. Сейчас… ситуация поменялась. Нам нужно уничтожить Керриалину как можно быстрее. У нас уже нет возможности выбирать деликатные способы. – Квадраат утер капельки пота на лбу.
– Хорошо. Тогда не будем терять время на пустые разговоры. Мне надо еще согласовать участие вампиров в этой атаке.
– Твоя главная ударная сила? Не слишком ли опасно их использование в столь деликатной миссии?
– Нет. – Глаакх отставил в сторону стакан с соком и наклонился вперед. – Во-первых, я не хочу терять своих магов. Вампиры выступят таким же отвлекающим маневром, что и люди Ксорта. Часть легиона смертников. А во-вторых… у меня личные счеты к их главе. Я хочу преподать ему небольшой урок.

Карвен лениво откинулся назад в кресле, оправляя пышные кружевные манжеты на запястьях. Кажется, Глаакх хочет его унизить. Иначе зачем нужен был «сверхсрочный» вызов и почти часовое ожидание перед его апартаментами?
Кинлера плавно приблизилась сзади и коснулась пальцами ручки кресла. Волосы вампирка тщательно зачесала на одну сторону, скрывая изуродованную часть лица. Платье было подобрано с таким расчетом, чтобы дополнительно отвлекать внимание на другие части тела.
– Карвен, ты не находишь, что это возмутительно? – Она бросила очередной недовольный взгляд на настенные часы. – Как он смеет заставлять тебя ждать здесь столько времени, будто последнего из посыльных?
– Нет, не нахожу. Возможно, Глаакх слишком занят. К тому же у ожидания есть свои преимущества. Можно без помех поразмышлять. – По губам Карвена скользнула и почти сразу же пропала улыбка.
Кинлера неприязненно покосилась на него. Во что превратился ковен, если им управляют такие, как этот! Сначала эти абсолютно омерзительные отношения с Ра'ота, а теперь еще и такое проявление слабости! Но это продлится недолго! Последняя стычка с Аластрой, закончившаяся его смертью, уничтожила многих и очень многих и значительно продвинула ее вверх по иерархии. А раз Карвен так размяк, то почему бы ей не попытаться захватить власть?
Кинлера поморщилась, вспоминая эпизод, показанный ей кровью Ра'ота. Любит! Подумать только, глава ковена вел себя, как… Нет, даже размышлять на эту тему ей было неприятно. Но зато Карвен неожиданно легко поддался на ее шантаж. В обмен на неразглашение информации ей было мгновенно предложено место первого помощника. Глонк был отстранен без каких-либо комментариев.
Вампирка скользнула взглядом в дальний угол. Пока еще Глонк сопровождал Карвена – но лишь потому, что она не полностью была введена в курс всех дел. Но даже сейчас он держался поодаль, прячась в тени и не участвуя в разговоре.
Наконец высокие позолоченные двери, ведущие в личные апартаменты Главы Темной Лиги, медленно распахнулись, и слуга церемонно пригласил их войти.
Глаакх сидел за столом, сплошь заваленным различными бумагами. Кинлере показалось, что он скорее изображал занятость, чем был действительно поглощен делами. При их появлении маг поднялся – медленно и откровенно неторопливо.
– Карвен! Рад вас видеть! Прошу простить меня за вынужденное ожидание, на которое я обрек вас. Дела, видите ли…
– Ожидание? – Совершенные брови Карвена слегка изогнулись. – О, наверное, да. Извините, я не обратил внимания… Видите ли, когда живешь столько лет, начинаешь воспринимать время несколько по-иному…
Глаакху захотелось прикусить губу. Ну надо же! Что бы он ни делал, чтобы показать этому вампиру его место, у него ничего не получается. Длительное ожидание, которым он хотел спровоцировать Карвена на возмущенный диалог, вампир просто не заметил!  Темный маг с неприязнью уставился на своего собеседника. Количеству бархата, кружев и драгоценностей на костюме Карвена позавидовала бы любая королева. Причем смотрелось все это не кричаще, а невозможно изысканно. В присутствии главы ковена Глаакх постоянно ощущал себя каким-то портовым нищим – и это несмотря на свой статус!
– Я вижу, вы пришли не один. Но сегодняшняя встреча сугубо конфиденциальна. – Глаакх решил сменить тему.
– Да. Познакомьтесь с моей новой помощницей, Кинлерой, – сказал Карвен. – Она заменит Глонка, но пока еще ей требуется его поддержка в некоторых вопросах.
Глава Темной Лиги покосился на вампирку. Единственный открытый глаз ее сверкал, как темная звезда.
– Допустим. Но предмет нашей беседы весьма…
– О, я полностью доверяю Кинлере. – Карвен небрежно взмахнул тонкими пальцами. – Уверяю вас, вы можете не беспокоиться на эту тему.
Глаакх вздохнул:
– Хорошо. Примерно через десять дней мне нужно участие ваших людей в одной операции. В связи с определенной необходимостью мне надо уничтожить одного из белых магов… Лорда Арриера… И нескольких людей, которые его поддерживают. Супруга лорда не должна пострадать при атаке, но необходимо блокировать ее способности как мага и захватить в плен.
– Арриера? – Карвен подошел к небольшому столику у стены, украшенному вазой с фруктами, и плавным жестом взял оттуда яблоко. – Лорд Арриера… Но не вы ли, Глаакх, запрещали мне уничтожить его все эти годы? Причем довольно жестко запрещали. – Вампир стряхнул с яблока какую-то пылинку. – Ради благополучия и будущего моего ковена я пошел вам навстречу. Но сейчас вы просите прямо противоположного. Вам не хочется объясниться?
– Я не собираюсь ничего объяснять. Такова текущая необходимость. Напоминаю вам, что мы заключили соглашение, Карвен. Я открыто поддерживаю вас и ваших вампиров как часть Темной Лиги и обеспечиваю отсутствие прямых нападений со стороны Белой, а вы осуществляете силовую поддержку в тех случаях, когда она мне необходима. Быть может, вам не нравится наше соглашение? Как думаете, сможете ли вы выстоять, если я направлю против вас не только Белых, но еще и своих магов? Вас не настолько много, чтобы противостоять всему миру.
– Вы используете те же доводы, что и раньше. К тому же если нас не настолько много… Как же мы победим великого Белого Рыцаря? Ведь ему дарована огромная сила – самой богиней Света. – Карвен полностью погрузился в изучение яблока. Голос его был условно-вежлив и не выражал никаких эмоций.
– Карвен, я вас не понимаю. Вы же хотели уничтожить лорда Арриера? Я даю вам этот шанс. Или вы передумали?
– Нет, отчего же. Я по-прежнему хочу уничтожить его. Правда, я несколько удивлен тем, что он все еще жив.
– В смысле? – Глаакху послышалась какая-то странная нотка в последних словах вампира.
– Просто удивлен. Не обращайте внимания. Итак, я должен убить лорда и доставить вам его жену. Понятно. Какие-то дополнительные указания?
– Лорда Арриера поддерживают несколько магов, насколько мне известно. К тому же, возможно, что его дети – которые сбежали исключительно по недосмотру кого-то из ваших людей – также находятся с ними. Желательно уничтожить всех, кроме леди Арриера и детей.
– Вы хотите ее шантажировать детьми, чтобы она что-то для вас сделала?
Глаакх нахмурился:
– Это наше внутреннее дело. Оно никого, кроме нас, не касается. От вас требуется доставить их мне. И все.
– Лорд и леди Арриера – очень сильные маги. К тому же, вы говорите, они там не одни. Я не хотел бы посылать моих людей на заведомое уничтожение.
– Я и не собираюсь делать все только с вашей помощью, Карвен! Ваши люди – только часть нападения! Ситуация слишком сложна, чтобы я мог допустить хоть долю вероятности провала! Маги также будут участвовать в атаке. Вы – всего лишь острие лезвия.
– Вы дали очень мало информации. – Карвен подбросил яблоко и снова поймал его. – Слишком мало. Не уверен, что вы меня убедили.
– Я не собираюсь вас убеждать! Либо вы участвуете в наших планах, либо вы сильно пожалеете о вашем отказе! Уверяю вас, мне хватит сил стереть ваше племя с лица земли! – Глаакх начал злиться. Этот расфуфыренный вампир выводил его из себя. Он понимал, что Карвен значительно старше, чем кажется, – но одно дело понимать, а другое – смотреть в совсем еще юное лицо. К тому же Карвен не упускал случая напомнить Глаакху, что того украшает слишком много шрамов.
– Как печально. Что ж, мне ничего не остается, кроме как согласиться, не так ли? Но, быть может, вы хотя бы мне скажете, с кем еще мне придется столкнуться, кроме четы Арриера? Атака должна учитывать все сильные и слабые стороны врага.
– Как минимум там два черных мага. Возможно, еще один или два белых. Из черных один – еще студент, и его можно не считать. Если там есть белые, вероятно, их удерживают силой, и они также не представляют серьезной опасности.
– Значит, всего один черный маг, кроме Арриера. Да, это не так уж и сложно.
Глаакх пожевал губу. Ему не хотелось давать слишком много информации, но, с другой стороны, если Карвен пошлет слишком мало людей, это лишь насторожит беглецов…
– Это сильный маг. Полагаю, вам имеет смысл это знать, иначе вы можете не выполнить моего поручения. Черный маг Ра'ота.
– Как удивительно! – Глаза Карвена казались пустыми осколками цветного стекла. – Но я припоминаю, что маг Ра'ота был убит во время схватки за Белую Башню. И убит именно лордом Арриера.
– Это детали, которые я разъясню вам позднее. Данная информация не влияет на мои требования.
– Хорошо, я понял вас. Где находится лорд Арриера?
Кинлера сдвинулась вперед. На лице ее читалось недоумение.
– Карвен, мы что, действительно будем выполнять этот приказ?
– У тебя есть сомнения на этот счет? – Карвен слегка изогнул бровь. Рука вампира скользнула к высокому кружевному воротнику, ослабляя его.
Глаакх насторожился. Реакция Кинлеры была несколько необычной. Он пристальней вгляделся в ее лицо. Глава вампиров что-то скрывает?
– Но… ведь Ра'ота… – вампирка нахмурилась, – он же…
– Он что? – встрял Глаакх, не отрывая от нее глаз.
– Глаакх, это такая мелочь… Вам это не будет интересно.
Глава Темной Лиги сощурился, наблюдая, как Карвен расстегнул несколько верхних пуговиц на сорочке. Волнуется?
– Вам нехорошо, Карвен?
– Нет-нет. Просто здесь слишком жарко. – Улыбка вампира была несколько вымученной.
– Жарко? Что вы скрываете, Карвен? Чем так важен Ра'ота?
– Ну видите ли… – Пальцы Карвена скользнули по груди, теребя изящную цепочку. – Вообще-то, он мой любовник. – Одновременно с отдачей ментального приказа рука вампира резко сжалась на пентаграмме.
Кинлера дико взвизгнула от боли, глаза ее полезли из орбит. А в следующий миг тело вампирки взорвалось изнутри. Во все стороны брызнули лохмотья окровавленного мяса и внутренностей. Часть ошметков попала Глаакху прямо в лицо. Он невольно отшатнулся, отирая кровавые клочья, и тут же увидел, как Карвен метнулся к нему, выбрасывая вперед руку. Кисть вампира видоизменилась, ногти превратились в длинные лезвия. Глаакх настолько был ошарашен взрывом, уничтожившим тело вампирки, что чуть замешкался, выставляя защитный аркан. Карвену хватило этого «чуть». Холодные клинки вспороли горло черному магу, моментально перерубив сонную артерию. Еще пара мгновений – и отделенная от тела голова Глаакха шлепнулась на пол, обильно разбрызгивая вокруг свежую кровь.
Карвен брезгливо стряхнул с вернувшихся в обычный вид пальцев клочки чужой кожи и аккуратно промокнул руку тончайшим батистовым платком.
– Да, кому-то придется немало заплатить уборщикам, – флегматично констатировал он, обводя взглядом заляпанное кровью помещение.
Неслышной тенью сзади появился Глонк.
– Эффектно, Карвен. Но, полагаю, ты это устроил не ради моего восторга?
Глава ковена аккуратно поднял голову Глаакха за остатки волос, стараясь не запачкаться, и слегка качнул ею туда-сюда. На мертвом лице застыло выражение изумления.
– Они считали, что меня можно шантажировать. Глупо, не правда ли?
– Кинлера тоже? А я-то думал, почему вдруг на меня свалилась эта опала… Знаешь, а ведь ты был очень убедителен. Я абсолютно поверил в то, что ты меня понизил. – Глонк задумчиво потер шею.
– Кинлера… Кинлера была так наивна. Мне даже смешно. Я мог бы уничтожить ее сразу. Несмотря на то, что она совсем ненамного меня младше и ранг ее силы довольно высок, ее защита по-прежнему так несовершенна… Но куда интересней было слегка подождать. Наблюдать за ее лицом, когда она расправляла крылья своих амбиций… Право же, это стоило небольшого ожидания. И сегодня ее провинность пришлась как нельзя кстати. Если бы она не отвлекла Глаакха, возможно, мне пришлось бы не очень легко. Он довольно сильный маг. Был. – Губы Карвена изогнулись в улыбке. – Людей легко обмануть. Если показать им то, что они так безумно хотят увидеть. Например, нервничающего меня. – Легким движением он бросил оторванную голову к ногам Глонка. – Подкрепись, если хочешь. Говорят, некоторые дикие племена считают, что поедание плоти врага дает им обладание его силой. Ты так не думаешь, любитель падали?
– Я думаю, что глупо отказываться от дармовой силы.
– Ну-ну. – Карвен обнаружил пятнышко крови на бархатном рукаве камзола и полностью погрузился в его уничтожение. – Кстати, Глонк. А ведь ты уже третий раз оступаешься по-крупному. Почему я узнал о происшествии с детьми Арриера от Кинлеры, а не от тебя? Может, тебя тоже стоит наказать?
Глонк замер.
– Меня не так легко порвать на клочки, Карвен. В отличие от этой идиотки, я никогда не снимаю защиту. И даже то, что я принес тебе клятву крови, не позволит…
– Правда? Ты так разнервничался… Мне тебя жаль. Но нет, я пока еще не собираюсь тебя убивать. Ты довольно полезен в своей роли серого кардинала. Я даже прощу тебе этот недавний маленький заговор. Надеюсь, ты уже успел заметить исчезновение некоторых твоих друзей? Если хочешь, я скажу тебе, где ты можешь найти то, что от них осталось…
– Я не понимаю, о чем ты говоришь. – Лицо Глонка было бесстрастно. Почти.
Карвен улыбнулся, показывая кончики клыков.
– Ну раз не понимаешь, тогда не будем. Но, помощник мой… Просто добрый совет. Не путай меня с Аластра. Ты уподобляешься Кинлере, полагая, что у меня есть некая слабость, которая делает меня более уязвимым.
– Ты зря рисуешься, Карвен. Она делает  тебя более уязвимым.
– Не настолько, чтобы ты смог получить это украшение. – Карвен повертел в пальцах висевшую на его шее пентаграмму. – Впрочем, не буду тебя отвлекать. Твой ужин, – вампир кивнул в сторону обезглавленного трупа, – остывает. Тебе имеет смысл поспешить, пока тебя никто не отвлек.
Глонк задумчиво поднял оторванную голову и слизнул еще капавшую из разорванных артерий кровь.
– Отвлек… Мне иногда кажется, что это именно ты подстроил, чтобы Л'эрт увидел, как  я питаюсь. Неужели тебя так раздражала наша дружба?
– Я не склонен сейчас обсуждать это предположение. – Пальцы Карвена затанцевали в воздухе, создавая пульсирующий алым портал.
– Куда ты хочешь направиться? – Глонк отвлекся от своей трапезы.
– К источнику моих сегодняшних проблем. Возможно, я уговорю его отчистить пятна на моем костюме.
– Но Глаакх не успел тебе сказать, где они прячутся. А поскольку Л'эрт не связан с тобой клятвой крови…
– Это ты так думаешь. – И Карвен шагнул в развернувшийся портал.

ГЛАВА 43

Ярко-алые сполохи развернулись прямо перед носом у Л'эрта, заставив вампира отшатнуться назад. Настройка портала была слишком неожиданной и быстрой, чтобы он успел заблокировать переход. А когда Л'эрт увидел визитера, брови его удивленно взлетели вверх:
– Карвен?! Ты что тут забыл?!
– Хочу поговорить.
– Поговорить?! – зло прошипел Л'эрт. – «Поговорить»?! И ты думаешь, я захочу с тобой разговаривать?! Я чуть не отправился на тот свет по твоей милости!
– Я лишь хотел смерти Арриера.
– Я же сказал тебе, что не буду его убивать! – Л'эрт схватил своего собеседника за пышный кружевной воротник и притянул к себе. – Ты что, решил, что я блефую?! На хрена нужно было меня на ломтики кромсать?! Я еле идти мог! У твоих игр должен быть предел, мать твою! – Его пальцы сжались на горле Карвена.
Карвен задумчиво уставился ему в глаза. Синие-синие, как глубокое море, согретое солнцем. Значит, все же сейчас он не очень сильно сердится… Если Л'эрт действительно раздражен, глаза его светлеют, превращаясь в бело-голубоватые льдинки. Или если ему больно. Когда Л'эрт уходил из его замка, глаза у него были кусочками льда. И он молчал… Молчал все время, пока в его тело втыкались ножи – только бесстрастно смотрел в лицо светлеющими глазами. Арриера… Что он значит для Л'эрта? Он не мог, не должен был выжить… Но выжил же… Нужно невероятно высоко ценить его жизнь, чтобы в таком состоянии сохранить ее.
– В каких облаках ты витаешь, чтоб тебя?! Хватит меня глазами облизывать! – Л'эрт отвесил Карвену оплеуху. – Ты вообще слушаешь?!
– Более или менее. – Карвен едва заметно улыбнулся. – Но ты пока не сказал ничего ценного. Ты просто злишься.
– Придурок гребаный! Я спросил, что ты здесь делаешь?! – Л'эрт запнулся и нахмурился. – И как ты меня нашел?
– Ну я же все-таки глава ковена. Я много чего умею. – Карвен незаметно потер левую ладонь, пересеченную розоватым шрамом с обеих сторон. Да, это не клятва крови, и управлять Л'эртом он не сможет… Но найти его где бы то ни было – запросто. Однако рассказывать про это самому Л'эрту он не собирался. Судя по всему, тот понятия не имел, какие выгоды можно извлечь из смешения крови.
– Ну и, глава ковена?  Я тебе не подотчетен. Что ты здесь забыл? – Л'эрт постарался сказать это более спокойно.
Карвен вздохнул. Судя по всему, его участие в этой странной игре, связанной с Орденом и Арриера, является несколько более важным, чем вызов Главы Лиги на поединок. Что же тут творится?..
– Орден Высокой Магии собирается напасть на лорда Арриера. Цель – убить его и всех, кто его поддерживает, за исключением леди Арриера и ее детей. Предполагаю, детей планируется подвергнуть пыткам. – Голос Карвен был абсолютно спокоен, будто он рассказывал о погоде.
– Что? – Л'эрт опешил. – Откуда ты знаешь? И когда они собираются?..
– Глаакх настаивал, чтобы вампиры участвовали в атаке. Своего рода острие меча. Полагаю, нападение планировалось через десять дней от текущей даты. Если я верно догадываюсь, Орден чем-то усыпил бдительность Арриера, и тот не должен догадаться о происходящем.
– Дерьмо… И они знают, где мы находимся?
– Разумеется. Иначе какой смысл в подготовке нападения?
– М-мать… – Л'эрт раздраженно сплюнул. – Неужели они даже не попытались разобраться?
– Разобраться с чем? В чем истинная ценность четы Арриера, Л'эрт? Ты тоже за ними охотишься?
– Я их защищаю. – Он взъерошил волосы. – Ладно, это неважно. Ты пришел только чтобы рассказать мне эту новость?
– Нет. Глаакх мертв. Черной Лиге потребуется некоторое время, чтобы выбрать нового лидера. Это несколько смешает их планы нападения. К тому же навряд ли им стоит рассчитывать на мою поддержку.
Л'эрт уставился ему в лицо:
– И сколько я тебе за это должен?
Карвен небрежно пожал плечами:
– Ты ничего не должен.
– Не понял? Если ты набиваешь цену…
– Это подарок. – По губам вампира скользнула легкая улыбка.
Л'эрт устало потер виски:
– Карв, прекрати заигрывать. Я серьезно. В жизни не поверю, что ты отправил на тот свет Глаакха только для того, чтобы продемонстрировать эдакий широкий жест. В тебе нет ни капли благородства. К тому же… раз уж ты убил Главу Черной Лиги, ничто не мешает тебе поменять сторону в этой драке, не так ли? Ты же это хотел мне предложить?
– Возможно.
– Еще раз – сколько? Какова цена?
– Ты так привязан к этим Арриера… Разве ты не заплатишь по любому счету? Ведь без моей поддержки вас раздавят, как мух. Или все же есть граничные рамки?
– Что ты хочешь?
– Все, разумеется. Вырванная у тебя ночь или две – это слишком мало. Меня это не устраивает. К тому же ты постоянно нарушаешь свои обещания. Что скажешь, если я потребую клятву крови?
Л'эрт уставился ему в лицо. Воцарилось ломкое молчание, нарушаемое лишь отдаленными звуками леса.
– Ты не отвечаешь, Л'эрт. Цена слишком высока?
– Я… согласен.
– Даже так? Ты невероятно привязан к Арриера… Что вас связывает, Л'эрт?
– Это не твое дело!
– А если я поставлю ответ на этот вопрос условием нашей сделки?
– Ты хочешь слишком многого!
– Возможно. Но я ведь все равно заставлю тебя рассказать, если получу власть над тобой, не так ли?
– Вот тогда и спросишь. – Л'эрт опустил глаза на траву под ногами.
– Ладно, договорились.
Л'эрт рванул воротник рубашки, открывая шею.
– Кусай. – Голос его звучал глухо и отстранение.
Карвен скользнул пальцами по его коже, погладил тонкую голубоватую жилку.
– Не тяни! – Сквозь кажущуюся бесстрастность Л'эрта прорвался отголосок боли.
– Как скажешь. – Он медленно погрузил зубы в шею Л'эрта. Эта кровь кружила голову, заставляя забывать обо всем… Он не чувствовал металлического привкуса, только слабую горечь на языке…

– Не тронь его! – Между Л'эртом и Карвеном ворвался светлый вихрь, разбрасывая вампиров в стороны. – Я убью тебя, проклятый монстр! – Сверкающее зелеными камнями ожерелье полетело в траву. Лакерра начала трансформировать тело в животную форму. Карвен неприятно ощерился. Вокруг него затанцевала магия формирующегося аркана.
– Лак, нет! – Л'эрт бросился перед девушкой, заслоняя ее. Карвен успел среагировать на его вмешательство: аркан погас, так до конца и не сформировавшись. Лакерра остановиться не успела. Ее занесенная для атаки рука с превращенными в острые бритвы когтями насквозь прошила грудь Л'эрта. Тому пришлось сделать над собой огромное усилие, чтобы не заорать от боли. – Лак, не надо. Он не сделает мне ничего плохого.
– Он… он же нежить… – растерянно возразила Лакерра. – Зачем ты его защищаешь?
– Не его. Тебя.
– Меня? Я… – Девушка опустила глаза и только сейчас заметила, что ее когти засели в груди Л'эрта. Она поспешно отвела руку. На синей ткани рубашки проступило пять мокрых пятен, быстро расползавшихся вширь. Прямо напротив сердца. – Ох, боги… – Лакерра судорожно сглотнула. – Боги… ты… ты жив?!
– Да, но мне больно.
– Боги… но… это же невозможно! Ни одно живое существо не может жить с пробитым сердцем!
Л'эрт криво улыбнулся. Н-да, тот еще момент для откровений, конечно…
– Лак, я же никогда не говорил, что я живой.
– Не живой?! – Она нервно сглотнула. Холодная кожа, нежелание употреблять обычную пищу, умение превращаться в летучую мышь… Она упорно гнала от себя все возможные сопоставления, потому что не хотела о них думать… Но не думать после выживания при сквозной ране в сердце было уже невозможно. – Боги! – Она прижала дрожащие ладони к лицу. – Ты… ты тоже один из них?! О боги!.. – Лакерра сделала нервный шаг назад, еще и еще.
– Я не причиню тебя вреда. – Л'эрт успокаивающе улыбнулся.
– Я… я знаю… но… это… я не могу… Нас… учили, что все вампиры – наши враги… Это… это выше меня. Прости! – Она резко развернулась и бросилась прочь, размазывая по лицу слезы.
Л'эрт прижал руку к груди. Кровь все не желала останавливаться, стекая из порезов маленькими пульсирующими струйками.
– Больно? – Карвен неслышной тенью подошел сзади.
– Да иди ты! Что, опять решил чужими эмоциями подкормиться?
– Ну в данном случае это не совсем то, что меня устраивает. Полагаю, ты не захочешь поймать эту девчонку и позаимствовать ее кровь для выздоровления?
– Я не собираюсь убивать ее только из-за глупого недоразумения! – Л'эрт слегка пошатнулся. Удар пришелся слишком уж неудачно. Карвен обхватил его за плечи, поддерживая.
– Но тебе все-таки нужна кровь. – Пальцы Карвена пробежались по ранам Л'эрта, замедляя кровотечение. – Я не обладаю целительскими способностями. Могу ускорить процесс свертывания, но и только.
– И что теперь? Прикажешь мне кого-нибудь убить? Ты же теперь можешь… – Л'эрт осекся, не завершив фразу, и уставился на своего собеседника. – Чтоб я сдох… Ты же так и не наложил клятву крови! Я ведь должен был почувствовать!
– Я все думал, когда же ты заметишь. – На губах Карвена появилась улыбка.
– Я… не понимаю… Ты же обещал, что поможешь… – растерялся Л'эрт.
– Я помогу. Я не готов смотреть, как какие-то глупые маги сворачивают тебе шею.
– Но… зачем тогда это представление?! И что тебе нужно на самом деле?! Ты же так хотел получить полную власть надо мной… С какой радости ты не воспользовался шансом?!
– Я уже получал тебя в качестве бездушной марионетки. Это не совсем то, что мне требуется. – Карвен провел пальцами по щеке Л'эрта, дотронулся до губ. – Я не смог удержаться, чтобы немного не подразнить тебя… К тому же твоя кровь слишком хороша на вкус. Но я не хочу видеть пустоту в твоих глазах.
– Карв… послушай, я уже объяснял тебе… Я никогда  не смогу полюбить тебя.
– Возможно, меня бы устроила просто небольшая благодарность. Если ты захочешь ее проявить. Тебе же не всегда неприятно быть со мной? Я готов полностью отказаться от попыток причинить тебе боль. – Карвен посмотрел ему в глаза. Его рука скользнула по шее Л'эрта вниз, размазывая капельки крови из недавнего укуса. – Но ты не обязан. Мои люди все равно будут защищать тебя. Ну и твоих Арриера, раз уж ты с ними.
– А, проклятье! – Л'эрт помотал головой. – Карв, ты пытаешься давить на мою совесть? Но я же не человек! У меня давно умерли все эти чувства.
– Тогда почему ты просто не оттолкнешь меня? – Карвен придвинулся ближе, почти касаясь губами губ Л'эрта.
Шум приближающихся шагов, сопровождаемый шорохом листвы и треском сухих веток, избавил Л'эрта от необходимости отвечать. Карвен быстро отодвинулся и нацепил на себя маску полнейшего безразличия.
Рифф явно не пытался замаскировать свое появление. Лицо оборотня было перекошено от ярости.
– Тварь! – Он подскочил к Л'эрту и схватил его за мокрую от крови рубашку. – Что здесь произошло?! Что ты ей сделал?! Она рыдает так, будто наступил конец света!!! Я убью тебя, если ты причинил ей боль!
– Да Перестань ты трясти меня! – Л'эрт оторвал руки оборотня. – Я ей ничего не сделал! Это она чуть меня к дереву не пришпилила. Сам смотри. – Он показал на кровоточащие разрезы.
Рифф покосился на пятна крови:
– А почему она тогда плачет?
– Потому что оказалось, что я вампир! И ее несколько расстроила эта «удивительная» новость.
Рифф нахмурился:
– В смысле?! Она что, не знала? Это же чувствуется…
– Она моложе тебя в два раза! К тому же ей не хотелось об этом думать, разве не ясно? Проклятье, да перестань тупить! Чем трепаться со мной, лучше бы шел к ней и утешал. У тебя сейчас ну очень высокие шансы выиграть партию.
– Ты… зачем ты мне это советуешь?! Она для тебя что, совсем ничего не значит?
– Она для меня – милая девочка, Рифф. Но – всего лишь милая, не более того. Все хорошее, что мог, я уже для нее сделал. Дальше будут только расстройства и разочарования. А ты ее любишь, если я не ошибся. – Л'эрт наклонился и поднял с травы ожерелье с зелеными камнями. – Вот, возьми. Оно помогает контролировать оборотню переход в другую форму в нежелательных ситуациях. Ты-то наверняка и сам умеешь, но Лакерра еще слишком молода.
– Зачем? – Рифф уставился на зеленые камни.
– Если ты поведешь себя умно, оно пригодится. А я не думаю, что ты дурак.
– Ты странный, вампир. – Рифф поднял глаза на Л'эрта.
– Есть немного. Нуже, иди к ней. – Л'эрт махнул рукой. – Пока на меня не накатил приступ жадности и я не передумал.
Рифф стиснул ожерелье в кулаке и стремительно пошел прочь.
– А ведь он прав. – Карвен накрутил на палец прядь волос Л'эрта. – Ты действительно странный. К тому же твое поведение совершенно не свидетельствует об отсутствии совести и сочувствия.
– Просто ей действительно будет лучше с этим типом. Он ее любит. И потом, они одного вида. Интересно, дети мета-морфов наследуют их способности?
– И это говорит «дитя Тьмы»! По мне, так ты больше человек, чем некоторые из них самих.
– Раньше ты называл это маразмом.
– Видимо, я уже привык к твоим заморочкам. Было бы несколько странно, если бы ты вдруг стал «нормальным». – Ладонь Карвена накрыла порезы Л'эрта. – Все еще сильно болит?
– А то сам не чувствуешь? – Л'эрт фыркнул. – Но спасибо, что хоть кровь остановил.
– Ты очень плохо и редко питаешься. Они будут долго заживать. Жаль. Вмешательство этой девушки было весьма неудачным. Точнее, твое стремление ее защитить. Она действительно оборотень?
– Да, Белая Лига создала целый выводок таких. Ты разве не в курсе? Они вроде как кого-то из вампиров уже прихлопывали.
– Нет, доходили только слухи. У них хорошо поставлена система конспирации. Я еще не натыкался на следы этих созданий. – Карвен сцепил руки вокруг талии Л'эрта и потянул его к себе.
– Я помню, что чужая боль тебя только возбуждает, но, Карв… Это примерно как с ножами. Мои способности абстрагироваться от болевых ощущений не безграничны.
– Мм… я постараюсь тебя отвлечь. Возможно, боль будет ощущаться меньше.
Л'эрт задумчиво посмотрел в его глаза:
– Ты здоров? Ты сам-то понял, что сказал?
– Да, а что?
– Значит, я нездоров. Ты намеренно  хочешь уменьшить мою боль?!
– Почему бы и нет? Для разнообразия.
– Ффух… Я уж испугался, что в лесу кто-то сдох.
– Меня не изменить, Л'эрт. Я – то, что я есть. И меня это устраивает. Но иногда я могу и немного попритворяться. – Он закончил возиться с пуговицами рубашки Л'эрта и та синей бабочкой спланировала на траву.
Карвен склонился к укусу на шее Л'эрта и медленными движениями начал слизывать кровь вокруг ранки. Руки его скользнули к поясному ремню и отщелкнули пряжку.
– Л'эрт, и зачем ты все время носишь настолько обтягивающие штаны, а?
– Не нравится? – Он усмехнулся.
– Снимать неудобно.
– Не снимай, необязательно же. Или ты хочешь ролями махнуться?
– Идея забавная. – С третьей попытки штаны с Л'эрта он все-таки стянул. – Но ты же сам знаешь, что не хочу. – Карвен осторожно потянул Л'эрта вниз, на траву.

Заколка, скреплявшая собранные в пучок волосы, открылась, и мокрые пряди тут же рассыпались во все стороны. Керри пробурчала себе под нос нечто совершенно малоприличное и попыталась собрать их обратно. Проклятый вампир! Ведь почти месяц прошел! Она уж думала, что он забыл про этот дурацкий розыгрыш – но нет, этот гад просто усыплял ее бдительность! И где только он нашел эту дурацкую краску ядовито-розового цвета?! Она едва в обморок не хлопнулась, увидев себя в зеркало. Полнейший поросенок получился! Мало того, он еще и «хрю-хрю» на лбу вывел! Гад! И ведь не только она – Ралернан тоже не проснулся! И магии он никакой не использовал! Это ж надо так незаметно напакостить! Ей потребовалось четыре часа, чтобы отчистить с головы эту дерьмовую краску. Полдня угробила. Проклятье!
Заколка снова раскрылась и шлепнулась в траву. На сей раз ее попытка убежать оказалась более успешной – она закатилась в заросли крапивы. Лезть туда за ней Керри не захотелось. Пришлось придерживать мокрые волосы рукой, чтобы они не намочили одежду и не залепляли глаза. Собирая волосы, она едва не споткнулась. Все-таки не стоило срезать, возвращаясь с речки более коротким путем. Тут слишком уж густые заросли. Ударившись еще раз, она ругнулась.
Ну пусть только попадется ей под руку! Она ему покажет!
Вероятно, боги решили ее услышать. Потому что на виновника своего внепланового купания она наткнулась буквально через несколько шагов. И тут же замерла соляным столбом. Да он что, издевается?! Ему Лакерры мало? Это еще что за девица?!
В отличие от Л'эрта, девица была вроде бы одета – но почему-то в костюм для верховой езды. Или нечто похожее. В первое мгновение Керри бросилось в глаза только обилие тончайшего кружева на кремовой сорочке. Незнакомка полулежала на земле, опираясь на локти и склонив голову к паху Л'эрта. Длинные волосы черным покрывалом падали вниз, скрывая ее лицо и скользя по коже вампира.
Керри до боли стиснула кулаки, не замечая, как ногти впиваются в кожу ладоней. Ей надо уйти! Зачем она на это смотрит?!
Тело Л'эрта выгнулось в судороге наслаждения, с губ вампира сорвался протяжный стон.
Керри попыталась сделать шаг назад, но ноги категорически отказывались слушаться. Сознание разрывалось между желаниями набить проклятому вампиру морду и оттаскать за волосы незнакомую девушку.
Л'эрт медленно приоткрыл глаза, подернутые поволокой, и уставился прямо на Керри. По его губам скользнула улыбка:
– Ты опять пришла… подсматривать… мышонок?
Керри издала неопределенный звук и тут же зажала рот рукой.
– Ты уверена… что тебе… хорошо видно?.. Ты далеко стоишь… – В синих глазах откровенно танцевали смешинки.
Незнакомка в кружевной сорочке приняла сидячее положение и плавным жестом отбросила длинные волосы за спину. Тонкие пальцы коснулись уголка губ, стирая белую струйку. Керри обалдело уставилась в точеное лицо. Да, черты лица были очень изящными – но все же никак не женскими. Чужая память любезно напомнила ей имя.
– К-карвен?! – недоуменно уточнила она. Но это невозможно! Он же враг Л'эрта!
Карвен сощурил алые глаза, усиленно стараясь скрыть смущение.
– Ты не человек. – Его дыхание тоже было не вполне ровным, но все же несколько спокойнее, чем у Л'эрта. – Но я тебя не знаю. Странно.
– Ш-ш-ш… Карв, не лезь. Она моя. – Л'эрт поймал Карвена за руку и сжал его пальцы.
– Ты… ты… ты… – Керри переключила свое внимание на Л'эрта. – Ты придурок! Ты с ума сошел?! – Она сделала несколько шагов вперед, приближаясь к нему. – Ты вообще соображаешь, что делаешь?!
– И что? – Улыбка Л'эрта была абсолютно безмятежной.
– Он же вампир! Он… о боги, он же тебя мог кастрировать! И как тебе только в голову пришло?! – Она подошла вплотную, уставившись на него сверху вниз.
Карвен озадаченно нахмурился, продолжая изучать Керри. Девушка невольно поежилась – его взгляд колол ледяными иголками.
– Я не могу его кастрировать. У нас регенерируют абсолютно все части тела, кроме головы.
– Карв, ша. Она так забавно за меня волнуется.
– Ты – гад! – Керри наклонилась к Л'эрту. – Я за тебя не волнуюсь! Я тебя терпеть не могу! Извращенец недоделанный! И что ты себе только позволяешь?! Сначала Лакерра, теперь вот он?! И тебе не стыдно?! – Она вцепилась пальцами в его шею. – Подлец!
– Ты ревнуешь… Мне нравится, продолжай. – В синих глазах светились искорки.
– Ненавижу! – прошипела она ему в лицо. – Прибить тебя мало!
– Поцелуй меня. – Он улыбнулся.
– Ч-чт-то?! – Керри потеряла дар речи.
– Разве тебе не хочется? Нет?
– Нет, конечно! – Она нервно сглотнула. – Да с чего ты взял?!
– Правда, нет? Мое сердце не выдержит такого разочарования… Может, ты передумаешь? – Его глаза затягивали, мешая сосредоточиться. Синее море, кажущимся спокойствием убаюкивающее моряков. Но под толщей воды прячется кракен, ждущий своего часа. – Ну же, мышонок… Один маленький поцелуй… Неужели ты мне его не подаришь?
– Прекрати! Ты… ты опять пытаешься колдовать! – У Керри слегка закружилась голова. Ей надо просто вмазать ему по физиономии и уйти. И все! Ее руки отпустили наконец горло вампира. Просто ударить… Она же хотела его побить, разве нет? Пальцы девушки скользнули по его щеке. Такая холодная кожа. Будто она касается рукой льда…
Л'эрт положил свою руку поверх ее, прижимаясь щекой к ее ладони.
– Всего один маленький поцелуй… прошу тебя…
Керри не поняла, как склонилась к его лицу. Ее вторая рука дотронулась до черных волос и запуталась в них.
– Мышонок… я люблю тебя…
Она коснулась его губ, ощущая их прохладу. Глоток ледяной воды в жаркий полдень. Воды, от которой невозможно оторваться…

– Кажется, мне нужна валерьянка. – Голос Ралернана вдребезги расколол сладкий туман, окутавший Керри. Девушка резко дернулась и диким скачком шарахнулась в сторону от Л'эрта. Тот приглушенно хихикнул.
– Раль, послушай, все не совсем так… ты неправильно понял!
– Ну да. Ты целуешься с голым мужчиной в присутствии еще одного не вполне одетого, а я что-то не так понял. Нет, мир точно сошел с ума. – Ралернан устало поморщился и потер виски.
– А ты-то что здесь забыл, лорд Арриера? – сухо полюбопытствовал Карвен, смерив эльфа крайне нелюбезным взглядом. Ралернан узнал главу вампиров, но лимит удивления у него на сегодня уже явно был исчерпан.
– Она моя жена, – не менее сухо проинформировал он.
Карвен покосился на Л'эрта, снова перевел взгляд на Ралернана.
– Не понимаю… Зачем тогда тебе так ценить его жизнь?
– Сам не понимаю. – Л'эрт продолжал улыбаться. Судя по всему, его радужного настроения ничто не могло испортить.
Ралернан вздохнул и повернулся к Керри:
– Сожалею, что помешал. Ты долго не возвращалась, и я подумал, что ты могла заблудиться. Можете продолжать. – Эльф резко развернулся и двинулся в сторону лагеря.
– Раль, стой! – Керри метнулась вслед за ним, ловя его за руку. – Все правда не так! Да послушай же! Раль!
Карвен проводил их взглядом.
– Ты пользуешься популярностью в здешнем обществе. Следует ли подождать еще чьего-нибудь визита?
– Сложно сказать. Это как-то влияет на твои планы? – Л'эрт дернул его за руку, опрокидывая на траву. – Ты так забавно смутился, когда она пришла. Неужели ты не слышал шагов?
– Знаешь, мне хочется свернуть тебе шею. Ты же явно собираешься использовать меня в качестве замены той рыжей девчонки.
– Ужасно, да? Наверное, она права. Я последний гад. – Л'эрт усмехнулся. Его пальцы скользнули под сорочку Карвена.
– Возможно… только не останавливайся…

ГЛАВА 44

Звезды. Множество звезд, россыпью горящих на небе. Крошечные угольки, прожигающие черную мглу. Осколки чьих-то улетевших душ. Быть может, они примут в свою компанию еще одну?
Ралернан резко встряхнул головой, заставляя себя оторваться от неба. Шаг, шаг, еще один шаг. Сложно передвигаться тихо и неслышно в ночной темноте, если ты не вампир. Даже навыки лесного жителя не так сильны, как способности этих детей тьмы. Еще шаг. Всего несколько шагов, отделяющих от падения в никуда. Почему их так трудно сделать?
Конечно же его заметили, несмотря на попытки идти тихо. Впрочем, он ничего другого и не ждал.
Карвен плавно приподнял голову, поворачиваясь в сторону источника шума. Л'эрт на шум не отреагировал: он мирно спал, используя плечо Карвена в качестве подушки. Судя по выражению его лица, снилось ему что-то определенно приятное.
– Лорд Арриера? – Тихий голос Карвена прорезал ночной воздух, как свист ножа. – Что ты здесь забыл в такой час?
– Мне нужно поговорить с Лаэртом.
– Он спит, ты же видишь.
– Это важно. – Ралернан потянулся к вампиру, намереваясь разбудить его, но почти мгновенно его рука была перехвачена.
– Он спит. И даже если ты его разбудишь, он все равно будет не в состоянии с тобой говорить.
– Почему?
– Потому что вечером он напился. Уходи, лорд Арриера.
– Нет. Даже если мне придется с тобой драться.
Карвен неприятно ощерился. Алые глаза полыхнули мертвым огнем. Он аккуратно сдвинул голову Л'эрта на землю и начал медленно подниматься.
– Драться? Ну что ж… я не против позднего ужина.
Л'эрт сонно пошевелился и приоткрыл глаза.
– Серебрянка?.. Мм… а что ты тут делаешь? – Он широко зевнул, показывая клыки. Карвен издал легкий вздох разочарования. Кажется, смерть Арриера несколько откладывается. Жаль.
– Лаэрт, нам надо поговорить. – Голос эльфа был пуст и безжизнен.
– Что, сейчас? – Л'эрт зевнул еще раз. – Ночь же… И я еще не выспался. Давай потом, а?
– Это важно. Прошу тебя.
– Ну хорошо, хорошо. – Л'эрт выполз из-под одеяла и потянулся, едва не заехав кулаком Карвену в челюсть. Тот устало вздохнул. – Может, я хотя бы смогу убедить тебя поделиться парой глотков крови в качестве компенсации, как думаешь?
– Я бы хотел поговорить наедине.
– Дворцовые тайны, прям. Ну ладно, пошли… Но как там насчет крови, а?
– Л'эрт! – окликнул его Карвен. – Штаны надень.
– То сними штаны, то надень штаны… – пробурчал себе под нос Л'эрт, нашаривая названный предмет гардероба. – Ты уж определись как-нибудь, а? А то я скоро себе мозоли на заднице натру.
Сапоги и прочее Л'эрт явно счел излишним и, слегка пошатываясь, направился вслед за Ралернаном. Эльф остановился, только когда они значительно углубились в подлесок.
– Ты меня чего, тайком прирезать решил? – полюбопытствовал вампир, оглядываясь. – Завел в какой-то бурелом… Что мы здесь забыли?
– Я просто хотел поговорить. – Ралернан прислонился спиной к старому разлапистому дубу и уставился на звездное небо. – О Керри.
– А… – Л'эрт схватился за тот же дуб, едва не падая на эльфа. Ралернан подавил желание отодвинуться: от вампира слишком явно несло перегаром. – Ну я ее немножко околдовал. Момент был слишком подходящий. – Л'эрт небрежно взмахнул правой рукой. – Всего лишь один поцелуй. Тебе что, жалко?
– Мы хотели драться.
– Что, сейчас?! – На лице вампира отразилась легкая паника. – Ты головой ударился, серебрянка?
– Почему нет? Боишься проиграть?
– Боюсь выиграть. Нет, ну что ты несешь, а? На хрена мне надо было столько раз спасать твою задницу, только чтобы потом прихлопнуть? Я даже как-то к тебе привязался. – Л'эрт усиленно похлопал ресницами. – К тому же ты эта… как ее… третья кровь, восьмой зуб мудрости, двенадцатое чудо света и Самое Страшное Проклятие… Тебя нельзя убивать, а то земля хлопнется на небо и всех расплющит. – Он почесал затылок. – Хотя нет, наверное, наоборот.
Ралернан оторвался от изучения звезд и перевел взгляд на вампира.
– Ты всегда был таким идиотом?
– Нет, конечно. Вот помню, когда мне было пять лет, я был таким милым крошкой, весь в светленьких кудряшках…
– Ты брюнет, – автоматически поправил его эльф.
– Да?! – Л'эрт состроил большие глаза. – А-а-а-а, так и знал! Меня подменили!
– Лаэрт, я же серьезно… Ты что, действительно настолько пьян, что не в состоянии вменяемо разговаривать?
– Обижаешь. Я и половину своей нормы не выпил. Я сейчас даже вальс на канате могу исполнить. Хочешь, покажу?
– Да к демонам твои вальсы! – Эльф потерял терпение. – Ты будешь драться или нет?!
– Вот заладил, как попугай. Драться, драться… Да иди ты! Со своей дракой… Подрались уже один раз, хватит. – Он непроизвольно потер шрам напротив сердца. – И потом, мы же так и не разгадали это глупое пророчество. Рано еще драться.
– Хорошо. – Ралернан снова уставился на небо. – Тогда я пойду проветрюсь. Куда-нибудь подальше. До утра.
– Ну иди. Глядишь, перестанешь людей будить посреди ночи, – фыркнул вампир. – О, слушай… Раз уж ты меня разбудил… Давай вместе выпьем, а?
– Ты идиот?! – Сквозь маску бесстрастности прорвалась боль. – Я сказал, что до утра меня здесь не будет!
– И чего?.. – Вампир озадаченно уставился на своего собеседника. – Подожди-ка… Я действительно слишком пьян или ты мне сейчас дал индульгенцию на наставление тебе рогов?
Ралернан не ответил, продолжая изучать звезды.
– Эй, серебрянка? – Л'эрт коснулся его плеча. – Ты чего это, а?
– Она ночью назвала меня твоим именем, – тихо произнес эльф.
– Что, настолько технику улучшил?
– Да прекрати уже паясничать! Я так больше не могу! То, как она на тебя все время смотрит… Я ей мешаю. Она цепляется за свою детскую влюбленность в меня и не хочет отпускать. Но… я не думаю, что она со мной будет счастлива.
– Ну была же, пока я пребывал в состоянии трупика.
– Лаэрт, ну что ты несешь… Тебя послушать, так неясно, на чьей ты стороне. Вот зачем ты сейчас со мной споришь? Ты же говорил, что любишь ее? Почему же ты тогда не хочешь…
– Х-ха… – Л'эрт встряхнул головой. – Серебрянка, я много чего хочу. Например, человеком стать. Но если я им на самом деле стану, я не протяну и нескольких дней – с учетом количества дружески настроенных ко мне личностей. Ты никогда не думал, что некоторые мечты – это просто мечты?
– Ты ее любишь.
– Вот заладил! Ну люблю, люблю! Вот только мне как раз кажется, что любит она тебя, а не меня.
– Я так не думаю.
– Уй-ё. Ну не думай. А я думаю. И чего дальше? Не, есть еще вариант монетку подбросить. Но ты не находишь, что решать за леди несколько невоспитанно? Все ж таки она не обезьянка, а разумный человек. Сама разберется. Не надо делать других счастливыми насильно.
– Я просто хочу ей помочь. Не могу видеть страдание в ее глазах.
– Ма-лад-ца. Хороший, добрый Белый Рыцарь! Истинный герой и спаситель прекрасных принцесс. – Л'эрт пару раз демонстративно хлопнул в ладоши, едва не потерял равновесие и снова схватился за выступ на коре дерева. – И чего ты предлагаешь?
– Я уже сказал – я вернусь только утром. Почему ты теряешь время?
– А, действительно, чего я теряю время, вправляя мозги всяким идиотам? Ты что, думаешь, это классный выход из ситуации? Типа, по понедельникам она будет встречаться со мной, а по вторникам – с тобой? Кретин! – Л'эрт раздраженно сплюнул.
– А какой еще ты видишь выход из ситуации?! Если она не может разобраться, кто ей нужнее?
Вампир пожал плечами:
– Мне удобнее считать, что мы оба ей нужны.
– Да даже если и оба! Ну какая разница?! Чем плоха моя идея?
– Серебрянка… – Л'эрт поморщился, собирая мысли в кучку. Голова отказывалась рассуждать связно. – Видишь ли… Твоя идея плоха тем, что до Керри ты ее забыл донести. И соответственно она будет непрерывно терзаться угрызениями совести – как минимум осознавая, что изменяет тебе. И потом. Я же существо непунктуальное… Запутаюсь я в этих твоих графиках, начну приставать не в «свой» день и все окончательно испорчу. Оно надо?
– А сейчас она не терзается, по-твоему…
– Ладно, ты меня убедил. – Л'эрт широко зевнул. – Давай втроем.
– Что? – Ралернану показалось, что он ослышался. – Прости, я не совсем понял…
– Тьфу ты… В каком монастыре тебя воспитывали? Или тебе уши помыть? Я предложил спать втроем.
– С ума сошел?! – На щеках эльфа вспыхнули красные пятна. – Я и так с трудом могу переварить мысль, что она будет близка с тобой, а уж участвовать в этом…
– Между прочим, проще как раз участвовать. Проверено на кроликах. Чес-слово. – Вампир улыбнулся.
– Лаэрт… Перестань вести себя как ребенок! Это глупо.
– Ты стесняешься или не умеешь? Я научу. – Улыбка Л'эрта стала чуть шире.
– О боги! Ты вообще меня слушаешь?!
– Конечно, слушаю. Очень внимательно. Но ты пока ничего умного не сказал.
– Ты на себя посмотри!!! Это ж надо… Предложить такое… такое… – Эльф схватился за голову.
– Ты покраснел, – заметил Л'эрт.
– Да хорошо еще, что я сквозь землю не провалился, выслушав твои бредни!
– Да ладно! – Вампир небрежно отмахнулся. – Знаешь, а мне эта идея начинает нравиться. По-моему, надо попробовать.
Ралернан со свистом втянул воздух и уставился в смеющиеся синие глаза.
– Я тебя сейчас придушу…
– Ну вот… А ведь, между прочим, я исключительно из лучших побуждений! – Вампир склонил голову набок. – Слушай, а может, тебя все-таки покусать? Тогда ты точно стесняться не будешь…
– Я не стесняюсь, чтоб тебя! Просто это дурацкая идея!
– Не стесняешься? Мм… Точно? – Л'эрт сдвинулся ближе и лениво оперся о его плечо. Пальцы вампира погладили щеку эльфа.
Ралернан дернулся в сторону:
– Ты чего?! Совсем спятил?!
– Неприятно? – задумчиво протянул Л'эрт.
– Не понял? – Эльф замер.
– Я спросил – «неприятно»? Ты шарахнулся, будто тебя молнией ударило.
– А что я должен был сделать? Зачем ты вообще в меня пальцами тыкаешь?!
– Я не тыкаю, я глажу! – возмутился вампир. – Я проверял, стесняешься ли ты… Нет, тебе все-таки надо помыть уши. Точно.
– Час от часу не легче! – Ралернан скрипнул зубами. – Карвен был прав. Не надо было разговаривать с тобой, когда ты в таком состоянии!
– Карвен зануда… И вообще, он пить не может. Ну вино в смысле. Только кровь…
– Это ваши проблемы. Все, возвращайся. Я поговорю с тобой, когда ты протрезвеешь.
– Ты тоже зануда.
– Мне безразлично твое мнение. Я ухожу.
– Эй, подожди! – Л'эрт вцепился ему в руку.
– Ну что еще? – Эльф попытался стряхнуть пальцы вампира, но у него ничего не вышло.
– Знаешь, ты похож на статую.
– Что?! – Ралернан опешил.
– Прекрасное изваяние, лишенное эмоций…
– У тебя белая горячка началась? – подозрительно уточнил эльф.
– Что? – Вампир помотал головой. – А, нет… Мне просто любопытно, можно ли разбудить статую…
– Слушай, Лаэрт, иди спать, а? Выспишься, и тебя перестанут преследовать галлюцинации. Давай, давай. – Ралернан снова попытался отцепить руку вампира. – Несколько часов сна, и все будет в порядке.
– Нет, но я хочу все-таки проверить… Не шевелись пару минут, ладно? И не мешай мне, – Л'эрт пристально взглянул в серые глаза, бросая ментальный приказ.
Ралернан хотел ответить, но неожиданно понял, что тело ему больше не повинуется. Он не мог не только двинуться – даже говорить.
– Глупый Белый Рыцарь… Ты так и не научился ставить защиту от вампиров… Как беспечно… – Л'эрт придвинулся к нему вплотную и закрыл ладонями глаза эльфа. – Не бойся, больно не будет. – Он хихикнул и поцеловал Ралернана.

Странная пытка. Тело, ставшее чужим, но не утратившее восприимчивости. Холодные губы, почему-то кажущиеся горячими. Жгучее тепло, волной растекающееся по жилам. Этому теплу так не хочется сопротивляться… Его словно затягивает в бездонный омут из живого огня, откуда уже не выплыть. Но ведь выплывать и не обязательно? На глубине нечем дышать, но это так неважно… Голова кружится все сильнее…

– Понравилось? – Л'эрт мягко отстранился. Ралернан прерывисто втянул воздух, пытаясь восстановиться сбившееся дыхание. – Думаю, понравилось. – Вампир нахально улыбнулся. – Кстати, я ведь тебя не особенно и заставлял. Ну подумаешь, немножко магии. Зато сработало же!
Кулак Ралернана впечатался в скулу Л'эрта, отшвырнув того навзничь на траву.
– Э-э… – Вампир потер горящее лицо. – Ты чего? Больно ведь! Ты мне чуть кости не проломил!
Ралернан стремительным броском прыгнул на него сверху. Лезвие кинжала ткнулось в горло вампира.
– Только посмей еще раз выкинуть что-либо подобное, я тебя отправлю к праотцам!
– Какая страстность, вы только посмотрите… Это ведь серебро, да? – Л'эрт ухмыльнулся, хватая эльфа за кисть и заставляя отвести лезвие в сторону. – Я начинаю подумывать о продолжении поцелуя. Кажется, это будет неплохо.
Кинжал воткнулся в землю на том месте, где секунду назад была шея Л'эрта. Вампир вывернулся чисто змеиным движением и схватил Ралернана за обе руки.
– Я все равно убью тебя! – Вокруг эльфа начало пульсировать магическое поле, формируясь в аркан. Л'эрт оттолкнул Ралернана в сторону и плавно поднялся. Раскрывшийся ярко-желтый цветок поплыл в сторону вампира, но рассеялся, не дотянувшись совсем чуть-чуть.
– Ну по крайней мере, такой настрой явно лучше, – небрежно произнес Л'эрт.
– Какой еще настрой?! – прошипел эльф, создавая следующее заклинание. – Я из тебя мозги вышибу!
– Воинственный. – Вампир вытащил из земли кинжал и бросил его эльфу. Ралернан инстинктивным движением поймал клинок. – Ты лучше с ним играйся. Все-таки с атакующей магией ты еще мало знаком.
– Что? Ты издеваешься? Думаешь, я не смогу тебя убить?
– Да нет, почему. Один раз у тебя же получилось… Просто твои попытки убить меня я еще как-то могу пресечь. А вот попытки убить себя – увы…
Ралернан замер. Недоделанный аркан с тихим хлопком развеялся в воздухе.
– Что ты сказал?
– Серебрянка, ну чего ты, в самом деле… Как маленький. У тебя на лбу вот такими буквами, – Л'эрт развел руки в стороны, показывая размер букв, – все написано. Думаешь, я не заметил? Х-ха… Я не настолько пьян, извини. Этот пустой взгляд, в котором стоит смерть, ни с чем перепутать невозможно.
– Что у меня написано на лбу – исключительно мое дело, – сухо произнес эльф. – И даже если тебе что-то показалось, ты не вправе вмешиваться.
– Разбежался! Значит, ты будешь в моем присутствии торжественный суицид устраивать, а я должен наслаждаться зрелищем? Ага, щаззз.
– Лаэрт… – Ралернан устало потер виски. – Даже если ты хотел привести меня в чувство… Неужели нельзя это было сделать как-нибудь по-другому?
– Можно, но зачем? Я же инкуб. Мне надо тренироваться. Для поддержки профессионального уровня. – Л'эрт безмятежно улыбнулся и подошел ближе к эльфу. – И потом, тебе ведь понравилось.
– Все-таки я тебя убью, – безнадежно заключил Ралернан. – Ты просто на это нарываешься.
– Сложный характер и дурное воспитание. А так я белый и пушистый. Периодически даже покрываюсь перьями. И краской. Правда, краска почему-то не белая. О, кстати. Скажи Керри – пусть в следующий раз красит меня белой краской. Тогда все сразу поймут, какой я хороший.
– Лаэрт… – Ралернан постучал костяшками пальцев по лбу вампира. – Ну что ты несешь?
– А-а, сам не пойму. Но могу я теперь надеяться, что ты не выкинешь ничего глупого? Моя жизнь без тебя будет бессмысленна, любимый. – Л'эрт прижал руки к сердцу и громко хлюпнул носом. Синие глаза смеялись.
– Да иди ты… – Эльф сплюнул.
– Эй, я серьезно!
– Что серьезно?! – Рука Ралернана снова потянулась к кинжалу.
– Ты нужен Керри. Не думаю, что твоя смерть – это хороший выход. У вас, между прочим, семья. Дети. Ты о них подумал, сэр глупый рыцарь? А? Или ты тут по-быстренькому решил, что если Керри может полюбить меня, то это тут же перенесется и на ее потомство? Думаешь, им будет хорошо без отца? И потом, – Л'эрт усмехнулся, – если ты сдохнешь, над кем же я буду издеваться? Ведь найти достойный объект так сложно!
– Лаэрт… – Ралернан уставился в небо. – Знаешь, ты странный. Я ведь сначала так был уверен в том, что ты – истинное дитя тьмы. Монстр, для которого человеческая жизнь ничего не значит. Я считал, что Керри для тебя – просто очередное развлечение, строка в длинном списке, напротив которого ты стремишься поставить галочку. – Он вздохнул и перевел взгляд на вампира. – Возможно, я ошибался.
– Ух-х-х, какая проникновенная речь! Я аж расчувствовался! Ты только скажи, в каком месте мне положено плакать, а? Ты это вообще к чему загнул-то?
– Ты напомнил мне о детях.
– Брр… – Л'эрт встряхнул головой. – Ну напомнил, и что? Я-то тут при чем?
– Винс – твой сын. Не мой.
Л'эрт уставился на Ралернана. Глаза вампира расширились:
– Прости… Кажется, у меня что-то со слухом… Ты чего сейчас сказал?
– Да все ты слышал, – устало отмахнулся эльф.
– Серебрянка… – медленно произнес Л'эрт. – Это не очень… хорошая тема для шуток…
– Я не шутил.
– Не шутил?! – Л'эрт шагнул к нему вплотную и схватил за отвороты куртки. – А что тогда?! Издевался?! Кажется, когда мы дрались с драконом, я тебе в деталях доложил, что я стерилен, мать твою!!!
– Значит, ты ошибся!
– Да как я мог ошибиться?!
– Откуда я знаю как? Может, ты феномен какой-нибудь! Я знаю только то, что я ну никак не могу быть его отцом! По срокам слишком сильно не совпадает, видишь ли!
– Так… подожди… – Л'эрт глубоко вздохнул. Мысли прыгали, как блохи в решете. – А почему ты решил, что он мой?
– Я тебя сейчас опять ударю, – проинформировал его эльф. – А чей еще?! К тому же Керри сказала, что твой! Да и похожи вы…
– Так… хорошо… Нет, столько пить нельзя… – Л'эрт схватил Ралернана за руку. – Пошли.
– Да куда ты меня тащишь?!
– К Керри. Выяснять, кто из нас сошел с ума.

Керри снились абсолютно спокойные сны. Она лежала, свернувшись в клубочек и улыбаясь. Резкий рывок, сопровождаемый встряхиванием, прервал блаженное пребывание в стране грез. Она слегка приоткрыла глаза. Лицезрение полуголого тела Л'эрта, нависшего над ней, заставило глаза открыться пошире.
– Э-э-э… – невразумительно произнесла девушка. – Л'эрт? Ты… ты что тут делаешь? Если Ралернан тебя увидит…
– Не волнуйся, он меня видит. Он у тебя за спиной стоит.
– Аэм… – Керри невольно повернула голову. Эльф действительно стоял сзади, упорно стараясь выглядеть индифферентно. – А-а… и… зачем ты меня разбудил?
– Мышонок, меня тут крайне заинтересовал один вопрос, – проникновенно сказал вампир, вглядываясь в ее лицо. – Скажи, пожалуйста, а кто папа Винса?
Керри стремительно посерела.
– Что?
– Ну у тебя два сына. Младший – Винс, да? Я же ничего не путаю? Мне тут такую странную вещь про него рассказали…
– К-какую вещь? Кто?
– Я рассказал, – вмешался Ралернан. – Хотя вообще-то, наверное, это должна была сделать ты. Но ты этого не сделала.
– Но… но… – Керри прикусила губу, стараясь упорядочить мысли. – Зачем?!
– Мне показалось, он имеет право это знать. Но он утверждает, что это физически невозможно.
– Что невозможно? – тупо спросила Керри.
– Вампиры не размножаются, – пояснил Л'эрт. – Во всяком случае, высшие. Падение температуры тела ниже определенного уровня делает невозможным эту функцию. Соответственно я ничего не понимаю, – заключил он. – Кто на самом деле отец Винса?
Керри некоторое время тщательно изучала старый ожог под ключицей вампира.
– Ну… ты…
– Ты ничего не путаешь? – тихо уточнил Л'эрт. Сердце его билось резко и неровно.
Девушка молча помотала головой.
– Но этого же не может быть… – Он запнулся, вспоминая…

– Так странно… Ты словно горишь. У тебя кожа теплая, почти горячая. Необычно.
– Видимо, ты меня согрела.
– Нет, я серьезно. Ты случайно не заболел?
– Вампиры не болеют. Тебе просто кажется.

Но ведь он все-таки был  болен. Лахрессовая лихорадка… Стычка с Клиастро, инициация Керри и потеря части защитных функций… Игра Пресвятых, напичкавших книгу вирусом…
– Боги, но этого не может быть, – повторил Л'эрт вслух. – Просто огромное количество случайных совпадений… Но почему ты мне не сказала? – Его руки задрожали.
– А не надо было спать с Лакеррой! – взвилась она. – Сам виноват!
– Мышонок… – Он притянул Керри к себе, обнимая. – Я так тебя люблю…
– И ты больше не будешь с ней спать? – подозрительно уточнила она.
– Ну… конкретно с ней – не буду. – Л'эрт улыбнулся краешком губ.
– Что значит «конкретно с ней»?! А с кем будешь?! Я тебе шею сверну!!!
– Да ладно. – Он взъерошил ее рыжие волосы. – Я буду это делать тихо и незаметно. Чтобы ты не волновалась,
– Пусти меня! Немедленно пусти! – Керри пнула кулаком ему в грудь. – Ты подлец! – Она повернула голову. – Раль, да помоги же мне! Почему ты просто смотришь, как он меня лапает?!
– Размышляю, – задумчиво произнес эльф.
– Просто врежь ему по морде, и все! Над чем тут размышлять?! – Керри предприняла еще одну бессмысленную попытку вырваться.
– Над одной недавно озвученной идеей.
Л'эрт хмыкнул:
– Ну и как процесс размышления?
– Склоняюсь к тому, что Керри права. Надо набить тебе морду, – все так же задумчиво констатировал Ралернан.
– Да, но это же ужасно… – Мысли вампира переключились на другой аспект.
– Приятно, что ты так высоко ценишь мои боевые навыки. Я польщен.
– Чего? А, я не об этом. Винс же меня ненавидит. Кажется.
– Ты!!! – Керри возмущенно ткнула Л'эрта пальцем в лоб. – Только попробуй ему рассказать! Я тебя на клочки порву!
– У-у-у… женщина в гневе – это страшно.
– Л'эрт!!!!
– Ладно, ладно! Молчу.
– Ты ему ничего не скажешь!!!
– Мышонок, но это же нечестно!
– Заткнись и радуйся в тряпочку! Раль, ну зачем ты ему рассказал?! Он же полный придурок!
– Ну зато это по наследству не передается. Что не может не радовать.
– Вы что, сговорились?! Убью!!!

ГЛАВА 45

Ночь кончалась. Небо стремительно серело, готовясь расцвести розовыми брызгами рассвета. Лес замер в предутренней тишине, лишь изредка нарушаемой редкими шорохами.
Ралернан покосился на насквозь мокрого вампира: для приведения того в более осмысленное состояние он вызвал небольшой ледяной дождик, но особенно значимого эффекта душ не возымел. Разве что вампир попытался затеять небольшую драку.
– Почему ты сразу не сказал, что Орден изменил планы?
– А смысл? – Л'эрт закончил выжимать волосы и небрежным движением отбросил мокрые пряди назад. – Мы так и не поняли, что делать с пророчеством. Тебе очень хотелось лишние несколько часов понервничать?
– Но мы же не можем просто сидеть и ждать! – возмутилась Керри.
– Я не жду. Я думаю. – Вампир фыркнул.
– Ты не думаешь, ты трахаешься! Непрерывно и неизвестно с кем!
– Одно другому не мешает.
Ралернан поднял с земли одеяло и набросил вампиру на плечи. Тот недоуменно воззрился на эльфа.
– Эй, серебрянка, ты чего? Это вместо полотенца, что ли?
– Это вместо рубашки! Твой вид мешает Керри сосредоточиться.
Девушка моментально покраснела и перевела взгляд на свои ботинки.
– Неправда, я вполне сосредоточенна.
– Ну да. Только слегка не на том.
– Между прочим, это ты не дал мне нормально одеться, – проворчал вампир, но в одеяло все же завернулся. – Ну хорошо, допустим, если ты – действительно «третья кровь», то, чтобы не исполнился первый вариант пророчества, достаточно сохранить тебе жизнь. Но меня больше интересует, как достичь последнего варианта.
– Мы об этом уже говорили. – Ралернан вздохнул. – Я не знаю. Никто из нас не знает.
– Мы можем попробовать спросить. – Керри уселась, подтянув колени к подбородку и положив на них сцепленные в замок руки.
– Слишком опасно, – сказал эльф.
– Просто ты думаешь, что они еще не в курсе наших попыток… – возразила она.
– Боги могут наблюдать лишь за событиями, но не за мыслями же. Так что шанс есть.
– Есть, но… у нас осталось слишком мало времени. Даже если бы не атака Ордена, у нас по-любому остается не больше двух недель до срока, установленного Ойенгом. А сами мы так ни до чего и не додумались. Все наши идеи – только лишь идеи.
– Благородное это дело – риск. Но глупое. – Вампир передернул плечами. – Впрочем, ты права.

Всплеск белого тумана сформировался в тоненькую фигурку юной девушки со снежно-белыми волосами. В глазах девушки плескалось расплавленное серебро. Она парила над землей, едва касаясь травинок пальцами на босых ногах. Белое платье кисейным облаком струилось вокруг ее тела, словно живя собственной жизнью.
– Мой помощник… Я рада встрече. Зачем ты звал меня?
– Мне нужна помощь, богиня Света. – Ралернан встретился с ней взглядом.
– Я наделила тебя огромной силой. Разве ее недостаточно?
– Я похож на пещерного жителя, нашедшего огромную дубину и вознамерившегося напасть на своих соплеменников. – Он усмехнулся. – Я благодарен тебе за силу, но пройдет еще много времени, прежде чем я научусь ею управлять. Но я рискнул позвать тебя, потому что мне нужна помощь иного рода.
– Я слушаю. – Она скрестила руки под грудью.
– Пророчество Сиринити… Истинное пророчество. Тебе знаком его текст?
– Да. Но что с того? Ты наконец убедился, что все твои предположения ошибочны? Даже смерть носителей не предотвратит его исполнения. И даже отказ от сотрудничества – лишь отсрочка. Рано или поздно, мы находим новых носителей. Рано или поздно, мы все равно вернулись бы в этот мир. Он создан нами и принадлежит нам. Этого не предотвратить.
– Я не хочу гибели всего живого.
– Ее не будет. Мы не собираемся устраивать здесь войны. Это уже было, и это ни к чему не привело. Мы изменились.
– Ты говоришь обо всех Изначальных богах? Обо всех трех?
– Да, разумеется. Понимаю твое недоверие, но Клиастро тоже не заинтересована в тотальном уничтожении. Ведь если уничтожить всех, кто тогда будет ей поклоняться и возносить молитвы?
– А Наисвятейший? Как насчет него? Если я правильно понимаю пророчество, именно с его приходом придется столкнуться всем вам! Он тоже разделяет идею о мирных переговорах?
– Идея о мирных переговорах – абсурдна. Ее не разделяет никто. Я просто сказала, что не будет открытого конфликта.
– А что будет? – Ралернан пристально посмотрел на нее.
– В идеях Хииса есть рациональное зерно. Возможно, мы поладим.
Эльф вздохнул. «Но стремясь уберечь Огонь от Тьмы, нельзя качнуть весы в другую сторону. Ибо велико будет искушение затопить Огонь силой Света». 
– Второй вариант пророчества говорит как раз о том, что сотрудничество с Наисвятейшим не кончится ничем хорошим.
– Предубеждение. Да, его идеи несколько резковаты, но, если их сгладить…
– Богиня… – Ралернан нахмурился. – Я видел город, построенный служителями Наисвятейшего. Это было… страшно. Все жители его – словно одурманенные куклы, не имеющие сил прервать свой вечный сон. Они не живут. Они существуют в мире грез, откуда нет выхода.
– Это крайний вариант. Я не допущу такого. Ты зря волнуешься, мой помощник. – Акерена улыбнулась, мягко и понимающе.
– Ты мне не веришь.
– Я думаю, ты заблуждаешься. Что касается города Хииса… Все мы любим поиграть. Если бы его начинания представляли для нас опасность, мы бы давно уже ликвидировали их.
– Для вас? – Ралернан грустно усмехнулся. – О, для вас они не представляют опасности. Только для людей. Своим невмешательством в его проект вы обрекли их на медленную смерть. Или ты поддерживаешь идеи Наисвятейшего о счастье?
– Нет, но… У пророчества есть только два пути. Не три.
– Почему?
– Потому что третий путь – это объединение всех стихий. Но никто из нас не пойдет на такой шаг. Это потеря себя, своей индивидуальности. Когда-то Хиис тоже представлял собой три сущности. Они слились в единое существо, чтобы увеличить свои силы – но их разум превратился во что-то иное. Во что-то новое. С точки зрения вас, живых, это можно назвать смертью. Никто из нас не готов добровольно пойти на такой шаг. И потому, чтобы не допустить власти Тьмы, союз с Хиисом необходим. Амбиции Клиастро слишком велики. К тому же Ойенг сейчас на ее стороне. Хиис всего лишь обеспечит необходимый баланс. Помощник, разве ты против моей  победы? Ведь моя власть – это Свет. Что может быть лучше? Мирное созидание, духовное развитие… Без войн, без болезней и смертей… Темные силы покинут этот мир. Разве это не прекрасно? Вы сможете спокойно развиваться. Подумай сам, сколько замечательных произведений искусства, сколько гениальных творцов погибли в войнах и катаклизмах! А моя сила позволит им жить.
– Твоя – быть может… Но не сила Хииса.
– Тебя так сложно переубедить. – Она улыбнулась и коснулась тонкой рукой его плеча. – Не печалься. Все будет хорошо. Этот мир не исчезнет. Я сумею договориться с Наисвятейшим.
«Но если весы слишком сильно качнуть – они перевернутся. И войдет в мир четвертая сила. Сила, которая притворится Счастьем. Сила, которая загасит опасный Огонь – навсегда. И нарушит равновесие, сохранявшееся веками. И ворвется на землю страшный холод. Холод, иссушающий сердца и души, холод, оставляющий лишь пустые оболочки с глазами кукол вместо живых. И жизнь исчезнет, растворившись в мириадах своих отражений, среди которых уже нельзя будет отыскать истинное». 
– Пророчество утверждает обратное, Акерена, – тихо произнес Ралернан.
– Сиринити… Сиринити видела образами. То, как записали ее слова, – всего лишь ее личное восприятие. Доверься мне, Белый Рыцарь. И перестань искать смерть.
– Смерть?
– Я же многое вижу и знаю. У тебя все будет хорошо. Нет необходимости стремиться досрочно прервать нить своей жизни. Я не могу все время следить за тобой. Если я не успею вовремя вмешаться, твой противник может одержать верх.
– Меня уже привели в чувство, спасибо. – Он немного грустно усмехнулся. – Не знаю, насколько «хорошо» оно будет, но смерть – это только уход от проблем. А я и так слишком долго от них прятался. Пожалуй, пришло время что-то решать.
– Ты стал похож на себя прежнего. Того юного рыцаря, что я видела еще до начала повстанческой войны. Тогда ты не признавал поражений.
– Того рыцаря давно нет, Акерена. Только у богов крылья могут быть чистого цвета. У живых такого не случается.
– Быть может. Но несколько черных точек теряются на общей белизне.
– Я так не думаю.
– Не печалься. – Она ласково коснулась ладонью его лица. – И пусть другие помощники стихий не вмешиваются. Это игра не вашего уровня. Прощай, Белый Рыцарь.
Всплеск белого тумана – и богиня исчезла, оставив после себя тонкий запах свежести после дождя.

Л'эрт вывел последнюю часть магической фигуры и отошел в сторону.
– Думаешь, сработает? – Керри несколько нервно покосилась на сложные концентрические круги, разбегавшиеся по земле.
– Должно. Клиастро такое заклинание удержало. В любом случае, лучше уж звать Ойенга, чем Клиастро. Богиня Тьмы со мной разговаривать не будет. Только в порошок сотрет. А Ойенг еще не обладает полной силой.
– Меня больше беспокоит, что делать, если Ойенг также будет придерживаться идеи невмешательства, – тихо произнес Ралернан. – Может, мы действительно зря дергаемся, и Сиринити просто сгустила краски?
Вампир нахмурился:
– Может. А может, и нет. Если Керри права, и пророчица изначально принадлежала Пресвятому Ордену, стихии могут банально не знать каких-то деталей. Ведь тогда они были выброшены из нашего мира.
– Почему Изначальные так самоуверенны? – пробормотала Керри. – Такое впечатление, что их ничто не волнует, кроме своей борьбы за власть. Неужели они создавали наш мир только для того, чтобы развлечься?
– Хей, мышонок, ну что за траурные мысли? – Л'эрт небрежным жестом взъерошил ее рыжие волосы. – Даже если и так, нам ведь не обязательно быть глупыми марионетками. Давай уже переставай нервничать и вставай в круг. Раз уж мы решили подергать Смерть за усы, останавливаться на полпути несколько глупо.
– Тебе хорошо говорить. Ты-то Клиастро звать не хочешь.
– Если у тебя ничего не получится – позову. Надеюсь, ты не забудешь носить цветы на мою могилку.
– Дурак! – Керри ткнула его кулаком и шагнула в центр нанесенной на земле фигуры.

Алые сполохи огня побежали по контуру магической фигуры, взмывая к небу призрачными змейками. Огонь касался щиколоток Керри, но не жег, а лишь покалывал – неприятно, но едва ощутимо.
Силуэт Ойенга возник неожиданно, соткавшись из огненных змеек. Он казался даже моложе, чем был в прошлый раз – совсем еще мальчишка. Его волосы танцевали, будто живое пламя.
– Я не ошибся в своем выборе. Ты сильная, девочка. Немногие смогли бы преодолеть чары Нейира. – Он улыбнулся. – Ты разгадала мою загадку?
– Загадку? – Керри непонимающе сдвинула брови.
– Загадку. Про истинное пророчество.
– Мы нашли его, но…
– Но что? – Ойенг склонил голову набок, всматриваясь в ее лицо.
– Но мы его не понимаем.
– Неправда. Понимаете.
– Третий вариант пророчества… Он действительно невозможен?
– Сложно сказать. Ты хочешь попробовать подтолкнуть нас к нему? Но волосяной мостик между Светом и Тьмой очень тонок… Ты рискуешь отдать свою жизнь, девочка.
– А раньше, можно подумать, я не рисковала ее отдать! – несколько раздраженно фыркнула Керри.
– Ты действительно думаешь, что третий вариант – самый верный? Ведь он не гарантирует вам спасение. Он всего лишь спровоцирует открытую схватку между нашими силами – и силами Хииса. Только и всего.
Керри на секунду прикрыла глаза.
«Если заставить стихии довериться друг другу… и объединиться… То появится шанс… Шанс сохранить шаткое равновесие… Шанс на равный поединок. 
И откроется тогда третий глаз дракона. И, быть может, будет это красиво. Если еще останутся те, кто сможет на это посмотреть». 
– Этот вариант дает нам возможность надеяться.
– В отличие от власти Света?
– Ты же сам говорил, что света не бывает без тьмы.
– Ты в это веришь?
– Да. Теперь уже да.
– Даже если ты не умрешь… Ты ведь так и не разобралась в своей жизни. Разве не проще, чтобы боги решили все за тебя?
– Не люблю быть марионеткой.
– Ты упрямая. Я подарю тебе шанс. Мне не хочется подталкивать пророчество к третьему варианту, потому что это приведет к уничтожению меня как отдельной сущности… Но, с другой стороны, это может оказаться забавным.
– Забавным?
– Наше существование так пресно, девочка. Мои сестры еще не наигрались в кукловодов, но я уже устал от этой игры. Быть может, это мой шанс изменить ситуацию. И поиграть в нечто новое. – Ойенг поднял руку. На его ладони затанцевал огненный узор. – Смотри. Вам надо составить кольцо сил. Равное кольцо, питаемое абсолютным доверием… Вы трое – носители стихий, у вас должно получиться. Если вы раскроете ваши сердца… – Рисунок на ладони затанцевал, изменяясь. – Запоминай…

– Если это опять ловушка… – задумчиво пробормотал Ралернан.
– Ты ему не веришь? – спросил Л'эрт.
– Можно подумать, ты ему веришь! Но спрашивать у Клиастро еще более глупо, чем у Ойенга. И она желает твоей смерти.
– Возможно, имеет смысл попробовать…
– Мне кажется, как раз сначала имеет смысл попробовать построить тот аркан, что показывает Ойенг.
– Он опасен. Эта фигура будет питаться нашей жизненной силой.
– Но… – Сформулировать возражение Ралернан не успел. Отдаленные возмущения магического поля царапнули по коже наждачной бумагой. – Что это?
– Порталы! – Л'эрт выругался. Кожа вампира приняла странно-сероватый оттенок. – Десять… тридцать… сто… нет, больше…
Магический круг, в центре которого стояла Керри, ярко полыхнул. В небо взвились полоски горячего пепла. Фигура Ойенга исказилась и начала таять. Еще несколько мгновений – и аркан полностью распался.
– Наложение заклинаний? – неуверенно уточнил Ралернан.
– Атака… – Л'эрт зло сплюнул. – Карвен ошибся со сроками. Они не стали ждать десять дней.

ГЛАВА 46

Огромный овал проекционного портала парил перед Квадраатом, позволяя Главе Белой Лиги в мелочах следить за ходом нападения. Маг понимал, что крайне рискует, начиная атаку раньше запланированного времени. К тому же сдвиг сроков делал не вполне удобным использование поддержки со стороны правителя Абадосса. Только малую часть регулярной армии удалось перебросить через порталы. Именно эти люди сейчас и гибли десятками, уничтожаемые острозубыми упырями. Предполагалось, что солдаты отвлекут внимание людей Арриера и достаточно ослабят их перед атакой основных сил. Предполагалось… Если бы он мог знать, как все обернется.

Квадраат уже собирался мирно отойти ко сну, когда перед ним замерцало пушистое облако запроса на установление проекционного канала. Посылающий запрос был недостаточно силен, чтобы пробить защиту белого мага, но достаточно настойчив, чтобы поддерживать сигнал запроса на протяжении получаса. Заблокированный сигнал не мешал Квадраату. То, что он решил ответить на посторонний вызов, было скорее следствием непонятного внутреннего порыва. Какого-то дурного предчувствия.
Вызывающий кутался в длинный черный плащ, оставлявший на виду только тонкие руки и самый низ подбородка. Плащ не скрывал весьма роскошных женских форм, на мгновение направивших мысли Квадраата по несколько другому руслу. Легкой тенью мелькнуло сожаление, что его ночная пижама слишком акцентирует внимание на выпирающем животе и не скрывает не самые прямые ноги. Впрочем, это длилось не дольше одного удара сердца. Незнакомка не соизволила представиться, как не соизволила и откинуть капюшон плаща.
– Вас предали, Глава Лиги. – Голос у нее был нежный и бархатистый. – Вы знаете, что Глаакх мертв?
Квадраат напрягся. Даже остаточные мысли о флирте моментально испарились. Он действительно не мог в течение дня связаться с Главой Черной Лиге, но приписал это занятости последнего. Такие ситуации случались и раньше, и потому он не счел происшедшее сколь либо странным.
– Откуда у вас такая информация? – по возможности безразличным голосом уточнил маг.
– Это неважно. У меня есть свои каналы.
– На каком же основании я могу доверять вам?
– Я не прошу доверять мне. Вы можете связаться с кем-нибудь из Черной Лиги и проверить мою информацию. Правда, я рискну предположить, что сейчас им сильно не до вас! Пустующее место Главы – слишком большой соблазн. Думаю, они еще не определились с заменой, но новые смерти уже появились.
– Простите, я не совсем понял… Если Глаакх мертв, почему же тот, кто убил его, не занял его место?
Незнакомка издала легкий смешок:
– Потому что его убил Темный Лорд. Глава вампиров. И ему не нужно кресло Глаакха. Управлять людьми… это ниже его достоинства. Ведь люди – это только лишь пища.
Квадраат почувствовал, как на его висках выступили капельки пота. Лжет ли его собеседница? А если не лжет, что тогда?
– Допустим. Я проверю ваше сообщение. Полагаю, вы хотите некое вознаграждение за информацию?
– О нет. Вы не можете меня вознаградить.
– Тогда что вы хотите? Зачем вы связались со мной?
– Ваше нападение на людей Арриера… Ускорьте его. Темный Лорд перешел на его сторону. Если вы промедлите, они избегнут вашей кары.
– Нападение на Арриера? – Квадраат сглотнул и отер взмокший лоб. – Вам известно о пророчестве?
– О каком пророчестве? – В голосе незнакомки явным образом отразилось недоумение.
– Нет, это я так… О своем. Прошу вас, продолжайте. Так что вы хотели?
– Вы планировали убить всех, кроме жены Арриера и его детей?
– Э-э-э…
– Это и есть то, что я хочу получить в качестве платы.
– Не понял? – Квадраат уставился на низко надвинутый капюшон собеседницы.
– Смерть приспешников Арриера. Я хочу, чтобы они были уничтожены. Я бы предпочла, чтобы его жена тоже была уничтожена, но я так понимаю, ее жизнь в любом случае не будет райским садом после того, как вы ее заполучите, не так ли?
– Можно и так сказать, – осторожно согласился Квадраат.
– Это все, что мне нужно. Поторопитесь с нападением. И еще – обеспечьте мне возможность беспрепятственной связи с вами. Я могу предоставлять вам полезную информацию во время боя.
Квадраат потер потные ладони.
– Вы – из числа приближенных Темного Лорда?
– Вы догадливы.
– И что гарантирует мне, что вы не переметнетесь обратно на его сторону? Я не собираюсь попадать в ловушку.
– Гарантий нет. Но я слишком хочу их смерти, чтобы изменить свое решение. Один из них оскорбил меня. Я жажду мести. Надеюсь, вы оправдаете мои надежды – и тот риск, на который я иду, чтобы помочь вам.

Незнакомка не солгала. Проверка, которую тут же устроил Квадраат, показала, что Глаакх и в самом деле погиб. Маги Черной Лиги не желали слушать ни о какой атаке. Верхушку магов интересовала только борьба за кресло Главы, остальные же и подавно не собирались на кого-либо нападать без приказа своего нового руководства. Квадраат убил почти час, пытаясь как-то переломить ситуацию, но в результате был вынужден отступиться. Черная Лига на этот раз выпадала из игры.
И сейчас на Арриера нападали маги только Белой Лиги, заслоняемые спинами обычных людей, «милостиво» предоставленных правителем Абадосса. Вампиры действительно переметнулись на сторону Арриера. Незнакомка не сказала причины, хотя Квадраату и показалось, что она знала ее. Но эта деталь была неважна. Куда полезнее оказалось, что незнакомка дала точный маячок на местонахождение лагеря Арриера, что позволило минимизировать погрешность, возникающую при удаленном поиске через кровь или волосы объекта. Кажется, незнакомка была вхожа в ближайшее окружение Белого Рыцаря – она с высокой точностью указала тактику предполагаемой обороны и детальное расположение отряда вампиров. С учетом полученной информации Квадраат начал атаку после восхода солнца, когда силы упырей понижены.
Пока что все шло по плану. Особый отряд магов в полной боевой готовности ждал его сигнала.
Было похоже на то, что им повезет. Помощь незнакомки в определенной степени компенсировала ситуацию с Черной Лигой.

Л'эрт отбросил в сторону очередного наседавшего солдата и выругался сквозь зубы. В воздухе повис густой металлический вкус крови. Вампиры не считали необходимым стесняться, когда им навстречу послали стену ходячей пищи.
Тот, кто организовывал атаку, несомненно, знал об их планах обороны. Знал, что с наступлением рассвета Карвен не сможет призвать низших вампиров – вылезти на свет для них было равносильно самоубийству. А высших было не так уж и много. Да, каждый из них в одиночку мог разделаться не с одним десятком людей. Но… Солдаты напирали сплошной живой стеной, нервно вопя что-то о спасении мира и о необходимости уничтожить ходячие трупы. Эти крики только подстегивали вампиров.
Солдаты не представляли никакой опасности. Но их было слишком много, и они не давали пробиться к горстке магов, строивших магический аркан за их спинами. Л'эрт не сразу понял, какое заклинание пытаются вызвать белые маги. Ведь атакующих арканов в их арсенале просто не было. К тому же заклинание было каким-то необычным… А когда понял, было уже поздно.
Из-за спин солдат разлился ярчайший поток света. Этот свет был настолько ярок, что никакое полуденное солнце не могло с ним сравниться. Л'эрт непроизвольно отшатнулся назад, закрывая глаза. От очередного удара солдата он уклонился на слух.
Свет не давал вампирам возможности нормально атаковать. Некоторые из них, наиболее слабые, даже вынуждены были поспешно покинуть поле боя – свет вызывал настолько сильную боль, что сосредоточиться на чем-либо еще было невозможно. Остальные были сильно дезориентированы. Свет ощущался даже с закрытыми глазами. Кто-то поспешно накрутил на лицо обрывок плаща, кто-то попытался трансформироваться в другую форму. Л'эрт ощутил отзвук легкой паники, будто привкус гнили на языке. Инстинктивный страх перед светом, который не могло побороть ничто. Стремление убежать и спрятаться мешало нормально мыслить.
Рифф, парящий в небе, резким криком предупредил о начале новой атаки. Лакерры с ним не было: еще на первых минутах боя девушка потеряла сознание от вида кровавой каши, развернувшейся перед ее взглядом. Риффу пришлось поспешно оттаскивать ее назад. Сейчас она должна была присматривать за детьми, не давая им возможности ввязаться в драку.
Л'эрт не мог видеть, но кожей ощутил, как неподалеку расцветают новые вихри порталов. И, судя по звукам, то, что из них появилось, людьми не было. По крайней мере, сейчас. Солдаты путались под ногами ослепленных вампиров, мешая тем сосредоточиться на реальном противнике. Над головой Л'эрта раздался свист – кто-то стремительно взвился в небо. Еще спустя несколько мгновений глухой клекот и резкое хлопанье крыльев возвестили о начавшемся противостоянии Риффа с неизвестной птицей.
Из-за спины Л'эрта вытекло защитное поле, с размаху ударившее в атаковавших. Но даже сил Ралернана хватило только на несколько минут. Слишком велико было количество противников, чтобы сдержать их. С глухим хлопком аркан уничтожился, и оборотни предприняли новую попытку наступления.

Керри нервно чертила на земле сложную вязь фигур. Руки девушки дрожали. Необходимо было сосредоточиться. Думать только о заклинании, ни о чем другом. Они вернутся, непременно вернутся. Просто надо закончить этот проклятый круг, показанный ей Ойенгом. Чем быстрее она это сделает, тем быстрее они смогут покончить со всем этим кошмаром. Но фигура была такой сложной… Она стерла неверно нанесенную линию и начала вычерчивать ее повторно. Она справится! Аркан, показанный богом Огня, стоял перед ее глазами, будто выжженный в памяти. Завиток, угол, еще угол… Она справится… Но почему же так дрожат руки?

Удар, уклонение, новый удар.
– Лаэрт, сверху! – предупреждающе окликнул Ралернан. Вампир послушно хлопнулся на землю, уходя с траектории прыжка огромного волка. Тот разозленно зарычал, но повторной попытки ему не представилось: клинок эльфа раздробил волчий череп, превращая зверя в недвижную груду мертвого мяса.
Чьи-то когти цепанули Л'эрта за бок. Он схватил противника за холку и резким движением отбросил в сторону. Раздалось слабое поскуливание. Вампир раздраженно выдохнул. Они не удержат наступление, если им придется драться вслепую. Свет слишком мешает, чтобы они могли сосредоточиться на слуховых ощущениях. Оборотни появлялись из ниоткуда, невидимые и опасные. Если бы не подсказки Ралернана, Л'эрту пришлось бы крайне тяжело. Но рядом с другими вампирами не стоял зрячий помощник – и в рядах оборонявшихся начали появляться прорехи.
Свет, проклятый свет… Если бы его не было!
Квадраат довольно потер ладони, наблюдая за ходом битвы. Да, помощь и подсказки перебежчицы оказались весьма кстати. Ему самому, честно говоря, не пришло бы в голову использовать это простенькое осветительное заклинание. Именно советы незнакомки навели его на эту мысль. Усиленное объединенной мощью нескольких высших магов Лиги, осветительное заклинание генерировало источник такой силы, что даже нападавшим слегка било по глазам. Но оборотни в звериной форме были слабочувствительны к свету – и число упырей неумолимо сокращалось.
Все шло именно так, как и планировалось. Да, пока упырям удавалось ликвидировать разрывы в цепочке обороны – но уже скоро, совсем скоро их количества будет слишком недостаточно для этого.

Тонкий яростный крик боли, торжествующий рык оборотня… Очередной всплеск крови в воздухе…
– Сделайте что-нибудь! Справа не хватает людей! – придушенный писк Галлика. Адепт честно пытался участвовать в обороне, но силы его были столь малы, что полезный эффект был весьма минимален.
Ралернан поднял руки, активируя очередной аркан. На атакующих обрушилась стена штормового ветра, неумолимо отбрасывая их назад. На какое-то время это позволило остановить попытку прорыва и снова перегруппировать людей. Но количество вампиров уменьшалось слишком быстро. Долго они так не продержатся… Сколько времени еще надо Керри, чтобы закончить круг? Это проклятое заклинание Ойенга… Оно было слишком уж сложным… Справится ли она?
Л'эрт уклонился от очередного удара когтистой лапой. Зубы оборотня клацнули совсем близко от лица, обдавая запахом тухлятины. Этот дерьмовый свет! Неужели нельзя ничего сделать?! Челюсти сомкнулись на его левой руке, выдирая кусок мяса из предплечья. Л'эрт выругался и ударил кулаком в брюхо нападавшему. Тот заскулил и опрокинулся.
Ралернан едва успел вытащить клинок из брюха очередного оборотня, когда еще один прыгнул на него сверху. Эльф закрылся трупом предыдущего врага, используя его вместо щита. Когти приготовившегося для атаки оборотня засели в брюхе своего недавнего товарища. Ралернан полоснул клинком по горлу замешкавшегося зверя. Очередной вскрик боли справа. Даже не оборачиваясь, Ралернан уже знал, что линия опять прорвана. Но закрывать брешь на сей раз уже некем… Ралернан метнулся в сторону крика, перехватывая пробившуюся тварь. Он не должен, не может допустить, чтобы эти монстры причинили вред Керри или детям. Не тогда, пока он жив.
Свет, все из-за этого света. Если бы не он… Но как же заблокировать это заклинание? Ведь должен быть способ? Но темп схватки не позволял эльфу остановиться и подумать.

Квадраат удовлетворенно отметил, как линия упырей была прорвана сразу в четырех местах. Он уже готов был поздравить себя с победой, когда по наступавшим с чудовищной силой шарахнула волна встречного заклинания. Простенького заклинания из состава базовой некромантии – но волна его была столь сильна, что защитный купол белых магов треснул, рассыпаясь на части. Квадраат с недоумением увидел, как белые маги, концентрировавшие световой поток, падают на землю, превращаясь в истлевшие трупы.
– Это невозможно! – Глава Белой Лиги нервно куснул кончик большого пальца. – Это абсолютно невозможно! Это же соединение магии жизни с некромантией! Ни один маг не в силах сделать такую вещь!
Вампиры, освобожденные от мешающего им света, в мгновение ока перехватили инициативу, оттесняя оборотней далеко назад.
Квадраат выругался и отдал приказ к отступлению. Им нужна была пауза. И новая стратегия. В любом случае, Арриера с семьей от него не убежит. А контратака Белой Лиге не грозит. Что ж, пусть Арриера получит передышку. Все равно он будет побежден. Да, потери со стороны армии Ксорта и оборотней уже сейчас весьма велики… Но спасение мира стоит этих потерь.

ГЛАВА 47

Л'эрт медленно отер кровь с лица. Металлический привкус повис на его языке, перекатываясь теплыми шариками, но почему-то чувство голода дремало. Он ощущал только страшную усталость – и отголоски боли. Но боль была где-то далеко, слишком далеко, чтобы обращать на нее внимание. Что-то кололо в разорванном боку и прокушенной руке, но это были такие мелочи… Они выиграли немного времени. Но не слишком ли велика цена за отсрочку?
– Лаэрт! – Голос Ралернана казался глухим и невнятным. – Лаэрт, что с ним?
Вампир медленно подошел. В глазах все еще плясали яркие точки – словно он долго смотрел прямо на солнце. Но эти яркие точки не могли ему помешать разглядеть недвижное тело Галлика, мешком обвисшее на руках Ралернана.
– Лаэрт, ну что ты стоишь?! Ему надо помочь…
– Не надо, серебрянка. – Л'эрт отвел грязную прядь с побелевшего лица адепта. В светлых глазах была только пустота. – Положи его обратно. Ты уже ничего не сделаешь.
– Что?
– Он нас спас. Но ценой своей жизни. Одно-единственное заклинание в арсенале Черной Лиги, которое может преодолеть любую защиту противника. Его почти невозможно использовать – потому что вызывающий маг должен иметь абсолютно чистое сердце. И большую любовь в этом сердце, ради которой он готов отдать жизнь.
– Любовь? – Эльф нахмурился. – Но я не понимаю… к кому… Ты его что, тоже зачаровал, что ли?
– Нет. Но это уже неважно. Положи его и иди к Керри. У нас не будет второго шанса отключить их проклятую иллюминацию, когда они поймут, что произошло, – и возобновят атаку. Ты должен удержать защитный круг, пока она не закончит. Я думаю, ей уже осталось немного, если она все делала правильно. Надеюсь, мы успеем.
– А ты? Для призыва сил нужно трое.
– Я сейчас приду. Мне нужно найти Карвена.
– Зачем?
– Узнать, нет ли какого-нибудь резерва. Оборотни выкосили почти половину из стоявших в обороне. – Л'эрт не стал тратить время на более подробные разъяснения и зашагал в ту сторону, где последний раз видел главу ковена.
Трава под его ногами была красной от крови и практически полностью скрывалась под ковром из ошметков тел «живой стены» солдат Ксорта. Неповрежденных трупов почти не встречалось. У большинства была оторвана голова, кое-где попадались разодранные напополам трупы с вываленными внутренностями. Под сапогами то и дело мерзко чавкало. Запах крови был вязким и всепроникающим, как дымное марево.
Трупы оборотней попадались куда реже. Часть из них после смерти перешли в человеческую форму и выделялись на общем фоне обнаженной плотью, частью они так и остались в животном виде. В основном это были волки-оборотни, но кое-где попадались и другие представители животного мира. Л'эрт заметил пару трупов тигров и одного медведя.
Тел погибших вампиров не было. Солнце уже перевалило за полдень, и его лучи безжалостно превращали останки живых мертвецов в маленькие кучки серого пепла, разносимые ветром. Выжившие бесцельно бродили среди трупов, сбиваясь в стихийные группы и о чем-то переговариваясь. Карвена никто не видел.
Кое-где валялись раненые. Чужих вампиры убивали, медленно высасывая драгоценную кровь. Своих – оставляли валяться в куче трупов, и те ползком искали недобитых жертв для восстановления утраченных сил.
Споткнувшись о чьи-то вывернутые ребра, Л'эрт едва не упал в вязкую кашу из крови и вспоротых кишок. Но, возможно, именно благодаря этому он и заметил Глонка, едва ли не по уши зарывшегося в гору мертвецов. Глонк с аппетитом вылизывал кровь с какого-то обнаженного трупа. Белки глаз его стали кроваво-красными, зрачки плавали в них, словно обломки угля. Рваный разрыв на боку вампира затягивался на глазах.
– Ты видел Карвена? – спросил Л'эрт, подойдя поближе. Он старался не смотреть на трапезу Глонка. Тот был, кажется, единственным из вампиров, способным питаться мертвечиной. Для. прочих поедание трупов было равносильно принятию яда.
Глонк поднял голову. Рот его был обильно перемазан красным, из-за чего казался открытой раной.
– Нет. Он был где-то там. – Вампир махнул рукой, указывая направление. – Я его потерял в середине драки. Как думаешь, они будут еще атаковать?
– Думаю да.
– Плохо. У нас много убитых. – Глонк облизнул кровь с верхней губы. – Мы долго не продержимся. Найдешь Карвена – скажи ему, нужно делать перегруппировку. Эти оборотни… Серьезная сила. Да, и еще. Нас кто-то предал, но я еще не знаю кто.
– В смысле?
– В смысле – кто-то из наших. Тех, кто участвовал в драке. И, скорее всего, предатель остался в живых. Слишком уж слаженным было нападение. Словно враг заранее знал все наши ходы. Слишком странно для простого совпадения. Если мы хотим выиграть, предателя надо найти.
– Ты уверен?
– Я когда-нибудь трепался впустую? – Глонк недоуменно вскинул светло-рыжую бровь.
– Я понял, спасибо. – Л'эрт кивнул и направился в ранее указанном Глонком направлении. Карвена он нашел только через полчаса исследования трупных завалов. Глава ковена валялся на земле, прижимая правую руку к животу. Ноги его придавливал полуразорванный труп оборотня. Л'эрт поймал себя на дурацкой мысли, что как-то странно видеть франтоватый костюм Карвена перемазанным в крови и содержимом чьих-то желудков.
– Карв, сейчас не время медитировать. Ты что, ранен?
– Что-то в этом роде. – Карвен перевел на Л'эрта чуть потускневший взгляд алых глаз.
– Ну и какого хрена ты валяешься в этой луже дерьма? Позвал бы кого-нибудь из своих прихвостней, они бы тебе быстренько недобитый труп принесли. Давай, поднимайся. – Л'эрт скинул останки оборотня с ног Карвена и дернул того вверх. Карвен прошипел вслух что-то слабо цензурное, рука его соскользнула с живота, открывая обширную сквозную рану не меньше кулака в диаметре. Кажется, был пробит позвоночник.
– Положи. Меня. Обратно.
– Зачем?!
Карвен устало вздохнул, из уголка его рта стекло несколько капель крови.
– Ты придурок. Положи, а?
– Зачем? – спросил Л'эрт, продолжая удерживать его в вертикальном положении. Самостоятельно стоять Карвен явно не мог. – Послушай, эта атака перебила половину твоих людей. Нам нужен какой-нибудь резерв или грамотная перестановка. Сейчас не время заниматься медитацией.
– Ты знаешь, что часть оборотней имела серебряные клыки и когти?
– Чего? Это как? Вживленные?
– «Как» – это не ко мне. Но факт в том, что я насчитал пять штук таких. Из тех, с которыми дрался я сам.
– Ладно, потом расскажешь. Пошли, надо что-то делать с твоей шкурой.
– Л'эрт, дай мне руку, пожалуйста.
– Ну? – Л'эрт послушно протянул правую ладонь, продолжая левой рукой удерживать своего собеседника за плечо. Карвен скользнул рукой по своей груди, оставляя на светлых кружевах грязный след. Тонкая цепочка послушно разорвалась под его пальцами.
– Возьми. – Карвен вложил изящный медальон-пентаграмму в ладонь Л'эрта и на миг сжал его пальцы. Кольнули теплые иголочки. – Полной силы ты так не получишь, но управлять ими все-таки сможешь.
– Карв, ты спятил?! На хрена мне знак главы ковена?! И вообще, с какого перепугу он будет мне подчиняться?
– Дурик. Смешение крови дает определенные возможности. Я вовсе не мазохист.
Л'эрт уставился на тонкий розовый шрам на правой ладони.
– Ладно, демоны с кровью, я с тобой потом за это разберусь. Ты на первый вопрос не ответил. Ты что тут, решил торжественно сдохнуть, что ли?
– Я же говорил тебе… Серебряные клыки и когти…
Л'эрт заторможенно перевел взгляд на рану Карвена. Правильно, края действительно кажутся чуть обожженными. Серебро… Но обычные раны от серебра зарастают очень медленно… А рана такого размера… смертельна для вампира. Л'эрт нервно сглотнул.
– Карв…
– Я в курсе. Четверть часа или что-то около того. Я бы предпочел, чтобы ты посидел эти минуты со мной, но сейчас время слишком ценно. Иди, тебе надо перегруппировывать людей. В резерве висело порядка тридцати, они отзовутся на медальон.
– Карв… – Л'эрт медленно опустил его на скользкую от крови землю. – Спасибо…
– И не смей сломать мой подарок, как в прошлый раз. Шею сверну. – Карвен улыбнулся. Огонь в глазах вампира на миг стал теплым.

Пентаграмма, измазанная кровью, жгла руку. Л'эрт вышел на свободное от трупов пространство и сжал ладонь, посылая ментальный приказ. Он все-таки не был уверен в том, что у него получится – и немного удивился, когда вокруг стали вспыхивать порталы. Приказ требовал немедленного прибытия всех высших вампиров.
Л'эрт насчитал около ста, включая Глонка. Последний слегка удивленно уставился на него. Рот Глонка был все еще вымазан в крови. Л'эрт не стал тратить время на длинные объяснения: вампиры и сами уже почувствовали, от кого исходит призыв. Как почувствовали и силу пентаграммы в его ладони.
«Нас кто-то предал»… Л'эрт закрыл глаза и сосредоточился. Найти предателя и заставить его выйти вперед… Пентаграмма казалась обжигающей лужицей воска, стекшего с горящей свечи. Покажись! 
Стена вампиров перед ним покачнулась, пропуская одного из них вперед. Л'эрт разжал стиснутые пальцы и поднял взгляд.
– Валина?!
Она широко усмехнулась, показав самые кончики клыков.
– И что? Неужели ты меня накажешь? – Бархатистый голос ласкал слух. – Ты, оказывается, не чужд интриг, раз сумел уничтожить Карвена – и получить эту маленькую игрушку. Как это удачно для меня. Ведь ты не поднимешь руку на женщину, не так ли? Которую к тому же ты сам еще и бросил?
Л'эрт уставился в ее совершенное лицо. Нежно-белая кожа, ярко-алые губы, сияющие черными звездами глаза. Черный шелк длинных прямых волос. На ее одежде почти не было крови, хотя запах ее и ощущался слабой ноткой, едва заметной на фоне тяжеловатого аромата имбиря и корицы, слегка разбавленного лилиями.
Тогда, на приеме у Аластра, она так заразительно смеялась, показывая жемчужные зубки, и в черных глазах ее загорались золотые искорки. Она была так похожа на человека… Как давно это было…
– Почему, Валь?
– И ты  еще спрашиваешь почему?! Ты осмелился выбросить меня, как какую-то использованную вещь! Как сломанную куклу, с которой тебе надоело играть! Тебе даже не хватило смелости сказать мне об этом лично! Ты только соизволил прислать мне свое пасквильное письмецо! Я не из тех, с кем можно так поступить! Ты возомнил себя одни боги знают кем, в то время как на самом деле ты едва достоин целовать кончики моих туфель!
– Всего лишь ревность? Обида? Как мелко… И ты ради этого подставила всех вокруг?
– Ты слишком добр, чтобы стать истинным главой ковена, Л'эрт! Ты слишком человечен для этого! Ну что же ты мне сделаешь? Ведь я всего лишь слабая женщина?
– Ты переигрываешь, Валина…
– О, ничуть… Ты виноват передо мной, и это неоспоримый факт. Ты пудрил мне мозги лживыми обещаниями и заставлял страдать. Разве я не права? Ведь права же! А значит, это не я, а ты должен понести наказание! Но… – Она плавно сложила руки под грудью, подчеркивая пышность своих форм. – Полагаю, мы сможем мирно разрешить эту ситуацию. Ты возвращаешь мне мой статус… А я обеспечиваю тебе выигрыш в этой схватке. С учетом того, что Квадраат мне сейчас полностью доверяет, это будет несложно.
– Тебе так хочется носить мое кольцо на пальце?
– Ты теперь еще и глава ковена, не так ли? Да, мне этого хочется.
Л'эрт смотрел в ее совершенное лицо, но не видел ее… Стоны раненых и убиваемых… Бледное лицо смешного адепта Галлика с навсегда потухшими глазами… Хромающий на правую ногу Ралернан, усиленно делающий вид, что все в порядке… Широко распахнутые от ужаса глаза Лакерры… Зажимающий рану на животе Карвен…
– Прости, Валь, но эта сделка не состоится.
– Что? – Она нахмурилась, чуть надломив идеальный изгиб бровей. – Что тебя не устраивает?
– Боюсь, ты не поймешь. – Он медленно сжал пальцы, вдавливая пентаграмму в кожу ладони. Вниз скатилось несколько капель крови. Такой простой приказ… Почему его так сложно отдать? Л'эрт глубоко вздохнул и посмотрел ей в глаза. Пентаграмма кольнула теплыми огоньками, отзываясь на его волю.
С губ Валины сорвался тихий стон, и она начала медленно оседать вниз. Словно в странном сне, Л'эрт смотрел, как она плавно опускается на колени. Кажется, она кричала. Он не слышал крика. Ее совершенное лицо покрылось сетью быстро расползавшихся ожогов. Несколько минут – и вместо прекрасной девушки на земле лежал обугленный кусок мяса. А еще через несколько минут осталась только горстка пепла. Солнце по-прежнему стояло высоко в зените, и ему не было никакого дела до странного вампира, почему-то потерявшего способности к защите.

ГЛАВА 48

Керри наконец закончила круг и в последний раз проверила все углы. Нет, все верно. Все должно получиться. На их счастье, Белая Лига почему-то запаздывала с повтором атаки. Быть может, они еще успеют?

Л'эрт отдал последние указания вампирам и направился к Керри. Он уже видел ее силуэт, склонившийся над начерченной фигурой, когда неприятное – и до боли знакомое – ощущение царапнуло изнутри его голову.
– Ты действительно думаешь, что выиграл, человечек? 
– Я не звал тебя, Клиастро. Прости, у меня нет времени на пустые разговоры. Или ты решила-таки прикончить меня?
– Слишком просто. Твоя смерть – это слишком просто. Я уже насладилась ею один раз и теперь хочу получить более изысканное блюдо. 
– Мечты – прекрасная вещь. Мечтай.
– О, это не мечты… Ты ведь хочешь объединить стихии… Объединить всех нас, разве не так? 
– И ты конечно же против?
– Да, но это не имеет значения. Я хочу посмотреть на твое лицо, когда ты поймешь, что проиграл. Когда твои противники ворвутся сюда и уничтожат всех подчистую. О, твое лицо в этот момент будет весьма привлекательным зрелищем. 
– Ты зря стараешься, богиня. Я очень самоуверенный тип. У нас все получится.
– Ах нет, нет. Ты забыл один маленький, крошечный нюанс. Твоя подружка правильно нарисовала эту сложную картинку на земле. И вы, несомненно, правильно воспользуетесь инструкциями моего вероломного братца, чтобы ее активировать. Но ведь все равно ничего не получится. Для того чтобы объединить стихии, нужно объединить силы их носителей. Но вы не сможете этого сделать. Потому что ты больше не являешься носителем Тьмы, маленький вампирчик. 
– Ага, щаз… Испугался.
– Видишь ли… Мой носитель должен хранить в сердце истинную Тьму… А ты… ты потерял ее. Ты так долго старался обелить свои крылья… Тебе это удалось, человечек. Но теперь твоя душа слишком чиста, чтобы круг объединения сил сработал. 
– А-бал-деть! То есть я теперь великий праведник и могу благословлять мановением руки. Не поверишь, как безумно я счастлив!
– Не верь мне, человечек. Тем слаще будет наблюдать за выражением твоего лица, когда ты поймешь истинность моих слов. В твоем сердце еще есть кусочки мрака, но их осталось мало – слишком мало, чтобы фигурка Ойенга сработала. 
Клиастро покинула его сознание, и ощущение холодных иголок, царапающих кожу изнутри, бесследно исчезло. Л'эрт помотал головой. Не время думать об этих идиотских угрозах. Разумеется, у него получится. Иначе как же он мог быть ее проводником?

Ралернан первым шагнул в очерченную на земле фигуру. Сложная вязь неправильной формы завитков, сочлененных многоугольников и концентрических кругов почему-то выглядела успокаивающе. По внешнему краю фигура имела форму треугольника. И в каждый из трех углов должен был встать один из носителей стихийных сил.
– Сила воздуха и света, подчинись моей просьбе и ответь на мой зов! 
Вокруг Ралернана вспыхнул воздух, образуя сияющую колонну. Холодный белый свет ее, казалось, пронзает небо и дотягивается до самих звезд.
Керри нерешительно закусила губу и тоже пересекла внешнюю линию фигуры. Строго говоря, вставать в сам угол было совсем не обязательно. Достаточно было занять сектор круга, относящийся к «своей» стихии.
– Сила огня и равновесия, подчинись моей силе и покорись мне! 
У ног девушки вспыхнули крохотные язычки пламени. Сначала маленькие и робкие, через мгновение они выросли в полыхающий костер – и снова угасли, сменившись невидимой спиралью, украшенной ярко тлеющими искрами – будто облако алых светлячков слетелось на тепло ее тела.
Л'эрт шагнул внутрь фигуры последним.
– Сила тьмы и смерти, подчинись моей власти и яви себя! 
Но сектор ночи молчал, не отвечая.
Царапающий смех, словно осколки стекла, вновь зазвенел в его ушах.
– Убедился, человечек? Ты уже не носитель тьмы. Фигурка Ойенга не сработает. В твоем сердце слишком мало темных пятен, вампирчик. Мой братец подсказал вам весьма забавный аркан. Ему не так уж и много нужно для активации – но тебе не дано использовать это. Ведь даже твои спутники больше не считают тебя исчадием ночи. Нет, ты сумел убедить их в обратном. И теперь вы умрете. Потому что только моя Тьма в конечном итоге вечна! И когда с вашими жалкими жизнями будет покончено, мой неверный брат вынужден будет снова встать на мою сторону. Как забавно. Ты сожалеешь, что убедил их, насколько хорошим можешь быть? А сейчас эти человечки надеются на тебя. Твоя душа… Разве она не трепещет от боли? Они погибнут, потому что поверили тебе… Как мило. 
Л'эрт глубоко вздохнул:
– Ты слишком много говоришь, богиня. Ты еще не победила, но уже проговорилась. Надеюсь, тебе действительно понравится то, что ты увидишь… 
– Л'эрт? Л'эрт, почему ты не произносишь заклинание? Зачем ты тянешь? – нервно окликнула его Керри.
– А ты думаешь, я буду его произносить? – Бровь Л'эрта картинно изогнулась. Он лениво сунул руки в карманы. Бледные губы исказила неприятная усмешка. – А зачем, скажи-ка на милость?
– Л'эрт, ты с ума сошел? – Шартрезовые глаза удивленно расширились. – Что с тобой?
– Боги, мышонок, ты такая идиотка. – Он медленно пересек границу своего сектора и подошел к ней. В отличие от остальных, его тело еще не было сковано активацией заклинания, и он мог перемещаться свободно. Керри и Ралернан не имели возможности даже пошевелиться за пределами нанесенных на земле символов. – Ты действительно думала, что я вляпаюсь в эту идиотскую игру? Спасение мира и прочая «бла-бла-бла»? Тьфу, нелепая блажь. – Он небрежно сплюнул прямо ей на ботинки.
– Л'эрт, что ты несешь?! – Керри стремительно побледнела. Она подняла руки, но побоялась пересечь спираль из горящих искр и дотронуться до него. – Что случилось?!
– Да, полная идиотка. Хотя временами ты бываешь мила. Когда не строишь из себя эдакую недотрогу. Знаешь, пожалуй, мне все же понравилось с тобой развлекаться. Я бы попользовался тобой еще пару раз. Жаль, что придется тебя убить. – В синих глазах стеной стоял холод. Керри мелко задрожала, по ее спине пробежала волна озноба. В этих глазах не было ничего человеческого, только осколки колючего льда.
– Лаэрт, ты спятил?! – Ралернан сжал руки в кулаки. Что несет этот проклятый вампир?!
– О-о, великий Белый Рыцарь проснулся. – Л'эрт вальяжным шагом пересек край сектора и приблизился к Ралернану. – Да-да-да… Как похвально. Ты проснулся и решил встать на защиту своей жены. Да, пожалуй, только такой тупой кретин, как ты, может верить в любовь такой шлюхи… Ты действительно все еще в это веришь?!
– Ты пьян?! Ты, вообще, в своем уме?!
– Пьян? – Л'эрт плавным движением вытащил из кармана тонкую цепочку с висящей на ней пентаграммой. – Знаешь, что это за штучка? О, вижу, знаешь… Твои глаза так забавно расширились… Ну конечно же, я ведь сам тебе рассказывал. Как думаешь, глава ковена отдаст добровольно такую игрушку? Конечно же нет. За эту штучку надо драться. Но Карвен сильнее меня. Что же оставалось делать бедному инкубу, так желавшему заполучить эту милую игрушку? Я третий по силе в ковене, и у меня не так уж и много сторонников. Но есть одна область, где я дам фору любому. Эта область – любовь, мой прекрасный Белый Рыцарь. Этим чувством я умею играть в полном совершенстве. И даже первый вампир ковена ничего не смог противопоставить моей игре. Видишь, вот она, эта штучка, – в моих руках! – Л'эрт качнул цепочку из стороны в сторону. Отблески света сверкнули на пентаграмме. – Всю жизнь я мечтал обладать властью, Белый Рыцарь! И всю жизнь все мои усилия были направлены только на то, чтобы получить эту власть. – Небрежным движением он повернул голову в сторону Керри. – Ты действительно  веришь, что я влюблен в тебя? – Кривая улыбка исказила уголок его рта. – Неужели действительно веришь? – Он поднял цепочку повыше. – Карвен тоже верил в мою любовь. – Пентаграмма качнулась, отбрасывая холодные блики.
– Л'эрт, я не понимаю, что ты делаешь, но мне это очень не нравится. – Керри нервно облизнула губы. Во рту было сухо, будто она не первый день шла по безводной пустыне. Почему его синие глаза так холодны? Он кажется каким-то чужим. Будто кто-то украл его душу. – Пожалуйста, перестань. В конце концов, то, что ты несешь, – полный бред! У меня есть твои воспоминания! А собственная память не может лгать!
– О да, не может… Но если подумать… Ведь память хранит только эмоции своего обладателя, не так ли? Мышонок, ты ведь можешь посмотреть все  мои воспоминания… Скажи, разве я сожалел, убивая очередную жертву? Разве чувство сожаления сохранилось в памяти? А не чувство вожделения – к ее телу, к ее крови? Не чувство наслаждения и насыщения?
Керри посерела. Кажется, в сценах убийства действительно  не было эмоции сожаления. Нет, то есть в некоторых была, но… но это было уже после  убийства… И к убийству ли оно относилось? Девушка нервно вздохнула, пытаясь вспомнить. Она старалась не лезть в эту  часть его памяти – слишком уж это было пугающим. Легкие жгло огнем, мысли беспорядочно прыгали, словно блохи. Она попыталась снова вызвать чужие воспоминания, но перед ней мелькали только какие-то призрачные отрывки, то и дело накладывающиеся друг на друга. В голове все перемешалось. Он… боги… он что, сейчас говорит правду?!
– Как мило, – Л'эрт улыбнулся, демонстрируя клыки. – Кажется, ты начинаешь понимать, что такое на самом деле моя любовь.  Я люблю каждую, кого сжимаю в предсмертном объятии, каждую, в шейку которой я погружаю свои зубки… А потом, если они выживают… Их так забавно дразнить… Ты ведь помнишь, какой властью обладает мой укус? Ты все еще хочешь меня! Даже если я буду пинать тебя ногами и макать лицом в дерьмо, ты будешь молить меня, чтобы я тебя трахнул… Люди так забавны… Ты действительно думаешь, что люди для меня нечто иное, чем просто игрушки?
Лед, колючий лед в синих глазах. Волна холода и отчуждения, сквозь которую не пробиться. Если он лжет… Но зачем, зачем ему говорить это? Здесь и сейчас? Какой он – настоящий? Керри мучительно сглотнула. Почему так больно в сердце?
– Даже если ты и лгал… Нам надо закончить заклинание. Зачем тебе устраивать это представление именно сейчас?
– Разве ты не понимаешь? Вы оба сейчас призвали сюда огромные, невероятные силы. Если я активирую свой сектор, эти силы объединят Стихийных богов, сольют их в некое новое существо. Но зачем мне его активировать? Ведь вызванные вами силы можно использовать и для другой цели. Их можно поглотить. О, не сразу, они весьма велики – но постепенно. Чем я сейчас и занят, о мои глупые пташки. – Он усмехнулся. – Это было непросто – участвовать в вашей игре. Но, кажется, у меня неплохо получилось. Вы оба настолько доверились мне, что забыли подумать о таком варианте развития событий. – Л'эрт небрежно помахал ладонью перед лицом Ралернана. – А сейчас вы настолько скованы заклинанием, что не можете и пальцем шевельнуть. Вы так и будете стоять – статуями из плоти и крови, пока я не поглощу всю вашу силу. А потом, после магического насыщения, пожалуй, я не откажусь подкрепить и свою физическую оболочку. Я заставлю умолять меня даровать вам смерть. Ты ведь помнишь возможности ментального контроля вампиров, не так ли, серебрянка? Тебе понравилось в тот раз? – Л'эрт склонился почти к самому лицу эльфа. Их разделяла только тоненькая стена слепяще-белого света. – Тебе будет еще лучше. Ты будешь знать, что умираешь, но будешь молить о том, чтобы я выпил тебя досуха.
Ралернан уставился в нагло смеющееся лицо вампира.
– Даже если ты и обманул нас, даже если мы и умрем… Но ты не станешь глумиться над нашей смертью! И ты не получишь нашей силы.
– О-о… Да что ты говоришь, сэр Рыцарь? И как же ты меня остановишь? Ведь ты не можешь сдвинуть ноги со столь заботливо нарисованных твоей шлюхой-женой кружочков. Ты прикован к этому полу! – Вампир рассмеялся ему в лицо.
– Я не могу пошевелить ногами! Но мои руки не связаны! – Серебряное лезвие полыхнуло в воздухе, отражая искры холодного света. Кинжал по рукоять вошел в грудь вампира – совсем рядом со старой раной.
Л'эрт шатнулся назад, прижимая ладонь к груди. Сквозь пальцы просочилась алая струйка и потекла вниз, пятная белую рубашку.
– И все-таки ты дурак, серебрянка, – одними губами прошептал Л'эрт. Ралернан его не расслышал.
Еще шаг назад – и он уже на черном секторе.
– Сила смерти и крови, яви себя! 
Капельки крови, попавшие на землю, загорелись, обращаясь в серую труху. Черное облако, сотканное из туманных струй, охватило его тело, окутывая в ватный кокон.
– Это невозможно! Ты не мог этого сделать, человечек! Ты же больше не Тьма! –  В голосе больше не слышалось царапающего смеха – только недоумение.
– Ты забыла? Тьма никогда не исчезает до конца. –  Л'эрт улыбнулся, не замечая, как с уголка его рта капает кровь. – Даже в летний полдень она остается, прячась в коротких тенях – чтобы дождаться ночи и снова прийти во всей силе. Я… я никогда не смогу от нее избавиться. От того прошлого, что черным облаком тащится за моей спиной. Знаешь, сколько человек я убил? Ты знаешь, что такое Голод, богиня? Жуткая жажда крови, от которой вампиру никогда не избавиться… Аркан Ойенга – это всего лишь мертвое заклинание, восприимчивое к эмоциям. Ведь это так легко – всколыхнуть в сердцах людей боль и ненависть, заставить вновь увидеть во мне исчадие зла… И все же… я не был до конца уверен, что это сработает. 
– Ойенг…  – Ее мысли были окрашены яростью и раздражением. – Если бы не этот дурацкий просчет в его аркане, у тебя бы ничего не вышло! Как невероятно глупо – допускать воздействие на активацию чужого восприятия! Если бы эти человечки не поверили тебе… 
– Но они поверили. И ведь ты сама допускала такое вмешательство. Не надо было давать мне слишком хороших подсказок, богиня. 
– Будь ты проклят! 
– Уже, маленькая богиня. Уже очень давно. Но это совсем неважно. 
– Ты умрешь! 
– Что с того? Зато я победил. 

Контуры нарисованной на земле фигуры засветились холодным голубым огнем. Неоновое свечение нарастало, пока не перешло уровень, воспринимаемый человеческим взглядом. Земля в центре фигуры исчезла.
Первым появился Ойенг – по-прежнему в образе мальчишки с алыми волосами.
– А ведь у вас все-таки получилось! Я не ожидал, если честно. Ну что ж, посмотрим, насколько эта новая игра будет интересней.
Его фигура вспыхнула алой свечкой, превращаясь в тонкий столб красного света, наполненный живым теплом. Вспышка – и рядом с ним возникла Акерена. В глазах цвета расплавленного серебра, обращенных на Ралернана, читалось что-то похожее на осуждение – и тихую печаль.
– Ты зря не поверил мне, мой помощник. Мой выбор принес бы меньше крови.
Миг – и она стала тонкой полосой белого пламени, впитавшего свечение луны и звезд.
Клиастро пришла последней. Лицо богини было холодно и нейтрально. Чувства ее прочесть было абсолютно невозможно. Она не стала больше ничего говорить. Все, что она хотела, она уже произнесла. Еще один миг – и струя черного тумана сплелась с остальными силами. Разноцветные полосы завертелись, скручиваясь в спираль, утолщаясь и истончаясь – до тех пор, пока цвета не потеряли свою индивидуальность. До тех пор, пока спираль не стала абсолютно прозрачной и движения ее угадывались лишь по легкому колебанию воздуха. А потом спираль взмыла в небо, взрываясь мириадами невидимых звезд.
Л'эрт почувствовал, что его ноги больше ничто не приковывает к нарисованным на земле линиям. Аркан сработал до конца. И теперь у стихий есть шанс отвоевать этот мир таким, каким они его создали. Хорошо бы у них получилось.
Вампир медленно опустился на землю. Ноги почему-то отказывались держать его. Голова была пустой и странно звенящей. В любом случае, они сделали все, что могли. Теперь игра переходит на другой уровень – а им останется только ждать. Но Хиис все еще ослаблен, один из его силовых артефактов уничтожен… У стихий хорошие шансы победить.
Странно, почему же так холодно и хочется спать? Это ведь ничего, если он поспит? Они выиграли и заслужили немного отдыха, не правда ли? Наверное, земля жесткая, но этого совсем не чувствуется. Не чувствуется и сырость от растекшейся по ней холодной лужи. Рана совсем не болит, будто ее и нет. Это все неважно. Главное, что они выиграли и дали миру этот шанс. Веки кажутся тяжелыми и неподъемными. Ну и пусть. Это ничего, что он не посмотрит на битву богов. Он немного поспит, а кто-нибудь потом ему непременно расскажет.
Улыбка на его лице была счастливой. Отчаянного крика Керри он уже не слышал.

Квадраат уже приготовился отдать приказ о повторной атаке, когда на дневном небе вспыхнула новая алая точка, различимая даже сквозь слепящий солнечный свет. Он рассчитывал отдать приказ намного раньше, но неожиданное исчезновение столь полезного информатора несколько спутало его планы. Маг промедлил несколько часов, до тех пор, пока не стало ясным, что дальнейшее ожидание бессмысленно, что информатор мертв. И вот сейчас, когда он все же решился…
– Светлейший? Наступаем? – нетерпеливо уточнил ожидающий оборотень.
Глава Белой Лиги еще раз посмотрел на небо. Нет, никакой ошибки быть не могло. Эта звезда – и есть тот самый Третий Глаз Дракона, упоминавшийся в пророчестве. А значит… Значит, он опоздал.
– Нет. Отзови людей… Теперь нам остается только молиться и готовиться к смерти.
Руки его тряслись, когда он садился в глубокое кресло. Кресло было мягким и удобным, специально сделанным по его заказу. Квадраат бережно погладил резные ручки ослабевшей рукой. Да, это хорошее место, чтобы умереть.
– Светлейший? Простите, я не понял? Светлейший, вы меня слышите? Эй, лекаря, лекаря сюда! Да быстрее же! Он не дышит!

ГЛАВА 49

Темно. Просто темно. Клочья тьмы, наползающие друг на друга. И слабые призраки голосов, стальными иглами проскальзывающие сквозь эту тьму – только для того, чтобы кольнуть его и тут же исчезнуть. И во всем этом море тьмы только одно-единственное пятнышко света. Но, как бы он ни пытался приблизиться к нему, оно только становится все дальше и дальше.

– Ты будешь очаровательным монстром, герцог! Самая опасная разновидность очарования, мой дорогой! Тебе понравится!
– Лаэрт?! Кто это?! Что вы сделали с моим мужем?! Верните мне настоящего Лаэрта!
– Убей ее… Тебе пора привыкать к своим новым способностям, герцог.
– Лаэрт!!!

– Кто ты? Зачем ты шел за мной? У тебя странные глаза… Что тебе надо? Не подходи! Не подходи, у меня есть нож! Не тронь меня! Нет!!!

– Леди Раата? У тебя красивое имя.
– Не Раата – Ра'ота. Мой род ведет свое начало из очень древних времен.
– Так слишком сложно. Я никогда не выговорю. Но твоя улыбка еще красивее твоего имени.
– У тебя холодные глаза, Л'эрт.
– Это месть? За то, что я неправильно произнес твое имя?
– Нет. Осколки льда. Непрочный весенний лед. Из твоих глаз глядит Смерть.
– Ты меня пугаешь. Это отказ?
– Нет. Ты можешь меня проводить. Я давно знаю свою судьбу.

– Герцог? Посмотрите, кто к нам пожаловал! Разве ты еще жив? Решил, что убивать других ради своего существования не так уж и зазорно, а?

– Я убью тебя, проклятый маг! Даже если на это потребуется вся моя жизнь! Тот город, что ты уничтожил… Там жила моя дочь. Моя маленькая единственная дочь. Ей было четыре года. Я уехал всего на неделю – а, вернувшись, нашел лишь пепелище… Будь ты проклят, чудовище!

– Ты сломал мне всю мою жизнь! Только ради того, чтобы поразвлечься! Будь ты проклят!

– Послушайте, мой сын погорячился. Он отдаст вам амулет. Вы поможете?
– Да, но мне нужна будет жизнь одного человека.
– В смысле? Это что, месть за нашу нерешительность?
– Это не месть. Моя магия связана с кровью.
– Это… это омерзительно!
– Вы отказываетесь от сделки?
– Нет. Но я проклинаю этот день и час, когда я вынужден отдать вам жизнь невинного человека.

– Будь проклят… проклят… проклят…

– Мне кажется, ты заблудился в воспоминаниях, Л'эрт… – Теплые руки обхватили его. От этих рук шло слабое свечение, разгонявшее мрак вокруг.
– Златовласка? – Л'эрт обернулся. – Я думал, тебя сожрал этот проклятый Нейир.
Светящаяся фигура улыбнулась и пожала плечами.
– Ты ведь знаешь, что я не умею сдаваться. Даже если приходится драться с каким-то сумасшедшим лабиринтом. И потом, я ведь обещал тебя подождать. Разве мог я нарушить данное слово?
В объятиях этих теплых рук было хорошо и уютно. И никакие кошмары не приходили больше, чтобы потревожить его глупыми проклятиями.
– Герцог? – Настойчивый голос заставил его открыть глаза. – Вы меня слышите, герцог?
– А, Галлик… А ты как нашел меня? – Он беззаботно улыбнулся. Галлик не может быть кошмаром. Пусть его фигура и кажется облаком туманной тьмы, но сердце этого студента все-таки светлое. – Знаешь, я хотел сказать тебе спасибо. Если бы не ты, у нас бы так ничего и не вышло. Мы бы не продержались до того момента, когда Керри закончила рисовать.
Облако тьмы издало нечто, похожее на смешок.
– Ну я просто хотел помочь. Зато потом, когда будут составлять книжки по истории, в них ведь наверняка напишут, что переломным моментом в этой битве было участие «великого черного мага Галлика», а вовсе не «исключенного студента», разве нет?
– Так вот как ты смог сделать это заклинание… Любовь к славе, правильно?
– Но это ведь тоже любовь. Зато у меня наконец получилось. Это будут еще долго помнить. – Еще один смешок. – Но, герцог, я здесь не за этим… Ты не слишком торопишься отдохнуть? Ты еще многого не сделал. И тебя все еще не хотят отпускать. – Галлик кивнул в сторону далекого пятнышка света, манящего, но все так же недоступного.
– Я пробовал туда пойти. Но у меня не получается.
– Я помогу. Все-таки я слегка виноват, что сделал из тебя зомби. Мне хочется извиниться.
Л'эрт нерешительно повернул голову к светящейся фигуре эльфа.
– Попробуй. Я могу подождать и еще немного. В предвкушении тоже есть свои плюсы. В конце концов, в моем распоряжении целая вечность.
Сильный толчок в спину – и он летит вперед… Летит или падает? Маленькое пятнышко света понемногу увеличивается, поглощая в себя темноту – до тех пор, пока вокруг не остается ничего, кроме его призрачного сияния. Сияния, в котором он растворяется без остатка.

Острая боль, насквозь пронзающая тело. Ему хочется заорать, но с губ слетает лишь едва слышный стон. Боль, боль, боль… Она не утихает, но постепенно к ней можно привыкнуть – словно к дороге из битого стекла. Теплые руки на его плечах. Эти руки не дают боли укорениться, прогоняют ее. И боль понемногу сдает позиции, вынужденная отступить перед упорством тепла этих рук. И уже можно попробовать медленно вдохнуть воздух, так замечательно пахнущий сырой листвой, – и открыть глаза.

– О боги… Как же ты меня напугал! – Ее голос дрожит, веснушки кажутся черными точками на побелевшем лице, а шартрезовые глаза слишком мокрые и красные. Она хлюпает носом. – Никогда, слышишь, никогда не смей делать такого! Я думала, ты умер!
– Ты шутишь, мышонок. – Л'эрт попытался улыбнуться, но губы едва его слушались. – Я всего лишь прилег поспать. А ты зачем-то меня разбудила. Между прочим, мне снились очень забавные сны.
– Не смешно. – Керри насупилась. – И этот твой дурацкий розыгрыш… Я ведь поверила в него! И Раль поверил… Зачем ты притворялся таким отморозком?
– Я же дитя тьмы. Страшно-кровожадный монстр. Разве ты забыла?
– Угу. Дитя тьмы. – Она хлюпнула носом. – Зачем только дитю тьмы, отправляясь на тот свет, беспокоиться о замыкании заклинания, хотелось бы мне знать?
– Виноват, мышонок, глупость получилась. В следующий раз буду призывать силы более разумным способом.
– Знаешь, это начинает входить в дурную привычку, – заметил Ралернан, продолжая аккуратно удерживать Л'эрта в полусидячем положении. С пальцев эльфа непрерывно срывались сияющие белые искорки, проникающие в тело вампира и прогоняющие боль. – Я тебя убиваю, ты воскресаешь… Может, пора завязывать с этой традицией?
– Ну вот еще. Как можно! Если каждый раз после моего воскрешения ты будешь меня столь трепетно обнимать…
– Я не обнимаю тебя, а лечу, идиот!
– А-а-а… какая забавная отговорка. – Л'эрт слегка пошевелился, устраиваясь поудобнее. – Но мне нравится. А ты умеешь лечить поцелуями? Последний раз у нас неплохо получилось…
– Чего? – Глаза у Керри стали абсолютно круглыми. – Это он про что?
– Этот тип пытался вправить мне мозги путем соблазнения. – Голос Ралернана был абсолютно спокоен.
– Позвольте, что значит «пытался»? – неподдельно возмутился Л'эрт.
– Хорошо, мозги ты мне действительно вправил.
– Нет, это неинтересно. Давай лучше ты согласишься, что я тебя соблазнил?
– Когда ты выздоровеешь, – сладким-сладким голосом протянул эльф, – я сверну тебе шею. Очень медленно, тщательно и с применением подсобного инструментария.
– Нелогично, серебрянка. Зачем меня тогда лечить?
– Растягиваю удовольствие.
– Гм. Ладно, растягивай. Но имей в виду – я успею тебя как минимум еще один раз поцеловать до того, как ты свернешь мне шею.
– О боги… Ты о чем-нибудь другом можешь думать? Хотя бы чисто теоретически?
– Нет, конечно. О, кстати! А мы победили или как? А то я тут все проспал… Или не все?
– Все, все, – проворчал Ралернан. – Ты не одни сутки на том свете был. Или это так выглядело. Знаешь, какую прорву силы мы потратили на магию излечения? Мертвого из гроба можно было бы поднять.
– Ну так я и есть мертвый. Кстати, и гроб бы мне тоже не помешал, как любому порядочному вампиру.
– Перебьешься. Гробы нынче в дефиците. И без тебя трупов полно.
– Я это тебе припомню! Эм… Так кто победил-то? – Л'эрт попытался повернуть голову, но даже на этот легкий жест у него не оказалось сил.
– Насколько я понимаю, стихии. Или то, во что они превратились, – задумчиво произнес Ралернан, – Но я навряд ли смогу описать тебе их битву… Это… это было нечто странное. Человеческие органы чувств не приспособлены для восприятия таких сил. Слишком они чужие… Это ощущалось как сплетение мощных потоков, волнами пытавшихся поглотить друг друга. Только поток стихий показался мне немного… не знаю, как сказать… теплым, что ли? А поток Хииса… холодным, но абсолютно совершенным… как прекрасное произведение искусства. Это была даже не битва… А две абсолютно разные сущности, каждая из которых пыталась заместить другую… Это было страшно и прекрасно…
– И все? Какие-то невидимые потоки и все? Слушай, ну это же неинтересно! Что же потом напишут в легендах?
– В легендах напишут о землетрясениях, – проворчала Керри. – Раль некоторым образом забыл сказать, что эти, как их, «невидимые потоки», вызвали обалденной силы извержение вулканов, и у нас под море ушло почти пол-Лавирана. Так что Абадосс теперь морская держава. Ксорта небось от счастья просто вне себя.
– Думаю, он действительно вне себя от счастья. Особенно с учетом того, что в Лавиране под воду ушел императорский дворец. Сомневаюсь, что он хотел бы поменяться местами с тамошним правителем.
– То есть мы все-таки победили, – резюмировал вампир. – Так, а где тогда выпивка и девочки?
Керри сжала кулачки и наклонилась к его лицу:
– Если я еще раз, хоть когда-нибудь, застану тебя в чьей-то чужой постели…
– Но, мышонок, мне же так холодно будет спать в одиночестве. Неужели ты допустишь, чтобы я простудился? – Он слабо улыбнулся.
– Л'эрт!!!
– Ладно, ладно… Я заберусь в постель к серебрянке.
– О боги. А я в это время, видимо, буду спать на коврике у порога. Какая безумно радужная перспектива, – меланхолично заметил Ралернан.
– Нет, ты будешь караулить дверь, пока я проведу девочек через окно. Чтобы никто не увидел, – громким шепотом уточнил Л'эрт.
– Всю жизнь мечтал, – еще более меланхолично ответил эльф. – Вот оно – счастье! Кстати, о счастье… Твой друг изволил ругаться, что ты опять испортил какую-то его безделушку. Говорит, его это сильно расстроило.
– Какой друг? – Л'эрт непонимающе нахмурился.
– Ну как же. Великий Темный Лорд. Которого, по твоим же словам, ты лично отправил на тот свет. Судя по всему, у него тоже проблемы с умиранием.
– Карвен?! – Брови Л'эрта взметнулись вверх. – Он что, действительно жив?
– Не знаю, как насчет того, что жив, но ругался он довольно витиевато. Кажется, он потребует с тебя объяснений. А-а, еще он что-то говорил насчет того, что твой долг катастрофически вырос.
– Вот дерьмо. – Л'эрт не знал, смеяться ему или плакать. – Только я начал надеяться, что все так замечательно кончилось… А тут еще всякие неуравновешенные типы с меня проценты требуют. Между прочим, ты мог бы сказать ему, что я умер!
– Керри пыталась. Он выразил желание изъять твое тело, чтобы сделать небольшое посмертное чучело. Пришлось признать тебя живым. Хотя я тут подумал… – Ралернан сделал небольшую паузу. – В идее с чучелом определенно что-то есть.
– Л'эрт, ты жуткий гад! – Керри прижалась к боку вампира. – Только не умирай больше, ладно?
– Мгм… сложно сказать… Разве меня прямо сейчас не будут пытаться снова убить?
– А смысл? – Эльф едва заметно усмехнулся. – Все равно ты постоянно воскресаешь. Знаешь, ты как таракан – как ни пытайся, не выведешь.
– Спасибо, серебрянка. Какое романтичное сравнение. Я тебя тоже люблю.
– Люби. Но на расстоянии не менее трех метров.
– Почему именно трех?
– Мне так будет лучше видно.
– О, так ты у нас тоже любишь подсматривать! Как Керри, да?
– Боги… Ты заткнешься уже или как?! И перестань елозить!
– Тебя это возбуждает?
– Дорогая, заткни ему чем-нибудь пасть! Пока он окончательно не вывел меня из себя!
– Класс! Мышонок, нам разрешили поцеловаться! Иди сюда!
– И за что мне все это?!